Всё идёт по плану

Бдыщ! Бдыщ! Бдыщ! Катце монотонно колотил по столу снятым тапком и витиевато матерился себе под нос. Эти нехитрые обыденные действия всегда успокаивали расшалившиеся нервы и помогали терпеливо ждать. Нет, Катце по жизни не был терпилой, но неспешное продумывание и подготовка операции по захва… кхм… соблазнению Рауля требовали именно терпения, что не уставал повторять Ясон. «Поспешишь, элиту насмешишь», — говорил он. А Рики поддакивал: «И Юпитер оборжётся. Не переживай, рыжий, мой Айсмен — тот ещё стратег, из-под него ещё никто не выскальзывал». И вот наконец свершилось. Катце ждал сладкую парочку в рабочем бункере (в целях конспирации решили не светиться в Эос и Апатии), чтобы утвердить окончательный вариант плана, прописанного до чиха и вздоха последнего статиста. Сценарий включал в себя четыре стадии. Первая — покушение на Ама и геройский подвиг Катце по его спасению. Мотив для последующего расследования «трагедии» придумали быстро — даже два на выбор. По первой версии Раулю захотело отмстить научное сообщество планетной системы Арнан. Главное светило Амои три раза наступал на хвост арнанским учёным: два — в переносном смысле, доказав несостоятельность их последних разработок в области наномедицины и нейробионики, один раз — в прямом, хотя и не специально. После последнего инцидента арнанцы объявили Раулю бойкот (в случайность они не поверили) и пытались ему подгадить на каждом научном симпозиуме или НПК, чему была масса свидетелей. Это было на руку тройке заговорщиков. С умением Ясона интриговать и убеждать было несложно добиться, чтобы Синдикат поверил в мстительность хвостатых. Вторая версия сильно отдавала сопливой романтикой, но не было сомнений, что после Дана Бан её даже Юпитер проглотит. Если уж главный блонди вляпался в любовь и самопожертвование, то что говорить про других разноцветных элитников и тем более смертных. Впрочем, и тут мотивом выступала месть, с той лишь разницей, что убийство «заказал» правящий клан Новой Земли, чей наследник отравился, не желая жить без возлюбленного оникса, которому промыл мозги злобный Рауль. В действительности всё было иначе. Новоземлянин Терр Второй часто прилетал на Амои развлечься, но венценосных родителей убеждал, что едет по делам — мол, выстраиваю парнёрские отношения, создаю совместное предприятие и прочие бла-бла ради наживы. Ониксу Брэну из департамента внешних отношений поручили патронаж гостя. Синдикат был очень заинтересован в усилении влияния на правящую верхушку планеты, обладавшую уникальными ресурсами, поэтому и поставил молодому дипломату задачу: добиться, чтобы наследник ел с амойских рук и не жужжал. Брэн облажался. Оставил без внимания подопечного на пару часов в лучшем борделе Мидаса, а тот возьми и переборщи с наркотой и выпивкой. Кони двинул прямо на проституте — с тентаклями в заднице. Оникс, конечно, ликвидировал свидетелей, вывез тело в приличный отель, обставил всё как суицид по неосторожности, а сам ломанулся на нейрокоррекцию — а ну как венценосные родители захотят узнать правду? Ясон лично улаживал дипломатический скандал, но сплетни из серии «Ромео и Джульетт на амойский лад» развенчивал без фанатизма, как знал, что версия пригодится в будущем. После утверждения мотивов «покушения» разработка плана пошла, как по маслу. На всякий случай отрабатывались оба варианта, и в обоих Катце героически кидался на амбразуру. В смысле на Рауля. Это был самый щекотливый момент, ведь риск героически сдохнуть, закрыв своим телом любимого блонди, достигал восьмидесяти процентов. Катце это не нравилось, но, как говорится, красо… (нет, с ней всё в порядке) любовь требует жертв. Ну подумаешь, пара лишних дырок в теле, не заштопают что ли? Да и броники никто не отменял. Совещаться закончили зáполночь. — Так. Повторяю ещё раз, — голосом командира боевых адроидов произнёс Ясон и уставился на Катце немигающим взглядом. — Ты не закрываешь собой Рауля, а отталкиваешь его с линии огня и, не мешкая, падаешь сам. Можно на него. В противном случае тебя ничего не спасёт. Ты же понимаешь, — продолжил он вкрадчивым тоном, — что надевать под одежду даже тонкий нано-кевраловый бронежилет недопустимо? Как ты объяснишь это Аму, следователям и даркменам? — Предчувствием? — встрял Рики. — Хотя да. На такую лажу никто не клюнет. Подумают, что он знал о покушении, а это… — Вот именно, — припечатал Ясон, глядя на смутившегося Катце. — «Собирался, поганец, подстраховаться, наверное, уже и защиту прикупил». Впрочем, лишаться ценного работника и преданного человека Айсмен не собирался, поэтому следующие два часа ушли на репетицию отталкивания биотехнолога с линии огня. Жестокого убийцу-наёмника изображал Рики, а Ясон, понятное дело — Рауля. Первые полчаса ничего не получалось: блонди только шатался от толчка, но не падал. И вот тогда Катце разозлился. Услышав в наушнике кодовое: «Сдохни, гад!» (именно после этой фразы наёмник должен был выстрелить), он молнией ринулся к Ясону и завалил его, припечатав собой во всю немаленькую, надо сказать, длину. Успех отталкивания закрепили на месте покушения — в Апатии, у особняка для высоких гостей, который Рауль зарезервировал для двух талантливых учёных-генезийцев, прилетающих к амойскому коллеге для совместного подтверждения революционных биоинженерных гипотез. Закольцевав изображение камер наблюдения и проверив отсутствие свидетелей, предприимчивое трио продолжило репетицию, завершившуюся через полчаса гневным рыком Рики: — Я не понял, это что за мастер-класс по фроттажу! А ну хватит тереться об него, рыжая сволочь! Тебе член и яйца мешают? Так я отрежу. Без наркоза! — Рики, это же простая физика, — забормотал вскочивший Катце, поправляя в штанах восстановленное полгода назад мужское достоинство, так некстати среагировавшее на близость шикарного тела. — Я Рауля вообще-то представлял. — То есть ради меня ты бы не стал… — ледяным тоном начал Ясон, но Рики не дал разрастись конфликту, плюхнувшись на лежащего блонди. — Ради тебя — моё дело, веришь? А он пусть со своим умником трахается. Косясь на жадно целующихся любовников, Катце подумал, что их союз — как соль и перец к хорошо прожаренному стейку: без белой смерти невкусно, без жгучей остроты пресно, а то и другое в правильных пропорциях — пальчики оближешь и захочешь ещё. «Вот бы и у меня с Раулем так замечательно срослось!», — Катце скрестил пальцы на удачу и для верности трижды сплюнул через оба плеча. До дня «Х» предстояло утрясти несколько вопросов, но вошедший в раж Ясон щёлкал проблемы, как бурундук орехи, да и Катце с Рики не сидели сложа руки. За час до начала операции «Подвиг брокера» они ещё раз пробежались по ключевым моментам плана. — Наёмник? — Доставлен, зомбирован. — Бластер? — Взорвётся в руках через три секунды после начала стрельбы. Вместе с наёмником. — Гости? — Прошли таможню, через пару минут встретятся с Раулем. — Аэрокары сопровождения? — Отстанут в районе Мидаса. Фора три минуты. — Обоснование встречи у особняка в Апатии? — Образцы с Геммы доставлены. Сообщение Раулю отправлено, время передачи термокейса подтверждено. — Лишние свидетели? Видеонаблюдение? — Устранены. Закольцовано. — Тогда по аэрокарам. Да поможет нам Юпитер. — Типун те на… Поехали! Всё прошло, как по качественному машинному маслу. Гости вошли в особняк, биотехнолог задержался, чтобы забрать долгожданный заказ, и встал очень удачно: на открытом пятачке между зданием и аэрокаром, спиной к убийце. Тот выскочил из укрытия, как только брокер подошёл к Раулю, и вскинул бластер. С этого момента время для Катце ускорилось. С неотвратимостью гранитного тарана он снёс Рауля ещё до того, как прозвучало последнее «гад», и прилип к нему лианой-вампиром, накрывая собой всё, что мог. Даже лицо. Особенно лицо. И плевать, что зацепило плечо, оглушило взрывом, посекло спину осколками, главное — зеленоглазое совершенство не пострадало и спокойно сопит в ухо. Катце всю жизнь бы так лежал, без отрыва от производства, но, увы, всё хорошее когда-то заканчивается. Вопли, сирены, медики, суета — минуты не дали полежать спокойно. Спасибо, что с Рауля не торопились снимать, да и тот пока не дёргался. Правда, голос подал, вкрадчиво прошептав на ухо: — Катце, у тебя бластер в кармане брюк? В пах сильно упирается. Надеюсь, оружие на предохранителе? — Эм-м… — ничего путного в голову не приходило, ведь Рауль не знал о восстановительной операции, которую спонсировал Ясон. А вдруг посчитает нормальную мужскую реакцию на близость желанного тела оскорблением своей чести и достоинства? Но отвечать было надо. — Это не бластер, господин Ам, — сбивчиво зашептал Катце. — Это радость. Что вы живы, что я смог спасти вас, защитить. — И с каждым мгновеньем твоя радость увеличивается, как я посмотрю. — Простите. Их всё-таки разлепили и помогли подняться. Медики заискивающими боргами окружили блонди, но были остановлены властным: «Я в порядке. Его в элитную клинику. Быстро. Лично проверю качество лечения». Потом Рауль посмотрел Катце в глаза и улыбнулся ему уголками губ: — Прощу. И даже награжу, если быстро достанешь новые образцы с Геммы. Всю дорогу до клиники Катце лыбился, как придурок — он знал, что попросит в награду, и предвкушал момент её получения. Скоро. Очень скоро. Ранения — тьфу, в элитном медцентре Танагуры за пару дней залечат, и следа не останется, а термоконтейнер со второй партией образцов ожидает своего часа в бункере. Катце всё предусмотрел.