Осенним вечером

Приятный запах с кухни развеялся по всей квартире, на улице дождь, осенняя пора, темнота во всех комнатах, кроме кухни, где приятно уставший Акааши сидит за столом, приготовив ужин, и ждёт Бокуто с тренировки, а тот явно задерживается. Прошел уже час времени. Акааши стоит на балконе и докуривает третью сигарету, немного зябнет, покрываясь мурашками, поглаживая рукой своё предплечье. Звук ключей. Открытая дверь. —Хей, хей, хей! Кейджи, я дома!—Бокуто залетает в квартиру, громко оповещая свой приход. Акааши с улыбкой подходит его встречать,—Привет,—и робко обнимает, а Бокуто, как всегда, сильно прижимает к себе. —У-а-а-а, солнце, ты опять курил?—Бокуто вешает мокрый плащ на вешалку, и проходит вперёд, захватывая в объятия Кейджи,—Ладно, я не злюсь,—и целует в макушку. —Простите, Бокуто-сан. Я приготовил ужин, пойдемьте на кухню. —О-о-о, это так как раз! Кейджи, я такой голодный! Пойдем скорее! Кстати, сегодня на тренировке тако-о-о-о-е случилось! Давай быстрее расскажу! Или тебе неинтересно..черт, дорогой, извини, что я опять..так..д- —Бокуто-сан, успокойтесь, все в порядке, я буду рад вас послушать, но для начала пройдемте за стол. —Хорошо!

***

—Ахахаха, вот такие у нас смешнявки на тренировке были сегодня!—Акааши смеётся вместе с Бокуто, допивая красное вино,—Правда, спина ужас как болит уже третий день..,—Грустно выдохнул Бокуто. —Бокуто-сан, я вам сделаю массаж,—Акааши встаёт из-за стола,—Пойдемьте в спальню. —Ох-хо-хо, отлично, Акааши-сан! Оба зашли в спальню, Бокуто сел на край кровати, а Акааши сзади него на колени. —Котаро, я не особо умею делать массаж, правда, извини.—Акааши приступил. Холодными тонкими пальцами легонько затрагивает спину, видя по ее сильным мышцам, сам получая удовольствие, Бо покрывают мурашки, тогда черноволосый всей ладонью затрагивает плечи и начинает их мять. —Мха-а, Кейджи, как же приятно, а говорил, что не умеешь! Ах, боже-боже, ох-мха-а, как приятно, Ке-е-е-йджи..Ахахах! Дорогой, мне теперь щекотно!—Бокуто начал немного дёргаться, и поворачиваться из стороны в сторону. —Все, Акааши, хватит, ахаха, Акааши!—оба парня начали хохотать. Бокуто развернулся и повалил Кейджи на кровать, сам заваливаясь на него, —Спасибо большое! В комнате настала гробовая тишина, вперемешку с приглушенным дыханием. Парни уставились в усталые, но по прежнему счастливые, глаза друг друга. Бокуто накрыл своими губами губы другого, из чего вышел быстрый и нежно-чувственный поцелуй, за следующим потянулся Акааши-сан. На улице смеркалось, шторы были на половину задернуты, а в комнате горели лишь лампы, что стояли на прикроватных тумбочках, из окна в комнату чуть вливался фонарный свет, и был слышен шум дождя. Чувственные поцелуи продлились не так долго, теперь Бокуто, поменяв губы на шею зацеловывал именно её, оставляя багровые следы после себя. Возбужденное дыхание двоих. —ах, бокуто, м-м, mha-а-а,—протяжные стоны доносились из уст Акааши от удовольствия. На слегка смуглой коже появлялось все больше и больше засосов, Бокуто уже успел спуститься к прессу, где также появлялись новые картины багрового цвета, на которые волнительно смотрел актив, по скольку для него это было чем-то прекрасным и действительно волнительным, по неизвестным причинам. —Какой же ты прекрасный, солнце,—не переставал восхищаться Бокуто уже как 10 лет,—И тело, и внешность, и характер, и каждое твое слово, и улыбка, и каждое действие, и всё-всё-всё! Ты прекрасен как самый красивый цветок весной, в столь романтичную пору,—Акааши искренне рад все это слышать, но безумно стесняется на протяжении 10 лет, все также краснеет и отводит взгляд прекрасных голубых глаз, который Бокуто сравнивал, нет, не с морем или небом, а с его любимой черникой. —Ох, Бокуто-сан, снова вы меня смущаете и заставляете одаривать вас лучезарной улыбкой,—и после этого Кейджи снова стонет, по скольку его любимый подобрался ближе к "запретной зоне". А после Акааши снова одаривают волшебным.. долгим поцелуем. —Б-б-бокуто, подожди, а как же тебе доставить удовольствие,—пепельноволосый, с черными прядями, уже начинает снимать домашнюю одежду с Кейджи. —Солнце, мне в удовольствие то, что я приношу его тебе,—актив игриво смотрит в "черничные" глаза, и продолжает снимать одежду с пассива, а после с себя,—Какую позу хочешь?—улыбаясь спрашивает Бо у своего мужа,—Как обычно? —Да,—краснея отвечает Акааши,—Я хочу..чувствовать твою спину руками..она..-она такая.. такая..мх.. только от одного ее вида я становлюсь возбуждённым, боже мой, что ж за глупость, хаха,—смеется от неловкости Кейджи, и стягивает одежду с мужа,—Ты такой сексуальный и одновременно милый, заботливый, прекрасный..самый лучший, мне кажется я с ума сойду, я как ребенок, как же стыдно..! Бокуто на это лишь забавно ухмыляется, осторожно снимет белье с себя и второго, и ещё раз сливается в долгом поцелуе с Акааши,—От тебя так сигаретами пахнет..я люблю этот запах..ох уж это моя романтизация курения, аха! —Подожди, совёнок, а где смазка..—Бокуто остановился и задумчиво почесал голову,—Черт побери, где она, я совсем не помню, ахахаха,—Кейджи поддался смеху тоже, и теперь, два, абсолютно нагих, возбужденных парня смеялись.

***

—Дорогой, сейчас будет немного больно, но я постарался хорошо тебя растянуть!—Котаро мило поцеловал в лобик своего совёнка, и начал процесс. Как только Бокуто с осторожностью вошёл до конца, он начал медленно двигаться, по просьбе своего партнёра, со временем наращивая темп. [Почти] Во всех комнатах тишина, но только не в спальне, откуда доносятся сладкие стоны и скрип кровати, вперемешку с вскриками, где отчётливо слышится «Ах, сильнее! Ах, ещё!». —Мха-а-а, Бо-..Бокуто, быстрее!—Акааши уже расцарапал ногтями всю спину актива, на которой ещё не зажили царапины с прошлого раза. Бокуто не из клуба "парни-молчуны", поэтому стонет вместе с Кейджи, только чуть тише. Они не забывают про поцелуи, поэтому периодически сливаются в них вновь и вновь, сладко стоня́ в губы друг друга,—Дорог-мха-а-ой, ты чудесен..блять, блять..как же хорошо..прекрасно, ахуенно.. —Солнце, ты тоже неотразим..! Боже мой, теперь с ума сойду я, ахах!—И с очаровательным стоном первым кончает Бо, но не перестает двигаться,—Ого, в этот раз я первый, ахахах!—Они слились в поцелуи, куда простонал Акааши, теперь и с живота Бокуто стекала семя.

***

—Это был отменный секс. —Это был отменный секс,—Бокуто уволи́лся рядом на кровать, и повернулся на бок, чтоб любоваться главной драгоценностью его жизни,—Ахаха! Надо же, мы вместе сказали одно и то же!—И снова их любимые поцелуи,—Я люблю тебя, Кейджи! —Я вас тоже, Бокуто-сан..!—парни выключают лампы, Акааши-сан двигается ближе к Бокуто-сану и они сливаются, нет, не в поцелуи, а в объятиях. В самых лучших объятиях в мире. —Доброй ночи, Бокуто-сан. Как жаль, что ваш Бокуто-сан уже спит, после столь хорошего времяпровождения.