Почему?

Миллионы лет на Земле ничего не менялось. Всё тот же космос, всё так же звёзды яркими точками выделяются на тёмном полотне неба и всё так же Габриэл пытается насолить демонам. Однако в тот раз он был значительно злее, чем обычно: Люциус выполнил желание контрактора быстрее, чем ангел успел убить человека. Бог одобряет уничтожение только тех душ, что связаны с адскими сущностями. А после выполнения условий связь между ними распадается. Ослушавшись своего Владыку, Габриэл мог лишиться крыльев и быть низвергнутым в ад, где его точно не встретили бы с распростёртыми объятиями. Так что после неудачи блондин, полный гнева, разумеется праведного, попытался прикончить рогатых: — Вы такие грязные! Испортить душу и, не дав мне избавить человека от страданий, бросить его, освернённого, на произвол судьбы! — он взмахнул рукой, и демонов окружили люди. — Я бы на твоём месте молчал, кукловод чёртов, — огрызнулся Люциус, стукнув мужчину, преградившего ему дорогу, между ног. Марионетка согнулась пополам и упала на крышу. — Я использую их во благо! — оскорблённо возразил Габриэл. — Во благо кого? — слегка приподнял бровь Грей, сохраняя на лице невозмутимость, которую не потревожил даже кулак, просвистевший у него перед глазами. Однако объект тут же был захвачен и по-садистки вывихнут. Белл, невольно ставший свидетелем сего грандиозного зрелища, поёжился: — Ты просто ужасен… — Асмодеус лишь улыбнулся в ответ, — Но Габриэла ты с первого места, конечно, не сдвинешь. — Не смейте сравнивать меня с собой, ничтожные создания! — закричал Габриэл, и его жёлтые глаза загорелись, как два солнца. — Ты даже ничтожнее, чем твои куклы, — Мицуки, прострелив грудную клетку последней марионетке, поднял её за волосы и развернул лицом к ангелу, а затем с отвращением кинул к его ногам. — С кем я работаю… — вздохнул Белл, отойдя от Мицуки как можно дальше, к другому краю крыши. — Я больше не намерен играть в эти детские игры! Готовьтесь умереть! — светлый меч материализовался в руке блондина и засиял так же, как и его глаза. Ангел выставил его вперёд и полетел на зеленоглазого. Выставив перед собой косу, демон защитился от удара. Но Габриэл по неведомой никому причине не отступил для новой атаки, как делал обычно. Белокрылый продолжал давить всем своим весом на оружие противника. Под таким натиском подошвы ботинок Белла заскользили по гладкому камню, из которого была сделана крыша. Осознав план блондина, зеленоглазый стал мысленно умолять товарищей о помощи. Конечно, его наверняка тоже заденет, но это лучше, чем сломать себе все кости и при этом остаться в живых. Конечно, переломы быстро заживут, но сращивание — процесс не из приятных. За те пару секунд, когда остальные соображали, что делать, меч ангела сиял наверное даже ярче солнца. Глаза Белла заболели и он закрыл их, но свет был настолько сильным, что проникал даже сквозь веки и будто выжигал зрачки. Застонав от боли, Белл внезапно упал вперёд. Габриэл по какой-то причине решил отступить. Судя по тому, что запахло жареным, Люциус подпалил ему перья. — Ты как? — рядом послышался голос пиромана. — По-моему, он сжёг мои глаза, — пробормотал Белл. — Он, видимо, сильно разозлился, раз его меч так ярко сиял, — предположил Грей. — Опять убивать пришлось, — сокрушённо прошипел Мицуки. — Какого чёрта?! — открыв глаза, опешил Белл. — Что? — уточнил Люциус. — Передо мной всё размыто так же, как на рисунках Грея, — зеленоглазый пару раз моргнул, но ничего не изменилось. — Он тебя ослепил? — предположил Мицуки. — Похоже частично, — пожал плечами Белл. — Вот сволочь! — зашипел Люциус. — Мы же не в каменном веке, — заметил Грей, — Люди уже давно изобрели очки. — И где ты видел хоть одного демона в очках? Кроме своих фантазий, — вздохнул Белл. — Значит будешь первым, — парировал Люциус. — Хоть в чём-то, — тихо добавил Мицуки, но Грей всё же услышал. — Твои манеры просто ужасны, — осадил он его, про себя всё же согласившись с высказыванием брюнета.