Ты не так прост, Итэр

Прошло уже три недели с тех пор, как Итэр живёт с Аяксом. Первое время Чайльду было немного не привычно, но вскоре всё дошло до того, что Аякс не мог находиться в квартире без Итэра. Совместная жизнь изменила парней в лучшую сторону, каждый выполнял свои обязанности, Чайльд даже научился готовить. У них появились свои мелкие «семейные» традиции. Например: Дурацкая игра в «Камень, ножницы, бумага», кто проиграет, тот и заправляет постель и меняет постельное бельё после особо жаркой ночи. Или их жалкие попытки приготовить что-то съедобное, и они спорили, кто будет жарить что-то у плиты и не убьётся от раскалённых капель масла. На этот раз парни стояли у плиты по очереди, так как Чайльду в играх всегда не везёт, а умирать от капель кипящего масла в его планы не входило. Чинили, делили пульт и убирались тоже по играм, но Итэр постоянно настаивал, чтобы он чинил, если что-то сломается. Тарталья не понимал столь сильного энтузиазма парня к починке каких-то безделушек, но сопротивляться не стал. Живя в одной квартире, парни сильно привыкли к друг другу. Чайльд, выходя из дома, брал Итэра с собой, но с каждым днём Итэр ощутимо «потухал». Сколько бы Чайльд не пытался его развеселить, Итэр был непреклонен. Парень становился более дёрганным и нервным, боялся абсолютно каждого шороха и на все уговоры Аякса хотя бы выйти на улицу, проветриться, Итэр постоянно отнекивался и стал плохо спать. Чайльд по своей натуре всегда был нетерпеливым и весьма агрессивным человеком, но, на удивление, мужчина к Итэру относился с терпением, возможно, это побочный эффект от таблеток. Аякс просто ничего не чувствует. В один из обычных субботних дней Чайльд готовил ужин, а Итэр, завернувшись в одеяло, щёлкал кнопки пульта. — Добавлять в курицу острый соус? — спросил Тарталья, не поворачиваясь к Итэру. Итэр в ответ лишь угукнул, внимательно изучая телепередачу. Спокойную вечернюю атмосферу разбавил телефонный звонок. На телефонные звонки обычно отвечает Аякс, так как всегда тревожат по работе, и этот раз не был исключением. Оторвавшись от приготовления соуса, мужчина направился к телефону. Аякс поднял трубку, спустя секунд 30 ответил согласием и сбросил вызов. — Тебя снова вызывают? — с хорошо замаскированным страхом спросил Итэр и с надеждой посмотрел в синиие глаза напротив. Аякс обречённо вздохнул и кивнул. — Я скоро вернусь, — сообщил Чайльд и коротко поцеловал макушку парня. —Займёшься ужином, пока меня не будет? Блондин улыбнулся и утвердительно покачал головой. *** Прошло уже 30 минут с того момента как Чайльд ушёл на работу. Итэр своё слово сдержал и вовсю занимался готовкой риса для курицы. Внимательно перечитав рецепт приготовления, парень щёлкнул крышкой мультиварки и уже собирался сесть за телевизор, как вдруг снова раздался звонок. Итэр удивился и с недоумением стал рассматривать звенящий объект. Домой просто так никогда не звонят. Это обычно делает Синьора, и то для того, чтобы сообщить что-то важное. Блондин не хотел поднимать трубку, но в груди оставалось какое-то тревожное чувство. «А вдруг это звонит Синьора, чтобы поторопить Чайльда? Вдруг с ним что-то случилось, и он не смог добраться до штаба? Или же его перехватили люди Венти, и теперь они держат его в заложниках?» Подобного рода мысли не переставали крутиться в голове парня, и он, набравшись смелости, решил поднять трубку. Услышанное повергло парня в шок. *** Добравшись до агентского штаба, Чайльд спешно приложил пропуск и, в мыслях ругая всё живое, подошёл к шкафчику с формой. Мужчина знал, что ничего серьёзного не произошло, поэтому нужды в форме не было, но некое чувство тревоги и банальная привычка заставили Аякса нацепить ремни и жилет, набитые оружием. Войдя в кабинет Люмин, Чайльд сразу обратил внимание на особенно взбешенного Скарамуччу. — Ничего сказать не хочешь? — вместо приветствия спросил Скарамучча. Тарталья недоумевающе выгнул бровь и бросил взгляд на свою тётю, ища объяснения. Синьора, в свою очередь, смотрела сквозь племянника. Скарамучча бросил под ноги мужчины какую-то папку. Презрительно фыркнув от такой наглости, Тарталья всё же поднял предмет, брошенный Скарамуччей. Открыв её, мужчина увидел изображения мёртвых тел Альбедо и Сахарозы со шприцами в руках. Картина не из приятных, но Чайльд в жизни много пиздеца видел, поэтому фотка кучки наркоманов не вызвала у него каких-то эмоций. — Кучка обдолбанных нариков не вызывает у меня сочувствия, — холодно сообщил Аякс, вращая в руках чёрную папку. — Они не кучка нариков, — сквозь зубы процедил Скарамучча. — Альбедо и Сахароза никогда не были наркоманами и для молодого организма умереть от передоза героином весьма трудно. Тем более если учитывать тот факт, что они работают в больнице. По словам Кэйи, смерть была мгновенной, откачать не успели. От обычного укола героином такой реакции бы не было. Тарталья вновь выгнул свою рыжую бровь и посмотрел на мужчину с лицом, на котором читалось: «Ну же, удиви меня». — Это дело рук Венти, — продолжил Скарамучча. — Он устранил их, так как они были его бывшими союзниками, которые помогали ему с созданием вакцины, и именно они были теми, кто прикрывал Итэра. И ты об этом знал, но ничего нам не сказал. Ты их прикрыл. Сообщи ты мне раньше, я бы... — Ты бы держал их в заложниках, и Венти убил бы их раньше, чем ты успел бы поздороваться. Я не сообщил о них в отчёте, так как знал, что они не являются помехой. Альбедо и Сахароза всегда были безразличны для него. Если бы они что-то значили, Венти вернулся за ними, но он так не сделал. Венти вернулся только тогда, когда я сообщил, что Итэр у нас, — перебил Тарталья. — У них могла быть информация. Ты не имел права нарушать приказ! — крикнул мужчина, на что Аякс гневно свёл брови к переносице. — Мне приказали найти того таинственного парня и задержать его. Приказ я не нарушал, но и не исполнил твою прихоть. Тебя это бесит, потому что ты считаешь себя виновным в их смерти, —сладко произнёс Тарталья, ехидно улыбаясь. Скарамучча подавился возмущением. — Ты должен был это учесть! Всё, что относится к приказу, ты должен выполнять! — крикнул профессор. Рыжий на такой аргумент лишь закатил глаза. Скарамучча презрительно ворчал, а Синьора хрипло произнесла: — Как Итэр? У вас всё хорошо? — аккуратно и с некоторой хрипотцой в голосе спросила женщина. — Всё отлично, — холодно ответил агент и бросил взгляд в сторону пустого кресла Люмин. Чайльд только сейчас заметил её отсутствие, после снятия с таблеток агенту очень трудно концентрировать внимание. — А где начальник? От услышанного вопроса Синьора поджала губу, а Скарамучча заворчал сильнее. — Я не договорил, — снова привлёк к себе внимание профессор. — Столь быстрый летальный исход от героина возможен при добавлении одной травы. Как ты знаешь, в Инадзуме было много гражданских войн, вследствие чего использовалось огромное количество ядовитых газов и прочей дряни. Естественно, это был огромный удар для экологии Иназумы, и, конечно же, многие растения мутировали. Так и появилась трава «Наку». Трава «Наку» – это длинное фиолетовое растение, у которого нет вкуса и запаха. Если его принять, то человек умрёт в считанные секунды, и никто не сможет понять причину смерти. — Ты намекаешь, что Сахароза и Альбедо умерли от этого сорняка? — спросил Чайльд. — Не намекаю, а уверен в этом, — твёрдо ответил профессор. — Так причём тут Люмин? — спросил рыжий, переводя взгляд на тётю. — Инадзума должна была поставлять нам новых солдат, но из-за гражданской войны она этого делать не может. У Венти есть связи с японской мафией, и по его просьбе мафия устроила это побоище. Сегодня как раз тот день, когда нам должны были доставить солдат, и Хотару должна была их встретить, — ответил Скарамучча. — Получается, начальник в заложниках? —безэмоционально спросил Аякс. Скарамучча кивнул. — Тогда почему мы здесь? — спросил Чайльд. — Мы не можем выдвигаться, пока не получим точных данных о местонахождении Люмин, — вмешалась Синьора. — Моя мать наняла хороших людей, которые смогут выполнить эту работу, —добавил Скарамучча. — Да-да, твоя мамуля всё решит, — закатил глаза Чайльд и ловко увернулся от полетевшей в него папки. Вдруг Чайльда резко передёрнуло, и он оглянулся на дверь. Около двери, как и ожидалось, никого не было, но Аякс будто смотрел сквозь неё. — Мне нужно домой, — поставил перед фактом Чайльд. — Хэй, ты чего? Сдурел совсем?! — крикнул Скарамучча вслед убегающему Чайльду. Дверь закрылась с громким хлопком за уходящим мужчиной. Скарамучча остался с открытым ртом. — А я говорил, что рано его ещё с таблеток снимать, — грозно смотря на Синьору, язвил Профессор. — Ну конечно! Кто же будет слушать специалиста? Давайте лучше сделаем так, как хотим, а дальше будь что будет! — театрально развёл руки Профессор. — Таблетки мешают ему жить, — твёрдо ответила Розалина. Скарамучча лишь фыркнул и, подняв ныне брошенную папку, стряхнул с неё пыль. — Я тебя понимаю, — начал профессор, бросая взгляд на агента. — Я не смог спасти своих товарищей, но у тебя ещё есть шанс. — Он до сих пор обижается, как ребёнок, —грустно усмехнулась женщина. — Я не знаю что с ним делать. *** Неуверенно подняв трубку, Итэр приставил телефон к уху: — Алло? — робко произнёс Итэр. — /Приветик, Малыш/, — раздалось по ту сторону трубки. От услышанного знакомого голоса Итэр застыл. — Что тебе нужно? — собрав всю волю в кулак, выдал Итэр. — /Давай устроим обмен/, — певуче начал Венти. — Что? Какой ещё обмен? — возмущался Итэр. — /Твоя дорогая сестрёнка у нас. Не беспокойся, с ней всё будет хорошо, если ты выполнишь все мои условия/, —радостно прозвучал высокий голос. — С чего бы мне тебе верить? —раздражённо спросил блондин. Как только Итэр закончил своё предложение, то услышал шорох около входной двери. Застыв от непонимания, парень уставился на подкинутую бумажку. — /Ну так подними конвертик и поверишь/, — Венти говорил медленно и очень терпеливо, будто разговаривал с умственно отсталым ребёнком. Подозрительно уставившись на конверт, Итэр отложил трубку на край тумбочки и стал медленно подходить к выброшенному конверту. Аккуратно подняв белоснежную бумагу, Итэр, собравшись духом, распоковал её. Картина, открывшаеся перед парнем, была ожидаемой. Итэр чудом сдержался, чтобы не вскрикнуть. Как и ожидалось, на фотографии была изображена спящая Люмин. На ней были синяки, но следов насилия как такого не было. — /Адрес на обратной стороне! Приходи один. Жду не дождусь встречи, пупсик!/ —певуче раздалось по громкой связи, после чего Венти сбросил трубку. *** Чайльд вдавливал педаль в пол, нарушая все возможные правила дорожного движения. Стрелки спидометра показывали 200 км/ч и противно пищали, напоминая водителю сбавить скорость, но, несмотря на это, Аякс даже не думал останавливаться. Чуть не врезавшись в шлагбаум, Аякс резко притормозил и, яростно захлопнув дверь внедорожника, вбежал в подъезд. В невезение Аякса лифт особенно долго поднимался на 115 этаж. Как только лифт добрался до нужного этажа, Аякс выбежал из него и врезался в человека. Аякс не хотел обращать внимание на пострадавшего, но, когда услышал тихое «ай», обернулся. На полу развалившись сидел Итэр. Чайльд в шоке округлил глаза, а Итэр в свою очередь уверенно поднимался, намереваясь продолжить путь. Тарталья, вовремя среагировав, схватил парня за ворот свитшота. — Отпусти меня! Мне нужно идти! —протестовал блондин, пытаясь выбраться из крепкой хватки. Не отвечая парню, агент с силой припечатал парня к стене, от чего тот, стиснув зубы, зашипел. — В другое время тебя из дома не вытащишь, так какого чёрта ты сейчас сбегаешь? — твёрдо спросил мужчина, сильнее впечатывая парня в стену. — Венти держит Люмин в плену! Я должен выполнить условия, чтобы он её не тронул! — твёрдо ответил Итэр, со стальной решимостью глядя в синие, словно океан, глаза. Тарталья замер. Что-то в нём щёлкнуло, и он аккуратно опустил парня на землю. — Я с тобой, — твёрдо сказал Чайльд, на что получил отрицательное покачивание головой. — Венти требовал, чтобы я приходил один, — сообщил Итэр, аккуратно стряхивая бетонную пыль с чёрного свитшота. — Он тебя убьёт, — сообщил Чайльд. — Я знаю, — согласился Итэр. В сердце мужчины снова что-то щёлкнуло, на этот раз болезненно. — Ты так рискуешь жизнью ради неё, хотя она тебя бросила... Как... как ты можешь продолжать рисковать своей жизнью ради неё? — непонимающе спросил Чайльд. — Она – моя семья, — ответил Итэр, — и этого достаточно, чтобы я был готов умереть за неё. — Семья... — прошептал Аякс. — А разве твоя семья готова сделать такое же для тебя? Итэр лучезарно улыбнулся, и от этого на душе Тартальи стало ещё больнее. — Я не знаю, — честно признался парень. Рука у агента затряслась. Чайльду хотелось схватить парня и запереть у себя дома, чтобы никто его никогда не нашёл и не причинил вреда. Но рука в последний момент дрогнула, и он отпустил парня. Итэр благодарно улыбнулся и, напоследок поцеловав мужчину в лоб, скрылся за дверьми лифта. Когда железные двери лифта захлопнулись, а красные цифры на сенсоре стали вести обратный отчёт до первого этажа, Аякс с силой ударил кулаком о бетонную стену. Мужчина не знал куда себя деть. Одна сторона хочет погнаться за Итэром, наплевав на благополучие начальника, а другая требует пойти домой и дожидаться парня. Собственно, так Тарталья и поступил. Порывшись в карманах Аякс достал ключ-карту и поднёс её к двери. С подозрительным спокойствием мужчина дошёл до своего кабинета и встал в центре комнаты. Оружие приятно висело на поясе напоминая пользователю, что он может его использовать. Достав из бокового кармана пистолет, Аякс, не церемонясь, несколько раз прострелил зеркало. Повернув голову в поисках предмета, Чайльд удивился, что не нашёл его над камином. Обычно эту вещицу его любезная тётушка ставит на видное место, чтобы Аякс постаянно вспоминал о них. Бросив пистолет куда-то на пол, Тарталья ринулся искать предмет. Мужчина перевернул все полки, опрокинул все шкафы, но нигде её не нашёл. Вскоре взгляд Чайльда упал на стопку своих анализов и прочих документов. Подойдя к этой горе, Аякс рывком снёс все вещи на пол и услышал не характерный для бумаги треск. Он стал перебирать листы и обнаружил результаты анализов, что подтверждали его бесплодие. Бросив документ на пол, Аякс разглядел в стопке листов знакомую античную рамочку, которая так сильно мозолила глаза на протяжении многих лет его жизни. Теперь наконец настало время от неё избавиться. Потянувшись к рамке, Тарталья удивлённо застыл. Вместо привычной фотографии с изображением его родителей и тёти там была фотография Итэра, который лучезарно улыбался, а снизу на рамке была выжжено слово «семья». Чайльд не понимал, как тут оказалась эта фотография, но вырывать её он не собирался. Глядя на лицо блондина, Тарталья успокаивался. Мужчина узнал эту фотографию. Она была сделана во время дня рождения Томы. На Итэре был знакомый чёрный свитшот и облегающие тёмные джинсы, которые так прекрасно на нём смотрелись. Сердце болезненно сжалось, и Тарталья стал карать себя за то, что позволил парню уйти. Собрав всю волю в кулак, Чайльд принял решение. Рука агента опустилась в задний карман брюк и нащупала телефон. Подобрав лежащий рядом анализ, Тарталья отправил матери фотографию результатов теста. Телефон сразу стал звенеть. Звонки Тони и матери разрывали телефон, Чайльд даже не думал брать трубку. Вместо этого мужчина двинулся на кухню, где и увидел готовый рис для курицы и письмо с адресом. Наконец подняв телефон, Аякс обнаружил около 30 пропущенных вызовов от матери и Тони. Игнорируя звонки матери, Чайльд набрал номер тёти. Как обычно со второго гудка была поднята трубка. — /Слушаю/, — раздался усталый, но жёсткий голос. — Я знаю где Люмин. Встретимся у штаба, — холодно бросил Чайльд и повесил трубку. *** Дойдя до места встречи, Итэр стал оглядываться. Вроде он пришёл в нужное место. Сунув руку в карман, Итэр обнаружил, что забыл письмо дома. Паника стала подступать к горлу. «А не обманул ли меня Венти?» — мыслил парень. Пребывая в лёкгой панике, парень не заметил как к нему подъехал чёрный автомобиль с затонированными стёклами. Блондин недоверчиво обернулся на машину. Чёрное авто перегородило ему путь и опустило стекло. — Ты – Итэр? — раздался голос из авто. Не успел Итэр кивнуть, как задняя дверь автомобиля раскрылась. — Садись, —приказным тоном потребовал незнакомый мужчина. Итэр недолго колебался и сел в машину. Дверь резко залопнулась и заперлась. Водителя и пассажира разделяло чёрное тонированное стекло. Блондину было неловко, но это отходило на второй план. На данный момент Итэр старался запомнить дорогу, чтобы в случае побега знал куда бежать, но парень понимал, что этого не произойдёт. Машина свернула за какой-то переулок и остановилась перед какими-то развалинами. Итэр не понял, почему автомобиль остановился, но и интересоваться не собирался. *** Из палаты доносились протяженые крики. Служанки, стоящие рядом с Венти, тряслись и вздрагивали каждый раз, как слышали очередой визг. Венти тяжело вздохнул; поднимаясь с кресла подошёл к двери. — Что ты разоралась? — гневно пиная дверь, спросил Венти. Люмин, в свою очередь лежащая на полу, продолжала кричать, но, увидев Венти, она замолчала. — Не беспокойся, скоро твой братец приедет, и мы устроим обмен, — поставил перед фактом профессор. Люмин опешила. — Не может быть... Итэр так не поступит, —сквозь зубы шипела девушка. — Ты сильно недооцениваешь своего брата, — беспечно пожал плечами Венти. Быстро оглядев девушку, профессор щёлкнул пальцами, зовя медсестру. — Анна, — обратился он к девушке. —Поставь ей капельницу, а то будет обидно, если она умрёт от голода. Хрупкая на вид девушка уверенными шагами подошла к Люмин с системой для капельницы в руках. — Убедись, чтобы верёвки были стянуты крепко. Не хочу снова потерять моих друзей, — дал совет Венти и удалился. — Всё будет сделано в лучшем виде, как и всегда, — уверенно ответила девушка. *** — Почему тебе нужен именно Итэр? Разве они с Люмин не двойняшки? Кровь у них одинаковая. Достаточно взять кровь Люмин, — недоумевающе выдал Дайн, смотря на Венти. Профессор громко хохотал, услышав недоумевания его помощника. — Ну ты и шутник, милый. Ты думаешь, я не догадывался об этом? — кое-как успокоившись, выдал Венти. — Всё просто — в её крови содержится наркотик. Штука не опасная, но вызывает зависимость. Это и есть причина, по которой мне нужен Итэр. — А ты уверен, что Итэр придёт один? Сомневаюсь, что Рыжий его оставит в покое, — поделился переживанием Дайн. Венти на это лишь уверенно фыркнул и спустя секунду бросил на Дайнслейфа яростный взгляд: — Я не идиот, — бросил Венти. — Ты думаешь, я тебя здесь как сувенир держу? Посмотрим на что способна твоя система безопасности, — развёл руками Венти. — В противном случае... — профессор снова бросил взгляд, но уже на руки Дайна, — отрублю тебе руки, — уверенно сказал Венти и, развернувшись, ушёл. *** Подъехав к какому-то на вид разваленному зданию, водитель вытащил некое удостоверение и поднёс его к аппарату. Вскоре раздался противный писк, и открылась дверь какого-то гаража, который находился под землёй. Заехав в это чудо инженерной техники, Итэр стал чувствовать себя опустошённо, словно из него выкачивают жизнь. Наблюдая за тем, как двери гаража закрываются, Итэр вспомнил время, проведённое в больнице. Тогда парень даже не подозревал, что вся эта ситуация примет такие обороты. — Ох, если б я только знал, что так будет — никогда не согласился на его эксперименты, — усмехнулся Итэр. — Хотя, зная Венти, он бы всё равно нашёл способ как меня заманить. Можно сказать, что мне повезло, а то вряд ли бы со мной няньчились, если бы я сопротивлялся. Водитель никак не среагировал на монолог парня, а лишь спокойно исполнял свое поручение. Проехав через парочку датчиков безопасности, машина остановилась. Водитель вышел из автомобиля и, открыв заднее сиденье машины, чуть ли не вытолкал из него блондина. Венти встретил их после того как они вышли из лифта, который вёл на минусовой этаж. Увидев мужчину, Итэр невольно вздрогнул. Проницательный взгляд бирюзовых глаз внимательно изучал блондина. Сделав полный анализ паренька, Венти, слегка поморщившись, снова улыбнулся. — Приветствую тебя, Итэр! —воодушевлённо воскликнул Венти. —Почему ты так неважно выглядишь? Похудел совсем, — сменив эмоцию на сочувствие, выразил своё мнение мужчина. Венти прав, Итэр действительно сильно похудел. Сильный стресс, постоянный страх и волнение за свою жизнь сильно повлияли на вес парня. — Где Люмин? — вместо приветствия спросил Итэр. — С ней всё в порядке, — ответил Венти и аккуратно взял юношу за предплечье. Венти провёл большим пальцем своей руки по шрамам парня. В миг у профессора в руках появилось лезвие. Сделав короткий надрез по шрамированой коже, он спросил: — Ты один пришёл? Итэр не отдёрнул руку, хотя очень этого хотел и, собрав всю уверенность в кулак, произнёс: — Да, один. — Отлично, — слизнув кровь, широко улыбнулся Венти, — он чист. Итэр непонимающе посмотрел на профессора, но старался не думать об этом.