Мы будем рядом

      Никогда не оставлю — думал Дракен, целуя Майки в щеку. Еще один поцелуй и еще одна мысль — у нас все будет в порядке. После он отстранился, за чем тут же последовало недовольное:       — Продолжай.       Кен коснулся губами лица Манджиро в последний раз и сказал:       — Пора спать.       Прежде чем окончательно провалиться в сон, Дракен почувствовал влажное прикосновение где-то в районе шеи. Хотелось пихнуть Майки в бок, но он сдержался, понимая, что недовольный и разбуженный Манджиро не даст ему покоя ближайшие несколько десятков минут. К тому же, он не был против. Это всего лишь поцелуи.       Всего лишь? Если посудить, то нет. Ситуации, когда ты начинаешь целоваться с лучшим другом, уместными считать никак нельзя. Это ненормально, никто так не делает. И объяснение этому вряд ли есть. Списать все на стресс и тяжелое состояние было столь легко. Просто решить, что Майки попросил поцеловать его тогда, потому что у него не все в порядке с головой. Но даже если так, у Дракена с ней, вроде, все хорошо, а он ответил, при этом почти не жалея.       Почти — ключевое слово. Сомнения не переставали посещать. Вина перед Эмой терзала, возникая иногда в самые неподходящие моменты. Кен осознавал, что это не так, но какой-то недовольный голос, идущий из подсознания, продолжал повторять, что в Майки он нашел замену Эме. Здравый смысл кричал о том, что они совсем не похожи. Да, Дракен любил их обоих всем сердцем, но то была совершенна различная любовь. В Эме он видел девушку, с которой хотел связать свою судьбу. А в Майки?.. Человека, с которым они вместе пытались заглушить боль? Друга?       Ответ Дракен так и не нашел. Не нашел он и ответ на вопрос, что вообще между ними происходит. Исходя из внешних признаков, у них были отношения. Те самые, романтические, когда парочки ходили по парку за ручку, обнимались и целовались. Но по внешним признакам судить, в принципе, никогда не стоит. Предпочтительнее смотреть глубже. В таком случае, никаких отношений у Дракена с Майки не было. Было что-то, что, наверное, хорошо описывалось словом зависимость. Сойдясь в очень трудный жизненный момент, они едва ли смогут друг друга отпустить. Будут делать все возможное, чтобы стать ближе, проявляя это желание любыми возможными способами.       Дракен и раньше думал, что есть в этом что-то нездоровое. Догадывался, что однажды они настолько сильно привяжутся друг к другу, что позже не смогут отпустить. Если и смогут, то это будет больно. Он даже подумывал поговорить с Майки и сказать, что им следует больше спать в обнимку и, тем более, целоваться. Раз Манджиро уже лучше, то можно все и прекратить. А потом Дракен подумал, и плюнул на все. Перспектива будущего, где у них свой магазин мотоциклов и дом прельщала. Но, что главное, она казалась реальной. Намного более реальной, чем жена, дети и собака. Даже если они и появятся, Кен вряд ли сможет обеспечить им достойное будущее, только не после того, через что он прошел. Куда лучше для него будет остаться рядом с человеком, который понимает и принимает его. К тому же… Это Майки, тот самый Майки, при взгляде на которого, сердце пропускало удар.       Решение далось подозрительно легко, но Дракен совсем не жалел.       На следующее утро он обнимал еще не успевшего до конца проснуться Майки. Тот стоял на кухне и наливал воду в стакан. Волосы торчали во все стороны, по подбородку стекала дорожка слюны. Кен подошел со спины, обнял и поцеловал куда-то в затылок.       — Помнишь про таблетки? — спросил он.       — Конечно, Кенчик.       Выпутавшись из объятий, Майки развернулся и посмотрел на Дракена. Лучики солнца играли на его лице. Это стоило напоминания о том, что Манджиро ни в коем случае нельзя оставлять. Потому что ему нужен кто-то рядом, кто будет напоминать про лекарства, расчесывать и заплетать его волосы, втыкать флажки в еду, катать на байке, водить гулять и долго-долго обнимать. Потому что Майки не справится без такого человека. И этот человек должен быть таким, как Дракен. А еще лучше быть им самим.       Кен всегда давал Манджиро лишь самое лучшее. Даже, когда тот выводил его из себя. Как, например, недавно в парке, когда Майки начал стонать о том, что его срочно нужно обнять, потому что он замерз. Однако, когда Дракен все же выполнил просьбу, руки Манджиро оказались теплыми, если не горячими. Но это раздражение не было чем-то неприятным. Наверное, подобное испытывают родители, когда их дети делают пакости, но делают это столь трогательно и мило, что вызвать в себе злость не представляется возможным.       С природой их отношений Дракен, правда, так и не разобрался. Впрочем, нашел отличный вариант, считал, что это любовь. Любовь — одно слово, но сколько смысла оно несло в себе.       А Майки? Он просто был счастлив, и ему этого хватало. Привычкой копаться в себе он не обладал, а любые попытки Дракена спровоцировать его на это пресекал. Даже ту, случившуюся в ночь, когда они зашли дальше.       — Я вообще-то не по мальчикам, — сказал Кен после очередного поцелуя. Должно быть, следовало раньше сказать, например, когда они сделали это впервые.       — Я тоже, — фыркнул Майки.       Дракен, к слову, не соврал. Его по-прежнему привлекали женщины в сексуальном плане и никакого желания фантазировать о мужчинах, он в себе не ощущал. Но речь и не шла о физической близости. Кен не воспринимал Майки, как человека, в сексуальной связи с которым он заинтересован. Даже если этому и суждено было случится, суть была скорее в эмоциональной близости друг с другом, выраженной таким способом. Хотя, Дракен и помнил, как представлял Манджиро пару раз во время мастурбации. Однако, казалось, что его пол будто бы и не важен. Если Кен и был влюблен, то не в тело и внешность, а, как бы пафосно не звучало, в душу. Правда, пафос он не любил, а от мысли о том, что он дрочил на душу, губы изгибались в усмешке.       Что до Майки, то он, привычно, не думал. Почему-то секс, в принципе, мало его заботил и, когда все обсуждали, какая классная задница у какой-то девушки, он лишь задумчиво пожимал плечами. Нет, конечно, у него, как и у всех были эксперименты, но никуда дальше понимания того, что самоудовлетворение помогает расслабиться, он не ушел. А по поводу того, что у него никогда не было секса, Манджиро не переживал вовсе, но, будь такая возможность, попробовал бы.       В ту ночь Дракен подумал — а что если? Желание, которое следовало бы отогнать, но, на самом деле, это был лишь вопрос времени. Очень вряд ли бы получилось его избегать. Раз так, то почему бы не попробовать.       Кен скользнул губами по шее Майки, руки запустив под футболку, гладя горячую кожу.       — Ч-что ты делаешь?       — Расслабься, — попросил Дракен, — только если тебе что-то не понравится, скажи, ладно?       Манджиро не сказал, потому что ему все понравилось. Когда влажные губы Дракена касались кожи, температура воздуха в комнате будто бы поднялась на пару градусов. Было жарко, и хорошо. Рука Кена слишком быстро скользнула под резинку чужих пижамных штанов, но только потому, что в этом была необходимость.       С губ Майки сорвался стон. Он уткнулся лбом в плечо Дракена, пытаясь совладать с собой и хотя бы дышать, но сделать это было трудно. Приятное чувство разливалось по венам, а яркая вспышка удовольствия походила на россыпь звезд перед глазами.       — Бля… это… Кенчик… это охуенно!       Дракен был полностью согласен. Ему, должно быть, стоило подумать о том, что так нельзя, но он думал об этом слишком много. Продолжить было его осознанным решением.       — Не за что, — бросил Кен, поднимаясь с постели, чтобы принести Майки салфетки, а самому отлучится в туалет на пару минут, немного сожалея о том, что сегодня от Манджиро он ничего не получит.       Но ничего. У них еще будет время.

***

      Этой же ночью они лежали рядом, пытаясь вернуть, покинувшее их желание спать.       — Мы же друзья? — спросил Майки, почему-то именно сейчас впервые задумавшись о них.       — Нет, — также внезапно к Дракену вдруг пришел ответ на вопрос, кто они друг другу. — Мы семья. Ты больше никогда не будешь одинок, Майки.       — Ты тоже, Кенчик, — голос звучал радостно, но дрожал немного, так, будто слезы, вызванные эмоциями, грозились вот-вот потечь из глаз.       Спустя пару минут приятного молчания Манджиро спросил:       — А что дальше? — повторение вопроса, что Дракен задавал когда-то.       — Мы будем рядом, — простой, но такой желанный ответ.       Крепче прижавшись друг к другу, они уснули с улыбками на лицах, зная, что теперь они счастливы, а впереди ждет только хорошее будущее.

Конец