Вне времени

Я не знаю, как получилось, что ты мне так знаком, или почему мне кажется, что я не столько узнаю тебя, сколько вспоминаю. Как каждая улыбка, каждый шепот приближают меня к невозможному выводу, что я знала тебя раньше, я любила тебя раньше – в другое время, в другом месте, в какой-то другой жизни.

- Лэнг Лив

Время повествования: Сентябрь 2000 / Время Драко: Октябрь 2004

Гермиона Грейнджер Через несколько недель Малфой снова присоединился к Гермионе за обедом. Как только он уселся напротив, она поинтересовалась, как именно он выбирает, когда прийти сюда. – Всякий раз, когда удается убежать, – неопределенно ответил он. «Убежать от чего?»– подумала Гермиона. Или от кого? Наверняка Люциус, к примеру, понятия не имел об этих встречах. – Я приду сюда завтра и послезавтра, – добавил Малфой, но Гермиона промолчала. Она не планировала приходить в кафе – у нее были назначены рабочие встречи в обеденное время. Хотя, их, конечно, можно и перенести… Ты серьезно хочешь поменять рабочее расписание ради обеда с Малфоем? Гермиона покачала головой. Об этом она подумает позже, а сейчас ее внимание вернулось к Малфою, который пытался прочесть название книги в ее руках. – Читал эту? – она положила книгу на стол, чтобы ему было лучше видно. Малфой скривился, увидев автора и название. – 1984*. Читал. Способность одновременно держаться двух противоположных убеждений**, – процитировал он. – Как это называл автор, не припомню? – Двоемыслие. – Точно. Я-то уж очень близко знаком с этим понятием, – Драко кивнул и заерзал на стуле. Гермиона знала это. В вечер матча по квиддичу он признался, что на протяжении всей войны пытался примирить убеждения, которые усвоил с детства, и свою ненависть к ужасам, свидетелем которых ему пришлось стать. Но она не хотела снова поднимать эту тяжелую тему. Он уже извинился. Было бы нечестно снова и снова думать об ошибках, которые он совершил в прошлом. –Может быть, человек не так нуждается в любви, как в понимании***. Это моя любимая цитата из этой книги, – Гермиона попыталась сменить тему. – Почему? – Малфой казался искренне заинтересованным. – Хорошее напоминание для меня. Раньше, когда мы учились в школе, я была идеалисткой, думала, что знаю, что лучше для всех, – она остановилась, думая, что он подшутит над ней или хотя бы усмехнется, но этого не произошло. – Но чтобы по-настоящему любить человека, нужно его понять. Знать о прошлом. Понимать мотивы. Просто заботиться и при этом навязывать свои убеждения – не то же самое, что любить. Гермиона смущенно опустила глаза. Такое признание было очень личным, и она понятия не имела, как Малфой на него отреагирует. Как он ответит на ее уязвимость? Ему удалось ее удивить. – А люди, которые любят тебя, Гермиона? Они тебя понимают? Ответ пришел в ту же секунду. Нет. В школе она всегда была аутсайдером. Сначала ей казалось, что так происходит, потому что она магглороженная, но причина крылась глубже. И даже сейчас она часто чувствовала себя не в своей тарелке. Рон не понимал ее стремлений, Гарри и Джинни были слишком сосредоточены друг на друге, а ее родители все еще не одобряли ее жизнь в волшебном мире (хотя у них были веские причины). Гермиона всегда пыталась понять других и помочь им, но кто пытался понять ее? – Конечно. Мне повезло иметь чудесных друзей и любящего парня, – она натянула улыбку и солгала. – И мои родители в безопасности, – пора было сменить тему. – Знаешь, ты довольно хорошо знаком с маггловской литературой. Запоминаешь цитаты дословно. Как будто у тебя вовсе нет проблем с памятью. Малфой продолжал внимательно смотреть на нее, давая понять, что он не одурачен внезапной сменой темы. Но к счастью Гермионы, он не начал расспрашивать дальше о личном, а лишь кивнул: – Проблемы с памятью то есть, то нет. Остальной разговор был приятным и не касался щекотливых вопросов. – Увидимся завтра, – уверенно сказал Малфой, когда пришло время прощаться. Прежде чем Гермиона успела возразить, он исчез. По пути в Министерство она думала, друзья ли они теперь. Она бы с легкостью поменяла рабочее расписание, чтобы пообедать с другом. Но с Малфоем?.. Гермиона все-таки перенесла свою встречу, чтобы попасть на обед с Малфоем на следующий день. Она убедила себя, что это из-за ее раздражающей потребности быть вежливой. Он ведь предполагал, что она будет там, и было бы грубо и невежливо просто не прийти. Она могла бы послать сову, чтобы отменить встречу, но такой жест казался слишком формальным. А еще ей было любопытно. Когда она пришла, он уже был там. Гермиона села рядом с ним и заказала свой обычный салат, на этот раз оставив книгу в сумке. Вчера этот роман спровоцировал слишком тяжелый разговор. Однако, она пожалела о своем решении, пока они несколько минут сидели в тишине, ожидая заказ. О чем еще им было говорить? У них не было ничего общего. Гермиона не могла обсуждать своих друзей и ничего не знала о его друзьях. Тема семьи тоже была под запретом, как и школа, или любая тема, связанная с войной. Так, и что еще оставалось? Однако, разговор завязался сам собой. Малфой спросил ее о работе. Впервые за долгое время Гермиона могла обсудить детали своего текущего проекта и услышать чужое мнение о нем. Малфой задавал уточняющие вопросы и даже предложил одну лазейку, до которой девушка сама не додумалась. – Откуда ты столько всего знаешь о праве? – Мне положено знать, это часть моей работы, – он пожал плечами. – У тебя есть работа? – Гермиона удивилась, а Малфой усмехнулся. – Прости, я не… – Нет, формально у меня нет работы, – отмахнулся он. – Но мой отец, ты ведь знаешь, чем он занимается. – Вообще-то, нет, – призналась она. Казалось, что упоминание отца немного расстроило Малфоя. Гермиона не была уверена, что продолжать этот разговор будет хорошей идеей, но он сам не стал отмалчиваться. – Он хочет иметь влияние в политике и в обществе. У магглов есть какое-то слово для таких людей, сейчас вспомню. В общем, он хочет иметь право голоса в процессе принятия законов, понимать политическую обстановку, чтобы дергать за ниточки и получать желаемое. Вся эта работа очень тонкая и сложная. –Лоббист****. Это слово? – Малфой кивнул, и Гермиона на секунду задумалась. – Зачем? Что это ему даст? – То, что все так отчаянно хотят. Власть. Вот ты зачем продвигаешь свои законопроекты? – Хочу сделать мир лучше. – В каком-то смысле, он тоже, – Гермиона закатила глаза, и Малфой улыбнулся. – Каждый думает, что он прав. Плюс, никто не хочет сделать мир хуже, просто все по-разному видят лучший мир. Разница во мнениях, вот и все. Гермиона предпочла не развивать эту тему. – Так, и ты чем занимаешься в сфере права, чтобы иметь влияние? – Встречаюсь с людьми, инвестирую в компании и проекты, чтобы нужные люди оказались на нашей стороне в необходимый момент. – То есть, даешь взятки? – Для тебя взятки, для меня это стратегические вложения, – он весело усмехнулся. – И тебе нравится этим заниматься? – Я не жалуюсь. Мне нравится продумывать ходы и маневры во всех процессах. Напоминает игру в шахматы. Но, честно говоря, мне больше по душе управление инвестициями. Я использую полученные в работе данные в совокупности с показаниями звездных карт и арифмантикой, чтобы максимизировать прибыль, – Малфой остановился, погрустнев. – Но такая работа не подходит человеку с фамилией Малфой. Гермиона поняла, что последняя фраза – слова Люциуса. Что-то не то было в отношениях Драко с отцом, но она решила не давить на него и не выпытывать. – Завтра в то же время? – спросил Малфой перед уходом. В этот раз Гермиона кивнула без раздумий и сомнений. Когда Гермиона пришла в кафе в пятницу, Малфой сиял. – Поздравляю. – С чем? – задав вопрос, она вспомнила. Она получила награду за последний проект по правам кентавров, и об этом вскользь упомянули в сегодняшнем Ежедневном Пророке. – Ты что, видел? Наверное, читаешь Пророк от корки до корки. –Так и есть. Тоже часть моей так называемой работы. Надо знать обо всем, что происходит в волшебном мире. Гермиона кивнула, думая, не издевается ли он над ней. – Ты что-то не слишком рада. – Если честно, я не совсем уверена, что заслужила награду, – призналась девушка. – Иногда мне кажется, что все мои успехи обуславливаются тем, что я Гермиона Грейнджер, подруга великого Гарри Поттера. – Тебе ведь объяснили, за что конкретно дают награду? – Малфой серьезно кивнул. Она объяснила, что награду получила за законопроект, который, по утверждению ее босса, был революционным, хотя и не был очень сложным и легко прошел процесс утверждения. Малфой задал ей много уточняющих вопросов, и когда она закончила, он откинулся назад и снова задумчиво кивнул. – Ты думаешь, я заслужила награду? – Разве тебя волнует, что я думаю? – Нет, – честно ответила Гермиона. – Но мне интересно твое мнение. Малфой тихо засмеялся. – Думаю, ты права, сам по себе закон довольно простой. Но процесс утверждения, который ты продумала, уникален. Ты нашла очень умный обход формальных этапов поверки. Думаю, что его можно применить и к другим, более весомым законопроектам. Гермиона об этом даже не задумывалась. – Не всегда большой резонанс вызывают наши самые умные идеи. Иногда это те, которые могут иметь широкое воздействие, – продолжил он и улыбнулся. – Я думаю, что ты заслужила награду и должна собой гордиться. Гермиона улыбнулась ему в ответ, наконец-то позволив себе насладиться собственным достижением. – Спасибо, Малфой. Позже тем же вечером Гермиона и Рон собирались пойти на ужин с Гарри и Джинни, чтобы отпраздновать награду. Она поправляла палочкой выбившийся локон, когда в зеркале позади нее появился Рон. – Я очень тобой горжусь, – прошептал Рон, обнимая ее за талию. – Спасибо, но, наверное, я должна объяснить, за что конкретно получила награду. Я сама только сегодня поняла, если честно. Спасибо Драко Малфою за это. –Ты уже говорила. Закон о кентаврах. Я помню. Гениально. – Не думаю, что за сам закон, а за новый процесс принятия, который я придумала и… – она остановилась, увидев отсутствующий взгляд Рона. Так происходило всегда, когда разговор заходил о ее работе. – Нам пора идти, я могу рассказать позже, если захочешь. – Конечно, – в его взгляде читалось облегчение. – Ты восхитительная, неудивительно, что ты получила награду. Уверен, это только первая из многих. Гермиона прикусила губу. Ей не нравилось, когда люди восхваляли ее незаурядный интеллект. Она предпочла бы получить признание за то, как она им пользуется. Все равно что гордиться тем, что Малфой богат. Ничего особенного. Похвально было бы, если бы он пустил деньги на какое-то благое дело. Гермиона покачала головой – слишком много времени она думает о Драко Малфое. Нужно сконцентрироваться на Роне, который прямо перед ней, улыбается и хочет отметить ее успех. Она тоже улыбнулась и весь вечер пыталась прогнать из головы мысли о Малфое.

Время повествования: Сентябрь 2000 / Время Драко: Сентябрь 2000

Драко Малфой Драко занимался исследованиями в главной библиотеке Нотт Мэнора, когда вошел Тео. Он пытался не обращать на него внимания и надеялся, что тот уйдет. Драко все еще не мог примирить этого Тео с тем, кого он встретил в будущем. Когда безразличие и едкий сарказм Тео превратились в искреннее беспокойство? – К чему такой интерес к теме путешествий во времени? – спросил Тео. Драко предполагал, что Тео заметит, какие книги он берет для исследования, так что приготовил отговорку заранее. Хотя, небольшие наблюдения помогут ему выявить ложь, но Драко надеялся, что Тео будет не до того. – Собираюсь инвестировать в одну компанию, вот и провожу небольшое исследование. – Компания занимается путешествиями во времени? Всем известно, что маховики уничтожены. – Они иностранцы. – Уверен, что все эти книги есть в Малфой Мэноре. И даже больше. Тео несколько минут наблюдал за ним, затем безразлично пожал плечами: – Да похрен. Он наконец-то оставил Драко в одиночестве. До сих пор он не узнал о маховиках ничего такого, чего бы уже не знал. В одной из первых книг говорилось о мощных защитных чарах, наложенных на маховики, чтобы предотвратить их разрушение, поскольку магия времени была невероятно нестабильной и опасной, когда ее нарушали. Драко уже знал это из первых рук. Маховики было невероятно трудно сломать, но темный артефакт именно это и сделал с маховиком в руках Драко. Он нашел рассказ о волшебнике, который экспериментировал с введением песка из маховика прямо в кровь, чтобы стать человеком-маховиком времени. Поначалу история казалась многообещающей, так как Драко был уверен, что именно это случилось и с ним. Но больше не было никаких записей о волшебнике, и все предположили, что он начал прыгать во времени и никогда не возвращался к своей первоначальной временной шкале, чтобы задокументировать то, что узнал и пережил. Прочитав об этом волшебнике, Драко начал изучать заклинания и зелья извлечения, рассуждая, что если бы он мог удалить кусочки маховика времени из своей крови, он перестал бы прыгать во времени. Но он не смог найти метод извлечения, который работал бы без части извлекаемого объекта. Он все больше расстраивался. Драко разработал четкий план своей жизни, когда был маленьким. Он закончит Хогвартс лучшим в своем классе, будучи старостой, затем женится на красивой чистокровной ведьме, будет иметь детей, пока не родится мальчик, а затем проживет остаток своих дней как богатый и влиятельный член общества. Во время войны он думал, что все его планы пошли прахом, и был уверен, что умрет. Но удивительно, он выбрался живым, да еще и не попал в Азкабан. Все снова шло своим чередом, пока его не забросило в будущее, где он был женат не на той ведьме. Но если Темный Лорд не смог сорвать его планы, Гермионе Грейнджер определенно не удастся тоже. Хотя он начинал верить в это все меньше и меньше. Он не только не продвигался вперед в исследовании, но и жизнь, которую он так четко планировал для себя, ускользала. Астория была очень зла на него, но он понятия не имел, как ей довериться. И он, и его отец тоже были далеки друг от друга, но опять же, Драко не знал, как рассказать ему, что происходит. Каждый прыжок в будущее, казалось, все больше сбивал его с пути. И Драко начал сосредотачивать все свое растущее разочарование на одном человеке: Грейнджер из будущего. Последние два раза, когда он пытался с ней поругаться, они почти веселились. Сначала эта досадная вспышка смеха, потом дурацкая дуэль. Но не в следующий раз. В следующий раз он доходчиво объяснит ей, насколько они не подходят друг другу. Как будто в ответ на его мысли закружилась голова. Впервые Драко надеялся, что в будущем увидит Грейнджер. Уже несколько недель он очень хотел наорать на кого–нибудь, и никто не заслуживал его гнева больше, чем она.

Время повествования: Октябрь 2004 / Время Драко: Сентябрь 2000

Драко Малфой Драко начал кричать, только появившись в доме. На этот раз он был один в кухне. – Грейджер! Где ты есть, черт тебя подери? Он прошел в пустую гостиную, затем побежал наверх, распахнул все двери, но никого не обнаружил. Она, должно быть, на работе. Вернувшись в гостиную, Драко посмотрел на часы. Грейнджер должна быть дома с минуты на минуту. В ту же секунду она аппарировала в гостиную. – Так-так, неужели это моя милая женушка? – он вложил в слова столько сарказма, на сколько был только способен. – Оставь меня в покое, Драко, – она побежала наверх, в спальню, и попыталась закрыть двери, но он поймал их, снова распахивая. – Нет, мы поговорим о том, как ты, черт бы тебя побрал, разрушила мою жи… Грейнджер повернула и подошла близко к нему, оставляя между ними всего несколько сантиметров. – Не смей так говорить! Драко замолчал, удивленный внезапной вспышкой злости с ее стороны. – Знаешь, на следующий день после того, как ты сделал мне предложение, появился Драко из прошлого, назвал меня сукой и исчез на два дня. Ты не имеешь права вести себя со мной подобным образом! Я никогда себе такого не позволяла! – Я ничего такого не помню. Ни предложения, ни как назвал тебя сукой, ни твоего ко мне отношения! И это все был не я! Это кольцо, – Драко указал на золотое кольцо на ее безымянном пальце. – Я бы никогда не купил ничего подобного. Когда я буду делать предложение, то подарю невесте фамильное кольцо Малфоев. Так веками было в моей семье. А тот факт, что на твоем пальце это, только доказывает, что между нами какая-то херня, а не отношения! Она отвела взгляд, разглядывая стену. – Я ненавижу тебя. – Да. А потом приходит другой Драко и ты снова его любишь? Разве ты не видишь, что это пиздец как тупо? – Нет. Сейчас я ненавижу его тоже, – Грейнджер снова посмотрела ему в глаза, и он увидел боль и злость в ее взгляде. – Я ненавижу все версии тебя из всех времен. Ненавижу все это. Ненавижу, что мне постоянно приходится прикрывать тебя. Ненавижу, что ты попадаешь в прошлое и встречаешься с более молодой, более милой версией меня, а я получаю вот это. – Тогда сделай нам обоим одолжение и расстанься с ним. Пожалуйста! Гарантирую, в душе он сам хочет только этого. Он хочет, чтобы его жизнь снова пошла по первоначальному плану. Гермиона выбежала в гостевую спальню и закрылась там. Она не появлялась весь вечер. Драко спал на диване, так как не хотел быть в их спальне, а Грейнджер заняла гостевую, которую он обычно использовал. Той ночью ему приснился еще один кошмар, и на этот раз Грейнджер не пришла ему на помощь, но он убедил себя, что ему все равно. Только заснуть Драко смог лишь через несколько часов. На следующее утро его разбудил грохот на кухне. Он усмехнулся, уверенный, что она специально была громче, чем обычно, пытаясь разбудить его. Он пошел на шум и несколько минут наблюдал, как она готовит чай, а затем снова вернулся к вчерашнему разговору. – Ты хоть понимаешь, что ты рушишь все планы, которые я строил? Ты забрала все, чего я хотел. – О, так ты думаешь, я хотела вот этого? Мужа, который постоянно исчезает, а вместо него появляется его более молодая версия и оскорбляет меня? – По крайней мере, у тебя был выбор. – Выбор?! Я занималась своими делами, когда ты появился в моей жизни и начал быть милым. Ты говорил о моих любимых книгах, притворялся, что тебе интересно слушать про мою работу. Ты даже сказал все, что нужно было, чтобы я порвала с Роном! – она громко поставила кружку на стол. – Не было у меня никакого выбора. – Перед тем, как мы начали встречаться, ты заявил, что у меня всегда будет право выбирать, но, – она замолчала, Драко увидел слезы в ее глазах. – Но ты был таким идеальным, ты был всем, что я хотела, и я просто не могла сопротивляться, – Грейнджер отвернулась, вытирая слезы. – У меня не было выбора, как и у тебя. Драко молчал. Он не подумал об этом, но она была права. Его будущее "я" возвращалось к ней каждый раз, когда он сам оказывался здесь, и у него было преимущество – он знал все о Грейнджер, знал, что сказать и сделать, чтобы понравиться ей. Будущий Драко трахнул их обоих. Мудак. Грейнджер ушла, не сказав ни слова, ее не было весь день. Драко слонялся по комнатам, пытаясь придумать план. Грейнджер была расстроена еще до их ссоры, возможно, она злилась на Драко из будущего. Может быть, если он сейчас надавит на нее, она и вправду расстанется с ним. Кто знает? Если она порвет с ним, возможно, его будущее "я" перестанет пытаться ухаживать за ней, отправляясь в прошлое. Тогда, может быть, удастся избежать этих отношений. Рискованно было злить такую ведьму, как Грейнджер. Она могла бы заколдовать его до потери памяти. Но других вариантов все равно не было. Когда она не вернулась вечером, Драко разозлился еще больше и решил следовать безрассудному плану. Драко подскочил с кровати утром, услышав входную дверь. Стоя на верхней ступеньке, он увидел в холле Грейнджер. – Где ты была, черт подери? – Что такое, милый? Беспокоился обо мне? – она шла к спальне, но он схватил ее за руку. Грейнджер оттолкнула его. – Не прикасайся. – Мне нужно тебе кое-что сказать. Она молча ждала. – Просто знай, что мне никогда не понравится кто-то, как ты. Для меня ты отвратительная, раздражающая сука-всезнайка. И все это абсолютно точно альтернативная реальность, а не мое будущее, потому что я никогда и ни за что не буду с тобой. Грейнджер подошла ближе и злобно прошептала: – Знаешь, как ты оказался со мной? В какой-то момент ты просто понял, насколько ты жалок. У тебя нет настоящих друзей, и каждый день ты только и делаешь, что ходишь следом за папочкой, как домовой эльф, и кичишься фамилией, которую презирает весь волшебный мир. Все, что у тебя есть – это деньги, и ты не сделал ни-че-го, чтобы их заработать. Драко сжал руки в кулаки, пытаясь контролировать гнев, но Грейнджер снова заговорила. – Однажды жалкий Драко Малфой сломал маховик времени и начал бесконтрольно перемещаться во времени. И он узнал, что в жизни есть нечто большее, чем статус, деньги и холод. Что есть любовь, доброта, дружба. Что ему отчаянно хочется иметь это все. И ты сейчас ведешь себя так, потому что понимаешь, что все идет вразрез с тем, чему тебя учили всю твою жалкую жизнь, – она остановила свой монолог, сделала шаг назад и пожала плечами. – Или нет. Может, эта ужасная жизнь с отвратительной ботанкой Грейнджер – это твое наказание за то, что ты был Пожирателем Смерти. Она развернулась, собираясь уйти. – Грейнджер. Девушка остановилась, но не повернулась. – А ты никогда не думала, что ты вообще не при чем? Может так называемый жалкий Драко повелся на твою любовь, потому что ты была единственной, кто полюбил его в этом сумасшедшем времени, где вы с ним живете. Но будь у него выбор, я уверен, он бы никогда не выбрал одинокую, ничтожную и закомплексованную зубрилку Гермиону Грейнджер. Она повернулась, и Драко не успел отреагировать. Он упал на пол, поверженный парализующим заклинанием. Он пытался сдержать стон боли от удара, не желая давать понять, что она сумела причинить ему боль. Грейнджер наклонилась к нему, в ее глазах стояли слезы. Драко вроде должен был почувствовать вкус триумфа, но ее вид вселял тревогу. – Все только и говорят о том, как Драко Малфой повелся на Гермиону Грейнджер, но ведь настоящий вопрос в том, как я смогла быть с кем-то вроде тебя? Она повернулась, скрылась в спальне на несколько секунд, затем спустилась вниз. Драко услышал, как хлопнула входная дверь. –Грейнджер! – попытался закричать он, но губы не слушались, так что получилось только невнятное бормотание. Ответа не было. Она ушла.

Время повествования: Сентябрь 2000 / Время Драко: Сентябрь 2000

Драко Малфой Грейнджер оставила Драко неподвижно лежать в коридоре почти на целый день – прошло несколько часов, прежде чем он, наконец, вернулся в свое время. Следующая их встреча случилась примерно через неделю, он увидел ее и Рона в кафе в Косой Аллее. Когда она заметила его, Драко ответил самым презирающим и ненавидящим взглядом, на который только был способен. И сделал это не в качестве выполнения плана. Он искренне ее ненавидел. Ее слова то и дело эхом звучали в его голове: И он узнал, что в жизни есть нечто большее, чем статус, деньги и холод. Что есть любовь, доброта, дружба. Что ему отчаянно хочется иметь это все. – Что случилось? – спросил Блейз, увидев, что Грейнджер растерянно смотрела на них. – В последний раз, когда я видел вас рядом, вы танцевали вместе. Теперь снова ненавидишь ее? Драко проигнорировал вопрос, подталкивая друга: – Идем. Блейз раздраженно передернул плечами, а Драко вспомнил свой первый прыжок во времени. Он почти забыл, что видел Забини в своей квартире, что тот был грустным и обеспокоенным. Как и Тео, Блейз из будущего был другим. Как будто ближе, чем сейчас. В жизни есть нечто большее, чем холод… Отчаянно хочется иметь это все. – Я ее ненавижу, – пробормотал Драко на одном дыхании. – Да, это заметно. Гермиона Грейнджер Рон и Гермиона обедали в Косой Аллее и обсуждали недавнюю ссору Гарри и Джинни. – Мне очень трудно, – сказал Рон. – С одной стороны, я хочу поддержать лучшего друга, с другой – Джинни ведь моя сестра. И еще, я понятия не имею, почему они постоянно ругаются. – Это одна из проблем, – Гермиона поковыряла вилкой салат. – Они ссорятся из-за ерунды. Например, когда он обиделся, что она пригласила домой коллегу по команде и не предупредила его. Это разве повод для ссоры? – А что тогда повод? – Гарри все еще очень не уверен в себе. Он думает, что Джинни с ним из–за его популярности, что он недостаточно хорош для нее. И когда она приводит домой коллегу, он думает, что она выставляет его напоказ. «Смотрите, мой парень – это тот самый Гарри Поттер, который спас весь мир». Рон, впечатленный, кивнул. – А в прошлом месяце? Из-за чего они тогда поругались? – О, когда Гарри не пригласил ее выпить? – Гермиона снова вздохнула. – Гарри не единственный, у кого есть комплексы. Не думаю, что Джинни простила его за то, что он ушел искать крестражи без нее. Она точно знает, почему он поступил именно так, но ведь мы были с ним, а ей он присоединиться даже не предложил. Плюс, Гарри постоянно отталкивает ее, – продолжила она. – Думаю, он просто боится, что она исчезнет, как и все дорогие ему люди. Он думает, что так ему будет менее больно. – Знаешь, наверное, ты права. Тебе нужно рассказать это им. – Я пыталась, но все подобные разговоры ни к чему не привели. Думаю, им самим надо во всем разобраться. – Ты самый настоящий эксперт по отношениям, Гермиона. Да, только когда дело касается чужих отношений. Гермиона прекрасно понимала, что между ней и Роном что-то не так, но не могла понять, что именно. Было легче разбирать проблемы Гарри и Джинни вместо своих собственных. Хотя она знала, что стоит обсудить свои тревоги с Роном. Когда-нибудь. – А вот и хорек, – пробурчал Рон. Гермиона обернулась и увидела Малфоя и Забини на дороге. Она улыбнулась, но ответом ей стал только полный ненависти взгляд. Гермиона вспомнила их последнюю встречу, думая, чем могла обидеть его и заслужить такую реакцию. Были ли провалы в памяти настолько серьезными, что он вообще забыл все их встречи в кафе? Но тогда он бы смотрел на нее безразлично, как раньше. Но сейчас Малфой смотрел так, как будто она сильно провинилась перед ним. – Что ты ему такого сделала? – спросил Рон. – Да какая разница? – Гермиона пожала плечами, стараясь скрыть раненые чувства. Большая. Большая разница. Она обдумала все те их встречи, когда Малфой вел себя мило, и, наконец, поняла разницу между ними и сегодня. Малфой был добрым только наедине с ней. При людях он ясно давал понять ей и окружающим – ничто не могло связывать его с грязнокровкой Грейнджер.

Время повествования: Октябрь 2000 / Время Драко: Август 2003

Гермиона Грейнджер Малфой посмел сесть за ее столик в кафе через несколько недель. Она даже не подняла головы от книги. –Уходи. –Что? Гермиона не стала смотреть в глаза и не опустила книгу. – Ты общаешься со мной только наедине, в кафе, где никто тебя не знает, но не дай Мерлин кому-то узнать, что ты дружишь с грязнокровкой. – Не говори так. – Разве не ты научил меня этому слову? Он не знал, что сказать, только грустно и виновато смотрел на нее. –Пожалуйста, уйди. Малфой вздохнул и вышел из кафе.

Время повествования: Август 2003 / Время Драко: Октябрь 2000

Драко Малфой В следующий раз при временном прыжке Драко оказался в своей квартире. Он сидел за рабочим столом, на котором были разложены арифмантические формулы. Он огляделся и заметил Грейнджер – она читала в гостиной. – Привет, как ты… – начала спрашивать она, но Драко ее перебил. – Ты чокнутая сука! – заорал он, вспомнив, как она оставила его лежать на полу без движения. Драко попытался не обращать внимания на то, как засаднило в груди – Грейнджер смотрела искренне, с болью в глазах. Он вскочил и побежал вниз по лестнице, резко останавливаясь на последней ступеньке и вспоминая слова Грейнджер: Знаешь, на следующий день после того, как ты сделал мне предложение, появился Драко из прошлого, назвал меня сукой и исчез на два дня. Он без сил облокотился о стену и обхватил голову руками. Блять. Блять, блять, блять! Он попытался выкинуть из головы ее пораженные болью глаза и вспомнил, что эта версия Грейнджер не сделала ему ничего плохого. Ей только что сделали предложение, а потом жених накричал на нее за то, чего она не делала. Я не ее жених. Никогда им не буду. Но эти слова казались пустыми. Он-то думал, что контролирует ситуацию, но вот он здесь, и сделал как раз то, что она сказала. Чувство беспомощности вернуло его прямо на войну, когда он был бессилен против Темного Лорда. Драко пообещал себе, что больше никогда не потеряет контроль над своей жизнью, но вот он здесь, в собственном будущем, которое ненавидит и, очевидно, не может изменить. Он вздохнул. В его силах было вернуться в квартиру и нарушить ход событий – он мог не уходить на два дня. Только видеть ее сейчас было выше его сил. Драко трансфигурировал одежду и заселился в маггловский отель. Как Грейнджер и сказала, он вернулся в свое время через два дня. Оказавшись в квартире, он обнаружил очередное письмо. Драко! Это снова я. Знаю, сейчас ты от меня совсем не в восторге, но, прочитав это, ты еще сильнее меня возненавидишь. Только помни, я точно знаю, что ты сейчас чувствуешь, потому что три года назад я сам стоял на этом самом месте и читал такое же письмо. Драко разозлился и хотел выкинул письмо, но что-то заставило его дочитать до конца. Знаешь, ты мне тоже не очень-то нравишься. И я еще могу смириться с тем, как ты достаешь Гермиону в моем времени, потому что она все понимает, и я заглаживаю вину, возвращаясь обратно к ней. Только если ты продолжишь выебываться и в своем времени, то, боюсь, эти отношения станут невозможными. А без нее мы с тобой ничто. Гермиона и есть ответ на все вопросы, которые мучают тебя сейчас. Неизвестные опасения каждый раз, когда ты собираешься сделать предложение Астории. Отчужденность между тобой и друзьями, которую ты не знаешь, как исправить. Твои колебания, когда хочешь признаться отцу, что ты хотел бы отслеживать инвестиции, а не работать в совете директоров. И страх, что никто в мире никогда по-настоящему не поймет тебя или не захочет понять. Поверь, она все исправит, если ты дашь ей шанс. Ты никогда больше не будешь одиноким или покинутым. Но тебе, черт возьми, нужно дать ей шанс. Знаю, ты ненавидишь все эти перемещения во времени. Ты думаешь, что не в состоянии контролировать свою жизнь, что тебя заставляют выбирать то будущее, которое ты сам для себя не хочешь. Но скоро ты поймешь, что все это – дар свыше. Конечно, если сможешь достать свою голову из задницы и начать думать. Я уже говорил, но повторяю: веди себя хорошо с Гермионой Грейнджер. Драко. Он смял письмо, раздраженно бросил его в камин. – Это, блять, моя жизнь!