Вместо слов

Астрид Это утро выдалось пасмурным и холодным, отчего было сложно проснуться и настроиться на новый день. В номере пахло свежим кофе с корицей. После того, как я отведала булочек у Хедер, у меня появилась необъяснимая сильная тяга к пряностям. Мама жаловалась на постоянный запах корицы и гвоздики, который источали заказанные мной благовония, но я была буквально без ума от него. В начале зимы эти запахи как нельзя лучше создавали предрождественскую атмосферу. Стоя у зеркала, я прочесывала запутавшиеся за ночь волосы, когда в дверь постучали. Положив расческу на столик, я поспешила открыть. На пороге стоял Тео с небольшой коробочкой. Я боялась, что однажды он заявится сюда. Кажется, мое избегание вынудило его лезть прямиком в мою нору. В дальнейшем придется удовлетворять его общением настолько, чтобы он не делал глупостей, приходя в этот номер. — Мне сообщили, что сюда заказали булочку, — указав на коробку, сказал он. — Да, но мне принесли ее минут пять назад, — я кивнула в сторону стола, на котором был мой завтрак. — Разве в твои обязанности входит разнос булочек по номерам? — Ты права, — усмехнулся Тео. — Просто подумал и понял, что за все время, что ты здесь живешь, я ни разу не был у тебя в номере. Мало ли, что ты тут прячешь. — В твоем положении такие проверки крайне небезопасны. Проходи, мама в мастерской. Я не могла его выгнать сейчас. Если он хотел прийти в гости, пусть наслаждается моим гостеприимством. Чем быстрее он утолит свое желание полазить в моем номере, тем лучше будет мне и, в первую очередь, ему. Тео положил коробочку на стол рядом с завтраком и подошел к окну. Опершись на подоконник, он осмотрел номер. Мама ценила порядок (хотя в ее жизни творился полнейший хаос), поэтому номер редко можно было застать в неподобающем виде. Сложенные на столике книги, расставленные свечи, брошенные в спешке на ближайшую столешницу украшения (их я еще не успела убрать на место), открытая косметичка около зеркала, аккуратно повешенная на плечики одежда: все говорило о том, что остановились здесь не на короткое время, и я видела, что Тео тоже это понял, потому что глаза его засияли. Жаль, я не могла порадоваться этому так же, как и он. Я не понимала, чем маме нравится этот отель. Единственным его плюсом было расположение почти в самом центре. Я знала, что у Фостеров есть и другие, более удачные отели, но она почему-то выбрала именно этот, а я не могла возражать. Давая ему возможность еще немного осмотреться, я отвернулась к зеркалу и начала завязывать хвостик. Оно стояло прямо напротив окна, поэтому я видела, что Тео иногда смотрит в мою сторону, а затем смущенно отводит взгляд. Было неприятно ловить себя на мысли, что мне это нравится. Я не должна была этому радоваться, так как пыталась выстроить хорошие отношения с Хедер, но каждый раз, когда я смотрела на него, мое сердце пропускало удар. Тео был красив, и я не могла противиться этой красоте. Он был умен и общителен, его все любили. Он нравился мне как человек, но я боялась, что в один момент взгляну на него иначе и тогда это разобьет мне сердце. Я поймала себя на мысли, что слишком долго расчесываю волосы, но я не знала, что сказать. Уже пора было выходить и это было единственным предлогом отвлечь его от мыслей. — Спасибо за еще одну булочку, Тео. Я столько не съем, поэтому оставлю на вечер. — Часто к тебе приходят друзья? Этот вопрос сорвался с его губ, когда я еще не успела договорить. Зачем ему это? Что плохого в том, что ко мне иногда приходят подруги? Может, он не хочет, чтобы я общалась с Хедер, но у него не может быть на то причин. Я начала осматривать комнату в поисках ответа, так как этот вопрос поставил меня в тупик. Мой взгляд вернулся к булочке с корицей, запах которой уже смешался с запахом благовоний. Я вспомнила, как несколько дней назад Сэм привез Хедер, а она в свою очередь захватила огромную коробку со сладкими рулетиками. Так вот в чем дело. Он видел, как Сэм выходит из моего номера, поэтому явился сюда под предлогом проверки. — Не сказала бы. Чаще всего с друзьями я встречаюсь вне отеля. Как бы на него ни подействовали эти слова, пусть лучше думает, что здесь я бываю нечасто. Хотя это тоже правда. — Если ты не против, я мог бы подбросить тебя до школы. Это был бы не Тео, если бы не предложил мне проехаться с ним куда-нибудь. Его настойчивость порой очень сильно напрягала, но я так боялась его обидеть. Боялась, потому что каждый раз вспоминала мальчика из соседней палаты, которого грех было не пожалеть. Я представляла, как он расстроится, надует губы и плечи его задрожат. Это была манипуляция, за которую я не могла его простить и которой не могла сопротивляться. Но я сделала одну неуверенную попытку отказаться. — Не стоит, Тео. Я уже вызвала такси. — Ты меня избегаешь? — Нет. — А мне кажется, что да, — разочарованно сказал он. — Мои друзья постоянно вертятся вокруг тебя, и ты не отказываешь им во внимании. Стоит только мне появиться на горизонте, ты сразу пытаешься убежать. Я не достоин твоей дружбы? — Нам пора в школу, — поставив чашку на стол, сказала я. Я не могла с ним спорить, не могла объяснить причину своего поведения. — Я поеду с тобой. Но впредь не забывай, что тебе не стоит подвозить девушек. Его лицо озарила довольная улыбка, и я удивилась тому, как просто доставить ему удовольствие, хотя внутри меня сейчас бушевало пламя негодования. Он подождал, пока я надену ботинки и пальто, подал мне сумочку, хотя я об этом не просила и открыл дверь. Мы вышли из отеля. Погода к этому времени немного улучшилась и сквозь тяжелые тучи местами просачивались золотые солнечные лучи. Я старалась идти быстро и практически не обращала на Тео внимания, чтобы он снова не начал говорить. В глубине души я проклинала себя за то, что так резко выстроила стену между нами, но разум твердил, что это правильно. Когда мы подошли к парковке, я не заметила на ней привычный черный БМВ, но мой взгляд остановился на чем-то поинтереснее, и я застыла на месте. Этого не может быть, но это было. Я видела, как Тео быстрым шагом подходит к припаркованной почти у самого края стоянки красной Феррари. Практически такой же красной и практически такой же Феррари, с которой мы играли в детстве. Теперь, правда, она уже не казалась мне девчачьей. Он приоткрыл переднюю дверь и стоял в ожидании, а я не могла пошевелиться. Спустя почти десять лет он выполнит мою просьбу, и я прокачусь на машине, которую так часто видела во снах. Пламя негодования распалилось с новой силой. Это было запретное оружие, Тео, ты не можешь так просто использовать его против меня. Я не могу сопротивляться, не могу отказаться, я повинуюсь и подхожу к машине. Провожу пальцами по ее дорогущей дверце и ныряю в дорогущий салон. Через несколько секунд он оказывается на водительском сидении. В машине было тесно. Я каждой клеточкой тела ощущала присутствие Тео, которое будто заполняло все пространство. Я столько лет мечтала сесть в Феррари, но теперь мне не терпелось уже вырваться отсюда как можно скорее. Тело мое будто окаменело, и я даже не могла отвернуться к окну. Я просто сидела и рассматривала ногти, пока рядом сидел Тео и рассматривал меня. Когда машина почти подъехала к школе, я попросила его остановиться. — Я выйду здесь. Тебе ведь не нужны любопытные взгляды? — Почти все уже знают, что мы живем в одном отеле. — Поэтому не нужно давать им повода думать о большем. Я попыталась как можно мягче улыбнуться и, кажется, моя улыбка подействовала, потому что он лишь кивнул, и я спокойно выскользнула из машины. Вторая большая мечта в моей жизни обрушилась на меня огромным чувством вины. Я понимала, что не должна была ехать, но успокаивала себя тем, что, пока в моих действиях нет никакого злого умысла, я не должна себя за это корить. Если между мной и Тео будет заметно напряжение, посыплются вопросы, поэтому стоило вести себя с ним крайне осторожно, если осторожно не мог вести себя он. Как бы сильно мое сердце ни спорило с разумом, на этот раз я не должна давать волю чувствам. Пока Хедер является его законной невестой, о моем общении с Тео наедине просто не могло быть речи, хотя ему это кажется полной глупостью. Половину первого дня я проходила как в тумане, все еще под влиянием неоднозначных чувств после Феррари. К обеду я опоздала на несколько минут, хотя знала, что Хедер этому не обрадуется, поэтому пришлось придумывать оправдание на месте. — Я хотела померить давление, но медсестры не оказалось на месте, — сказала я, хотя мне действительно стоило бы сходить в медпункт. — Ничего, — безразлично махнула рукой Хедер. — Я все равно скоро вас покину. Нам с Тео нужно поехать присмотреть подарок для мамы. Что она скажет, когда увидит машину, на которой сегодня приехал Тео? Надеюсь, у него хватило ума не рассказывать о том, что мы знакомы. Хотя, судя по тому, как ведет себя Хедер, она ни о чем не подозревает и это было мне на руку. Новость об их совместном походе за подарком расстроила и одновременно обрадовала. Значит, у Тео сегодня уже не будет времени заниматься ерундой, и я смогу спокойно поработать. Да, недавно Зак все-таки сунул мне визитку с номером и сказал, что мне стоит только позвонить и упомянуть его фамилию, как меня примут с распростертыми объятиями. Я ошибалась, когда думала, что на его нельзя положиться. Мало того, что он достаточно быстро нашел того, кто готов принять меня без опыта, так он еще и подобрал то, что придется мне по вкусу. Теперь я официально была дизайнером витрины в одной из самый стильных кофеен в городе, которая как раз благодаря оформлению своих витрин быстро набрала популярность. Первое время я работала ассистентом, но потом главный дизайнер ушла в долгий отпуск и ответственность за лицо кофейни легла на мои плечи. Это оказалось гораздо сложнее, чем я могла себе представить. Мой опыт работы у мамы и наметанный глаз оказались совершенно непригодными и пришлось учиться практически с нуля. Я не жаловалась, мне хорошо платили, и я стала как можно реже брать деньги у мамы. А еще это могло помочь мне в дальнейшем, когда я все-таки решусь вернуться к организации праздников, но пока что у меня не хватало на это ни смелости, ни опыта. Из-за того, что вечера я проводила в основном в кофейне, даже когда не нужно было работать, мы с Сэмом часто виделись там и делали домашние задания. Он поддержал меня в мой первый день, и я была безмерно благодарна, что он не сказал ни слова. Его довольный взгляд и уверенный одобрительный кивок сделали свое дело, и я поняла, что как минимум не опозорилась. А этого было достаточно, чтобы двигаться дальше. Сегодня я немного опоздала, но Сэм уже заказал нам по чашке кофе и несколько эклеров. Когда я расположилась на своем месте, я заметила маленькую коробочку, в которой была моя любимая булочка с корицей и пеканом. Он часто привозил ее, чтобы я могла подкрепиться перед работой и сегодня это было очень кстати. Мне нужно было сосредоточиться и продумать дизайн самой сложной витрины — рождественской. От нынешней не очень-то веяло праздничным настроением. Пока я делала наброски и ужинала, Сэм занимался какими-то своими делами в ноутбуке. Когда несколько вариантов было готово, я отыскала администратора, чтобы согласовать один из них. Отсутствовала я буквально десять минут, но, когда довольная двинулась обратно в зал, тело мое окоченело. Дверь в кофейню резко распахнулась и в нее буквально влетел Тео. Он уже смотрел на Сэма, поэтому не успел заметить меня. В этот момент меня охватил дикий ужас, потому что вид у Тео был такой, будто он готов все здесь разнести. Он подлетел к столу, за которым сидел Сэм и, громко отодвинув мое кресло, опустился в него. Сэм раздраженно поднял на него взгляд. — Тебе чего? — спросил он как раз в тот момент, когда я начала подходить к ним. Тео по-прежнему меня не видел. — Да вот, проезжал мимо и вдруг дико захотелось чего-нибудь сладенького, — не сводя глаз с Рэтлиффа, сказал он. — Хедер просила тебя позвонить ей, как только сможешь. — Перестань, Фостер, — отмахнулся Сэм. Он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Астрид, будь добра, мне макиато и моему любезному другу тоже. Когда до Тео дошло, что я стою у него за спиной, он заметно напрягся и обернулся, но ничего не сказал. Я поспешила удалиться, пока он не разгневался еще больше. Откуда он мог узнать о том, что я работаю здесь? Готова поставить что угодно на то, что Роб оказал ему услугу и проболтался, хотя никто и не просил его держать это в секрете. За все время, что они ждали заказ, парни не проронили ни слова. Они не спускали друг с друга взгляд. Когда я принесла им кофе, они так же молча высыпали и размешали сахар и стали пить. К этому времени Сэм уже немного расслабился и, казалось, вовсе не замечал, что рядом сидит Тео. Я не знала, куда себя деть, поэтому просто осталась стоять рядом. Через минуту раздался телефонный звонок. Сэм лениво достал телефон из кармана и ответил. Мгновение спустя лицо его переменилось, и он с нескрываемой злостью посмотрел на Тео. — Да, отец, я скоро приеду, — мрачно сказал Сэм и сбросил трубку. Он поднялся из-за стола. — Разрешишь угостить тебя кофе, друг? — бросая деньги на стол, спросил он. Тео ничего не ответил, он не сводил взгляда с нескольких помятых купюр, которые неизвестно сколько ждали подобного момента. Соглашусь, это намного эффектнее, чем расплатиться картой, но развернувшаяся сцена между ними заставила меня поволноваться. Подходя к выходу, Сэм обернулся и помахал мне на прощание, я вяло помахала в ответ и уселась за столик, за которым по-прежнему сидел Тео. Ноги у меня налились свинцом, еще несколько секунд и я бы просто свалилась, поэтому я очень вовремя оказалась в мягком кресле, которое сейчас, казалось, было обвито стеблями с шипами. Они сжимали меня в своих тисках, пока сидящий напротив Тео пронизывал купюры своим взглядом. Уверена, он уже мысленно разорвал их на мелкие кусочки. — Почему не сказала, что нашла работу? — смотря в одну точку, спросил он. Я на пару секунд прикрыла глаза и выдохнула. Он поднял голову и посмотрел мне в глаза. — Если я отвечу на вопрос, то мне непременно захочется задать тебе в ответ еще десять. — Думаешь, я не отвечу? — Я не уверена, что хочу сейчас слышать ответы. И не уверена, что ты хотел бы услышать мой. Я могла бы придумать какую-нибудь убедительную причину, по которой я работаю здесь, имея кучу денег, но мне не хотелось к своему игнорированию прибавлять еще и ложь. Тео явно не заслуживал такого отношения со стороны человека, к которому он тянется, но, если бы он не так сильно проявлял свой интерес, все было бы гораздо проще. Мы просидели молча минут десять, пока меня не вызвали к администратору, что было огромным спасением, потому что повисшее между нами молчание разъедало меня изнутри. Он остался сидеть на месте и более того, даже не собирался уходить. Весь вечер он наблюдал, как я кручусь у стойки, рассматривая витрину и делая зарисовки, как общаюсь с бариста и несколькими посетителями. Я старалась как можно больше отвлекаться, чтобы не думать о парне, сидящем в нескольких метрах от меня и ожидающего, пока я не соизволю составить ему компанию. Теперь даже это убежище стало небезопасным. Если Тео каждый день будет являться сюда и мешать работать и заниматься, это станет еще большей проблемой, чем его попытки пробраться ко мне в номер. Около десяти вечера я подошла к его столику. Все эти три часа он не делал ничего. Даже кофе его так и остался не допитым. Я поставила рядом с ним стакан воды, и он жадно схватился за него, опорожнив буквально за секунду. — Мы закрываемся, Тео, — устало протянула я, чтобы он понимал, что ему уже давно пора. — Идем. Он резко поднялся со своего места. Так же резко схватил меня за руку. От неожиданности я чуть не подскочила, но Тео уже вел меня к выходу. — Что ты делаешь? — Уже поздно, ты же не пойдешь в отель одна? — открывая дверцу машины, он властным взглядом смотрел на меня. — Ты снова это делаешь. — Надо поговорить, — серьезно сказал он. Я смотрела на открытую дверцу Феррари, на которой мы приехали в школу утром. Кажется, она стала еще теснее, я туда даже не помещусь. Моим главным желанием было сейчас сбежать, но я обещала себе не сбегать, верно? Даже в таких ситуациях, когда это больше всего нужно было сделать. Я была уверена, что однажды до Тео дойдет, насколько безумно он себя ведет, но сейчас мне нужно было играть по его правилам, чтобы в дальнейшем иметь на него хоть какое-то влияние. Я залезла в машину, и он моментально оказался на своем водительском месте. — Тебе пора бы избавиться от этой привычки, Тео. — А тебе пора избавиться от общества Сэма, — он повернул ключ зажигания. — Я не знаю, что не так между вами двумя, но ко мне это не должно иметь никакого отношения. Сэм ни разу не повел себя плохо. — А разве я плохо себя веду? — он бросил короткий взгляд в мою сторону и снова отвернулся к дороге. — Похоже, я действительно не заслуживаю твоего внимания. — Ты не понимаешь, Тео. — Не надо говорить так, будто я совсем глупый, — усмехнулся он. Его расстроенный голос задел что-то внутри меня и мне стало так же невыносимо грустно, как и ему. Я не сводила взгляда с его печальных глаз, они будто стали темнее. — Я не намекала на это. — Ты совсем ни на что не намекаешь, — сказал он. Я отвернулась к окну и почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Ну почему он так отчаянно пытается вмешаться в мою жизнь? Неужели его совсем не волнует, что у меня могут быть неприятности? Однажды не по своей воле я уже разрушила чужую дружбу. Угрызения совести до сих пор преследуют меня. Это было началом моего долгого одинокого существования. Я сама вспахала почву для своих комплексов, сама вырыла огромную, пустую, темную нору и считала, что именно там мне и место. Жить, ощущая исходящую от окружающих ненависть с каждым днем становилось все сложнее и сложнее. Я чувствовала ненависть даже там, где ее не могло быть. В прошлый раз я совершила огромную ошибку, и судьба злодейка дала мне еще один шанс, чтобы посмотреть, как я справлюсь на этот раз. Правда теперь помимо борьбы с собой, я должна была бороться еще и с Тео, который буквально заманивал меня в отравленные сети. Я не заметила, как мы подъехали к отелю. Слезы на глазах еще не высохли, ком в горле еще не отступил, поэтому я не могла выдавить даже слова благодарности, хотя Тео, наоборот, все усложнил. — Не выходи из машины, — резко сказал он, когда я потянулась к ручке. — Что? — Хедер здесь. Я быстро огляделась и увидела, как Хедер плавным шагом подходит и садится в машину возле отеля. Наша машина была самой заметной, и я просто не верила, что она не обратит на нее внимания. Внутри меня все сжалось. — Боже, если она нас заметит… — Перестань волноваться, — спокойно сказал Тео. Перестать волноваться. Хорошо, как скажешь. Ничего страшного ведь не может случиться. Меня поражает это спокойствие. Мне становится обидно за Хедер, он совсем не переживает из-за ее чувств. Следом за Хедер к машине подходит Сэм, только он, как всегда, слишком внимательный, чтобы не заметить нас. — Что теперь? — спрашиваю я сдавленным голосом. — Пригнись, — сказал Тео и, резко нажав на газ, быстро выехал на дорогу. Я чуть было не ударилась головой, но вовремя прикрыла лоб. Это приключение с каждой минутой становится все опаснее, и я сдерживаюсь, чтобы не начать умолять Тео выпустить меня из машины прямо сейчас. — Надеюсь, после этого ты подумаешь сто раз, прежде чем усаживать меня в свою машину, — подняв голову и откинувшись на сидении, сказала я. Волосы растрепались, несколько прядей запуталось в ресницах, несколько прилипли к накрашенным губам. Надеюсь, это замечание прозвучало достаточно жестко, чтобы до него дошло, насколько сильно я возмущена. — Разве тебе не понравилось? — улыбнулся Тео. — Ты сумасшедший. Не дошло. — Спасибо, — усмехнулся он. — Раз уж нам все равно пришлось уехать, я покажу тебе одно место, — сказал Тео и набрал скорость. Через десять минут мы подъехали к очень высокому зданию. Нижние этажи были отделаны темным камнем, выше стены были полностью из стекла. Противоречивая архитектура здания вызывала неоднозначные чувства. Тео припарковал машину прямо возле входа и помог мне выбраться. — Что это? — отпуская его руку и поднимая голову наверх, спросила я. — Это — лучший способ посмотреть на город, — он открыл передо мной двери и пропустил вовнутрь. Мы оказались в небольшом магазинчике, где за прилавком уже дремала продавщица. — Не шуми, — сказал Тео, приставив палец к губам. Мы подошли к лифту, и он нажал на кнопку. Через минуту, дверь уже открылась. Благополучно доехав до последнего этажа, он повел меня к лестнице, которая, как я успела догадаться, ведет на крышу здания. Выйдя на нее через небольшую дверь, я слегка вздрогнула. Вечерний зимний воздух был беспощадно холоден и ветер на такой высоте пронизывал до костей. Однако все это ничто по сравнению с видом на город. Забыв про холод, я быстро подошла почти к самому краю крыши. Приблизиться еще хоть на сантиметр и посмотреть вниз у меня просто не хватило смелости. Тео подошел вплотную к высокому ограждению, давая мне понять, что это не страшно. Долго колеблясь, я все-таки сделала несколько шагов в его сторону. — Нравится? — спросил он, когда я подошла к краю крыши и положила ладони на ограждение. — Очень. Здесь очень красиво. Он снова использует запрещенные приемы. Мое сердце буквально трепетало от увиденного. Я не могла злиться, не могла его ненавидеть. Город предстал передо мной в том образе, который я много лет хранила в своем сердце, который разбился на мелкие осколки, когда я впервые оказалась здесь. Сейчас он снова стал бриллиантом на черном бархате зимней ночи. Воздух больше не казался мне холодным, а высота не пугала. До нас доносились звуки моторов и сигналов машин, голоса реклам и изредка крики прохожих, которые выбрались погулять по ночным улицам. Это делало город по-настоящему живым, и я не могла не оценить этого по достоинству. Ветер трепал мои волосы, еле слышно звенели сережки. Тео подошел ко мне сзади и накинул свою куртку. Я моментально спустилась с небес на землю, но в следующий момент опомнилась. Кем бы я была, если бы испортила этот момент? Я поблагодарила его и улыбнулась. Над нашими головами пролетал вертолет и ветер усилился. Я боялась, как бы нас не сорвало с крыши таким порывом, но осталась стоять на месте, полностью пропуская сквозь себя эти мгновения. Было громко и в этом шуме растворялась моя злость. Я закрыла глаза, чтобы навсегда сохранить в себе эти неописуемые чувства. Сквозь шум вертолета до меня донесся голос Тео. — Ты мне нравишься, Астрид. Я надеялась, что мне это послышалось, хотя готова была услышать это еще миллион раз. Мои ноги слегка подкосились, сердце вырывалось из груди. Забери эти слова обратно, Тео, пока они окончательно не въелись в мое сознание. Пока до меня сквозь затуманенный разум не дошло их значение. Пока я не подумала, что это было признание, на которое я не могу ответить. Картинка перед глазами двоилась или даже троилась, я больше не видела ничего. Ничего, кроме печального конца старой детской дружбы. Мои чувства были взаимны и в этот момент они взяли надо мной верх, хотя я изо всех сил старалась спрятать их как можно дальше. Это было неизбежно. Теперь придется бороться с ними иначе, теперь будет сложнее, теперь покажется, что это невозможно — не любить Тео. — Ты что-то говорил? — спокойно спросила я, когда стало уже тише. Холод окутал мое тело. Просочился в каждую его клеточку, и я уже не чувствовала, как сильно дрожу. Тео помотал головой и отвернулся, но я видела, как горели его щеки. Доказательство того, что мне не послышалось. Я не хотела помнить об этом, хотя понимала, что как только окажусь наедине с собой, непременно захочу услышать это еще раз. А потом еще и еще. Тогда, десять лет назад, моим главным желанием было оберегать его хотя бы то недолгое время, что мы были вместе. Сейчас это желание вспыхнуло во мне с новой силой, и он не должен об этом узнать. Достаточно того, что я знаю, что чувства наши взаимны, хотя так не должно было быть. Я не смогу посмотреть в глаза Хедер. Я не смогу так просто отказывать ему, потому что теперь знаю, что это будет разбивать ему сердце. Он взвалил ответственность за эти неправильные чувства на меня, и я должна была нести на себе это бремя. Мы простояли так — без слов — еще десять минут и все это время он старался как можно чаще на меня смотреть, но я не поддавалась, не поворачивалась. Изо всех сил делала вид, что мне по-прежнему все нравится и мне нравилось, только голова забилась далеко не мыслями о прекрасном городе. Когда стало уже слишком холодно нам пришлось вернуться обратно в отель. Я была рада, когда лифт наконец остановился на моем этаже. Я быстро вышла, успев пожелать ему лишь спокойной ночи. — Спокойной ночи, Астрид, — нежно сказал он ответ, когда закрывались двери лифта. Спасибо, Тео, но я в этом очень сомневаюсь.