Наследие.

Через несколько дней Эла навестила Мастера Меча. Стражей и прибывших из Аардана солдат, разместили на территории старого военного корпуса. Единственный плюс был в том, что он находился в непосредственной близости к дворцу. Однако, все постройки — казармы, конюшни и склады, были возведены еще в незапамятные времена, а потому требовали сил и времени на то, чтобы привести все в подобающий для проживания вид. Каменная кладка была выполнена на славу, а вот деревянные конструкции насквозь прогнили и нуждались в ремонте. Аарданцев работой не испугать, да и самые холодные зимы в Каандерии для них — все равно что ранняя весна в родных землях. Словом, никто не жаловался — все были заняты благоустройством своего нового жилища под руководством неутомимого Мастера. Теперь он командовал не только Стражами, но и остальными прибывшими в Каандерию воинами. Для последних это было огромной честью, ведь большинство из них могли только мечтать о том, чтобы попасть в Обитель и тренироваться вместе с настоящими Стражами. Отбор в Обители был очень суровым. Не все обладали нужными данными и силой характера, чтобы пройти ряд традиционных испытаний. Немного осмотревшись, Эла с радостью отметила, что это место постепенно наполнялось жизнью. Кругом, словно муравьи, суетились люди. Но суета эта была четко организована. Каждый делал свое дело, без лишних слов и вопросов, совсем как в родной Обители. Эла невольно улыбнулась, вспомнив о доме. — Шевелись! Ты уже сдох, улитка безмозглая! Куда, вот куда ты смотришь?! В глаза ему смотри, а не на клинок, Молдрика тебе в сраку! Удар на выдохе, уклон! Держи клинок свободно, что ты его зажал, как грудь поварихи! Куда накренился, тюфяк с навозом?! Над тренировочной площадкой грохотал голос Мастера. Он стоял на высоком помосте, наблюдая за этим, как он любил говорить, непотребством. Стражи проводили учебный бой с солдатами. Хотя, эта картина больше напоминала избиение младенцев. Заметив Элу, Мастер махнул рукой, приглашая к себе. Она проскользнула между солдатами, что увлеченно наблюдали за поединками, и поднялась на помост. Стражи резко развернулись в ее сторону и опустились на одно колено. — Приветствую вас, братья и сестры, — крикнула Эла, — продолжайте тренировку! Трудитесь усердно, да вознаградят вас духи Рода! — Хвала! — проревели в ответ воины. Эла повернулась и обняла Мастера. — Эла, — широко заулыбался тот, — как же я рад тебя видеть! — И я рада, Мастер. Наконец могу вдохнуть полной грудью. Чувство, будто я снова очутилась дома. — Можно сказать, что мы привезли наш дом с собой. — Временами я жалею, что решила покинуть Аардан. — Не стоит жалеть, — он покачал головой, — не мы выбираем свою судьбу, а судьба выбирает нас. А мы лишь можем принять это и следовать за ней. — А если я не хочу? — Тогда тебя ждет много трудностей. Но итог будет тот же. Ведь, как не пытайся, от себя не убежишь. — Вы с Оракулом сговорились? — Эла улыбнулась. — Никогда раньше не замечала за вами подобных речей. — Возможно, ты просто была не слишком внимательна, как и всегда? Сколько шишек из-за этого ты набила во время тренировок? — Да, да, я — дохлая улитка… Мастер тепло улыбнулся и похлопал ее по плечу. — Поэтому я и выбрал для тебя кого-то попроворнее. Стражи, в линию! Остальным разойтись! Через минуту площадка опустела, осталось лишь несколько человек, вытянувшихся по струнке. Среди них было четыре девушки. — Девушек только четверо? — Внутри дворца тебе вполне хватит. А в сопровождение можно взять и мужчин. Поразмыслив, Эла согласно кивнула. В конце концов, во дворце ей хватит даже двух-трех. А вот за пределами, грубая мужская сила и правда может пригодиться. — В таком случае, полагаюсь на ваш выбор. — Это отличные ребята, я лично занимался ими. Эла хорошо знала лишь троих из них. Клев — младший мастер меча и ее постоянный соперник на тренировочной площадке. Высокий и широкоплечий брюнет, с коротко остриженными волосами. Несмотря на свой рост и внушительную массу стальных мышц, вводящих в заблуждение ложной неповоротливостью, в бою был очень быстрым и опасным соперником. Предпочитал простой меч-тесак. Всегда был угрюм и немногословен, но никогда и никому не отказывал в помощи. Отчего и страдал порой, потому что на его сильные плечи сваливали самую тяжелую работу все, кому не лень. Рядом с Клевом стояла, пожалуй, самая известная и самая странная парочка во всей Обители. Двое братьев-близнецов, Ардо и Дардо. Худощавые, с острыми чертами лица и длинными тонкими пальцами, с бледной кожей и густыми бровями, обрамляющими золотисто -карие глаза. Их рыжие волосы шелком струились по плечам, прикрывая слегка оттопыренные уши. Они были больше похожи на сказочных персонажей, нежели на обычных людей. Оба гордились своей неординарной внешностью и несли эту недооцененную красоту в мир простых смертных людей словно дар предков. Приблизительно так они отвечали тем, кто пытался подшутить над их необычными внешними данными. Дети бывают жестоки, особенно к тем, кто отличается. Наверное, детские обиды и стали причиной их безразличия к окружающим. Держались они всегда отстраненно и даже слегка высокомерно по отношению к другим. Но, в редкие дни совместной охоты, раскрывались совсем с другой стороны. Вдали от большого скопления людей, эти двое становились веселыми и раскрепощенными балагурами, но, стоило вернуться в Обитель — снова надевали ледяные маски равнодушия. Оба прекрасные лучники. Ардо недавно прошел испытание, получив звание младшего мастера стрелы. А вот Дардо повезло чуть меньше. Поговаривали, что он опростоволосился не без помощи брата. Их вечное соперничество, однако, никогда не перерастало в агрессию или неприязнь друг к другу, а больше походило на детскую игру. По Ардо и Дардо сохли почти все работницы кухни и прачечной, но эта парочка всегда была занята лишь тренировками и охотой. Остальных трех Стражей Эла хоть и знала по Обители, но не была с ними близко знакома. Они были гораздо старше и у них был свой круг общения. Пересекались в основном на праздниках, турнирах или отборах. Все трое были крепкими и опытными мечниками. Та самая грубая, но эффективная мужская сила. — Это Акхель, Друд и Тирем, — словно прочел ее мысли Мастер, — отличные воины. С Акхелем вам не страшно будет остаться и посреди пустыни. Он выведет вас из любой местности, умеет находить воду. У него особое чутье. Друд — следопыт и охотник, каких поискать. С этими двумя даже в песках Кисинты не пропадешь, это я гарантирую. — А чем талантлив третий? Тирем, кажется? — Тирем не просто Страж. Он не самый умелый воин среди остальных, но у него есть одна отличительная особенность. Он пришел в Обитель, чтобы стать Оракулом. Однако, внезапно прервал курс обучения. С его слов — просто разонравилось, и он решил посвятить себя военному искусству. Но я думаю, что у него была иная причина. — Какая же? — Оживилась Эла. — Об этом тебе лучше спросить у настоятеля, или у него самого. — Ну вот, — разочарованно выдохнула девушка, — а я было им заинтересовалась. — Вот и не списывай парня со счетов. Он отказался от мастерства, но пользоваться своим даром не разучился. Тирем может предсказать практически любой маневр противника. Жаль только, что быстро теряет силы. Но, выиграть тебе час — полтора в серьезной передряге сможет. — Это интересно. И не жалко вам расставаться с такими ценными воинами? — Эла игриво усмехнулась. — Эла, — сурово посмотрел на нее Мастер, — каждому из нас не жалко будет и с жизнью расстаться, во имя благой цели. Игры закончились, пойми наконец! — Меня просто раздражает неопределенность. Я задаю одни и те же вопросы настоятелю, но никогда не получаю прямых ответов. Поэтому начинаю сомневаться в правильности выбора, который мы сделали. — Настоятель прав. Ведь ты абсолютно не готова. У тебя в голове все еще гуляет ветер. Как ты можешь осознать всю ответственность за жизни других людей, если и к своей относишься играючи? Эла шумно выдохнула и насупилась. Она понимала, что Мастер прав. Ей пора взрослеть. — Ну ладно тебе, — Мастер слегка толкнул ее локтем, — не обижайся. — Да я не обижаюсь. Я злюсь на себя, потому что вы все правы. — Ну вот. Уже неплохо для начала. — А что насчет девушек? — Тоже особенные. Лара и Актана — лучше всего управляются с аарданским мечом, также любят метательные ножи. Сделают оружие из любых подручных материалов. Разбираются в ядах, сплетнях, и вообще, владеют множеством полезных навыков. Их готовили к особой государственной службе. — Шпионы Периды? — Не Периды, а Орвида. Именно он создал сеть. Когда было объявлено о том, что ты уезжаешь, они отказались от поступления на службу и решили ехать с нами. — И никто не возразил? — До отбора был еще целый месяц, они вправе были отказаться. — Странно это, не находите? — Ничуть. С их умениями, оставаться в Обители после окончания обучения — губить талант. Только поэтому они решили пройти отбор. Сама знаешь, наши сестры редко становятся полными Мастерами. Максимум — старший мастер. А для воина их уровня, быть на подхвате у вчерашнего послушника — это унизительно. Вот и идут на службу к Орвиду. — Нужно признать, что сеть Орвида прекрасно справляется, раз госпожа Перида продержалась у власти столько лет. — Все верно. Мощнейшее оружие, скажу я тебе. Особенно в дворцовых интригах. — Мне нужны такие люди. Особенно — глаза и уши во дворце. — Считай, что ты их получила. А вот еще один алмаз в твою корону — знаменитая Фэй. При упоминании этого имени, глаза Элы расширилсь. Та самая Фэй. Легенда среди Стражей. Тоненькая и гибкая, словно ивовая веточка, она казалась легче перышка. А урон, который она наносила противнику был такой силы, который сопоставим с силой двух таких воинов, как Клев. Она попала в Обитель в возрасте семи лет, а техникой боя уже владела почти как взрослая. Уже в десять она получила единственное в своем роде звание Мастера Кисинтской сабли. Ибо в Аардане других таких отродясь не было. Ее семья была родом из Кисинты и принадлежала к древнему знатному роду. Когда там началось очередное восстание, они бежали в Аардан. В пути на них напали кочевники — отца, мать и брата убили, а ее хотели продать на невольничьем рынке. Но вовремя подоспевший приграничный отряд разбил банду. Более того, они помогли похоронить погибших по кисинтскому обряду, чем навсегда заслужили преданность и любовь будущей воительницы. Единственным воспоминанием, оставшимся у Фэй о ее семье, были знаменитые кисинтские сабли. Длинные, изогнутые и такие же тонкие и изящные, как и сама Фэй. В землях Кисинты владению клинком учат практически с самых первых дней жизни. Поэтому неудивительно, что уже в таком юном возрасте Фэй была хороша. Однако ее, как и всех благородных, учили искусству боя, а не убийству. Да и что может сделать семилетняя девочка против дикарей? Эла на своем опыте прочувствовала их жестокость. Выжившие в той резне слуги разбежались, и маленькая девочка осталась совсем одна, в чужом краю. Стражи пожалели ее и привезли в ближайшую деревню, где хотели передать какой-нибудь семье на воспитание. Но Фэй под покровом ночи сбежала из нового дома, и увязалась следом за отрядом. Пришлось им взять ее с собой. В один из дней воины увидели как она тренируется, тогда и было решено отправить ее в Обитель на обучение. С тех пор прошло много лет, ее мастерство достигло невиданных высот. Исконный боевой стиль Кисинты смешался с аарданским, превращаясь в нечто совершенно новое и прекрасное. Она побеждала на всех турнирах, каждый год. Ее много раз пытались призвать на службу, подкупали, зазывая в личную охрану. А еще частенько пытались завербовать в качестве наемника. Один глупец даже пытался ее похитить. Она пощадила его жизнь, но оставила без рук. Поэтому Эла искренне недоумевала, каким образом Мастер смог уговорить эту гордую девушку пойти к ней в охрану. — Мастер, как же она согласилась? — Ты удивишься, но она сама вызвалась. — Интересно, почему? — Понятия не имею, — пожал плечами Мастер, — это же Фэй. Спроси у нее сама. — А кто последняя? — Лучше спустимся вниз, сама увидишь. — Интрига. Не люблю интриги. Мастер ничего не ответил, но заметно напрягся. Они спустились с помоста, пересекли тренировочную площадку и подошли к Стражам. Та самая девушка, о которой шла речь, стояла с опущенной вниз головой, из-за чего разглядеть ее лицо не представлялось возможным. Эла подошла к ней вплотную, Мастер остался позади. Он уже догадывался чем может закончиться эта встреча, поэтому предпочел роль наблюдателя. — Подними голову, Страж, — ледяным тоном обратилась к ней Эла, — и посмотри мне в глаза наконец. Лишь подойдя ближе Эла догадалась, кто стоит перед ней. Не узнать эту копну огненных ярко-рыжих завитков было просто невозможно. Много лет они жили бок о бок, но старались не замечать друг друга. Однажды, Эла пыталась заговорить с ней, но та просто убежала. Обеих мучило чувство вины за произошедшее. — Посмотри на меня, Симке. — Эла, я… — Долго же ты собиралась с мыслями. — Я…Прости меня. — Чего ты хочешь? Зачем ты здесь? Симке долго молчала, пытаясь подобрать слова. Эла все это время не отрывала от нее своего взгляда. Рыжая бестия раздражала Элу одним только своим присутствием. Но пришло время разрубить этот клубок невысказанных обид. — Эла, я хочу искупить свою вину перед тобой и остальными. Это съедает меня изнутри уже много лет. Я давно не та девочка, которая испугалась и убежала, оставив тебя в опасности. И с готовностью отдам свою жизнь, если потребуется. Позволь доказать, что ты можешь доверять мне. — Красивые слова, Симке, — стальным голосом произнесла Эла, — ну раз так, я исполню твое желание. Фэй, выйди в центр. В рядах Стражей кто-то сдавленно охнул. Фэй вынырнула из строя и кошачьей походкой проследовала в круг, обнесенный белым камнем. Она сообразила, что сейчас будет бой, поэтому собрала свои длинные смоляные волосы и перевязала шелковым шнурком. Изящным движением вытащила свои сабли из ножен, закрепленных на спине, и встала в стойку. Мастер кинул хмурый взгляд на Элу, но ничего не сказал. Она имела на это право. Никто точно не знал, что произошло в том лесу. Но все догадывались. Поздно ночью в Обитель прибежала растрепанная и напуганная Симке. Никому и ничего не сказав, она прямиком отправилась спать. Пропавших послушников хватились лишь утром. Тогда-то она наконец решилась поведать настоятелю о том, что они ушли охотиться в запретный лес. Симке, по ее словам, отстала от остальных и потерялась, лишь к ночи сумев найти обратную дорогу. Про Элу она не упоминала и с поисковым отрядом не пошла. Рыжая была уверена, что искать там уже некого. Поэтому решила скрыть эту деталь, чтобы ее не обвинили в том, что она бросила малышку одну, на растерзание Жнецам. К вечеру принесли бездыханную Элу, остальных ребят так и не нашли. Симке испугалась, что правда выплывет наружу и ее изгонят. Она даже хотела пойти к настоятелю, но не решилась. Эла же, очнувшись, тоже ничего не рассказала, сославшись на травму головы и потерю памяти. После этого Симке замкнулась и полностью посвятила себя тренировкам. Ей было так стыдно, что она старалась всячески избегать любого контакта с девочкой. Прошли годы и эта история стерлась из памяти. Но не для Элы и Симке. — Итак, — Эла указала на круг, — прошу. Девушка повиновалась и вышла вперед. Она также обнажила свой клинок и встала напротив соперницы. — Симке, продержишься дольше пятидесяти ударов сердца — место твое. Фэй, оставишь Симке в живых — ты проиграла. — Эла, — слегка опешила черноволосая воительница, — ты предлагаешь не бой, а казнь. — Ты можешь просто отдать ей свое место и признать свое поражение. — Я не проигрываю, — возразила девушка, — но я не мясник… — Раз ты так уверена в своих силах, Фэй, — с усмешкой перебила ее Симке, — то не стоит оттягивать момент. — Мне не нужны люди, оспаривающие приказы, — Эла обратилась к Фэй, — мне нужно беспрекословное подчинение. Если ты готова сдаться, то можешь быть свободна. Фэй выдохнула и вновь встала в стойку. Лишь только ее сабли приняли исходное положение, Симке неистово атаковала ее, нанося множественные удары, и оттесняя к краю круга. Фэй ничуть не смутилась, отражая каждый с такой легкостью, будто отмахиваясь от назойливой мухи. Сабли в ее руках взмывали вверх так быстро, что понять это было возможно лишь по звуку лязганья метала, когда клинки соперниц соприкасались друг с другом. Надо отдать должное, Симке уступала Фэй в скорости всего лишь на один короткий вдох, чем компенсировала изъяны в технике. Наконец, Фэй наскучило обороняться, и она в свою очередь, тоже пошла в наступление. Уклонившись от очередного удара, рассекшего воздух над ее головой, она кувырком прокатилась по земле и, уже поднимаясь за спиной Симке, мощно полоснула снизу вверх, рассекая ее кожаный жилет. Но Симке выгнулась, запрокинула свой меч за спину, и сабля лишь скрежетнула по клинку, высекая искру. Симке ловко развернулась и снова прогнулась назад — вторая сабля просвистела аккурат перед кончиком ее носа. В этот момент Симке со всей силы пнула Фэй в живот, и та отступила на несколько шагов назад, давая сопернице возможность выпрямиться во весь рост. Фэй улыбнулась. — Эла, время вышло, — прошептал Мастер, — останови бой. — Надо же, — хладнокровно улыбнулась Эла, — а я и не заметила. Клев! В пару к Фэй! Мастер побледнел. Против этих двоих у Симке не было ни единого шанса. Высокорослый Страж медленно вытащил свой тесак и побрел в круг, прямиком на рыжеволосую. Та отчаянно пыталась уследить за мельницей молотящих ее тонких сабель. Она уже не наступала, но оборонялась довольно прилично. Чувствовалась, что Симке уже устала, в то время как Фэй даже не вспотела. Она порхала словно бабочка, играючи рассекая саблями воздух, словно художник расчеркивающий полотно кистью. В конце концов, одна из них коснулась щеки Симке. Легко и ласково, как прикосновение возлюбленного. По лицу потекли алые струйки и Симке машинально утерлась рукавом. И тут, сбоку, на девушку обрушилась вся мощь удара Клева. Она лишь успела выставить клинок вперед, защищаясь от смертельного лезвия тесака. Но напора не выдержала, пошатнулась, и обессиленно упала на колени. Он ударил еще. Она остановила удар, держа свой меч уже обеими руками. Повернув голову, Симке увидела подлетающую к ее шее кисинтскую саблю. Она отливала золотом в солнечных лучах, и словно пела ей колыбельную песню, обещая вечный сон. И когда сабля своим кончиком нежно поцеловала ее кожу, Эла вскинула руку. — Хватит! Фэй тут же отвела клинок от шеи Симке, но не торопилась убирать его в ножны. Клев помог рыжей подняться. От усталости она едва стояла на ногах, поэтому оперлась на руку могучего Стража. В глазах Элы больше не было холода и обиды. — Фэй, — обратилась она к черноволосой, — я принимаю тебя на службу. Та коротко кивнула и вернулась в строй. Стояла гробовая тишина. Эла долго и пристально смотрела на окровавленное лицо Симке. Та больше не отводила глаза в сторону. Она ждала решения. Но Эла вдруг резко развернулась и зашагала прочь. Все молча проводили ее взглядом. И вдруг, у самого выхода, она обернулась и с теплой улыбкой прокричала: — Ты заслужила. Место твое. Вся площадка, Стражи и выглядывающие отовсюду солдаты, с упоением следившие за происходящим, взорвались радостными криками. Клев подхватил Симке на руки, к нему присоединились остальные, ее стали качать и подбрасывать в воздух. Даже Фэй одобрительно похлопала ее по плечу. Сама Симке устало прикрыла глаза, а по щекам потекли слезы радости.