Talk All Night for Nothing

Эндрю Миньярд был создателем контента на YouTube и добился неплохих результатов несмотря на то, что никогда не показывал свое лицо на камеру. Он не стеснялся, но хотел, чтобы его не узнавали на улице. Он предпочитал быть анонимным. Однако это было не совсем возможно, поскольку его брат-близнец Аарон тоже зарабатывал на жизнь созданием контента на YouTube вместе с Кевином Дэем, специалистом по фитнесу, и Ники Хэммиком, их двоюродным братом. В данный момент он монтировал их последнее видео. Оно должно было быть смешным. Эндрю так не думал. Впрочем, Эндрю вообще ничего не считал смешным. Его чувство юмора не выходило за рамки навыков, необходимых для того, чтобы подчеркнуть и усилить то, что они делали, и при этом не превысить 10 минут. На этот раз Ники и Кевин оба пробовали заниматься йогой, причем ни один из них до этого не пробовал. У Кевина получалось неплохо, в то время как Аарон показывал позы на экране компьютера, проверяя их осанку. Ники продолжал смеяться. Несколько мониторов, провода и слой пыли на черном столе были рабочим местом Эндрю, которое занимало половину жилого пространства в его крошечной нью-йоркской квартире. Он включил уборку квартиры в список своих пометок в уме. На это не требовалось многого. Его опрятность и отсутствие декораций создавали впечатление, что здесь действительно никто не живет. Уставший и оцепеневший от отсутствия интереса, Эндрю поставил видео на паузу и проверил время. Он надел ботинки, взял ключи, рюкзак и вышел за дверь, прихватив свой скейтборд у входа. У него была назначена встреча. Его подруга, Рене Уокер, была в этом районе для съемок видео, в которых она хотела, чтобы он ей помог. Он не назвал бы ее подругой, но из всех людей в Нью-Йорке - да и во всем мире, если уж на то пошло, - компания Рене была редким событием в его обычной скучной рутине. Держа камеру в руке, Эндрю скользил по оживленному тротуару, кишащему людьми, умело избегая столкновений и свежей жвачки на цементе. Эти доли секунды, которые могли привести к разбитой губе или сломанному пальцу, заставляли его что-то чувствовать в те дни, когда он только начинал кататься. Ему нравилось ехать быстро. А сейчас? Он ничего не чувствовал. Его мастерство было слишком хорошим, чтобы споткнуться об аномалию на тротуаре или о собак, с которыми люди гуляли. Помогало знание деталей. Сев в метро и терпя близость незнакомцев, Эндрю направился в любимое кафе Рене. Он игнорировал все пристальные взгляды, которые были вызваны либо камерой в его руках, либо его ростом в 5 футов. Летние каникулы закончились, и многим людям нравилось считать, что ему 14 лет и он прогуливает школу. Он смирился с тем, что никогда не будет выглядеть на 23 года, пока ему не исполнится 30. Он прикурил сигарету, поднимаясь на эскалаторе метро обратно на первый этаж. Перед тем как снова стать на свою доску, он проверил окружающую обстановку и заметил просвет в толпе людей, идущих на обеденный перерыв. Плавно остановившись через несколько кварталов перед кофейней "Флора" на Мэдисон-авеню, Эндрю сразу же заметил волосы Рене пастельного цвета. - Привет, Эндрю, - Рене приветливо улыбнулась ему. Прошло три месяца с тех пор, как они виделись в последний раз. - Рене, - он сел. - Я заказала как обычно. Он кивнул и встал лицом к бару, прислонив к нему свою доску и положив сумку на спинку стула. Он установил свою крошечную видеокамеру под таким углом, чтобы не было видно их лиц, в основном только их руки и столешницу. Его ежедневный влог собирался набрать в три раза больше просмотров и в два раза больше комментариев, спрашивающих, встречаются ли они с Рене. Из-за таких комментариев он перестал их читать. - Ты выглядишь так, будто много работал, - она пристально посмотрела на его лицо, предположительно на мешки под глазами. Это был способ Рене дать ему возможность поделиться. Он мог бы рассказать ей о том, что кошмары снова накатывают, как в тот раз, когда он растянул лодыжку, катаясь на коньках, или что он не может спокойно спать после того, как суд над его братом за убийство наконец-то закончился, что стресс от того, что это стало достоянием общественности, мог бы сделать некоторые не очень хорошие вещи для его - или Аарона - личной жизни, и что он ненавидит то, что его воображение придумало потенциальные угрозы для безопасности Аарона. Он больше не был постоянно рядом с Эндрю. Они заключили новую сделку, и она больше не заключалась в том, что Эндрю защищал его. Но он не сказал ничего из этого. Она и так могла догадаться. Он поправил шляпу и положил скрещенные руки на стойку бара. Она смирилась с его отсутствием ответа. Рене была одной из немногих, кто знал о суде, кроме людей, занимавшихся этим делом. Однако это была не его идея. Его консультант, Бетси Добсон, бросила ему вызов: не стоит делиться своей жизнью с теми, кому это не нужно знать. Он практиковал это упражнение в доверии через сообщение, поскольку она жила за 300 миль от него в штате Мэн. Оно состояло из как можно меньшего количества слов. Рене была раздражающе внимательна, она не относилась к нему по-другому. Он прочистил горло, прежде чем заговорить, потому что давно не говорил, и спросил о ее недавних путешествиях. Она спокойно пересказала истории, которые, без сомнения, уже были показаны на ее канале вместе с красочными пальмами, океанскими пейзажами и экзотическими животными. Но одну историю он не ожидал услышать. - Я встретила кое-кого интересного, пока была там. Он слегка приподнял брови, чтобы она продолжила. - Нил Джостен. - И что он там делал? Эндрю сдержал искру настоящего любопытства в своем голосе. Но Рене все равно заметила. Она улыбнулась. - Занимался подводным плаванием с китами. Он хмыкнул в ответ. В голове Эндрю промелькнули образы симпатичного голубоглазого мальчика. Он перестал смотреть его видео, поскольку это становилось проблемой. Они никак не могли встретиться, и все же человек, которого Эндрю терпел больше всех, случайно встретился с ним. Он действительно что-то почувствовал. Сюрприз. - Он спросил, не редактировал ли ты некоторые из его видео. - И? - Он сам подсказывал направление разговора. И он был именно тем, кем казался, что было интересно. Обычно люди немного меняют свою личность для камеры, но он был таким же прямолинейным, как и в своих видео, - она подождала немного. - За исключением его роста. Он почти такой же невысокий, как ты. Рене отвернулась, вероятно, чтобы скрыть улыбку. Эндрю должен был последовать ее примеру, но в его глазах уже явно читался интерес. Он был практически мемом. Во всяком случае, он чувствовал себя таковым. - И он красивее вживую. Затем принесли кофе. Он сделал глоток своего карамельно-шоколадного латте, а она попробовала свой холодный кофе с лавандовым сиропом. Он не собирался спрашивать. -Вы двое сотрудничали? Он все равно спросил. - Да, немного. Он сказал, что Британские Виргинские острова - одно из его любимых мест. И задал кучу вопросов о тебе. Снова сюрприз. Он не собирался спрашивать. - Например? - спросил Эндрю. - Например, насколько мы близки, почему ты никогда не показываешься на глаза, - она потягивала свой напиток. - Есть ли у тебя вакансии на другую работу редактора. Его рука приостановилась, поднося напиток к губам. Всего на секунду. Но Рене была внимательной. Она никак не могла пропустить это. - Нет. Он задавался вопросом, насколько близко он подошел к раскаянию, отказавшись от этой возможности, но Эндрю не был заинтересован в том, чтобы проблемы висели вокруг, особенно такие, как эта. Неразрешимая проблема. Рене снова улыбнулась. - Хорошо, ты сможешь сообщить ему об этом, когда он приедет в Нью-Йорк через две недели. Они оба сделали еще по глотку своих напитков. Он не собирался спрашивать. - Покажи мне свои записи за сегодня. Он не спрашивал. Они обсудили ее планы на день, Эндрю высказывал идеи о конкретных кадрах и стилях монтажа, одновременно отгоняя свои мысли о Джостене. Через полчаса после того, как они все обсудили, Эндрю и Рене собрали свое оборудование и отправились на первое место съемки, заехав в его квартиру, чтобы оставить ее сумку. Она распаковала свой скейтборд, который был фиолетовым, как ее волосы, и они отправились в путь. Он не собирался снова спрашивать о Джостене, но его любопытство вернулось по окончании их работы на день. Иногда даже алгоритм YouTube, предлагающий одно из видео Джостена, сбивал его с толку. Вернувшись в свою квартиру, Эндрю снял шляпу, которая не давала ему обгореть на солнце, но щеки Рене были розовыми. Они взяли на ужин карри и отправились обратно в его квартиру, Рене достала из сумки какое-то растение и приложила его к своей коже. - Что это? - Алоэ Вера. Средство от солнечных ожогов. Он чувствовал его запах из кухни. - Мерзость. Она улыбнулась так сильно, что ее лицо скривилось. Фирменная улыбка Рене. - Не волнуйся, запах исчезнет очень скоро. Ты будешь сегодня в моем влоге? Он закончил заваривать два пакетика чая "Эрл Грей" в кружку для нее и горячее какао для себя и отнес их. - Да. Она приступила к работе над своим влогом, доставая оборудование для камеры, фактически превратив половину комнаты с его серым диваном в студию. Он сидел на диване, грудь и низ в кадре, а она устроилась на полу со своей кружкой. Он встал, когда электрический чайник закончил кипятить воду, и она начала снимать еще до того, как он вернулся. Рассказав об их дне и упомянув, что они оба пили, Рене терпеливо ждала, пока Эндрю наливал горячую воду в их кружки и раскладывал ужин по тарелкам. Они неторопливо ели вместе. Рене не ожидала, что Эндрю будет что-то делать, кроме как просто находиться в кадре. Она уже покупала ему ужин каждый вечер, когда была здесь, в общей сложности пять дней. Так они договорились, когда впервые сотрудничали почти три года назад. Ужин в Нью-Йорке стоил дорого. Завершая видео, Рене сказала: - Я очень рада, что у меня есть такой друг, как Эндрю, который дает мне свое честное мнение о моей работе и идеях без каких-либо предубеждений или скрытых мотивов,- она закончила фразу еще одной фирменной улыбкой. Эндрю спросил, как только она остановила запись: - Элисон? Она вздохнула. - Да. И Сет. Они убрали за собой, и Эндрю достал свой запасной спальный мешок и постельное белье, чтобы Рене спала на полу в гостиной. Она уже монтировала отснятый за день материал в видеоролик у кухонной стойки, полусидя на барном стуле, вытянув одну ногу в сторону. - Спарринг завтра? - спросил он. - Да, - ответила она. К тому времени, когда он закончил уборку квартиры, Рене скрылась со своими вещами и вышла из ванной в пижаме. Он постоянно напоминал себе, что может доверить ей остаться на ночь без присмотра, но знал, что сон будет ускользать от него независимо от этого. - Эй, есть кое-что, о чем я не упомянула. Нил спросил, встречаемся ли мы. Она забралась под одеяло, а он уже возился, выключая свет. Он не собирался спрашивать. - И что? - Я сказала ему, что нет. Он выглядел удивленным. Парень хмыкнул в ответ и выключил последний свет. - Спокойной ночи, Эндрю. Он закрыл свою дверь и запер ее за собой. Лежа в постели и вспоминая через видоискатель их совместный день, Эндрю был прерван тем, что Рене сказала о Джостене. Если просто разговор о нем прокручивался на протяжении всего монтажа кадров, которые были у Эндрю, то, возможно, став его редактором, он сможет пережить это. Может быть, его ответ не обязательно должен быть "нет". Может быть, это может быть "может быть".