Не выключай свет

      Прошло уже несколько дней после второй встречи мутанта и девушки в мрачном закоулке. Рафаэль, к счастью для него, эту встречу быстро забыл. Хотя, парень скорее пытался себе это внушить. Отвлекаясь от ненужных мыслей, он не терял времени и проводил его за тренировками да патрулированием города, который пытался сделать немного «чище» собственным правосудием.       Стоит признаться, первое время он не прекращал вспоминать девушку. Образ Эммы возникал перед его глазами всякий раз, когда он их закрывал. Мутанта стали настигать разного рода мысли на счёт неё и произошедшего, её реакции на парня. То, как нормально она отреагировала на Рафаэля.       Хотя, что вообще значит «нормально»? Ведь это понятие растяжимое, которому вдобавок каждый человек придаёт своё значение. Что же значило это «нормально» для самого Рафа? Наверное, то, что девушка не закричала от ужаса и отвращения, как это делали многие. Она не стала сыпать угрозами, оскорблениями или же просьбами о прощении и мольбами сохранить ей жизнь. Это всё можно свести к тому, что она не восприняла его чудовищем.       Ещё сильнее его будоражили последние слова девушки, которые прозвучали под звук приближающейся машины неотложки. Даже в таких условиях обострённый слух ниндзя уловил каждое слово и интонацию, с которой Эмма искренне вновь благодарила его. Самое главное — она всё помнит с первой их встречи… Его облик не ужасает её. Иначе стала бы она его останавливать, когда тот спешил поскорее скрыться?       В таких рассуждениях прошло несколько дней для Рафаэля после второго спасения такой странной девушки, что с лёгкостью находит себе неприятности. Как только пришла его очередь патрулировать ночной город, темперамент отправился по адресу, который предоставила Эйприл сразу после операции в отеле.       Временно устранив все гаджеты Донателло, что непрерывно посылают сигнал о местонахождении саеносца, Рафаэль нашёл отличное место на крыше дома, что располагался напротив цели. Он провёл несколько безмолвных ночей, наблюдая за плотно зашторенными окнами, за которыми всё время горел свет. Это были её окна.       Скоро ему стало любопытно — почему же у Эммы в квартире всю ночь горит свет? Значит она дома. Бодрствует? Но почему ночью, а не днём, как многие люди? Наверное, она боится темноты. Как давно? Так было всегда или началось после недавних событий?       Ответов у Рафа не было, как и возможности их узнать. За плотной тканью штор скрывалось нечто таинственное и недосягаемое для мутанта. Как запертая дверь, ключ к которой спрятан, но он есть. Под «ключом» Раф несколько раз представлял Эйприл. Они же подруги, верно? Что Эмма рассказала рыжей о последнем нападении? Неужели вновь нашлась отговорка, обман, покрывающий мутанта? Пусть даже так — подобные мысли тихо радовали ниндзя. Он ощущал некое покровительство от этой странной, такой маленькой и хрупкой девушки. Пусть она вершила дела не мышцами, как он, но её поступки, а именно спасительное молчание, удивляли его.       Впервые кто-то из людей делает что-то хорошее для него, а именно — хранит его секрет. Да, есть ещё и Эйприл, но она связана с черепахами своей долгой историей. Так вышло, что из-за всей трагедии с учёными и мутагеном их судьбы переплелись. Есть ещё и Кейси… А Кейси даже не рассматривается.       Замучив себя рассуждениями, Раф не знал, как действовать дальше, как встретиться с Эммой, а потому решил отпустить эту ситуацию. «Сам навыдумывал» — с такой мыслью мутант поспешил забыть будоражащие чувства, которые мешали бы ему дальше нести бремя отверженного обществом.       Время неумолимо шло вперёд, как вдруг Эйприл решила заглянуть к друзьям в подземное логово. — И надолго ты уезжаешь? — Донателло аккуратно поправил очки на переносице, отвлекаясь от работы за компьютером. — На неделю, — девушка устало потёрла виски, удобно разместившись на огромном диване с друзьями перед телевизором, — этот случай в «Звёздном» доставил кучу неприятностей владельцу отеля, Аллену Холлу, который сейчас по рабочим вопросам в Филадельфии. Я полечу как помощник интервьюера — Аллен намерен возродить репутацию своего детища, пока рейтинг отеля окончательно не упал, — журналистка развела руками, делясь новостями. — Оу, я чувствую словно мы прибавили тебе работы… — с виноватым видом младший из братьев, смотревший до этого в экран телевизора, повернулся к подруге. — Что ты, — девушка отрицательно замахала руками, — вы тут вообще ни при чём, — Эйприл оглядела всех четырёх друзей-мутантов, качая головой, — вы сделали хорошее дело! Уберегли стольких людей от страшной участи и среди них даже оказалась моя подруга. Я очень благодарна, что вы вмешались, — положа руку на сердце, девушка своими словами вызвала улыбки у черепах, — а это поездка — отличная возможность набраться опыта. Так что… Не надо так говорить, — О’Нилл приняла строгий вид, но тут же смягчилась, ясно улыбаясь счастливому Микеланджело. — Кстати, насчет твоей подруги, — в разговор внезапно включился лидер, привлекая внимание Рафаэля. — Всё по-прежнему? Она ничего нового не рассказала?       Лидер, сложив руки на груди, слегка наклонился к девушке, ожидая ответа. К Эйприл приковал взгляд и саеносец. Он сгорал от любопытства, но тщательно скрывал это. — Если честно, — девушка сцепила руки замком, нервно смыкая губы, — последнее время она ведёт себя странно. — Странно? — лидер обеспокоенно выпрямился. — Она правда общительный человек, но за последние дни всё что я получила от неё это буквально пара сухих фраз по телефону. Я не стала наседать, ведь возможно всё дело в том, что у неё стресс и она просто восстанавливается, но… Как-то… — Эйприл замялась, не зная к чему свести все эти слова. — Я не знаю почему, но у меня плохое предчувствие. — Так может навестишь её? — Донателло задумчиво подпёр подбородок рукой, раскачиваясь в компьютерном кресле. — Я предлагала ей этот вариант, но она вежливо отказалась, ссылаясь на работу. На её языке это явный намёк, что она хочет побыть одна. Так что я не буду навязываться — пройдёт время, и она сама позовёт. Но как-то тревожно, что я улетаю на целую неделю и если вдруг понадоблюсь ей, то меня может не оказаться рядом, — О’Нилл обеспокоено держалась за лоб. — Звучит так, словно ты опекаешь ребёнка, — лидер неоднозначно покачал головой. — Нет, что ты, просто мы близки и всегда поддерживаем друг друга, а Эмма очень… — девушка, подбирая нужное слово, сделала задумчивую паузу, на которой Рафаэль затаил дыхание, — чувствительная. Она всё принимает близко к сердцу. — Что ж, каждому своё, — умник принялся протирать линзы очков. — Нервная система, темперамент, влияние окружающей среды. Каждый из нас индивидуален. — Верно, — ясно улыбаясь, Эйприл кивнула другу, благодаря за поддержку.       Такая информация об Эмме Флорес нарисовала в воображении Рафаэля примерное понимание того, что он наблюдал пару ночей в её окне. Этот разговор разжёг в нём прежний интерес, который парень отчаянно старался потушить. Но в глубине души он боялся. Боялся сделать шаг навстречу и ошибиться, разрушив свои воздушные замки. Но всё же решил рискнуть.       В одну из холодных патрульных ночей ниндзя вновь оказался на крыше дома Флорес. Последнее время он осторожно делал шаги вперёд — с крыши соседнего дома он переместился на нынешний, а позже совсем осмелел и стал аккуратно спускаться на балкон девушки. К счастью, она жила на последнем этаже, что значительно уменьшало риски быть замеченным кем-то из соседей. Хотя, как можно так рассуждать? Раф, скрывающийся с семьёй от людских глаз долгие годы сейчас рискует ради праздного любопытства. Бред. Да такой, за который сам Раф порой хочет треснуть себя.       Но теперь дороги назад нет — вот уже несколько ночей ниндзя спускается на балкончик Эммы и, скрытый от чужих глаз ночной мглой да безоконной стеной соседнего дома, прислушивается. Больше ему ничего не остаётся.       Временами его посещал страх, что, если девушка решит открыть окно, заглянуть в эту тьму, где он прячется от неё? Но стоит признаться, он сам не понимал — правда ли это страх? А может, надежда? Может, ему уже просто надоело. Всё надоело. Одно и то же изо дня в день. Разнообразием являются лишь битвы и очередные выходки младшего брата. Когда всё это повторяется годами начинаешь чувствовать себя в клетке. Одинокой клетке. Перспектива провести всю жизнь с одними только братьями и отцом не вселяла радости. Нет, за семью Раф порвёт любого, но… Неужели он не имеет право на…       Внезапно шторы перед ним распахнулись. От неожиданности мутант оцепенел. Из-за высокого роста сперва его взгляд был направлен куда-то в потолок или карниз… Он сам не понял. Приходя в себя пару мгновений и как следует похлопав глазами, Рафаэль медленно перевёл взгляд ниже. Сперва он увидел макушку, взъерошенные волосы, а следом встретился с испуганными глазами. «Она меня боится» — больно резануло в его груди, но он всё не решал пошевелиться.       Вдруг его настигло осознание. Если вспомнить слова Эйприл, то сейчас перед ним просто напуганная девушка, пережившая два нападения и ранение вдобавок. Слишком много для такого маленького существа, которое Раф превосходит по размерам и силе в немыслимом соотношении, что особенно остро ощущалось именно сейчас. Так парень ещё и уподобился сталкеру, которого Эмма, видимо, уже давно заметила, раз так уверенно сдёрнула ткань с окон. «Она слышала меня? Как давно она знает?» повторял ниндзя про себя. «К чёрту…» — обречённо пронеслось в мыслях мутанта. «Не следовало вспоминать» — добивало его. Сжав до боли кулаки, он отвернулся от девушки, собираясь уходить с балкона, но его остановил звук открывающегося окна. Тихий дрожащий голос позади него развеял порыв ночного ветра: — Останься!       Не веря своим ушам, Раф аккуратно взглянул через плечо. Эмма перелезала на балкон через окно, держа в руках теплый плед. Быстро выбравшись наружу и прикрыв окно словно его никто и не открывал, девушка неловко закуталась от ледяного ветра и подняла глаза на мутанта, который уже повернулся к ней лицом.       Рафаэль, переживший множество жестоких сражений, ран и коварных засад в данном случае не знал куда себя деть. Он сокрушительно сражал врагов самой разной силы и размеров, но перед невысокой и хрупкой девушкой вдруг почувствовал себя уязвимым.       Флорес, не удержавшись, на мгновение замерла, разглядывая существо перед собой. Тусклый свет из квартиры слабо освещал очертания огромных босых ног героя, которые вверх по икрам были обмотаны непонятными ремнями или бинтами — в полутьме было не разобрать, но эта необычная оригинальная задумка явно была для защиты и поддержки мышц. Чуть выше местами тускло поблёскивали наколенники, подтверждающие первую идею. Мешковатые длинные шорты с изорванными краями явно многое повидали. На груди незнакомца сходились множество ремней, которые ещё дальше вверх через широкие плечи вели к его огромному… походному рюкзаку? На его спине было что-то большое и явно очень тяжёлое.       Незнакомец казался кем-то невероятно сильным из-за своих размеров и загадочным из-за своей внешности. Одни его руки, которые он сперва крепко сжимал в кулаки от чего все мускулы заметно напрягались, становясь больше, казались инопланетными.       Продолжая исследование, Эмма заметила кончики красной банданы, которые изредка дёргались от ветра. Поднимаясь ещё выше, девушка вдруг встретилась взглядом с проницательными янтарными глазами мутанта. Их неестественный яркий цвет и изучающий тяжёлый взгляд казались хищными, дикими, будто животными. Этот миг, словно небольшой разряд тока, вернул Флорес в реальность. Не теряя больше времени, Эмма перешла к сути: — Кто-то взламывает дверь в квартиру.       Мутант нервничал, не зная, что ждать от девушки, но такая фраза быстро заставила его нахмуриться. Внезапно ниндзя опустился на одно колено перед ней, протягивая руки вперёд: — Тогда держись крепче.       Замок в дверях щёлкнул и в коридор скользнула тень. Окинув взглядом пустующую кухню, человек тихо зашёл в спальню. Его встретили лишь приглушённый свет торшера и небольшой беспорядок. Комната была пуста, однако включённый на столе ноутбук, брошенный на кровати телефон и остывающая кружка чая говорили за себя.       Вдруг тюль трепыхнулся от сильного порыва ветра. Приблизившись к балконной двери, смыкающей с большим окном, проникший резко остановился.       Переводя дыхание, Эмма пыталась согреться. Она ещё раз мысленно похвалила себя, что додумалась быстро схватить плед, прежде чем ринуться с головой в приключения. Но поверить в произошедшее девушка не могла до сих пор. Да и происходящее прямо сейчас удивляло не меньше.       После того, как Флорес на балконе приблизилась к мутанту, тот быстро, но аккуратно подхватил её на руки и в пару движений переместился вместе с ней на крышу. Рафаэль решил выбрать позицию, с которой было бы несколько ходов для отступления и возможность наблюдения за взломщиком. Режим «ниндзя» включился в нём автоматически, если вообще хоть когда-то выключался.       Всю жизнь боявшись высоты до головокружения, Эмма не смогла насладиться таким «скалолазанием» с полётом и, зажмурившись, она пыталась удержаться от падения. Ей так и чудилось как она камнем полетит вниз, выскользнув из огромных рук. Никаких ремней безопасности или поручней предусмотрено не было и в панике Флорес просто схватилась за первое, что пришлось под руку и этим оказалось лицо героя. Из-за такой неожиданной подлянки со стороны пассажира ниндзя чуть не оступился, но, переместив её руки себе на шею, быстро вернулся в ритм.       Крепко вцепившись в спасителя, Эмма ощутила под нежными подушечками пальцев холодную кожу его шеи и напряжённые стальные мышцы плеч. За его спиной по-прежнему было нечто огромное, уже напоминающее броню или панцирь. Девушка в очередной раз осознала силу этого… нечеловека. Стоит только вспомнить как он отшвырнул извращенца в подсобке или наказал уродов в переулке. Такой как он сможет легко убить человека. Если, конечно, он ещё никогда не делал этого.       Спрятавшись на нужной крыше, Рафаэль аккуратно наклонился, спуская девушку на твёрдую поверхность. Правда Эмма не сразу поняла, что всё позади — цепкие руки всё ещё не отпускали парня. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы всё осознать и наконец-то освободить мутанта из своей хватки.       Твёрдо стоя на ногах, Флорес скрестила руки на груди, удерживая плед и ускользающее от него тепло. Никто из парочки не собирался нарушать тишину, ведь сейчас прямо под ними мог быть потенциальный преступник.       «Связано ли это со Шреддером и случаем в отеле? Скорее всего» саеносец выжидал, притаившись рядом с самым краем крыши. Раф прислушивался настолько насколько это возможно ночью в шумном мегаполисе, чтобы в нужный момент понять желает ли этот человек проверить балкон. Если так и случится — у ниндзя есть удобный угол обзора и путь для отступления.       Пока Рафаэль соколиным глазом наблюдал за обстановкой, Эмма замерла, разглядывая его спину. Действительно, это и вправду был огромный панцирь. На нём сходились множество ремешков, которые она уже заметила ранее. Конечно, отсутствие нормального освещения на крыше лишало девушку возможности как следует изучить все детали, но даже так она заворожённо глядела на него, словно боясь упустить время.       Всё то время, что прошло с их последней встречи Флорес только и крутила в голове думы да размышления о сущности такого неведомого ей создания. «Какие у него мысли? Мотивы? Почему он такой? Кто он? Он такой один? Что он делал в отеле? Сколько ему лет? Почему он спас меня?» это было лишь малой частью всех тех вопросов, на которые Эмма желала найти ответы.       Страх перед неизвестным давно отступил, если вообще когда-либо появлялся. Вспоминая первую их встречу, страх и отвращение девушка могла приписать лишь мерзкому мужлану, который полез к ней, а вот загадочный спаситель, наоборот, вызывал слёзную благодарность и неподдельный интерес. Из-за этого Эмме порой казалось, что с ней явно что-то не так. «Наверное, любая другая девушка уже давно бы закричала и убежала прочь. Вот взять, например, Эйприл. Такая должна быть нормальная реакция на… него?» называть в своих мыслях героя «существом» Флорес теперь находила неуважительным. «Но тогда с кем его идентифицировать?» узнать всё это она могла лишь у него самого. — Раф, — тихо, почти беззвучно Эмма назвала имя, которое услышала ещё тогда в отеле. Мелкая дрожь и шок пробили толстую кожу мутанта, когда тот, широко распахнув глаза, резко повернул голову в сторону девушки. — Так тебя зовут?..       После долгой паузы, которая, казалось, вот-вот растянется в вечность, собеседник нашёл что сказать: — Лучше забудь, — низкий грубый голос звучал так тихо, что Эмма еле уловила его. — Но почему? — недоумённо и испуганно Эмма сделала несколько шагов навстречу. — Тихо!       Раздался звук открывающейся балконной двери. Шикнув, мутант отступил от крыши, осторожно наблюдая за человеком, вышедшим на балкон. Эмма беззвучно подступила к ниндзя, выглядывая из-за него.       На балконе показался человек в полицейской форме. Блюститель закона, чьё лицо нельзя было разглядеть из-за козырька головного убора, огляделся по сторонам. Мужчина не смог найти ответы на пустом балконе и, обращаясь к кому-то, повернулся в сторону входной двери. Что-то ему отвечая, наружу вышла рыжеволосая девушка.       «Эйприл?» мутант хмуро глядел из своего укрытия, выдвигая разные теории о происходящем. О’Нилл, зябко ёжась от ночного ветра, задавала собеседнику вопрос за вопросом. Её плечи, укрытые тканью лёгкого пиджака офисного стиля, подрагивали.       Полицейский устало снял головной убор, почёсывая затылок, и Эмма тут же узнала в его лице своего знакомого — Джэймса. Парень, плавно жестикулируя, что-то говорил журналистке, на что та только отрицательно мотала головой. Это продолжалось недолго — видимо офицер заметил как холодно девушке и указал той на вход в квартиру. Она спорить не стала и быстро вернулась обратно внутрь.       Джеймс Дрэдд ещё несколько секунд оглядывался по сторонам, словно в поиске каких-то улик или зацепок, но, разумеется, нового ничего не обнаружил.       Эмма, всё это время стоявшая чуть в стороне от мутанта, была уже заметно радостнее — в её голове только и кружились мысли о том, как хорошо, что её квартира пока так и остаётся безопасным местом. В неё не проникли воры, маньяки или авторы анонимных звонков. У Эйприл есть дубликат ключей квартиры подруги, как и наоборот, так что всё хорошо, всё по-прежнему. Друзья просто беспокоятся о ней, но девушка не могла просто окликнуть тех и успокоить, ведь прямо сейчас она на крыше в компании… Того, кто должен остаться в тени.       После всех размышлений Флорес решила, что должна оповестить ночного героя, ведь люди, которых они сейчас видели — её друзья. Бесшумно шагнув к ниндзя, она всё равно привлекла его внимание, но лишь на мгновение — смерив девушку злобным взглядом мутант вернулся к слежке за полицейским. За тот миг, что Рафаэль был отвлечён, Джеймс уже успел найти себе занятие — саеносец застиг момент, когда тот разгибался после секундной возни у оконной рамы. Более не задерживаясь на балконе, полицейский скрылся в квартире.       Разговоров на самом балконе слышно не было, резкие порывы ветра и гудёж со стороны дороги маскировали каждое слово, а услышать и понять находятся ли всё ещё двое в квартире и вовсе невозможно. — Чёрт, — Раф недовольно шикнул себе под нос.       Разворачиваясь от края крыши, парень стал сверлить взглядом Эмму. Та мгновенно почувствовала на себе этот тяжёлый взгляд янтарных глаз, которые порой поблескивали из-под красной банданы, точно светились. Девушка неловко повторила за Рафаэлем — теперь двое стояли в центре, подальше от края, укрытые небольшими строениями с дверными лазами на крышу.       Стоя друг напротив друга, никто не решался заговорить первым. Эмма только и думала о том, как заставила опять её спасать, а Раф нервно вспоминал, как его, бесстыжего сталкера, всё же застукали. Не выдержав неловкого молчания, Эмма, прокашлявшись, вдруг начала: — Эти люди, — девушка, чувствуя, что уже слишком долго находится на улице, приобняла себя за плечи, пытаясь согреться, — мои друзья. Прости, что обманула, но я сама не знала, что это они решат нагрянуть, — она поглядывала то на загадочного спасителя, то вновь на холодное покрытие крыши, которое уже чувствовалось сквозь подошву домашних тапочек. — В глазок не пробовала смотреть? — его низкий голос с нотками хрипотцы казался принадлежащим взрослому мужчине, лет сорока. По его внешнему виду можно было сказать то же самое из-за чего Эмма вдруг почувствовала будто её сейчас будет отчитывать злой учитель, скорее всего трудовик. Нет, физрук. — Я не без оснований переживала, — девушка тут же вступилась за себя. — Мне поступил звонок буквально за минуту до этого.       Флорес чётко описала суть того телефонного разговора, который так её напугал. Она не скрыла ни капли информации и стала ждать реакции на её рассказ.       Рафаэль тяжело вздохнул, отчего его грудь под твёрдым костяным покрытием метнулась вверх-вниз. Эмма удивлялась даже этому, но особенно — насколько быстро и легко он доставил её на крышу, не стесняемый в движениях. А ведь у него и грудь и спина словно под бронёй. — Слушай, то, что произошло в отеле — не случайность, а этот хер по телефону скорее всего один из прихвостней Шреддера, — вальяжно присаживаясь на пятую точку, Раф всем своим телом показал, что «если девчонка хочет знать правду, то пусть слушает, пока в ужасе не даст дёру». — Шреддера? — Ага, это такой мудак, который любит блестящие костюмы, — Раф немного входил во вкус, добавляя в свой рассказ любимую специю — «сарказм». — Но ещё и многое другое… Вдруг Рафаэль замолчал, поджимая губы. Он недоверчиво взглянул на Эмму, которая почти что с открытым ртом слушала его. — Я мутант, но ты это уже заметила, — парень мельком глянул на Флорес, наблюдая за её реакцией. — Так что не пора ли тебе убежать с криками?       На секунду Эмма замерла, удивлённо глядя на собеседника. За последнюю неделю она столько думала про него, про его внешний вид, происхождение, силу и прочее… Что, кажется, у неё уже давно есть ответ. — Значит, я должна кричать, убегая, за то, что ты спас меня от изнасилования, от возможного его повтора, но ещё и с убийством, а теперь ещё и от «взломщиков». Верно? — загибая пальцы на каждом перечисляемом пункте, Эмма выжидающе смотрела в пропасть янтарных глаз, но те не желали отвечать. Его хмурое лицо было весьма красноречиво. Не зная, что ещё сказать на такую реакцию Эмма замялась, но вновь прозвучал хриплый голос: — Это то, что вы, люди, обычно делаете.       Флорес грустно взглянула на мутанта. В его голосе было столько обиды и разочарования, словно они вот-вот примут физическую форму и, так же как и он, сядут напротив, укоризненно смотря на существо из рода человечьего. — Я не представляю, что тебе довелось пережить, — Эмма в очередной раз поёжилась от холода, — но все мы разные. Позволь мне отвечать только за себя и не брать ответственность за других людей. А пока, разреши мне пригласить тебя на чашечку чая, — она лучезарно улыбнулась в ответ на недоумённый взгляд. — Тут очень холодно.       Балкон вновь глухо ухнул под весом мутанта, который плавно опустил девушку на твёрдую поверхность. Большое окно почему-то оказалось распахнуто. За развевающимся тюлем Раф разглядел погром, который был в квартире и Эмму, что, ничего не замечая, стала залезать обратно внутрь.       Мысленно выругавшись, Рафаэль попытался остановить невнимательную девушку, попутно доставая своё оружие, как вдруг в окне показалась рыжая макушка. — Какого чёрта?! — шокированная О’Нилл, уперевшись руками в подоконник, с открытым ртом глядела на Рафаэля, которому от осознания ситуации немного перекосило лицо. Растрепанная Эмма в пушистом пледе почти столкнулась с подругой лбами.       Всё-таки ниндзя до последнего надеялся получить своё излюбленное лакомство — бандитскую рожу. И, нет, вы не подумайте — разумеется он их не ест, но хорошенечко выбивает из них всё дерьмо. После новости о проникновении в квартиру девушки неизвестного Рафаэль сопоставил её причастность к планам Шреддера по созданию армии мутантов и шпионских прихвостней злейшего врага. Взлом двери квартиры жертвы — лишь мелочь, на которую способен клан Фут. Но вот облом — настигнуть врага не получилось, да и самого врага не оказалось. Конечно, по сути, это к лучшему, но сколько же объяснений сейчас предстоит выдумать темпераменту. Почему он тут? Что он с Эммой делает снаружи? Вот чёрт, а Рафу только удалось запудрить мозг Флорес, чтобы та не поднимала тему его шпионажа. От осознания всей ситуации он нервно сглотнул. — Эйприл, я всё тебе объясню, — уперевшись коленями в подоконник, Эмма медленно проговаривала каждое слово, пытаясь успокоить подругу. — Ты только слишком сильно не реагируй… — Вы двое! — удивление в голосе рыжей сменилось на праведный гнев и девушка одним своим взглядом была готова испепелять на месте. — Живо внутрь! — Что… — Сейчас же! Полицейский уже ушёл.       Эмма, шокировано оглянувшись на Рафаэля, вдруг заметила, что его глаза сейчас такие же круглые и удивлённые, как и у неё. Но лучше не заставлять злую Эйприл ждать, так что Флорес быстро юркнула внутрь. Однако мутант не мог позволить себе то же самое — балконная дверь как проход даже не рассматривается. Для парня она скорее представлялась как щель, но уж точно не дверь. Окно казалось оптимальным вариантом, но Раф так и не решался сделать шаг в квартиру, стоя на месте словно каменное изваяние. Он лишь украдкой взглянул на хозяйку квартиры, которая мгновенно уловила этот знак: — Заходи, пожалуйста, — она жестом пригласила гостя внутрь.       Только после этих слов Рафаэль, изловчившись, проник в небольшую спальню, где его ждали. Однако на окне всё-таки остался автограф от парня — карапакс задел верхнюю часть рамы и многочисленные царапины ещё долго будут напоминать об этом вечере.       В комнате висело неловкое напряжение. Раф вдруг понял, что погром внутри — это, видимо, особый стиль хозяйки, а Эмма осознала, что за неделю развела огромный постыдный бардак.       Потрясённая Эйприл нервно топала ногой, уперевшись плечом в дверной косяк. Прикрыв рот рукой, она молча оглядывала своих друзей. Девушка была одета в яркий юбочный костюм: насыщенный фиолетовый пиджак с плечиками, подчёркивающий рыжину волос, собранных в высокий хвост и ярко-зелёная юбка-карандаш. Образ дополняли тёмные туфли на каблуке. Создавалось впечатление, будто она только что сбежала с выступления или какого-то грандиозного события.       В свою очередь, Эмма, всё ещё сгорающая от стыда за бардак вокруг, скукожилась на маленьком кресле, не отпуская лохматый плед. Сильнее всего девушку поражала реакция подруги, которую Флорес ещё совсем недавно причисляла к «нормальным». — Так… Вы, оказывается, — обнимая коленки, Эмма нарушила тишину и окинула присутствующих изучающим взглядом, — знакомы? — она удивлённо вскинула брови. — Эмма, — журналистка строго взглянула на собеседницу, — ты обещаешь хранить услышанное в тайне? — рыжая переглянулась с Рафаэлем, который молча расположился на полу и, получив от него утвердительный кивок, присела на кровать поближе к Флорес.       Сделав глубокий вдох, журналистка собрала волю в кулак, а мысли воедино. Эйприл поведала подруге о прошлой работе своего отца, замешанном в экспериментах, которые заинтересовали алчных людей, преследующих личную выгоду. Девушка рассказала о последствиях, которые ждали отца и всю их семью из-за следования принципам и отказа этим влиятельным людям. Было много чего ужасного и страшного, но в череде всех событий появились её необыкновенные друзья.       Эмма не смела перебивать, а лишь заворожённо внимала речам подруги, изредка украдкой поглядывая на Рафаэля, который, похоже, со временем смог раскрепоститься. На тяжёлых моментах рассказа он хмурился, а его ноздри надувались, резко выпуская воздух. Когда Эйприл переходила к светлым событиям он улыбался уголками губ, иногда покачивая головой. Флорес поймала себя на мысли, что он до смешного нелепо выглядел в обстановке её квартиры. Все нежные тона и милые элементы дизайна помещения так сильно разнились с обликом черепахи-мутанта. Ещё и такого огромного, брутального.       Рассказ ещё долго продолжался — О’Нилл постаралась максимально мягко преподнести информацию для подруги, подробно объясняя важные моменты и сглаживая страшные. Флорес ужаснулась от подробностей про мутаген, Шреддера и главное — от ситуации в отеле. Одно дело узнавать истории, которые происходили давно и не с тобой. Совсем другое — понять, что невидимый враг зашёл слишком далеко, заманивая людей в свои сети, в которых пойманной рыбёшкой чуть не стала ты сама. — Постой, — Эмма дождалась подходящего момента и взяла инициативу на себя. — Сегодня мне кое-кто позвонил…       Второй раз поделившись сутью короткого разговора с незнакомцем, который якобы предупредил девушку об опасности и пообещал в скором времени навестить её, Эмма даже показала этот номер в сотовом. — Он может больше и не позвонить с этого номера, — хрипловатый голос Рафаэля звучал особенно низко из-за контраста после высоких девичьих голосков. — Если это правда Футы или любые другие псы Шреддера, то одноразовый телефон — привычное дело. Но лучше передать номер Донни, он сможет отследить сигнал.       Услышав имя одного из братьев Рафаэля, Эмма невольно задумалась как же выглядит его семья. Прежде она только слышала голос кого-то из них ещё тогда, в отеле, но это было в такой суматохе, что воспоминания почти исчезли. Девушка даже попыталась сама представить их образы, но как бы она не старалась у неё путного ничего не выходило. — Так вот почему вы были на крыше, — задумчиво произнесла Эйприл, глядя в потолок, — ты подумала, что это звонивший уже взламывают дверь? — рыжая виновато сложила руки на коленях под утвердительный кивок подруги. — Прости, что напугали. Ты не отвечала на звонки, так что я решила навестить тебя, а того полицейского, Джеймса, я случайно встретила у подъезда. Он очень беспокоился о тебе…       Слова подруги пристыдили Эмму, которая на неделю закрылась от всех и всего, кроме работы. Неужели она не могла найти хотя бы минутку свободного времени, чтобы просто написать «я в порядке»? Вроде могла… Но, кажется, сил не было. — Но, Раф, — Эйприл повернулась к старому другу, — ты то тут что забыл?       Такой вопрос поставил саеносца в тупик. Он только расслабился, слушая рассказ О’Нилл о старых добрых временах, предался воспоминаниям, что совсем позабыл придумать себе хорошее оправдание. Задумчиво почесав затылок, парень протянул: — Дежурил неподалёку.       Такой ответ совершенно не объяснял его появление в компании Флорес и все присутствующие это понимали. Эйприл проницательно посмотрела другу прямо в глаза, будто это открытая книга, в которой она сейчас прочтёт все его мысли и намерения, записанные в строчки. Эмма застенчиво молчала, глядя в пол, не смея даже заикнуться, что слышала все прошлые появления полуночного героя на её балконе. Внезапно в её голове возник встречный вопрос: — Эйприл, а почему ты так рано вернулась? — Хозяин отеля вдруг решил, что ему надо возвращаться в Нью-Йорк, так что мы закончили раньше. Я только сегодня прилетела, — ничего сверхъестественного Эйприл не рассказала, но теперь причина её сногсшибательного прикида была ясна.       Трое провели ещё немного времени за разговорами, но время близилось к утру. Получив тот самый номер анонима, Рафаэль покинул девушек, оставляя новый автограф на раме. Глядя на пустой балкон через открытое окно, Эмма заметила, что уже светает. — А ему безопасно в такое время на улице? — она обеспокоенно повернулась к рыжей. — Не переживай, он всё-таки ниндзя, — Эйприл мягко положила руку на плечо подруги. Вглядываясь в многочисленную рябь из домов, девушки молча представляли как одинокий воин спешит домой, остерегаясь людских взглядов, храня тайну своего существования. — Эмма, прости, что я лгала тебе столько времени, — её шёпот растворился в тишине, а тёплая ладонь исчезла с плеча. — Но я не могла иначе.       Флорес удивлённо взглянула на подругу, которая продолжала смотреть куда-то вдаль. О’Нилл сожалела, что обманывала её столько лет. Порой ей это давалось особенно тяжело, иногда случались ссоры из-за недопониманий. Но было ясно — их тайна определённо стоила того и будь у Эйприл возможность изменить прошлое, она бы вновь и вновь лгала. — Я бы поступила также, — Эмма вдруг нарушила долгое молчание. Девушки взглянули друг на друга, — теперь мы будем хранить этот секрет вместе, — протягивая мизинец, Флорес предложила подруге закрепить обещание.       Эйприл мягко улыбнулась, скрепляя мизинцем дружеский контракт. Нерушимое обещание на мизинцах в свете первых лучей Нью-Йоркского солнца.

***

      Клубы дыма облаками кружили вокруг мужчины, который задумчиво ознакамливался с документами. Лист один за другим переворачивали, внимательно изучая каждую деталь. Вдруг раздался неуверенный стук в дверь. Без ожидания ответа, кто-то тихо прошёл в кабинет.       Медленно приближались глухие шаги по длинному красному ковру, что вёл от самых дверей прямиком до стола хозяина. Отдав честь, новоприбывший снял головной убор и низко поклонился. — Сколько лести, — бархатный низкий голос мужчины, восседающего за столом мгновенно отразился мурашками на коже. Не стряхивая пепел, мужчина отложил сигару и последний раз пролистал папку с документами. Все листы веером промелькнули и перед его глазами вновь показался самый верхний. Первый лист содержал в себе базовую информацию личного дела человека. Фото темноволосой девушки в который раз приковало всё внимание читающего. Новоприбывший, неуверенно поглядывал на мужчину лет сорока, но тут же отводил взгляд в пол. Он уже не выдерживал: — Сэр, я… — Головка от хуя, которая должна была смотреть за ней, втереться в доверие, но даже тут, — хозяин гневно сотрясал стены своим сильным голосом, однако под конец почти перешёл на пугающий шёпот. — Ты облажался. Захлопнув папку, господин спрятал её в один из ящиков стола. Сцепив руки замком, он хищно взглянул на стоящего перед ним: — Неужели ты забыл, как твои поступки влияют на неё, — хищный взгляд метнулся к большому монитору на столе. На экране в режиме реального времени показывалась почти пустая камера с разных ракурсов. В одной из множества иконок можно было заметить девушку, комочком забившуюся в угол. — Вроде бы она боится темноты… Поиграем немного? — его рука потянулась к пульту управления с огромным количеством кнопок разных цветов и размеров. — Сегодня я был у неё в квартире! Поставил прослушку! Я хорошо работаю! Не надо! — парень в полицейской форме сорвался на истеричный крик, падая на колени. Нервно прижимая фуражку к груди обеими руками, он чувствовал, как глаза наполняются слезами. В отчаянии он ударился лбом, прижимая голову к полу и унижаясь перед тем, кому не мог противостоять. Повисла тишина. Капли пота одна за другой стекали по шее молодого офицера. — Парень, ты меня в очередной раз удивляешь, — голос господина заметно смягчился, даже повеселел. — Ну-ка вставай с пола. Ты мужик или тряпка? Где твои яйца в конце концов?! Ну-ка скажи «у меня есть яйца». — У меня… есть… яйца, — молодой человек не смел перечить. — Громче! От слёз его дыхание сбилось, он жадно глотал воздух, а на крике голос ломался: — У меня!.. Есть!.. Яйца! — Молодец-молодец! — смеясь и медленно разжёвывая каждое слово, мужчина был доволен своими издевательствами. Вновь взявшись за сигару, он выпускал дым ртом и втягивал его обратно сломанным носом. — Можешь идти, парень. Почти беззвучно жертва тирана поднял фуражку с пола, которую в сердцах обронил и поспешил прочь. — М-да, Эмма, — господин задумчиво потёр гладковыбритый подбородок, откидываясь в большом кожаном кресле. Поразмыслив пару мгновений, он потянулся и нажал на кнопку в столе, обращаясь к кому-то. — Связистов мне сюда. Надо послушать один канал.