40k после нашей эры

Тихий треск, запах старых плат, нервирующее шуршание подле. Жужжание в голове только усиливало дискомфорт... Или жужжало не в голове? - Удивительно! - отдававшим искусственностью голосом восклицал "мозгокрад". - Какая необычная мозговая активность! Даже трижды перепрошитые когитаторы не выдают подобной активности! Удивительно! А ещё говорили, что не найду в этой дыре ничего интересного. Но вот же, вот! Осталось только детально изучить. Стив открыл глаза и увидел перед собой типа в красном балахоне, из-под которого торчало больше ьрубок, чем из наспех сделанного из мусора холодильника. Одна из двух дополнительных мкханических клешней с закреплённым в ней ржавым скальпелем тянулся к голове попаданца. Стив немедленно пришёл в чувства. - Не дрожи, хуже будет, - прицеливаясь, гудел "мозгокрад". Но Стив не успокаивался, даже наоборот активнее дёргаться стал. Даже под электрическим током дёргаются не столь бурно. Но сколь рьяно не пытался вырваться попаданец, ремни всё же оказались на зависть крепкими. - Ты меня утомляешь! - усиленной имплантами рукой "мозгокрад" резко схватил голову Стива и зафиксировал. - Мне нужен исключительно не повреждённый образец. Клешня со скальпелем под тихое жужжание электропривода неспешно приближалась ко лбу. Стив боялся смотреть, но смотрел боясь, пока глаза не перестали различать приближающийся объект. "Прощайте, братцы", - промелькнуло в голове перед вскрытием. Ржавое лезвие прикоснулось к бледной влажной коже, оставляя неровный кровавый след, неспешно принялось идти в сторону. Стив бы завыл от боли, если бы не ещё один ремень, совершенно не дававший челюсти двигаться. Пара мгновений сейчас казадись вечностью, наполненной сильной рвуще-режущей болью, руки покраснев и местами посинев стремились дотянуться до мучителя,но ремни не поддавались, ноги сковала судорога, глаза вовсе закатились. Стив готов был продать целый мир, вселенную, всех скамеичных старух выпнуть на проезжую часть, лишь бы пытка закончилась. "Мозгокрад" же присвистывал, точнее пригудевал. Но то ли высшим силам стало жалко Стива, то ли очередному бюрократу на месте неймелось - идилию хирурга-маньяка бесцеремонно разрушило уведомление, пришедшее на шкафоподобное устройство в углу комнаты, чей силуэт угадывался даже в столь ослепительном свете ламп. - Что ещё? - в замешательство впал "мозгокрад" и на мгновение замер. "Я жив?" - пронеслось в истерзанном болью сознании. - Да сколько могут эти трубы лопаться! - возмутился мозгокрад, отвёл клешню со скальпелем и направился во мрак. - Говорил же, что не стоит всю бригаду ремонтников в шахты ссылать! Стоило лишь троих из пяти в пасту превратить и всё! Нужно скорее делать Откратие и валить с этого проклятого Омниссией мира, пока когитаторы не отказались действительность воспринимать! Наступила пугающая тишина. Всюду висели и тихо скрипели разнообразные механические руки, клешни, буры и даже мечта Эдварда Руки-Ножницы. Стен и потолка из-за ослепительной лампы, направленной на пациента, не было видно, зато на металлическом полу довольно радужно поблёскивали маслянистые лкжи, по которым удивительно резво бегала пара скрабов. Кроме шкафоподобного устройства в угловатой комнате было ещё несколько ящековидных громоздкий устройств, но они не издавали ни звука. Покрутив головой и попытавшись снова вырваться, Стив окончательно выбился из сил. "Небось сделает запеканку из моих мозгов, а в черепушку плат напихает и отправит чинить трубы", - мелькнула в истощённом разуме. - О! - вдруг раздалось по ту сторону яркой лампы. "Кто здесь?" - тут же встрепетнулся пациент. Из мрака, шаркая, вышел один из безмозглых киборгов и, пуская слюни, уставился искусственным глазом на Стива, в родным в пол. Несколько мгновений тяжело попыхтев, киборг подошёл к одеревеневшему от зрелища Стиву и перекаченной рукой сорвал все фиксирующие элементы. Схватив бывшего пациента как какого-нибудь котёнка, направился вон из пропитанной разными маслами комнаты. Путь киборг выбрал странный: тридцать три шага по прямой, поворот на девяносто градусов, ещё сорок два шага, поворот и ещё пятьдесят пять шагов. Вместо минутной прогулк по прямой лишь с одним заворотом в технический проход, "безмозглый" потратил все пять. К моменту, когда ржавая дверь с облезлой краской технического помещения со зловещим шипением отворилась, Стив пришёл в себя и предпринял героическую попытку вырваться из цепкой лапы, за что очередной раз получил по голове. Дальнейший спуск и путь по слабоосвещённым коридорам пошёл как в тумане. Или точнее как в падающем вертолёте: всё крутиться, вертится, ничего не понятно, и в добавок тошнит. Где-то чстони через три шагов киборг принёс тушку с трудом соображавшего Стив в пропитанную запахом гнилого мяса и чего-то давно забродившего вомнатушку, где в мерцании отваливающегося светильника стоял очередной любитель скрывающих личность балахонов и тихо припеваючи что-то в котле на плите варил: -...Немного звори, чтобы жизнь мёдом не казалась, чахотки грамм и вездесущей простуды - болен будет всяк живущий! "Безмозглый" расслабил руку, и словно куль картошки Стив свалился на заяпанный чем-то липким и отвратно пахнувшим пол. Кашевар тут же повернул голову. - Кого на этот раз приволок? - немного хлюпающим голосом спросил любитель балахонов и немного наклонил голову в низ. - Ещё один доходяга-шахтёр? Я же приказывал лишь отборных чахоточных мне таить! Бестолочь! А это что? Кожа да кости одни и на вид совсем здоров...Постой. Совсем на вид здоров. Убавив на плите огонь, кашевар оставил варево доходить и подошёл к разглядывавшему липкую дрянь попаданцу. - Так, - схватил за волосы, - кожа бледновата, но без язв, тёмные круги под глазами, но сами глаза не красны, зубы, - полез грязными раздувшимися пальцами в рот, -ого, такими зубищами можно глотки рвать. С тобой явно что-то не так. Тип резко разжал руку, стив хорошенько приложился лбом о пол, после чего кашевар подошёл к столу и взял корявый кухонный нож. - Не знаю, что с тобой не так, - радостно захлюпал любитель балахонов в предвкушении, - но бульон без твоей капли крови выглядит не полноценным. Покрытая язвами рука вцепилась попаданцу в кисть и через мгновение на ней остался широкий порез. Стив, конечно, попытался вырваться, но почти сразу же был придавлен тяжёлой клешнёй. - Не дёргайся, мне твои требуха целыми нужны. - Я убью тебя! Убью! Прикончу! Этим же ножом выпотрошу! - Током шарахнешь? чего? - на мгновение в замешательство пришёл повар и обвёл глазами комнату. - Пожалуй нет, не шарахнешь. Покрытй кровью нож опустился в кипящее варево. Неприятный запах тут же сменился невыносимо отвратным, а любителю балахонов, кажись, наоборот понравилось: - Наконец он готов! Громила, ко мне! На всякий случай приложив Стива по голове, киборг подошёл к повару и откинул голову. Любитель балахонов снял защитный кожух, выдрал голосовой имплант и вы отверстие вставил воронку. Через пару мгновений шумя и хлюпая только что приготовленное варево потекло в киорга. Злой и не совсем в своём уме Стив встряхнул головой, вскочил и молниеносно к типу подлетел. Тот руки разжать не успел, кухонный нож уже в десятый раз вонзается в него, но кашевар вовсе не опечалился. Он, падая, расхохотался, хотя с каждым мигом хохот превращался в неразборчивое хлюпанье, пока и оно не заглохло. Киборг почти тут же гневно захлюпал и пришёл в боевую готовность. Пелена гнева немного сползла, разум понемногу начал возвращать власть над телом, но только не вовремя. Стоило мозгу начать понимать, что видят глаза, как тут же расхотелось приходить в себя. Лишь рефлекс спас от сокрушительного взмаха клешнёй. Вздувшийся и начавший разлагаться "безмозглый" со злобным хлюпаньем неуклюже стал переваливаться с ноги на ногу в сторону врага номер один.