Дочь Листопада

Ночь уже завладела городом, когда мы быстрым шагом выдвинулись из школы. Никто в не решался начать говорить, а точнее - боялся. Мне тогда показалось, что я слышу всклокоченные сердца всех присутствующих, но оказалось, что слышала лишь свое собственное, до сих пор не успокоившееся. То, на что мы наткнулись в школе, не поддавалось рассудку, логике и здравому смыслу, но… мы же все видели его. Исключая Макарку, все мои друзья могут подтвердить, что в школе столкнулись с каким-то монстром, убивший, по всей видимости, нашу учительницу истории. Этого зверя вряд ли найдешь в учебнике по биологии, но сомневаться в его существовании уже глупо. Что же это было? Язык не поворачивается назвать это личностным местоимением. Это же не человек… «Так почему же он не напал на нас? Почему не разорвал наши тела в клочки? Почему он просто убежал прочь? Поклонился зачем? Столько вопросов, и ни единого ответа. Что-то мне это напоминает…» Опустив голову, я наткнулась на медальон, который до сих пор держала в руках. Меня подорвало его взять, хоть мы и спешили поскорее уйти из здания. Он представляет собой собачью или волчью лапу из какого-то темного металла. Повертев его немного в руках, я понемногу понимала, что что-то это значит, ведь чудовища обычно ничего не дарят своим жертвам. Что-то намечается, но что - до сих пор неизвестно. — Так что там произошло? — задал долгожданный вопрос Макар, когда заметил, что мы немного отошли от шока. — В школе бродит чудовище. Оно утащило учителя истории, и чуть не сожрало нас, но у нас получилось сбежать. — Что? Чудовище? О чем это вы? Мы в подробностях рассказали Макару, с чем нам пришлось столкнуться в школе. Сбиваясь и перекрикивая, друг дружку, наш друг переводил взгляд с одного на другого, и ничего не мог понять. Потом инициативу взял Ванька, и рассказал Макару про шум, рык и погоню, но Макар не поверил, и тогда Дима показал тому раны на спине, доставшиеся ему в раздевалке. Тогда наш вечно молчаливый друг опешил. — Кто это был? Вы смогли его рассмотреть? — начал он засыпать нас вопросами, когда мы сами толком ничего не знали. — Ася сказала, что он похож на оборотня, но по-моему это все чушь, — вспомнил мои слова Димка. — Ась, какие оборотни? — Макар разочаровано зыркнул на меня, продолжая размышлять. — Даже не знаю… Столько вопросов в голове… — Так всегда бывает, когда влезаешь не в свое дело, — произнес Ваня. — Нужно просто ждать, а ответы постепенно появятся. Нужно лишь продолжать в них лезть. — Так. Ну, что будем делать дальше? — спросил Макар всех, видимо решив таким образом сменить тему. — Рассматривать то, что в сумке? — Не, давайте-ка по домам, — сказал Ваня. — Выспимся, успокоимся, а завтра все со спокойной душой рассмотрим. — Поддерживаю, — откликнулся Димка. — Меня уже, наверное, мама потеряла, — разочарованно сказал Макар. — Время-то уже очень много, а я как назло оставил телефон дома. Из-за изнеможения я не понимала, что вокруг происходит, и сам разговор парней слышала неясно. Было такое чувство, что внутри меня взорвалась бомба. Больно было пошевелиться, а каждый вздох отдавался нарастающей болью. Вряд ли Ваня понимал и чувствовал все, что чувствую я, а потому старался изо всех сил, чтобы я поскорее оказалась дома. Он заботлив, когда дело касается здоровья. Сашка дружелюбно попрощался с друзьями, и направился в сторону дама. Ваня же держал меня за талию и тащил за собой, стараясь сделать так что бы я не упала. Около дома друг решил взять меня на руки, объяснив это тем что у меня поднялась температура. — Завтра созвонимся, — сказал Ваня ребятам, и направился к моему дому. Подойдя к двери, он, извертевшись, сумел-таки позвонить в звонок. Хорошо, что родители сегодня дома. — Здравствуйте, — вежливо поздоровался он с выглянувшей из-за двери моей мамой. — Что произошло? Что с Асей? — закричала она. — Ваня, отвечай! — Тише, — шепотом сказал парень, поспешив успокоить разбушевавшуюся женщину. — Все в порядке, она просто спит. Мы катались на машине, и она уснула, — соврал парень. — Можно войти? — Да, конечно, проходи, — сказала мама, отойдя в сторону. — Я отнесу Асю в ее комнату. — Давай, но только быстро. Тебе надо домой, а мне – спать! Завтра на работу рано вставать. Ваня отнес меня в мою комнату и положил на кровать. Потом немного постоял, и нерешительно произнес, стараясь производить как можно меньше шума: — Как ты, Ась? — Плохо, если честно. Все болит и ноет, — тихо выговорила я. — Хочу пить. Принесешь мне воды, пожалуйста? — Да, конечно. Подожди, немного, хорошо? — сказал он нервно. Ваня быстро вышел из комнаты, не закрыв в спешке дверь. Все до сих пор болело, а горло иссушила жажда, но мне было лучше от осознания того, что я лежу на своей кровати у себя дома. Это всегда меня успокаивало. Прикрыв глаза, я старалась хоть немного подремать, но тянущее чувство, сменяющееся резкой болью, не давало мне такой возможности. Внизу же я услышала разговор моего друга с мамой, которая никогда особо не любила никого из моих друзей. Она всегда считала, что мне нужно завести подругу, а лучше даже несколько, чтобы не околачиваться с пацанами по улицам, но вплоть до восемнадцати лет я дружила лишь с одной девочкой - Катей. «Кстати, мы давно с ней не общались. Нужно ей позвонить сегодня по скайпу, или написать сообщение в социальных сетях» - вдруг вспомнило мое подсознание. — А теперь домой! — строго проговорила моя мама, все еще стоя у входной двери. — Я практически ушел, Ольга Николаевна, а можно стакан воды, пожалуйста? — Держи, — недовольство в голосе мамы все нарастало, и я буквально чувствовала, как поджимаются ее губы при разговоре. — Ой, совсем забыл, — вдруг вскрикнул Ваня. — Я забыл сумку у Аси в комнате. Я быстро. Мама, видно, не успела сказать и слова, как Ваня уже взбежал по лестнице, и нырнул ко мне в спальню. В руке он держал стакан с водой, а на его лице сияла добродушная улыбка. Он подошел ко мне и протянул бодрящую жидкость, ласково смотря, как я утоляю свою жажду. Мои руки почему-то дрожали, но я старалась не обращать на это внимание. — Спасибо. После того, как стакан очутился на компьютерном столе, мой друг поспешил схватить свою сумку и уйти, но что-то внутри подстегнуло меня его остановить. — Пожалуйста, останься, — прошептала я. — Скоро вернусь. Зайду через окно, — протараторил он, чуть наклонившись ко мне, лежащей под одеялом. — Не бойся. Снова забыв закрыть дверь, он будто бы скачками спустился вниз, перешагивая, по звукам, через две или три ступеньки. Мама вновь оказалась слишком вялой, чтобы успеть за передвижениями парня. На его стремительное «до свидания» она смогла ответить лишь удивленным звуком. Сзади моего дома, как и у большинства, есть маленький палисадник и парочка деревьев, по одному из которых Ваня и забрался в мою комнату. К слову, он часто так делал в детстве, как и я, балуясь и не слушая взрослых. Лежа в кровати как рыба, выпрыгнувшая на берег, я была почти такой же бледной и безжизненной. Это мне после сказал Ванька. — Как ты? — опять спросил он. — Лучше. — Что с тобой происходит, Ася? Ты простыла? — выдвинул свою версию юноша и аккуратно сел на край кровати. — Нет, не знаю. Я никогда в своей жизни ничем не болела, а сейчас мне просто плохо. Я не понимаю, что со мной происходит. На простуду это точно не похоже - кашля и насморка нет. Внутри меня как будто закипает огонь и пытается вырваться наружу. Мне хочется ест и пить, но еда не удовлетворяет меня. Такое ощущение как будто я ем траву. Я слышала ваш разговор с мамой очень хорошо. Это не нормально. Человек так не может. — А что если ты тоже не человек? Как и я, возможно. — Не знаю, что и думать. Это точно не простуда. — У тебя закрываются глаза и тебе плохо, я вижу это по твоим глазам, поэтому давай спать. Утро вечера мудренее. А завтра попробуем все выяснить. Дабы быть как можно ближе, Ваня лег на бок позади меня, обнимая. В иной ситуации я бы отбросила его по-хозяйски накинутую руку, но сейчас все странно. Тепло, шедшее от парня, понемногу уменьшало боль, а его дыхание успокаивало сердце. В тот момент я чувствовала себя в полной безопасности. Время позднее, пора бы и спать лечь, но сон совсем не приходил. Все тело не перестало чудесным образом болеть, но несмотря все же на боль, и на собственные логичные размышления, я довольно быстро уснула под гнетом теплого одеяла и мягких поцелуев в шею любимого человека. Меня вновь окружили темные стволы деревьев с широкими кронами, закрывающими синеву неба. Я встала с колкой травы, и поправив свое одеяние, вытянула руку навстречу тонкому частоколу березовых стволов. То, что я ощутила, было совсем не кроной привычных деревьев. Моя рука нащупала, что-то холодное, грязное и мерзкое на прикосновение. Я подняла голову вверх и увидела, как небо медленно заволакивается темно-бурой дымкой. Мерзкий запах гнили по сторонам и сырой земли под ногами задавили меня чихнуть. — Будь здорова! — услышала я за спиной чей-то голос. Я взвизгнула от неожиданности, но голос начал тут же успокаивать меня. — Тише! Тише! Если будешь слишком громкой, они придут. — Кто ты? Твой голос кажется мне знакомым, — с испугом спросила я пустоту. — Где я? — В яме, — просто отозвался голос. — Вспомни того парня, который убегал от волков. Ты… пришла меня спасти? — Нет. Точнее, я не знаю, что вообще здесь делаю? Я легла спать и оказалась здесь. Разве это не просто сон? Ничего не могу понять, — взвыла я от безысходности, как голос из темноты зло на меня шикнул. — Будь тише! — сказал он недовольным шепотом. —Ты разве не помнишь, что, когда засыпаешь - переносишься сюда? Значит, ты все забыла… — с грустью прошептал парень. — Это твоя уникальная способность. Будучи во сне, ты можешь путешествовать, переносится через время, реальность и мир. Знаю, звучи невероятно, но ты родилась такой. Ты сама решаешь, куда тебе переместиться и видят тебя окружающие или нет. — Так кто ты? — задала я изрядно замучивший меня вопрос. — Почему так много обо мне знаешь? — Вереск. Есть какие-нибудь догадки или ассоциации? — Есть такая трава. — Цветы, — чуть засмущавшись, поправил голос. — Да, но Вереск - это мое имя. Хочешь, верь, хочешь, нет, но я твоя брат. Родной старший брат. — Что?! — с удивлением вскрикнула я, отойдя от предыдущего места на пару шагов, опиравшись в глиняную поверхность ямы. Голос уже не шипел, когда я вновь крикнула, да так громко, что сама не ожидала. — У меня нет брата! В семье я единственная дочь. Да, я клянчила брата, но мама сказала, чтобы больше следила за своими оценками, а не говорила глупости… — я заметно загрустила, вспомнив ее тон. — Как бы ты не думала раньше, теперь знаешь, что не одинока. К тому же я могу доказать, — его слова меня заинтриговали. — У тебя есть браслет в виде двух сплетенных змей. Даже сейчас он при тебе! На него падает свет луны. Это подарок тебе от мамы. Она попросила сделать его для тебя, потому что знала, что не переживет роды. Я исполнил ее последнюю волю и попросил у эльфов сделать его для тебя. С тех пор н на твоей руке. Ты даже не представляешь, как я счастлив тебя вновь увидеть. «И тут эльфы! Они что все сговорились что ли? Сначала Никола упомянул эльфов, теперь мой сон говорит о нем. Я определенно схожу с ума». — Какие эльфы? — с удивление и злостью проговорила я. — Обычные. Длинноухие, высокие и стройные, — посмеялся парнишка. Ты должна все вспомнить и вообще вытащи меня отсюда. Они меня скоро убьют, а если нет, то я сам отдам душу небесам от голода, холода и потери крови. — Что вспомнить? — Прошлое. — Но как? — Не знаю, но ты должна найти способ. «Брат, эльфы… Боже! Голова кругом идет! Что здесь вообще происходит! Я не понимаю, что из этого реальность, а что просто моя больная фантазия! А что если это все правда? Нужно узнать больше у этого Вереска». — Кто такой Акнит? — задала я первый вопрос, который меня интересовал. — Колдун, использующий темную магию. Его убили много веков назад, но ходит слух, что он вернулся к жизни. Если это так тогда мы в большой опасности. В прошлый раз он погубил много людей и разных существ стер с лица земли. Теперь они существуют только в книгах. Мои глаза привыкли к темноте, и я смогла разглядеть своего брата. Он сидел на сырой земле слегка посыпанной сухой травой, весь в грязи и крови, раны кровоточили, он пытался зажать их обрывками одежды или рукой. Выглядел он, по-моему, хуже не куда. Мне стало жалко его и захотелось вытащить отсюда. — Я слышала странный разговор, там говорили о каком-то Другом мире и о королеве эльфов. — Королева Листопада. Самая старая и уважаемая эльфийка на этом свете. На счет Другого мира я ничего не знаю. Перед тем как уйти, ты мне отправила письмо, в котором сообщила, что тебя заставят все забыть и отправят в Мир Других Людей. Я долго искал это место, но так и не нашел. Зато узнал, что оно существует, но не в нашем измерении. Мир Других Людей скрыт от посторонних глаз и тайну эту хранит лишь пару эльфов. Парень вздохнул и продолжил: — Знаю, — прошипела он, видимо заболела какая-нибудь рана. — Это трудно понять и принять, но то, что я говорю – правда. Мне незачем врать родной сестре. Я бы показал тебе письмо, что ты мне отправила, но из этого места, это сделать просто невозможно. Ты обещаешь, что постараешься все вспомнить? — Почему ты здесь? Что ты сделал? — У вожака стаи пропала дочь, — пропищал парень и потер синяк на руке. — Меня обвиняют в ее похищении. — Ты ее похитил? — Конечно же нет. Меня кто-то подставил. Сейчас они пытаются выпытать у меня, где она и когда поймут, что я этого не знаю, то убьют. Ты меня спасешь? — с надеждой в голосе произнес Вереск. Не знаю почему, но я ему верила. Мне казалось, что он говорит правду, и не знаю почему. — Как? — Мы сейчас находимся в Чудном лесу, а эта яма выкопана на окраине Чудного леса, около двух больших валунов. С другой стороны этих валунов начинается Чуждый лес, туда лучше не соваться. — Почему? — Там живут оборотни-росомахи. Они не очень-то дружелюбные, — Вереск тяжело вздохнул. — Если ты все вспомнишь – тебе будет проще. Не знаю, как ты оказалась там, где ты сейчас, но найди вход в Наш мир. В Твой мир! Спаси меня, пожалуйста. Поторопись! — Покажись, пожалуйста, — протянула как можно милее. — Мы же виделись однажды, почему сейчас прячешься? — Не могу встать и показаться тебя, Анисья, ибо я ранен и истощен. Мне пришлось прожить много дней без пищи и воды, а потому сейчас выгляжу не лучшим образом. — Анисья? — Да, так тебя зовут. А как тебя теперь зовут? — Ася. — Имена похожие. Странное имя, — улыбнулся он. — Как мне тебе помочь? — снова спросила я. — Пожалуйста, говори тише! — взмолился Вереск, в который раз. — В таком виде ты помочь мне явно не сможешь, но пожалуйста, вытащи меня из этой проклятой ямы. Попади в Наш мир и вызволи меня. У меня кроме тебя больше нет никого… — Я постараюсь Вереск! Не знаю, как, но я попробую тебя спасти. Темная сырая яма за пару секунд сменилась на светлую, освещенную утренним солнцем комнату. На стене счастливо и весело играл солнечный зайчик. Я лежала на кровати и пыталась осознать все что произошло. «Вереск – мой брат? Так ли это? Если, да то почему я о нем ничего не знаю? Он сказал, чтобы я вспомнила свое прошлое. Что именно я должна вспомнить и как? Не понятно. Объяснил бы. А мой браслет? Причем тут эльфы? Они что, существуют на самом деле? Путешествия во снах. Ха! Прикольно, но не понятно правда ли все это. Теперь вопросов больше чем ответов. Другой мир находится в параллельной вселенной. Все это звучит как фантастический фильм. Особенно если учесть, что Акнит, на которого работает Никола злой колдун. Мир Других Людей. Бред!» Мысли переполнили меня. Казалась, что я думала обо всем и сразу, как вампир в Сумерках. Ответов от этих раздумий мне так и не удалось найти. Я незаметно заснула, но буквально на секунду, так как после услышала резкий, неприятный звук, который меня и разбудил. — Это просто ветер деревьев, нечего бояться, — сказала я больше себе, чем Ване, который спал у стены. Он не слышал ни меня, ни странный звук. Шум не прекращался, со временем усиливаясь, превращаясь из обычного шума в подозрительный скрежет и лязг. Как будто бы что-то большое и когтистое поднималось по дому, отламывая по неуклюжести куски подоконника. Лязг все нарастал, будто бы стену царапали бритвенно-острыми когтями. Верить полету собственной фантазии не хотелось. Скорее всего, я просто нафантазировала себе невесть что под влиянием вороха плохих мыслей в голове. Впрочем, как всегда. Слишком уж легко для меня лечь на бок и, подумав о хорошем, спокойно уснуть. Не-е-ет. Ночью в голову всегда лезут грандиозные планы о путешествиях по всему миру, грандиозном катаклизме, в случае которого растеряешься и не успеешь дойти до аптечки, или стандартные для многих случаи стыда. Нет, ну почему именно ночью я вспоминаю казусные моменты и вся из кожи вон лезу из-за чувства стыда? Тут мимо меня пролетела, задорно жужжа, упитанная муха. Я услышала, как она осела на потолок, умываясь в который раз за день. «Как вообще она держится всем своим телом за потолок? Почему не падает?» Ужасный лязг отвлек меня от деятельности насекомого. — Окно, наверное, стучит от ветра, — подумала я, вспомнив, что не закрыла окно на ночь. Следом послышался грохот, уже больше похожий на треск. Дальше топот, какие-то шелестения, и в конце — лязг. От подобного светопреставления все чувства обострились, и мне даже показалось, что я вижу движущуюся тень. К горлу подступил комок, а по спине и плечам понеслись мурашки. Только когда лязг прекратился, я увидела Его. При предрассветном свете, что проскальзывало через не занавешенное окно, Оно показалось мне еще не менее пугающим. Разумеется, я сразу же узнала того монстра из школы, вряд ли уже когда-нибудь забуду. Желтые, блестящие глаза выжидающе на меня смотрели, пока я, удивляя саму себя, начала незаметно успокаиваться. Я увидела в нем что-то знакомое, будто я знаю Его всю свою жизнь. Монстр недолго оставался неподвижным. Несколько мгновений спустя, он точными шагами подошел ко мне, вручив лоскут яркой ткани. Ошарашено смотря то на подарок, то на существо, я не могла вымолвить и слова. В конце концов, зачем-то оглядевшись, он бросил ткань на кровать и скрылся, выпрыгнув в открытое окно. Словно бабочка, которую всю жизнь держали взаперти. Я настороженно оглядела принесенный лоскут, осмотрев его со всех сторон, прежде чем взять в руки. Кусок ткани не отличался размерами, легко умещаясь в мою ладонь. Немного его, покрутив в руках, я не могла не заметить приятную текстуру. По-моему, это был самый нежный шелк, что я только держала в руках. Хотелось даже поднести его к лицу, но я не успела этого сделать из-за прогремевшего на всю комнату будильника. Из-за того, что на будильнике играла любимая песня, мне совершенно не хотелось его выключать. Повернувшись на спину, и вскинув руки к потолку, я пыталась дотянуться до него, попутно потягиваясь. Сон плодотворно сказался на моем самочувствии, а потому я более не чувствовала недомогания. Только предчувствие хорошего дня. Опустив руки, я повернула голову к загадочному оранжевого цвета платку, и задумалась. Из них меня вывела мама, постучавшаяся в дверь. — Уже утро, доченька. Давай-ка вставай, — говорила она своим любящим голосом, которым говорила лишь с членами свое горячо обожаемой семьи. Мама всегда стояла у моей двери до тех пор, пока не услышит бодрый ответ, а потому я поспешила его произнести. — Доброе. — Не опоздай в школу, — укоризненно сказала мама напоследок перед тем, как зайти в ванную комнату, хлопнув дверью. Сев, я заметила, что так и уснула в одежде. Поморщившись, я перевела взгляд на рядом лежащего парня, уткнувшего свою голову в подушку. Погодя, пока шум воды в ванной не станет достаточно шумным, Ваня оторвал лицо от подушки, и сказал, чуть улыбнувшись: — С добрым утром, любимая. — Спасибо, и тебя, — глядя на «мужа», я тоже заразилась улыбкой, как вновь заприметила взглядом ткань. — Как спалось? — Ужасно, если честно. Никак не мог заснуть. Ты всю ночь вертелась и разговаривала во сне. — Прости, — поникла я, решив, наконец, встать с любимой кровати. — Но… спасибо, что ты искренен, и не пытаешься мне польстить. Это много для меня значит, а то сейчас все в основном носят маски, пытаются постоянно соврать, нагрубить, или еще чего хуже, — я перевела взгляд на сидящего парня. — Я рада, что ты мой друг. Ой, муж. — И я, Ась, — он спрятал улыбку, но недостаточно хорошо, чтобы я ее не заметила. — И я. Подобравшись к шифоньеру, я стала выбирать сегодняшний наряд в более чем приподнятом настроении. Чудо, что делает с нами сон. Бросая негодную одежду на пол, я чуть не забыла о присутствии в комнате парня, так до конца и не поднявшегося с постели. Для того, чтобы спокойно переодеться, я накрыла друга кофтой, закрывая ему обзор, и стала одеваться. Спустя время я закончила прихорашиваться, Ваня, сбросив импровизированную ширму, открыл для себя неизвестный кусок шелковой яркой ткани. — Что это? Никогда не видел у тебя ничего подобного. — А, это… — мне пришлось подойти, чтобы не кричать через всю комнату. — Это… подарок. От того зверя, что мы видели в школе. Он приходил сюда. Ты, что, не слышал? — Что?! — Ваня округлил глаза. Мне потребовалось время, чтобы все ему рассказать, но это было необходимо. Ваня точно отрицал и шорохи, и подозрительные звуки. Вот только оранжевый платок как лежал, так и лежит на кровати, задавая тысячи вопросов самим своим существованием. Мой друг же молчал, пристально смотря на кусок шелковой ткани. А когда он только открыл рот, чтобы что-то сказать, его прервала моя мама, повторно постучавшая в дверь. — Ася! Подъем! Опоздаешь ведь! — Я уже встала, мам. Уже выхожу. Когда мама спустилась на первый этаж, у Вани вновь появился шанс немного и негромко поговорить. Вот только его серьезное выражение лица не предвещает приятных вестей. Он явно обеспокоен очередной странностью, связанную, опять же, со мной. — Ты уверена, что это был не сон? — Конечно! Вот ведь платок! — я жестом указала на загадочную вещицу. — Может это как с царапинами? Через сон. Вот только непонятно как это работает. — Ладно уж. Разберемся. Давай уже лезь обратно, а я тебя через пару улиц заберу на машине. Идет? Ваня, как прирожденный скалолаз, с горем пополам спустился по дереву вниз. Этим он мне напомнил кошку, вот только они не по глупости своей вниз плохо спускаются, а из-за строения когтей. Но главное из всего - это то, что мама не услышала грохот на заднем дворе, когда Ваня упал вместе с сумкой, сорвавшись с тоненькой ветки практически у самой земли. Проконтролировав из окна успешное скрытие с места преступления, я быстро умылась, взяла на кухне завтрак, и помчалась в гараж, чтобы успеть к маме. Она собралась увезти меня в школу. По пути, как и планировали, мы подбросили Ваньку. Сидя с другом на заднем сидении, я обдумывала, что же такого мы набросали в спортивную сумку Макара вчера. Там наверняка есть пара ценных штуковин. Но, увы, моему желанию посмотреть придется ждать до самого конца занятий.