Синяя птица счастья
30 ноября 2021 г., 13:15
Натали задумчиво смотрела вдаль. Ощущение свободы чувствовалось в этом месте, если городские улицы в какой-то мере казались узкими и даже душными, то там, где распростерлась выложенная рельсами дорога, душа рвалась на волю, за ветром, сопутствующим скорым поездам.
— Привет, Маринетт, — уже привычно поздоровалась Натали с девушкой у кассы. Сонная Агрест несколько секунд вдупляла в происходящее — непроснувшийся мозг отказывался работать в такое раннее время — и не отвечала, смотрела будто сквозь. А потом неожиданно и резко приложила к щекам ладони, и громкий, дерзкий звук удара о кожу разнёсся по всему залу.
— Натали! — девушка для верности ещё и потрясла головой, пытаясь прогнать остатки сна. — Доброе утро! Извините за заминку, я сегодня вообще никакая.
— После вчерашнего, я думаю, многим сегодня несладко с утра пораньше, — спокойно заметила женщина. Маринетт тем временем подползла к кофемашине и запустила её, после чего повернулась к витрине. — Не надо, я немного не за этим сегодня пришла, мне нужно с Адрианом увидеться.
Маринетт лишь сузила глаза, выставила руку вперёд, призывающую молчать, и всё в таком же темпе начала собирать на стол.
— Ничего не хочу слышать, вы позавтракаете вместе с нами, — Натали теперь явно услышала нотки властности в её голосе, присущие Ледибаг. — Адриан до смерти рад, что ваше неожиданное появление никак не отразилось на его нынешнем течении жизни, и он вам невероятно благодарен. Да и давайте начистоту, в своё время вы стали ему гораздо ближе, чем собственный отец.
— Маринетт…
— Я, правда, не знаю, насколько близким человеком он вас считает, но я знаю, насколько вы помогли ему тогда, когда нас рядом с ним не было, — нежно продолжила девушка, невесомо облокачиваясь на витрину. — Вчера произошло нечто настолько из ряда вон выходящее, ну, сами знаете, и я помню, как была на грани смерти благодаря акумам Бражника. В эти секунды я не думала ни о чём, как кроме того, что не хочу умирать и бросать своих близких. И я не хочу терять из виду хороших людей, потому что жизнь, в какой раз уже убеждаюсь, полна опасностей и проблем, а мне хочется быть счастливой.
Натали лишь во все глаза смотрела на Маринетт и задушенно молчала, обратившись в слух.
— Поэтому пройдёмте, — мягко закончила девушка. — Да и Эмма, думаю, по вам соскучилась.
Телефон периодически вибрировал в кармане, отвлекая от безмятежного настроения, но ставить на беззвучный не хотелось принципиально, потому что осознавать, что есть люди, которые неприкрыто волнуются за тебя, было восхитительно. Много лет прошло с тех пор, когда душа чувствовала связь, причём не одностороннюю. Скорее всего, это Адриан сейчас бомбардирует её личку, потому что для Маринетт ещё рано.
Натали улыбается уголком губ.
— То есть как уволилась?! — Адриан фонтанировал эмоциями. Для Натали это было в новинку, она лишь только-только смирилась в голове с его образом Кота Нуара, а теперь и его гражданская личность окрашивалась для неё новыми оттенками. — Что случилось? Что отец тебе сделал?
— Адриан, я больше двадцати пяти лет пахала на его модную империю и наработала столько, что хватит, кажется, даже на следующую жизнь, — в полушутливой манере ответила женщина. — Я серьезно. Без денег я не останусь надолго, уж точно не на тот период, пока я наконец отдохну от рутины и съезжу на родину за столько времени. Думаю, я заслужила.
— Ты забыл, как я проходила у него стажировку? — встала на её сторону Маринетт. Правда, от женщины не укрылся фирменный подозрительный взгляд Ледибаг, но молодая Агрест явно нутром чуяла, что эту тему лучше не трогать в принципе. — Человек не приспособлен для такой нагрузки. И даже не заикайся про себя, я отказываюсь говорить на эту тему с тобой, батарейка ходячая.
Гостиную заполнил смех.
Скорее всего, спустя некоторое время, она найдёт новое место. Трудоголизм не излечим, сидеть без дела быстро надоедает, поэтому стоит уже сейчас потихоньку посматривать вакансии. С её послужным списком открываются большие возможности, и найти то, что увлечёт и поведёт за собой будет не так уж и сложно.
Где-то под пиджаком закопошился квами, разбуженный грохотом очередного состава.
— Дуусу, ты же понимаешь, что я пошла на риск, чтобы утаить тебя от Габриэля? Мне пришлось врать ему в лицо, что я потеряла камень, когда меня унесло из города магическими потоками, — сложив руки на груди, она присела на край кровати — единственное, пожалуй, место, где вещей не было. Состоялся серьёзный разговор со своим уже теперь бывшим работодателем, и Натали ясно обрисовала свою позицию, что после произошедшего не хочет иметь к творившемуся безобразию никакого отношения. Скрепя сердце, она смотрела, как холодная маска отрешенности и безразличия трескается прямо у неё на глаза, когда Габриэль начал осознавать, что в своих начинаниях остаётся совсем один. Натали, как оплота уверенности в завтрашнем дне и стабильности уже не существовало — образ сгорел вместе с фениксом, теперь в душе женщины царила прожжёная решимость двигаться дальше. Она понимала, что это только начало пути к принятию самой себя и уважению, даже судьбоносное отречение от злодейского пути она в большей степени сделала от осознания того, что от её действий пострадали близкие ей люди, «я» было почему-то на втором месте.
— Мисс Натали, вы понимаете, что Габриэлю отныне всё равно на наши волшебные побрякушки? — захлёбываясь в крике, маленький павлин носился над её головой. Выглядело, честно сказать, даже уморительно — голос писклявый, тонкий, такая кроха с виду безобидная. — Хоть мы всей шкатулкой хоровод водить вокруг него будем, до его болванки наконец дошло, что он чуть не сделал!
— Мы и раньше ходили по лезвию ножа, — уже начинала сердиться женщина.
— Но не с почти мёртвой Ледибаг без шанса на исцеление, — Дуусу откочевал на подоконник и наконец уселся. Его синие гипнотические глаза яростно сверкали, подсвечиваемые будто изнутри, и в такой момент Натали явно осознавала космическую природу квами, вспоминая уже другой взгляд, такой же пламенный и запредельный.
— Тебе же всегда было всё равно, маленький безумец. Ты лишь наслаждался чувством битвы и буйством чужих эмоций, так иди к тем, кто даст тебе их больше, — Натали перешла на личность .
— Но у меня есть свои святыни! — пылкая злость моментально превратилась в ручьи слёз, и квами постепенно скатывался в истерику. — Я не живу принципами, правилами и теми, кто их создают — разумными существами, и уж точно не их количеством! Мне нравится многогранность оттенков их поведения, но живу я чужой душой и её желаниями. И твоей души коснулся феникс, та самая моя святыня, и это знак, знак!
Натали смотрела, как беснуется маленький птичий дух и понимала, что не только у людей, оказывается, может быть больная душа. И если у человека сия вещь зовётся психологическим расстройством, одним необъятным понятием, охватывающим множество маленьких и больших проблем, то как назвать то, что происходит с этим квами? Что может из себя представлять внутри крошечное психоделическое существо, считающее столетия годами? Которое понимает на все сто только одну непонятную субстанцию — духовную, и доверяет лишь ей, а главный связующий элемент между его прирождённым миропониманием и тем, которое требуется здесь, на этой земле, был сломан неизвестное число раз и побывал в неизвестно каких руках. Истерзанный маленький павлин, которому не повезло быть олицетворением магии души, ведь столько существует в мире прогнивших, страшных и мерзких личностей, с которыми ему так или иначе приходилось иметь дело.
— Я хочу остаться рядом, — квами уже шептал. Сжимая в лапках перо феникса, он уже перелетел к Натали на колено. Икая от слёз, он дергал головой и заставлял хохолок на макушке смешно дёргаться, а Натали только и оставалось восхищаться одновременно и его безумству, и внутренней борьбой против него. В стремлении Дуусу отказаться от общества других квами она наконец разглядела и ещё один мотив, тщательно скрываемый — всепоглощающую вину за уничтожение храма и всех хранившихся в нём шкатулок. И не важно, что это сделал человек, просто использовав его камень, своеобразную агонию от убийства своих собратьев он явно испытывал. И с чистыми, наивными созданиями, просуществовавшими безбедно и спокойно, он нормально сочетаться пока что не сможет. Использование камня на пути зла усугубило ситуацию и внутреннюю боль Дуусу. Натали знала, что другие квами уже были причиной некоторых бедствий на своём веку, но их катаклизмы касались только природы или людей, собственно, в чем была и главная загвоздка — окружающий мир не был для чудесных родным, а человек или животное — не их биологический вид, чтобы убиваться в большом горе. Это как с муравейником в лесу, если его нечаянно раздавит кто сердобольный, то ему конечно станет жалко, обидно и грустно на некоторое время, но не более — собственная же жизнь продолжится, он запомнит печальный опыт и постарается такого не совершать. А фантомная кровь уничтоженных почти что единокровных существ долго будет мерещиться маленькому квами во снах.
— И тебе, чтобы убедить меня, надо было устроить подобный дебош? — Натали всплеснула руками и кивнула в сторону окна. На улице бушевали несколько сентимонстров, созданных лично самим квами, и кто знает, что за урон это действие нанесло окружающему миру. Маленький паршивец знал, что она не сможет по-тихому с утра пораньше вручить камень обратно хранительнице, если волшебные создания будут на свободе, потому что женщина обязательно попытается помочь обезвредить монстров. Что ж, он оказался прав. — Если ты считаешь, что человеческие жертвы не убедят найти на тебя управу — очень жаль.
Говорить эти слова, осознав всё несовершенство психики квами — очень жестокое, но нужное решение. Нужно узнать реакцию на такие вещи, сможет ли Дуусу всё-таки взять ответственность за содеянное, не переступит ли последнюю грань. Если она всё же решила попробовать пожалеть его и не нести к собратьям, дабы дать время на реабилитацию, то требуется понять, можно найти ли на него управу — самой справляться в случае чего с ополоумевшим космическим существом для неё будет непосильной задачей, для таких вещей и создан хранитель с орденом в шаговой доступности.
Между тем Ледибаг с командой уже явилась на место происшествия, поэтому наблюдения возле окна пора прекращать — Натали приступила к трансформации, чтобы хотя бы дистанционно помочь проконтролировать монстряцкое зверьё. Реакцию квами она посмотрит позже.
Её состав приветственно загрохотал откуда-то из туннеля. Приближаясь, он обогащал пространство всё новыми новыми звуками, и Натали услышала из общего шума мерный перестук колёс, живо напомнивший сердцебиение. Женщина прикрыла глаза, обращаясь в слух — пусть эта незамысловатая песня дорог станет её билетом в новую жизнь, ведь она отныне не Маюра, а синяя птица счастья.
Примечания:
Вот и закончилась эта эпопея длинной в полгода. Хоть и выкладывалась она не так уж и долго, но сама история была со мной гораздо больше времени, за которое я успела сильно к ней привязаться. И поэтому мне есть что сказать по случаю её финала.
Я нежно люблю Натали, если вы почувствовали это в моём тексте, то сто сердцец моей признательности вам, потому что значит, что вы любите её так же, как и я. Если же вам чужды некоторые вещи, затронутые здесь, прошу, соберите весь запас критической энергии и взгляните на события в сериале под другим углом, на каждого персонажа по отдельности, а не только как на пару. Вы увидите много, и оба наших героя заиграют более резкими, глубокими красками. И поймёте, насколько бы пылким союз Габриэля с Натали не был, он требует развития и личностного роста обоих персонажей.
Потому что даже сейчас, там, в каноне, Натали уже угробила себя до такой степени, что почти не встаёт с постели, а Габриэль совсем ослеп в своём стремлении вернуть мертвого. А некоторые хулят Эмили, не видя главного виновника этого погорело театра.
Поэтому в моём фаноне Натали думает и делает первый шаг к изменению. Я оставила открытый конец, потому что сама не знаю, как дальше сложится их жизнь, каждый раз, когда я задумываюсь об этом, появляется новая сюжетная ветка. Разойдутся ли окончательно, воссоединятся? Загадка.
Но я по-своему люблю их. И люблю вас, каждого, кто поставил лайк и отметился в комментах, вы лучшие. Вас ещё ждёт одна маленькая история, ждите ;)
