Весна
1 апреля 2025 г., 00:45
Примечания:
Чтож, вот Автор снова здесь. Надеюсь, кто-нибудь из вас, любимые читатели, всё же остался здесь, не смотря на то, сколько времени прошло. Честно говоря, Автор пришёл с признанием. Эта глава - прощание. С ними прощание, с вами, с той огромной частью жизни Автора, в которой эти двое были. И были счастливы. По крайней мере Автору так кажется. Потому что он был счастлив с ними. И вами. Поэтому Автор смеет надеется, что и вам с ними тоже было хорошо. Автору грустно прощаться, хотя эта страница давно перевёрнута, было бы нечестно оставить их (и вас) без этой точки. Автор сильно вырос, может даже стал немного мудрее. Поэтому, он отпускает их. Это непросто, но нужно идти дальше. Эта глава - маленький подарок всем тем, кто поддерживал Автора, комментировал, лайкал, читал. Может быть, даже, без вас и не получилось бы. Автор не уходит совсем, дальше будет что-то другое. Лучше. Но без них.
Чтож, я снимаю шляпу, Дазай, Куникида, читатель!
И что из того, что расторгнуты связи?
И что из того, что молчат провода?
И что из того, что все песни похожи одна на другую, а та - на тебя?
В моей преисподней как будто бы людно, но поздно сшивать уже рану край в край,
и я разделяю все случаи жизни на что было до и после тебя!
Весна, весна идёт!
Весне дорогу!
Весна, весна идёт!
Весне дорогу!
Сурганова и оркестр "Весна"
Дазаю кажется, что мир меняется. Перетекает, переливаясь, из лужи в лужу, сливаясь в один поток, теряющийся в Токийском заливе. Что-то неуловимо ускальзает, Дазай пытается поймать, зацепиться, но это что-то растворяется в ладонях. Мир, конечно, неизменен. Меняется сам Дазай. Перетекает, переливается, теряется. Что-то теряется. Что-то приходит на смену. Сейчас это самое "новое" готово вот-вот появится и Дазаю любопытно, но он стоит, замерев, глядя вдаль, туда, где опускается в воду солнце, и старается не спугнуть. "Новое" тихонько проползает в него, оглядывается, заполняет пустоту шелестом листьев, теплым дыханием, легким ветром. Почему-то это "новое" ощущается весной. Может, оно весна и есть, робкая, хрупкая, но такая, почти до боли необходимая. Весна ещё не вступила в свои права в Йокогаме, а вот внутри Дазая уже почти. Он надеется, что она продлится долго. Весна ощущается холодной водой на свежий ожог, осторожными руками на кровоточащую рану. Конкретными родными руками. Весна лечит. Руки прячут. К этим рукам можно прийти, упасть в них, окунуться, как в море. Тонуть в объятьях. Но не задыхаться, а наоборот, начать дышать. Спокойно, ровно. Так дышат только в безопасности. Только с теми, кто ощущается весной и свободой. Дазай знает, что уничтожит любого, кто посмеет прикоснуться к его весне. К тому, кто её подарил. Кто принёс прохладный бинт, протянул руки, позволил в себе утонуть. И Дазай утонул, легко, естественно так. Словно, так и было надо. Как позже выяснилось, им обоим было надо. Дазай обещает стать вечным летом своей весне. Светлые глаза ощущаются лучами солнца сквозь листву. Дазай немножко греется в этих глазах. Подойти, обнять, молчать. Говорить ничего не надо. И так обнимут, поймут, примут. Запустить пальцы в мягкие пряди волос, погладить по спине, рааслабиться, успокоиться, выдохнуть, дышать. Ощутить легкий шорох на ухо. Услышать: "Всё будет хорошо". Поверить.
