Умирая каждый день

Пряный аромат парфюма и сильный запах алкоголя — аромат этого вечера. Антон едва смог дотащить пьяное тело преподавателя, чудом не уронив своего бухарика. — Арсений Сергеевич, какой этаж? — самонадеянно спросил студент, но мужчина облокотился на стену и спал. — Блядь, за шо мне все это? Поборов жуткое смущение, он полез в карманы мужчины. Тот и не сопротивлялся, даже издавал звуки, похожие на мурчание. Опа, ключи! Антон достал связку и разочарованно выдохнул. Номера квартиры не было. Просто ничего, блять. Попов осел на пол и вновь уснул. Не блюёт и на том спасибо. Телефон Арсения тоже не дал никакой информации, так как был заблокирован. Точно, это ж ебаный айфон! Боже, хоть бы сработало. Он поднес экран телефона к лицу преподавателя и тот разблокировался. Шаст судорожно листал контакты Арса, ища того, кто сможет помочь. Знакомая фамилия привлекла внимание. Кузуб… Блядь, точно, врач! Парень нажал на контакт и слушал гудки, наблюдая, как Попов дёргается в своем пьяном сне. — Опа, Арсюша, чем обязан такой чести? — послышался мужской голос на той стороне. — Добрый вечер, это не Арсений. Я Антон, лечился у вас. — О-о-о, чего это Попов по малолеткам пошел, — посмеялся Адам. — Так что ты хотел, Антошка? — Тут Арсению Сергеевичу плохо, он выпил, а я не знаю, куда его отвезти. Вы его адрес не знаете случайно? — Шаст и сам не понимал, почему разговаривает так, будто провинился он, а не Попов. — Я даже не удивлен, он не умеет нормально пить. Ладно, где вы сейчас? — В его подъезде. Я не знаю этаж и номер квартиры. — Тебе с ним на тринадцатый этаж, квартира семьдесят пять. — Спасибо, — Антон выдохнул с облегчением. — Не за что, сам его так таскал не раз. Слишком сильно любил и прощал такие выходки, — мужчина умолк, поняв, что сболтнул лишнего. — Ещё раз спасибо, я пойду. Шаст отключился. Времени переваривать слова Адама не было, так что он просто приподнял тяжёлое тело преподавателя и втянул в лифт. Тринадцать. Семьдесят пять. — Так, Арсений Сергеевич, дышим… Не спим, блядь, не спим, — парень едва успел отдохнуть, а лифт уже приехал на нужный этаж и открыл свои двери. Ничего не оставалось, кроме как вытаскивать пьяное тело. Неожиданно, но Попов проснулся и сам дошел до входной двери, летая от одной стены к другой. Тоша, воспользовавшись резкой активностью мужчины, подскочил ко входной двери и открыл ее. Тело ввалились в дом и упало, звонко ударившись лбом об пол. Было непонятно, потерял ли он сознание или просто уснул. Антон тяжело выдохнул и оставил преподавателя лежать, отправившись на исследование квартиры. Жилище оказалось небольшим и, к удивлению, не очень чистым. В кухне обнаружился склад пустых бутылок алкоголя и остатки недоеденного обеда, а в маленькой хозяйской спальне на полу лежали вещи горой. Все это не вязалось с внешним образом Попова и заставляло задуматься. Дотащив мужчину до кровати, Антон уложил того на спину. Арсений открыл глаза, пробормотал что-то под нос и уснул вновь. Антон пошел в кухню. Ему нужен было что-то холодное, чтоб приложить ко лбу этого алкаша, но звук падения из комнаты заставил парня бежать назад. Арсений, минуту назад мирно дрыхнувший на кровати, валялся на полу головой к верху и захлёбываться в собственной рвоте. — Блядь! Парень подскочил к нему и перевернул на бок, за что получил содержимое желудка мужчины на своих носках. — Госдпадиебтвоюмать! Пришлось-таки тащить тело к унитазу, пачкая весь пол. Благо, Попову хватило сил, чтоб облокотиться на бортики и блевать в белого друга. — Сидите тут и чтоб никуда не отползли! — приказал парень и полетел в прихожую за телефоном Арса. Он рассудил, что не справится один уж точно, а вариантов, кому звонить, было не много. — Антон, снова ты? — послышался недовольный голос Адама из трубки. — Что случилось опять? — Помогите, пожалуйста. Арсению совсем плохо. — Рассказывай. — Он ебанулся головой об пол и теперь блюёт в туалете, — на фоне Попов очень громко подтвердил звуками слова парня. — Что мне делать? — Блядь, как он меня заебал, — выдохнул мужчина. — Ладно, сиди сейчас с ним, дай хорошенько проблеваться, а я приеду через полчаса. И постарайся, чтобы он не падал больше головой. — Угу. Шаст откинул телефон в сторону и побежал держать обессиленного мужчину, что уже едва дышать мог от рвотных позывов. И за что мне все это? Минут через десять Арса попустило и он смог встать сам, но шатало его знатно, так что Тоша, придерживая его за руку, довел мужчину до ванны и усадил туда. Мутные синие океаны смотрели на студента потеряно, но, стоило струе холодной воды соприкоснуться с кожей, он аж прозрел. — Шастун, блядь, что ты делаешь? — воскликнул мужчина, немного очнувшись от забытья. — Сидите на месте, а то кипяток врублю! Парня конкретно бесила вся эта ситуация. Этот препод сидит в некогда белой рубашке, что сейчас покрыта блевотиной, весь мокрый --сексуальный--, бухой в ебеня и ещё причитает. Попова же угроза кипятком остановила. Да и забавно ему было от всего этого. — Сами встать сможете? — Не увееерен, — мужчина сделал попытку подняться, но рухнул вмиг назад. — Ладно, держитесь за меня. Кое-как они добрались до спальни, но класть мокрого мужчину на кровать было бы жестоко, так что, усадив преподавателя на пол, Шаст пошел искать чистую и сухую одежду. Все оказалось в небольшом шкафу, стоящем прямо в прихожей. Ассортимент был невелик, но спортивки и какая-то футболка все же нашлись. Когда Шаст вернулся в комнату, Арс мирно залипал в стену. — Переоденьтесь, пожалуйста, — отвлек его Антон, кинул одежду около мужчины. — Памагиии мне, — проскулил старший, неловко опустив взгляд. Хоспадибожемой. — Хорошо, давайте снимем рубашку… — парень присел напротив мужчины и начал расстёгивать пуговицы одну за одной. Интимно. Рубашка полетела в сторону и взгляду предстала великолепная картина: шикарный торс, покрытый изобилием веснушек. Будто модель на обложке журнала. Хотелось прикоснуться к совершенству, но это было бы просто низко — воспользоваться состоянием Попова. Уняв разбушевавшиеся гормоны, Шаст натянул на Арса футболку и принялся снимать брюки, старательно отводя взгляд от промежности. Мужчину забавляло происходящее. Он видел внутреннюю борьбу парня, прекрасно осознавая, что привлекает его. Не доказательство ли это хоть какой-то взаимности? Сухая одежда быстро оказалась на теле Арса и, с помощью Антона, тот забрался на кровать. Хотелось верить, что хуйня закончилась, но тут вернулись рвотные позывы и Шасту пришлось бежать за ведром. Блевать было уже нечем. Мужчину сводило, выбивая воздух из лёгких. Ему было херово настолько, что смерть оказалась бы пощадой. Благо, приступ был недолгим и уже через десять минут Арс отправился с беспокойные объятия Морфея. Шастун выдохнул. Вечер казался сюром, будто плохой сон, что никак не заканчивался. Вскоре зазвонил домофон, и в квартире через пару минут появился Адам. Мужчина выглядел охуенно без осточертевшего белого халата. В больнице Антон не заметил, что врач сильно ниже его самого и едва будет по плечо парню. Забавно. — Привет. Где наш алкоголик? — сходу спросил мужчина, снимая верхнюю одежду. — Спит. — Хорошо, капельницы ставить умеешь? — Только в теории, на практике ещё не пробовал. — Отлично, тогда с почином. Пошли. Адам двинулся в сторону спальни Арсения, прекрасно ориентируясь в доме, а Шаст телепался за ним, внимательно слушая инструкции. — Так, давай обрабатывай левую руку, а я пока смесь подготовлю. — А вы сами не можете поставить? Адам с усмешкой глянул на студента. — Слушай, я не делал этого с универа, так что лучше уж ты проколешь ему вену, чем я. Давай готовь. Антон полез в пакет, что принес мужчина. Оттуда он выудил хирургические перчатки, сам катетер, спирт, вату и лейкопластырь. В голове он перебирал список того, что нужно. — Стоп, а где джгут? — В навесном шкафчике ванной комнаты есть коробка. Поищи там. Переступив лужу рвоты, студент пошел искать то, что сказал мужчина. После такого вечера комната выглядела плохо. Следы содержимого желудка и лужи воды на черном кафеле, неприятный запах… Обычное дело после попойки. Коробок нашелся и парень достал оттуда синий джгут. — Тут ещё есть Энтеросгель, — крикнул Антон Адаму. — Неси, пригодится. Парень взял все нужное и вернулся в спальню, где мужчина уже добавлял в пакет с физраствором содержимое ампул. — Что вводить будете? — Гепатопротекторы, трисоль, витамины и калий. У него завтра ночное дежурство, надо чтобы это тело было в адеквате. — Понял. Тоша надел перчатки, распаковал катетер, сделал пару ватных шариков, пропитав спиртом, зафиксировал жгут и начал пальпировать вены в поисках лучшей для катетеризации. Когда она была найдена, парень обработал место инъекции и глубоко вздохнув, ввел иглу, второй рукой расстегивая джгут. Спустя пару секунд катетер был в вене. Оставалось только закрепить пластырем и готово. — Ну что, молодец. Когда будет практика — приходи, я договорюсь, чтобы тебя ко мне взяли, — похвалил Адам студента и снял картину с какими-то цветами, висевшую над кроватью. На крепление картины очень удобно вешался пак с лекарством. Он отрегулировал подачу и снял перчатки. — Вау, вы так ловко это делаете. — Опыт. И давай на «ты», хорошо? — Хорошо. — Тогда пошли попьем кофе и я поеду. Парни вошли в кухню, и Адам достал кофе и турку, удивляя Антона тем, как хорошо ориентируется в доме преподавателя. — Вы… Ты давно знаком с Арсением Сергеевичем? — Года два. Он пришел к нам после университета, но его считают травматологом от бога. Сколько операций он сделал — не счесть. — Он такой хороший врач? — Ага. Спас множество людей от пожизненной инвалидности. Но в отношении людей — говно полное. — Что-то случилось? — О-о-о, это долгая и неприятная история, — Адам тяжело вздохнул и повернулся к парню лицом. — Ты уверен, что готов это услышать? — О, поверь, меня мало чем можно удивить. — Хорошо, тогда я попробую, — мужчина усмехнулся и прикрутил газ под туркой. — Короче, пришел к нам молодой Арсений, от которого в обморок падали все девушки. Не мудрено, но все же. А потом ещё и узнали, что у него дочь есть, которую он боготворит, и все просто упали от умиления. Только вот с подвохом оказался наш Арсений и начал ко мне подкатывать. Уже через два месяца мы вместе жили, — мужчина налил кофе в кружки и поставил одну перед парнем. — На людях — галантный молодой человек, комплименты девушкам говорит, а вечером — в жопу долбится. И все хорошо было около полугода, пока его сестра от рака не умерла. Ангелина скрывала от всех диагноз, не лечилась, а опухоль локализировалась в мозгу. Умерла она быстро, но с адской болью. Сгорела буквально за пару месяцев. Арс ездил к Ангелине, ухаживал, а после ее смерти — забухал знатно. Сам чуть на тот свет не отправился. С моста даже прыгнуть пытался. Я его откачивал несчётное количество раз, пока не психанул и не договорился, чтобы его Рыкова взяла к себе пациентом. Вышел он уже нормальным, только вот все проблемы держит в себе и заливает алкоголем. Изменился он сильно за последний год и два месяца назад сказал, что нам нужно расстаться. Ещё и так все преподнес, что мы поскандалили конкретно. Думал, что опять пить начнет безпробудно, только вот произошло нечто новое — он начал как-то странно себя вести, будто нашел кого-то, кто заменил ему все и вся. Потом я увидел, как он летел к тебе, когда тебя привезли без сознания и все понял. Так что вот так вот. Антон сидел в полнейшей прострации. Во-первых, Арсений гей? Во-вторых, он, блядь, влюбился в меня? Что, блядь? — А с чего ты взял, что он ко мне что-то чувствует? — Э-эх, Антошка… — вздохнул мужчина и отпил кофе. — Я видел его разным, и влюбленность в этих глазах ни с чем не спутаю. Вопрос в том, взаимно ли это? Шастун посмотрел на Адама и задумался. Чувствую ли я что-то? Если бы нет, то не ехал бы сюда на всех парах. — Я не знаю. Правда, сам ничего не понимаю. Он красивый и я б с ним… Ну ты понял, — парень залился румянцем. — Ага. Больше, чем ты думаешь. Дай ему понять, что ты тоже не равнодушен и посмотрим, что выйдет, — мужчина посмотрел экран своего смартфона. — Ладно, я поеду, у меня свиданье. — Удачи. Проводив мужчину, студент закрыл дверь и пошел искать все, что нужно для уборки. **** Антон жутко устал. Ноги буквально подкашивались, а жрать хотелось знатно. Он навёл порядок в квартире, вынес бутылки из кухни, постирал и развесил вещи, поставил мужчине будильник к первой паре и снял пустой пак со стены, закрыв клапаном катетер. Даже сварил подобие супа из того, что нашел в холодильнике. На часах была половина первого, когда зазвонил его телефон где-то в куртке. — Да, Дим. — Где тебя носит? — послышался из трубки злой голос Позова. — У Попова. Я трезв, жив, здоров. — А чё ты там делаешь? — Длинная история. Слушай, у тебя есть деньги? — На карте, а что? — Можешь мне такси вызвать, пожалуйста. — Ты совсем на мели? — Ага. Так что? — Кинь адрес. — Спасибо. У нас пожрать что-то есть? — Антон только сейчас осознал, что толком не ел, а желудок уже сводило. — Есть. Давай, жду адрес. Друг бросил трубку. Шаст устало выдохнул. За последние несколько часов он едва успел присесть и состояние было близким к состоянию Арса. Только без алкоголя. Дима отписался, что такси скоро будет, и Тоша пошел искать лист бумаги, чтоб оставить записку бухарику. «У вас первая пара. Суп на кухне. Одежда на сушилке. Энтеросгель пить по инструкции.» Кратко и лаконично. Прекрасно. ***** Позов встретил его криком из кухни. Когда уставшая шпала упала на стул, друг поставил перед ним тарелку с гречкой, отварной грудкой и помидорами. Он с удовольствием наблюдал, как Шаст быстро поглощал пищу, и решил дать ему доесть, а потом уже спрашивать. — Так что случилось? — Короче, Попов напился, ему хуево было. Вот и пришлось ехать. — А чего ты? У него ж жена есть. — С чего ты взял? — уточнил Антон, ставя промытую тарелку в шкаф. — Ну… Ребенок, кольцо на безымянном пальце… — Не, жены нет. Слушай, Поз, я с ног валюсь. Пойду в ванну, сорян. — Ок. **** Дима проснулся через три часа чтоб попить воды и заметил, что свет в ванной горит. — Шаааст, — позвал он друга из-за двери. Ответа не последовало. Взволнованный студент вошёл и увидел соседа крепко спящим. Благо, ванна была мала для такого роста и ноги не дали тому захлебнуться. — Антон… — Дима потряс друга за плечо. Сонные зелёные глаза приоткрылись. — Иди спи в комнату, вода уже остыла. Шаст кивнул. Поз попил воды в кухне и проследил, чтоб Антон дошел до спальни. **** Утро в квартире студентов началось с обыденного понедельничного желания сдохнуть. Позов заставил Антона позавтракать и выпить таблетки. Спать обоим хотелось так, будто они ночью мешки таскали. Шаст ещё и тихо выл от боли в мышцах рук. Реально ж мешок таскал. И имя ему Арсений Сергеевич. На остановку они пришли раньше времени и просто курили поодаль. Дима запретил Антону покупать энергетик, так что парень едва не спал стоя. **** Первая пара психиатрии казалась издевкой. Благо, ее вела очень милая женщина средних лет. Лариса Владимировна, кажется. — Опа, Тоха! — крикнул с задних рядов один из самых неприятных одногруппников. — И тебе привет. — Что это ты решил пары посетить? — в голосе парня слышалась издёвка. — Соскучился по тебе, Неон. — Чем болел хоть? — Блядь, Баранов, тебя ебет? — не выдержал Шаст. Этот парень бесил его с первого курса. — Сам-то на пары не ходишь и ничего. Отъебись. Окси смотрела на друга исподлобья. Антон присел около нее и уже думал заговорить, но преподавательница вошла в кабинет и начала диктовать новую тему. «Шизофрения». Посреди пары Тоше пришло сообщение в Вайбер от куратора. Матвиенко Жду тебя у себя. Зайди ещё к Ирине Николаевне и Павлу Алексеевичу. Разрешаю не идти на вторую пару. Что ж, пропустить лекцию Екатерины Павловны — манна небесная. Пара закончилась и одногруппники медленно потянулись к выходу. Антон же сидел и ждал, когда аудитория опустеет, чтоб подойти к преподавательнице, предварительно уточнив ее имя у Позова, ибо Окси отказывалась разговаривать с ним. — Лариса Владимировна, можно вас на секунду? — Конечно. Что вы хотите, молодой человек? — Я пропустил половину семестра. Не могли бы вы подсказать, что мне нужно сделать, чтоб получить зачёт по психиатрии? — А ваша фамилия…? — Шастун. — Ага, хорошо. По какой причине вас не было? — женщина села за стол и открыла свои записи. Антон краем глаза заметил, что у всех в группе стояло уже по несколько оценок. — Болел. Справки есть, вы можете уточнить у заведующей отделением. — Хорошо. Подготовьте три реферата по темам лекций. Вам нужно будет их рассказать. И жду вас в любой день на устные отработки. — Спасибо, — парень слегка поник, но он понимал, что все так и должно быть. — Не за что. Студент покинул аудиторию и, решив, что до директора все равно ближе, направился к Воле. — Павел Алексеевич, можно? — спросил он, заглянув в кабинет. — Шастун? Приходи, конечно. Антон присел на стул. — Мне Сергей Борисович сказал зайти. — Да-да, я знаю. Ты как? — мужчина посмотрел на студента так, будто все знал. — Нормально. А вы? — Не уходи от вопроса. Тебе нужны отгулы в рабочие дни для психиатра? — Откуда вы.? — Ну зря я директор, что ли? Так что? — Да, в среду. — Хорошо. Устрою. Ты вообще готов возвращаться к учебе? Может, академ возьмёшь до полного выздоровления? — с участием спросил Воля. Он даже полностью отвлекся от бумаг, сконцентрировавшись на диалоге. — Павел Алексеевич, я в порядке. Вы можете позвонить моему психиатру и она вам скажет то же самое. — Ладно. Прости, переборщил. — Ничего. — Беги тогда. Ты уже справку Ирине Николаевне отдал? — Нет, сейчас к ней пойду. Воля кивнул и отпустил студента. Заведующей не оказалось на месте, и Антон быстро отдал все нужное ее секретарю, избегая диалогов. Ему ещё с Матвиенко разговаривать. У куратора оказалось окно, и он сидел в лаборантской. — Опа, Шастун, какие люди. — Здравствуйте. Матвиенко посмотрел в заебанные глаза Антона. — Я так понимаю, что разговаривать ты не настроен. Парень кивнул. — Ладно, тогда скажу просто: ты и Дима приглашены на ужин ко мне сегодня в семь. — А отказаться можно? Сергей нахмурил брови и недовольно посмотрел на студента. — Меня Настя сожрёт, если ты не приедешь, так что нельзя. — Ладно. Что она хоть любит? — Я тебе напишу потом, что захватить. Сам узнаю сначала. Они дружно засмеялись. — Хочешь — можешь посидеть в кабинете до конца пары. Или помоги мне с журналами малышни. — Ок. Шаст присел около преподавателя, и ему вручили план-конспект и журнал первого курса, показав, что нужно переписать и куда. ***** Реабилитация… С одной стороны, Антону было страшно идти на пару Попова, а с другой, хотелось посмотреть, как тот выглядит после попойки. Зайдя в аудиторию, он обнаружил там одногруппников. Снова сев около Окси, Шаст решил, что ему все же нужно поговорить в девушкой. — Окса-а-ан, ну прости меня, пожалуйста… — жалобно протянул он, но реакции не последовало. — Окс… — Ну что, Окс? Ты, блядь, покрыл меня матом за то, что я волновалась о тебе. А теперь просто сел и пытаешься поговорить. Ты уже заебал меня, Шаст, — Суркова старалась говорить тихо, но это звучало ещё более агрессивно. — Прости, я вспылил. Но и ты пойми, меня постоянно контролируют и это выводит. — Это не повод срываться на близких. И вообще, я не хочу сейчас разговаривать. Парень умолк очень вовремя. В аудиторию залетел Попов. Выглядел мужчина очень хорошо для того, кто ещё двенадцать часов назад блевал дальше, чем видел. Он окинул взглядом присутствующих. — Итак, уважаемые студенты, тема сегодняшней лекции: «Электросон». Кто-нибудь знает, что это? Все сидели молча, только Окси порывалась ответить. — Суркова, — вызвал препователь девушку. — Электросон — это метод электротерапии, в основе которого лежит использование импульсных токов очень низкой частоты, для воздействия непосредственно на центральную нервную систему. При этом вызывается ее торможение, приводящее ко сну. — Что ж, неплохо. Сколько по времени длится процедура? — Полчаса-час. — Молодец, — он смотрел на Антона неотрывно, будто пытался сказать что-то взглядом, но Шаст игнорировал эти игры. Студент просто смотрел в окно, лишь боковым зрением следя за мужчиной. — Итак, записываем… Следующие полтора часа группа писала лекцию с такой скоростью, что аж пот выступал. Спас всех звонок с пары и студенты быстро начали собираться. — Антон, останьтесь, пожалуйста. Шаст посмотрел на Диму обречённо. Будто его на пытку позвали, а не просто поговорить. Жестом пожелав удачи, друг вышел из аудитории, оставляя Антона с преподом. — Шастун, чего завис? — спросил мужчина, приблизившись к студенту. — Ничего. Что вы хотели? — довольно резко ответил парень. — Прости за вчерашнее, я не должен был тебя этим напрягать. Во взгляде Попова читалась искренняя вина. Ему было стыдно, что он проявил свои чувства именно так. Не нужно спешить. Маленькие шажочки. — Ничего страшного, просто не пейте так больше, — студент развернулся и собирался выйти из аудитории, но мужчина поймал его за рукав халата и повернул к себе. — Антон, я был не прав. Нарушил твои личные границы, — он был так близко, что аромат парфюма ударил в нос, заставляя вдыхать глубже. Антон, как наркоман, хотел больше. — Такого больше не повторится. — Да как меня это уже заебало! — воскликнул парень и прильнул к губам, на которые старался не смотреть все полтора часа. Арсений запустил руку в его волосы, отвечая на поцелуй. Это было чем-то новым. Не такой рваный, как на крыше. Со вкусом мятной жвачки. Язык Антона во всю исследовал рот мужчины, вызывая стоны. Рука на затылке слегка сомкнулась, а вторая уже забралась под худи. Охуенно. Попов потерял контроль. Ему хотелось большего. Он впечатал парня в стену, исследуя молодое тело. Каждое движение его рук вызывало в парне дрожь, дыхание сбилось. Хотелось большего. Но Арс отстранился, чмокнув напоследок такие притягательные губы. Внутренний рубильник сработал, останавливая действия, что могут навредить Антону. — Нам не стоит… — Да… — студент тяжело вздохнул и молча вышел из аудитории. Благо, в этом крыле студентов не было и он быстро добежал до туалета. Ему нужно было убрать эрекцию. Ещё ж, блядь, на пару геранта. **** На занятие он влетел, извинившись перед преподавателем, и приземлился около Димы. — Что ты такой красный? Ебался что-ли? — Почти. Поз застыл. Ему хотелось расспросить, что же там произошло, но навостренные уши одногруппников его остановили. — Ладно, расскажешь потом. **** На паре пришло сообщение в Телеграм. Парень открыл его. Попов. Опять сорвался, прости. Может, встретимся вечером? Поговорить. Разве что часов в 10. Я занят раньше. Давай, завтра? У меня с шести дежурство. Ок Шаст подвинул телефон к Диме и услышал тихое «ебать» от друга. Сам в шоке. ****** В шесть парни вышли из дома. Матвиеныч написал, что Настя любит хворост. Они пошли покупать пирожные и то, что заказал Сергей. С одной пересадкой, но друзья таки добрались. Настя встретила их радушно обняв. — Проходите, я почти закончила готовку, — она пригласила парней на кухню, забрав у Шаста пакет с покупками. — Так, чем помочь? — спросил Антон. — Расставляйте тарелки. Сережа сейчас придет, я его за кофе отправила. Они бессмысленно болтали, смеялись, но не затрагивали болезненную тему. Пару раз проскользнули шутки про психушку, но такой юмор с ноткой черноты — прекрасен. Когда Матвиенко пришел, стол уже был накрыт. — Я тут ещё шоколадку купил, — сказал мужчина, протягивая Насте покупки. — Не знал же, что парни тоже сладкое купят. Вечер прошел прекрасно. Антон с Димой чувствовали особую семейную атмосферу, находясь с этими двумя. — Кстати, ребят, у меня к вам дело. — Какое? Настя улыбнулась, зная, что сейчас скажет муж. — Хотел попросить вас быть друзьями жениха на моей свадьбе, — он улыбнулся и посмотрел на парней. Они сидели молча, пытаясь понять, не послышалось ли им. — Так вы же… расписаны, вроде, — протянул Дима. — Ага, уже года три, только вот свадьбу так и не сыграли, — ответила за мужа Настя. Ей было смешно от ошарашенного вида парней. — Так что, вы согласны? — Сергей ожидал ответа. Антон и Дима даже не знали, что сказать. Когда их жизни пришли к тому, что их куратор предлагает им стать шаферами на его свадьбе? — Думаю, мы согласны, — сказал Позов, пнув Шаста под столом, чтоб тот вернулся в реальный мир. — Только расскажите нам, что нужно делать. Шастун молча слушал. Сюрреализм данной ситуации зашкаливал. Хотелось ущипнуть себя за руку, чтоб узнать, не сон ли это, но двигаться не было желания. Антону было чуждо выражение радости на лице Димы. Да, он и сам должен испытывать позитивные эмоции, но даже намека на них нет. Просто непонятно, почему человек, который едва ли его знает, просит Антона быть своим шафером. С чего такие выпады? — Антон, ты с нами? — позвала его Настя, махая рукой перед лицом. Парень встрепенулся, кивнул и сосредоточился на беседе, стараясь активнее участвовать в диалоге. Обсуждалось многое, начиная от учебы, заканчивая свадьбой, общими знакомыми, событиями в мире. Но все хорошее имеет свойство заканчиваться и парням нужно было домой. Они попрощались с куратором и его женой и пошли на автобусную остановку. Дима все пытался поговорить, но усталость Антона была на лицо и ничего, кроме односложных ответов, он не услышал. ***** Летели дни. Встретиться с Поповым так и не удалось из-за сильной занятости врача и запары на учебе у студента. Лишь неловкие переглядывания во время лекций, попытки заговорить после пары, которые Антон пресекал. Иногда эмоции и гормоны управляют человеком, а не человек — ими. Так и прошел месяц: у одного — с бокалом виски и в оперблоке, у другого — на сеансах врача, с таблетками и кучей конспектов. У Арса сдавали нервы — он не мог нормально поговорить с Антоном и, казалось, жизнь идёт наперекосяк. Света на это просто говорила, что сейчас чувства Арсения — лишь незначительная часть жизни Шастуна. Парню нужно переосмыслить всю жизнь, научиться снова радоваться и смеяться. Научиться наслаждаться каждым моментом. Да, в этом мог бы помочь Арс, но, если уж его отвергают, не стоит давить. Они сделали слишком резкий шаг навстречу друг другу и теперь разгребают последствия. А ведь судьба — такая сучка. **** Светлана ждала его прихода уже 10 минут, а Шаст летел на всех парах. День сегодня начался через жопу. Дима проспал утренний автобус в шарагу и винил во всем Антона, у которого разрешение от директора на пропуск среды. Как итог, оба опаздывали и бегали в трусах по дому, ища одежду, обувь и остальную мелочь. Маршрутка, на которой Антон добирался до больницы, решила не приезжать, и парню пришлось ехать автостопом. Не самый приятный опыт, но выбора не было. Влетел в кабинет он как вихрь, неуклюже запутавшись в своих же ногах и ебнулся лицом в ковер. — Добрый день, — простонал парень, потирая ушибленное колено. Он посмотрел на врача, что даже не думала встать и помочь, а просто ждала. Наконец, Шастун смог сесть в кресло и выдохнуть. — Что же, не часто пациенты входят ко мне столь эпично, — усмехнулась Светлана. — Ну, это же я. — Ладно, давай начнем, — женщина взяла блокнот с кофейного столика рядом и открыла на нужной странице. — Как твое состояние? — Ничего нового. Ем стабильно, — парень ухмыльнулся, — об этом вы и так знаете. Таблетки пью, на пары хожу. — А как твое внутреннее состояние? — Без изменений. Не умер пока. Кажется, в глазах Светланы Евгеньевны проскользнуло отчаянье. — Хорошо, я давала тебе рекомендацию вести дневник. Как успехи? — Довольно скучно, это же просто описание моего дня. — Могу я взглянуть? — уточнила женщина. Это только Антону казалось, что дневник — бессмысленная трата времени. Для психиатра же это — клад. Парень достал из рюкзака небольшой блокнот без линовки, с акварельными рисунками на каждом листе. Поверх принта были записи. Сухо, без особых подробностей, но пару интересных моментов, все же, Светлана для себя отметила. Читать нужно было быстро, акцентируя внимание лишь на важном. — Хорошо, ты делал все четко, как я сказала, кроме одного, — начала женщина, изучив записи. — Я говорила, что писать нужно не думая, а, судя по идеальным буквам, ты тщательно размышлял над каждым словом. Это — лишь краткое описание, как аннотация. Парень поник. Он догадывался, что психиатр поймет сразу, но надеялся, что она не скажет ни слова. — Антон, пойми, это важно. Я бы хотела, чтобы ты прислушивался ко мне, ибо пока что мы просто топчемся на одном месте. — Хорошо, простите, — виновато ответил парень. — Нет, ты не должен извиняться за то, что тебе тяжело. Это твое состояние и никто не может знать, насколько сложно тебе бороться со своими демонами. Я просто прошу помочь мне, Антон. Впервые за все из сеансы, она увидела в его глазах нечто новое. Не страх, а, скорее, мысли. Возможно, она сказала что-то, что зацепило его. — Давай поговорим о том, что ты написал про своего куратора, — Светлана увела тему в иное русло. — Он попросил тебя стать шафером на своей свадьбе. Что ты чувствуешь по этому поводу? — Ничего, — спокойно ответил пациент, глядя женщине прямо в глаза. — Да, мне приятно, но никаких эмоций. Буквально, пустота. Даже отреагировать нормально не смог. Надел маску радости, но не более. — Скажи мне, зачем тебе нужно притворяться? — Люди хотят видеть реакцию, которую я не могу дать. — Стоит ли делать то, чего ты не хочешь, ради других? Достойна ли одномоментная радость окружающих того, чтобы ты скрывал реального себя? Вот они, те слова, которые нужно услышать каждому. То, что заставляет тебя задуматься, пересмотреть свое поведение. У всех разное отношение к открытости перед людьми, но для Антона — это слабость. Только реально сильный человек может скрыть все настолько хорошо, что никто ничего и никогда не узнает. — Хорошо, я вижу, что ты не готов обсуждать эту тему. Давай поговорим о другом, — женщина ещё раз внимательно взглянула на свои записи. — Ты красочно описал вашу… Кхм… Стычку с Арсением, — она внимательно следила за изменениями на лице Антона. — Я так поняла, ты так и не смог поговорить с ним нормально после этого. Почему? Шастун был готов к тому, что она об этом спросит. Даже ответ нейтральный придумал, но в последний момент решил, что врать нет смысла. Не в этом кабинете. — Потому, что я не знаю, что ему сказать, — парень выдохнул. — Никаких тайных чувств у меня к нему нет, от обычного поцелуя я не потек. Это просто гормоны, не более. Сами понимаете, я молодой, а некоторые потребности не удовлетворены уже несколько месяцев. Интересный ответ, но, к сожалению, не открывший для Светланы Евгеньевны ничего нового. Некоторые части личности Антона для нее оставались тайной, спрятанной за семью печатями. **** Когда сеанс закончился, Шастун попросил разрешения на визит к Алисе. Девушка писала что-то в блокноте увлеченно, но звук знакомых шагов отвлек ее. Она мило улыбнулась гостю и встала, покидая палату вместе с другом. Они прогуливались по территории, болтая обо всем. Редкое чувство спокойствия накрыло приятной волной, погружая в минуты беззаботной юности. — Слушай, а какие планы у тебя на Новый год? — спросил Антон, приближаясь к выходу с территории. Времени у них оставалось мало, разве что на перекур. — Меня отпустили домой на праздники. Проведу их с семьёй. А у тебя что? — лёгкая грусть появилась в ее глаза, но моментально испарилась. — Я сессию сдал, так что сейчас от тебя поеду на вокзал и в Воронеж. — К маме? — чутко подметила она. — Да, я скучаю по ней. — Мне бы такие отношения с семьёй, — девушка выдохнула сигаретный дым и посмотрела куда-то вдаль. Шаст приблизился и заключил подругу в свои объятия, тихо прошептав на ухо: — Все будет хорошо. Семья любит тебя. И знай, ты можешь позвонить мне в любую минуту. ***** На перроне его уже ждал Дима с чемоданами. Друг был явно зол тем, что Шаст сильно задержался и они едва не пропустили поезд. Под недовольное бурчание Позова они заняли вагон. Ну что, встречай, родной город.