Дочь Листопада

Так среди высоких потолков и каменных колон мы провели месяц. Сашка уже встает на ноги, но ходит еще очень плохо. Нефрит много времени проводит со своим больным пациентом, что бы тот ненароком как-нибудь не ухудшил свое состояние. Заскучав, я часто помогаю гномам на кузнеце – обучаюсь делать красивые вещи из раскаленного благородного металла. В свободное время изучала славянский язык, по отцовскому учебнику. Как оказалось, большинство гномов не знают русского, что очень затрудняло общение. Если задуматься, то можно понять пару слов из их речи, что бы понять, о чем идет речь, но иногда этого очень мало. День рождения прошел довольно таки скучно, правда, гномы подарили красивый браслет из белого золота, взамен того, что они с меня сняли. Он был в точности такой же. Глаза змеек горели Аклександритом. Друзья же, в качестве подарка, устроили мне завтрак в постель со всеми возможными вкусностями. Они уговорили гномов, отвечающих за еду, каких совсем несколько, ведь гномы заняты добычей драгоценностей и их обработкой, одолжить еды раньше, чем она окажется на столе в столовой. Те поворчали, но решили согласиться, дабы не злить Огненную волчицу. В итоге, пацаны притащили большой стол и вывалили на него, все, что смогли унести с кухни. Мясо, пиво, пироги с разными начинками, несколько сортов сыра, кофе и много сладостей стояло на столе, когда я открыла глаза. Мы веселились, придумывали разные игры и забавы. К вечеру щеки сильно болели от смеха, живот разрывался от съеденного и выпитого за весь день и под утро друзья ушли из моей комнаты - спать. Так же не могло остаться без внимания и тот факт, что я осталась собой и злополучный браслет больше не подвластен надо мной. Я за долгие годы жизни, наконец-то встретила свое восемнадцатилетние без каких-либо изменений в возрасте, разве что стала старше. Прошло два месяца с тех пор, как попали в этот мир. Мы все еще жили у гномов, которые великодушно приняли нас в свой дом. Отца, я больше не видела. Несколько раз я бывала в саду Кровавого замка, но отец больше не приходил туда, как раньше. Несколько ночей я пыталась переместиться во сне к своей подруге Кате, что бы узнать как она и где вообще находится, но сколько бы я ни старалась ничего у меня не выходило. Сашка пошел на поправку и теперь может перемещаться по огромным залам и ходам гномьей горы. Вставать на ногу Нефрит категорически запретила, поэтому он прыгал на одной ноге, облокачиваясь на плечи друзей. Мы часто сидели допоздна с Сашкой в палате, ведь Нефрит выходить ему разрешала редко, но последние дни он был чем-то очень занят и мы шастали по бесконечным коридорам или сидели в одной из спален. — Сашка-то наш, что-то совсем про нас забыл, — проговорил Димка и принялся, сильно чавкая, есть пирожное, которое он стащил на ужине. — Он уже неделю не сидит с нами по вечерам. Что он делает? — Может он проводит время с Нефрит? — предположил Макар и тихонько, стараясь, что бы его ни заметили, взял у Димки пирожное. — Макар, эти обалденные пирожные я взял для всех, так что не стесняйся – бери, — он протянул другу самое большое лакомство. — Это-то наша шанежка? С бородатой гномихой, похожей на мужика? Насмешил Макарка. — Ну а что? Отрастит бороду, оденет латы и станет похожим на гнома. Веселый смех вышел за пределы комнаты и слышался глубоко в глубоких пещерах. — Над чем смеетесь? — поинтересовался Сашка, зайдя хромая на костылях в комнату. — Кто к нам соизволил прийти! Сашка! А мы думали, что ты-то думали, что твой гном тебя теперь нам не отдаст. — Ее зовут Нефрит, — со странной улыбкой проговорил Сашка. — О-о-о, — протянул Димка, уступая место Сашке на кровати и протягивая ему оставшееся пирожное. — Все серьезней, чем я думал. — Ты ее не знаешь, Дима. Она хоть и имеет бороду и упертый характер, но она очень милая, добрая, умная, в общем, гном на все руки. — Да, Сашка ты влюбился. Ладно, это я могу понять, но в кого? В волосатого гнома? — Дима! — обратила я внимание друга на себя. — Это выбор Саши и ему решать с кем встречаться. И вообще: неважно кто, а важно каков! Ты же не прекратил дружбу со мной, когда узнал правду – нет, почему тогда ты не рад за друга? — Да потому что она имеет бороду! — А я имею хвост. Саша благодарно улыбнулся и запихнул в рот последний кусок пирожного в рот. Найф наевшись до отвала мяса, лег на мои коленки и уснул, растянув свое небольшое тельце. — Ладно, — поднял друг руки - сдаваясь. — Ваша взяла, я, конечно, мог бы еще поспорить, да как-то не хочется. — Аргументы закончились, — встрял в разговор Вереск. — Ася, права, Дима, это не тебе решать, кому нравиться Саше, а кому нет. Ну, так что? Наш небольшой отряд пополнится еще на одного? — Об этом я и пришел поговорить, — вздохнул Сашка и опустил голову вниз. Видно было, что он этого разговора очень боялся и не хотел его начинать. Когда все уставились на друга в ожидании объяснений Сашка, глубоко вздыхая тихо произнес: — Друзья. Старые друзья, — он посмотрел на меня, Димку и Макара. — И новообретенные – Вереск, Крокус. Принимая это решение, я думал не только о себе, но и о вас – я не пойду дальше с вами. «Что?» Эта новость была как удар по наковальне в пустой комнате. «Не понимаю, как он мог так решить? Мы столько лет вместе, и в странный шкаф и в другой мир, а тут. Как он мог так решить?» Сашка поднял руку, не давая всем начать возмущаться. — Я сначала хочу договорить, а потом уже комментарии. Было очень много вопросов и недовольства, но каждый из нас сдержал их и принялся выслушивать объяснения друга. — Ты спятил? — Дима не захотел ждать объяснений, он встал и, жестикулируя перед лицом друга, громко кричал свое мнение. — Этот мир и эти создания, пустыня и перелом сильно повлияли на твои мозги, Саша. Как тебе вообще могло прийти в голову такое? Помнишь, что мы искали путь домой? Вот от кого-кого, но от тебя никак не ожидал, что побежишь за первой же юбкой, хотя и юбки, то у нее нет, она в штанах ходит. Помнишь, про свой дом, Сашка? — Помню, но вернемся ли мы туда? Не известно. Один день тут равен году там. Что говорит о том, что прошло уже шестьдесят пять лет с того дня как мы исчезли. Живы ли наши родители? Лучше об этом не думать, — на его лице появились слезы. — Сколько нам еще блуждать здесь? Чего искать? Вернемся мы туда, а там ни друзей, ни знакомых. Кто мы? Пришельцы - никому не нужны, а тут я нашел свою любовь и сегодня я сделал ей предложение и она согласилась. Я смерюсь с тем, что больше не увижу родных. Даже если сейчас вернусь домой – я смогу встретиться с родителями разве что на кладбище. Я поздний ребенок в семье. Мама родила меня в сорок один год, сейчас ей больше ста лет. Я за реализм, ребята. Просто я прекрасно знаю, что мне там ничего не светит, да и вас я не стану больше задерживать. Нефрит меня если и отпустит в поход, то только через месяц и то бегать я не смогу, если придется быстро убегать я либо подведу вас, либо погибну сам и вас могу утянуть за собой. Это вторая причина, по которой я хочу остаться, что бы ни быть вам всем обузой. Это так и даже не пытайтесь это опровергать. Если кто-то из вас решит тоже остаться или что-то пойдет не так, и вы не сможете вернуться домой, я буду рад вас здесь встретить. Сашка перевел дыхание и глубоко вздохнул, говоря этим, что он закончил. Слова закончились. Все понимали, что он прав, но никто не хотел терять еще одного друга. Конечно, мы навсегда останемся друзьями, но увидимся ли вновь – никто не знает. Повисло молчание, которое душило каждого. Первый подал голос Крокус: — Все согласны с его решением? — Нет! — первым заорал Димка. — Я не хочу терять лучшего друга. Я и Макар просто покачали головами. — Предлагаю голосовать. Мы все не хотим, что бы Саша покидал нас, вернее мы его, ведь это нам придется идти дальше. Поднимите руку те, кто думает, что Саша прав? — Саша прав, — я подняла руку. — Но не прав, в одном – он не может быть для нас обузой. С этим я не согласна. Мои слова поддержали все. Дима, последний поднял руку, сверля суровым взглядом друга. — Если что, брат, ты знаешь, где я живу. Заходи без стука в любое время дня и ночи, — прошептал Димка. — А теперь, я думаю нужно сделать так, что бы он никогда не забыл этот день. Что бы запомнил ваши кислые физиономии веселыми. — Крокус подскочил и выбежал из комнаты, через несколько минут он зашел с элем и пирогами. — Если на то пошло, то я думаю, что нам завтра следует выходить. Время не ждет, — произнес Вереск, который до этого молчал. — Если хотите увидеть своих родителей живыми, то лучше чем быстрее, тем лучше отправляться в путь. — А как же свадьба Саши и Нефрит? — По законам гномов после того, как я сделал ей предложение, мы должны полгода в одной комнате – не выходя из нее. Все удобства там, разве что еду нам будут притаскивать, и если мы не убьем друг друга, то быть свадьбе. Так что, друзья, можете успеть на мою свадьбу. Я обязательно разошлю вам приглашения и неважно, где вы будите. — Ну, нет! Отдать тебя на такую пытку? Не позволю! — Это мой выбор. — Надеюсь, Сашка, что ты будешь с ней счастлив и не убьешь ее раньше времени, — произнесла я и сделала глоток эля, он оказался противным на вкус. *** Все разошлись, и я решила лечь спать. Мы решили завтра собраться в путь-дорогу, а на следующий день со звоном колокола, который говорил, что пора вставать – начался новый день, идти в путь. В дверь постучали. Я быстро накинула на себя легкий халат и открыла дверь. — Еще спать не легла? — спросил приятный голос, когда я открыла дверь. — Нет. Что ты здесь делаешь, Крокус? — Я принес тебе подарок, — расплылся в улыбке оборотень. — Позволишь зайти? Я открыла шире дверь и отошла в сторону, пропуская парня внутрь комнаты. Крокус сел на край кровати и достал из кармана небольшую грубую и в тоже время изящную серебряную шкатулочку, сделанную гномами. — Это тебе. — За какие заслуги? — спросила я, держа в руках увесистую и тяжелую красоту. — Разве надо мужу повод для подарка? Я открыла ее и увидела там изящное колье с драгоценным камнями. Видя мое недоумение, Крокус улыбнулся, вытащил колье из шкатулки. — Спасибо. Я рассматривала колье, что Крокус повесил мне на шею. Присмотревшись лучше, я заметила грубую, но аккуратную работу гномов, отличавшуюся от эльфийской работы своей нежностью и тонкостью. — Не за что. Я села на кровать рядом с оборотнем. Крокус повернулся ко мне и провел рукой по щеке. — Ресничка, — улыбнулся он. Мы долго лежали на кровати, облокотившись на мягкие подушки, просто болтая ни о чем и обо всем. Вспоминая или узнавая, как мы жили вместе, узнавали друг друга с помощью вопросов. Мы не знали, сколько времени прошло, ведь гномы не пользуются часами, а утро и ночь у них обозначает звон колокола, который слышен по всему гномьему царству.