50 дней до рая

То, о чём я хочу рассказать случилось вчера. Хотя может быть нет? По честному, я сам ничего уже не понимаю. Кажется, это произошло только что, а может и год назад. Кто знает. Мне самому вообще сложно признать и принять произошедшее. Но думаю, сначала нужно представиться: —Эм... Привет? — произнёс я в пустоту, зная, что никто всё равно меня уже не услышит, — Меня зовут Юра Сабуров и я... мёртв. Хех, да, наверно в это тяжело поверить, но всё так, — звук моего голоса эхом отдавался по стенам пустой комнаты. Вчера (или всё же раньше) я прогуливался вместе с Арсением (моим лучшим другом и тайным возлюбленным) по улицам нашего небольшого городка ночью. Ему пришла в голову с одной стороны безумная, а с другой достаточно интересная и необычная идея: —Юр, слушай, а почему нам не залезть по пожарной лестнице на крышу твоего дома? — голос Арсения звучал достаточно взросло для его 16 лет, но всё его окружение уже привыкло к этой его детали. Несмотря на то, что жил я в девятиэтажке, решил согласиться. Сейчас я глубоко сожалею о том, что послушал Сеню, но, думаю, мне стоит продолжить свой рассказ. Мы залезли на крышу, после чего бесстрашно решили посидеть на краю. Сажусь и сразу же непроизвольно скольжу к краю. Начинаю падать. Сеня пытается схватить меня за тянущуюсь и пытающуюся ухватиться за краю руку, но безуспешно. В тот момент единственное, что я мог чувствовать это животный ужас и невероятное, полностью поглощающее в себя и топящее отчаяние. Я чувствовал приближение смерти. Мгновение падения растягивалось и ощущалось долгими часами. Надежд вижить не оставалось. Рука Арсения тщетно тянулась ко мне, он, кажется, тоже уже сдался, но не мог смириться с происходящим. Одна секунда... Полторы.... Две... Чувствую спиной твёрдый асфальт и жгучую острую боль во всем теле. Всё. Конец. Смерть. Я успел увидеть полные страха глаза Арсения и его тянущуюсь вниз руку. Мне не хотелось его расстраивать, не хотелось, чтобы он страдал из-за меня, не хотелось, чтобы он вообще чувствовал негативные эмоции. Мне хотелось сделать друга счастливым, обнять и никогда не выпускать из крепких объятий. Но увы, не все желания исполняются, и это было в их числе. Моменты жизни начинают приноситься перед глазами: Вот я ещё ребенком играю с сестрой Юлей; Первый раз с огромным букетом иду в школу; Веду себя там, как полнейший идиот, пытаясь выглядеть кручу всех; Позорюсь и стремительно падаю в глазах одноклассников, первый раз свадиваясь в обморок в пятом классе прямо у доски; Обмороки всё продолжаются; Одноклассники начинают недолюбливать и издеваться; Избиение от главного задиры класса — Матвея; Не выдержав очередную порцию ненависти от него, я захлёбываюсь в гневе и совершаю первую (И, надеюсь, последнюю) попытку убийства (А мне ведь было всего 13); Родители заминают дело с Матвеем, даже сестра, что до этого была единственной поддержкой, отдаляется от меня; Появляется новая надежда на счастливую жизнь: я встречаю и показываю школу новенькому, Арсению Смирнову, что переводится в мой класс; Счастливые моменты, которые я проживаю вместе с Сеней; Осознание того, что влюблён в лучшего друга; Новость о том, что он влюблён в мою сестру, мои чувства остаются без ответа; Последняя прогулка с ним; Падение.

***

Я нахожусь в сплошной непроглядной темноте (Наверное?) Вдруг в далеке виду слабый свет и предпринимаю попытку подойти (Или подплыть? Хотя плавают ли люди по воздуху? Не, наверно, я уже не человек. Тогда вполне могу и плыть) Свет становится ближе и я различаю в нём очертания длинного белого коридора. Чувствую, что (Кажется) могу стоять на ногах. Я словно загипнотизированный иду прямо по коридору, что кажется бесконечным и вижу впереди трон с восседающим на нём крылатым существом. Стараюсь приблизиться как можно быстрее, но не выходит, словно ногами управляю не я, а кто-то другой. Наконец достигнув трона, я смог разглядеть существо поближе и яснее: Это парень, даже можно сказать мальчик. Да, милый маленький мальчик, на вид лет 11-12, с огромными белоснежными крыльями. Он одет в большую такую же белую, как и всё вокруг, на удивление черные шорты, что закреплены на поясе, в них же была направлена его футболка. На голове у него цветок (Кажется, это фиалка), вплетённый в рыжие (Точь в точь как у меня) волосы. Я не успел посмотреть, какая у него обувь, когда тот заговорил. —Так-так-так... Кто это тут у нас... — мальчик бормотал, совершенно не обращая на меня внимания. —В-вы ангел? — само вырвалось, страх ещё не до конца прошёл, поэтому говорить получалось только с заиканиями. —Нет. Я бог. — вот такого исхода событий я явно не ожидал. —Извините... Я просто всегда думал, что бог — это всемогущий старый дед. —Какого же люди обо мне плохого мнения, — перед мальчиком-богом появился огромный список, состоящий, судя по всему из имён. — ты кем будешь, парень? —Я? Я Сабуров Юрий. —Са-бу-ров Ю-ри-й... — по словам произнёс тот, ища что-то в списке, — Что тут у нас... Попытка убийства... Не пил... Не курил... Не употреблял... Пока "бог" перечислял всё хорошее и плохой в моей жизни, в голове мелькала только одна мысль: «Меня же не простят за спланированную попытку убийства... Мне точно гореть всё оставшееся время в аду... Ад... Ад... Ад... Ад... Ад» Размышляя о дальнейшей судьбе прервал резкий голос мальчика-бога: —Знаешь, Юра, я бы отправил тебя в ад, но видя, как ты боишься, предпринял кое-что другое... — он специально, пытаясь меня подразнить растягивал конец предложения. «Ну же, не томи» — хотелось сказать, но буквы не складывались в слова, всё-таки, я был рад тому, что меня хоть как-то, но помиловали. —Если кратко — мальчик будто прочитал мои мысли и вскоре начал говорить, — Я верну тебе в реальность в виде призрака. Даю тебе задание убить твоего возлюбленного-Арсения... «Ч-что простите?! Убить Сеню?! Даже если я и решусь, то как это может сделать чёртов призрак?!» —Нет, это не все условия. Хоть я и виду смесь удивления и страха в твоих глазах, ещё проще я не сделаю. Так во-о-от, — мальчик-бог игриво тянет предложения и вдруг взмахивает крыльями, поднимается в воздух и усаживается мне на плечи, — Если за 50 дней ты не сможешь его убить — отправляешься в ад и будешь страдать там до конца своих дней, ну а если всё же сможешь — вместе со своим "Сеней" в рай. Я был одновременно рад и глубоко разочарован. Смерть Сени ради того, чтобы дальше жить вместе в раю. Для меня точно хорошо, а вот что для него... Хотя, всё же в раю явно получше, чем у нас в России. Я принял решение —Спавибо, Боже —Я, конечно, рад, что ты меня почитаешь, но можно просто Дейки. — мальчик-бог (хотя теперь уже Дейки) закрыл своими ладошками мне глаза и прошептал на ухо — Если тебе понадобится моя помощь, громко позови по имени, всё равно кроме тебя никто не услышит.

***

Темнота. Ничего не видно. Хотя нет, это просто глаза закрыты. Безысходность. Я ощущаю себя совершенно беспомощным и бесполезным, когда открыв глаза, вижу собственное окровавленное безжизненное тело. Надежда. Может быть у меня всё же что-нибудь получится? Страх за близких. А что будут делать родители и сестрёнка, когда узнают, что я мёртв? Они же меня наверно любили... Сомнение. Могу ли я позволить себе убить Арсения? Когда я пытался сделать это с Матвеем, ответ был очевиден — да. Определённо да. Сейчас же я совершенно не знаю, что делать. Стоит ли мне жертвовать чьей-то жизнь ради своего блага? Страх. Нет, у меня просто нет другого выбора! Это ведь и ради Сени тоже. Наверняка моя смерть сломает его жизнь. А если он будет убиваться от горя из-за этого. Я ведь даже не смогу показать, что рядом и окутать заботой... Решительность. Да! Я должен это сделать. Если не во благо себя, то хотя бы во благо возлюбленного. Альтруизм. Я обязательно сделаю его счастливым. Даже если придётся гореть в аду. Отдам всё, лишь бы Сеня был счастлив. Любой ценой.