Вне времени

Глава 10

Время повествования: Апрель 2001 / Время Драко: Апрель 2001

Драко Малфой – Драко, ты пропустил уже несколько встреч совета директоров. Ты был нездоров? Драко перестал есть суп, положил ложку на стол, обдумывая, что ответить отцу. Да, он был нездоров. Сломанный маховик времени и магглорожденная ведьма перевернули всю его жизнь. – Прости, отец. Следующую я точно не пропущу. В среду, да? Люциус коротко кивнул, а Драко продолжил прием пищи, однако ему снова пришлось остановиться, когда отец заговорил: – Это как-то связано с твоим желанием заниматься инвестированием, а не политикой? Драко удрученно вздохнул. – Я уже говорил тебе, что для этого у нас есть специальные люди. Ты ведь способен на большее, чем просто изучать вычисления и распоряжаться деньгами. Обычно Драко кивнул бы в этом месте и промолчал, но что-то сегодня заставило его говорить. Он списал это на все возрастающее количество времени, которое проводил в кругу выходцев с Гриффиндора. – Мне интереснее работать в сфере финансов, чем в политике, отец. И я разработал совершенно новый подход к инвестированию, таким твои менеджеры точно не занимаются. Слишком много нюансов, нужно быть незаурядного ума. Отец разочарованно покачал головой. – Я хочу для тебя большего, Драко. Особенно после всего, через что тебе пришлось пройти из-за меня. – А я просто хочу быть счастлив. – Разве ты не счастлив, Драко? – спросила его мать слегка обиженным тоном. – Чего еще ты хочешь? Мы все живы и здоровы, ты на пороге блестящей карьеры, ты сможешь влиять на основные политические решения нашего времени, у тебя очаровательная девушка, чего еще желать? – Да, мама, – кивнул Драко, избегая ее взгляда. Упоминание Астории пробудило в нем чувство вины. Он решил расстаться с ней, как только ему хватит смелости начать этот непростой разговор, и, честно говоря, он побаивался реакции родителей. Особенно матери, которая отчаянно хотела женить его как можно скорее. Люциус начал рассказывать о совете директоров, который они собирались посетить на следующей неделе, и Драко с удовольствием включился в разговор, только бы сменить тему. Он отказался выпить с отцом после ужина, аппарировал в свою квартиру и вздохнул с облегчением, обнаружив, что она пуста. Астория обещала заглянуть, если ужин с друзьями закончится рано. Драко думал, что лучше ему провести ночь в одиночестве, однако, ему все равно придется поговорить с Асторией. Нужно просто придумать объяснение решению расстаться, которое не включало бы путешествия во времени и другую девушку. Раздался стук в дверь, и Драко быстро произнес заклинание, чтобы посмотреть, кто пришел. Он замер, увидев Грейнджер. Черт, это происходило на самом деле. Наверняка она пришла, чтобы обсудить путешествия во времени. Драко из будущего рассказал ей обо всем. Он глубоко вдохнул, посмотрелся в зеркало в прихожей, затем отругал себя за это и, наконец, открыл дверь. Не успел он сказать хоть слово, как Грейнджер влепила ему смачную пощечину. – Блять! – он прижал руку к горящей щеке, другой доставая палочку из кармана. – Какого хрена? – Какого хрена? Ты поцеловал меня, вот какого! Ты не имеешь права так делать! И мне плевать, что ты был пьян! У меня есть парень, которого я люблю! Мерлин, он поцеловал ее. И был пьян. Драко тяжело вздохнул. Конечно, Грейнджер говорила о Драко из будущего, когда он был здесь во время последнего прыжка. Оказывается, он не отсыпался с похмелья в пустой квартире. Чертов идиот. Грейнджер смотрела на него, ее глаза горели гневом, и он отступил назад, опасаясь, что она снова даст ему пощечину. Как все произошло? Неужели пьяный Драко искал ее? Как она отреагировала? Хорошим ли получился поцелуй? Совершенно не помогаешь, идиот. – Грейнджер, успокойся, я могу все объяснить. Драко замолчал. Действительно ли он мог объяснить? Он старался изо всех сил придумать достойное оправдание, пока Грейнджер принялась читать ему заранее подготовленные нотации. – Нет. Я хочу сказать тебе пару слов, а затем уйду. Мне не нужны твои оправдания, – затем началась лекция о правах ведьм, Грейнджер ругала его за то, что он пытался навязаться ей. Было несколько упоминаний тайных патриархальных чистокровных верованиях, затем разговор пошел о том, что адекватный волшебник должен получить согласие ведьмы, прежде чем начинать какие–либо романтические действия, например, прижимать к стене и целовать. Драко не смог сдержаться и усмехнулся в ответ на ее пространный монолог, сам-то он думал, к какой именно стене в его квартире она оказалась прижатой. Серьезно, перестань. Она закончила свою тираду, немного помолчала и добавила: – Думаю, нам нужно прекратить встречи. Я-то думала, что мы, эм, друзья. Ну, мы почти ими стали, но ты, видимо, все не так понял, потому что у меня есть Рон… – У меня тоже есть девушка, – перебил ее Драко. – Ну тогда ты ужасный парень. Драко не мог отрицать ее слов. Он провел рукой по волосам, снова подбирая оправдание поведению Драко из будущего. – Малфой, все было, эм… прекрасно. Спасибо за извинения, за обеды и за время в библиотеке. Я рада, что ты перестал быть испорченным придурком, но я пришла попрощаться и сказать, что все кончено. Она протянула ему руку, и Драко с любопытством смотрел на нее, но руки не принял. – Хорошо, ладно, – Грейнджер убрала руку и развернулась. Когда она исчезла на лестнице, Драко сделал несколько шагов ей вслед, готовый во всем признаться. Он остановился, осознавая кое-что важное. Это он расскажет ей обо всем. Он сам и есть причина, по которой они начали работать вместе. Теперь все встало на места. Больше всего на свете Драко ценил свободу самостоятельно принимать решения, особенно после войны. Драко из будущего никогда не отнял бы у него этого. Вот как все началось. Драко лишь не ожидал, что все произойдет так быстро. Драко посмотрел на лестницу, его мысли понеслись галопом. Он мог остановить все прямо сейчас. Грейнджер попрощалась навсегда, поэтому, когда будущий Драко вернется и захочет найти ее, она откажется его слушать. Сейчас появился шанс остаться с Асторией, попробовать восстановить их отношения. Шанс не соглашаться на ту жизнь с колдографий из альбома. Шанс не делать того, что делать не хочется. Но разве его будущее так уж ужасно? Лучше, чем его нынешняя жизнь? Драко не знал. Он провел там меньше месяца, и не все прыжки были хорошими. Его разум лихорадочно перебирал все события, которым он стал свидетелем. Пасха с Поттером и другими ее друзьями, вечеринка по случаю его дня рождения, ссоры с Грейнджер, все то время, когда она плакала, их медовый месяц, колдографии в альбоме, лицо его отца. И, наконец, последний раз, когда он видел ее и слова, что она сказала, когда он укладывал ее в постель. Я люблю тебя. Нет, ты любишь его. Я люблю тебя, неважно из какого ты времени, Драко. Он пересек прихожую в несколько шагов и остановился, крепко сжимая дверную ручку. «Чего я хочу? Чего я хочу? Чего я хочу?» – думал он про себя, глядя на свои побелевшие пальцы. Наконец он глубоко вздохнул, распахнул дверь и побежал вниз по лестнице. – Грейнджер! Астория Гринграсс Астория поднималась по лестнице в квартиру Драко и остановилась, чтобы перевести дыхание. Обычно она аппарировала прямо туда или пользовалась каминной сетью, но Драко в последнее время был в отъезде и вряд ли обрадовался бы ее внезапному появлению. Когда она постучит в дверь, Драко почувствует так необходимый ему контроль над ситуацией, к тому же, так он будет чувствовать себя главным. Такое поведение с собственным парнем было абсолютно нелепым, но Астория надеялась, что это временно и что бы ни мучило Драко, это скоро пройдет. Или еще лучше, что он наконец–то посвятит ее в подробности своих переживаний. Она услышала голоса и прижалась к входной двери, внезапно заинтересовавшись. "Какого хрена?" " Какого хрена? Ты поцеловал меня, вот какого! Ты не имеешь права так делать!" Астория ахнула и сделала шаг назад, подняла палочку и наложила на нее заклинание, чтобы посмотреть, кто говорил. Она снова ахнула, когда узнала ведьму. Драко поцеловал Гермиону Грейнджер? Астория повернулась обратно к ступеням, желая поскорее скрыться из виду. Она поверила Драко, когда он сказал, что между ним и Грейнджер ничего нет. Она была такой дурой. Ему нравилась Гермиона Грейнджер? Из услышанного было ясно, что его чувства к ней невзаимны, так что вряд ли они тайно встречались. Неужели он тосковал по Грейнджер? Поэтому он был таким отстраненным? Тогда почему он просто не порвал с Асторией? Он не казался человеком, способным на обман, предательство и измену. Спустившись, она аппарировала прямо в свою спальню в поместье Гринграсс, подошла к зеркалу и изучила свое отражение, задаваясь вопросом, что Драко нашел в Гермионе Грейнджер такого, чего нет в ней. Она долго стояла там, а потом удивилась – слез не было. Астория не испытывала обиды. Единственное, что она чувствовала – шок. Гермиона Грейнджер – Грейнджер! Гермиона услышала голос Малфоя возле лестницы, но проигнорировала и продолжила бежать вниз. Он догнал ее у двери в подъезд и крикнул: – Это был не я! Она повернулась, разъяренная его словами. – Ты думаешь, я настолько тупая? Думаешь, я поверю, что кто-то использовал оборотное зелье с единственной целью – напиться и сидеть в твоей квартире, а потом наброситься на постучавшую в дверь девушку, просто чтобы тебя считали виноватым? – Ты сама пришла сюда тогда? Зачем? Гермиону захлестнуло чувство вины, когда она вспомнила, как шерстила аврорские документы в поисках адреса Малфоя, но она поспешила взять себя в руки. Виноват здесь он, не она. – Это не относится к теме разговора, – она повернулась и открыла дверь, но Малфой закрыл ее с громким хлопком. – Подожди. Гермиона достала палочку и направила ему на грудь. Малфой отшатнулся, выставив руки вперед. – Мы можем вернуться в квартиру? Я все тебе объясню. – Вернуться, чтобы ты снова вычудил что-нибудь? – из ее палочки вылетело несколько искр, и Малфой сделал еще шаг назад. Он посмотрел на лестницу, проверяя, были ли они в одиночестве, затем понизил голос до шепота и быстро протараторил: – Это был я, но не из этого времени. Посмотри на меня. Уверен, ты заметишь какие-нибудь различия в моей внешности сейчас и в тот вечер, когда случился поцелуй. Такие различия, которые не могут появиться за неделю или две. Гермиона молча зажгла палочку, затем подошла ближе и осмотрела его лицо. Он был прав. Он действительно выглядел немного моложе. Вокруг рта и глаз не было морщин. Путешествие во времени? Все маховики времени были уничтожены после войны. И зачем ему было возвращаться в прошлое и целовать ее? Все это бессмысленно. Малфой прищурился от света, но не отвел взгляда от Грейнджер. – Теперь войдешь? Знаю, ты умираешь от любопытства, но я не могу обсуждать эту тему здесь. На несколько секунд Гермиона задумалась, затем коротко кивнула и опустила палочку. Следуя за Малфоем вверх по ступенькам, она спросила: – Кто наколдовал адский огонь в Выручай-комнате? – Крэбб, – Малфой вздохнул и пробормотал. – Какую книгу я читала, когда мы с тобой впервые встретились в кафе? Он оглянулся через плечо и остановился. – Не знаю. Это был не я. Ответив, Малфой снова стал подниматься, и Гермионе приходилось поспешить, чтобы успевать за ним. – Тогда кто это был? Он покачал головой, смотря прямо перед собой. – Зависит от дня. Просто подожди, пока мы зайдем в квартиру. Дальше они молчали. Гермиона зашла за ним в квартиру и робко встала у двери. – Я не наброшусь на тебя, – сказал он с намеком на веселье, за что получил испепеляющий взгляд. Он вздохнул и начал потирать переносицу, а она с любопытством наблюдала за ним, пытаясь определить различия между этим Драко и другим, которого она видела. Или было несколько его будущих версий, а не одна? – Как все это происходит? Малфой молчал, как будто и вовсе не собирался ничего рассказывать. Гермиона покачала головой и повернулась к двери. – Нет, подожди, останься. Хочешь, эм, чаю? Или воды? – Нет. Я хочу, чтобы ты объяснил мне, что происходит. Малфой вздохнул и кивнул в сторону гостиной. – Хорошо, но хотя бы зайди. Давай не будем стоять у двери. Гермиона мгновение смотрела на него, затем неохотно вошла в элегантную гостиную с великолепным видом на город. Она села на большой серый диван и с удивлением обнаружила, что он оказался удобнее, чем выглядел. Девушка скрестила руки на груди и повернулась к нему. Он все еще стоял в дверях, наблюдая за ней, затем начал расхаживать по комнате, и, наконец, начал говорить. – Думаю, ты и сама знаешь, что все началось чуть больше года назад, когда у меня случился несчастный случай с маховиком времени. С тех пор я путешествую во времени. Я попадаю в будущее, а моя будущая версия занимает мое место в этом времени. – Что? Но маховики времени работают совсем не так. – Черт возьми, да я знаю, Грейнджер, – прорычал Малфой. Гермиона фыркнула. – Короче говоря, тот Драко, с которым ты водила дружбу – это не я. Что ж, это было совершенно ясно. Человек, стоящий перед Гермионой, был совсем не похож на Драко Малфоя, с которым она встречалась в неформальной обстановке уже несколько месяцев. И многие странности, связанные с другим Малфоем, начинали обретать смысл. Провалы в памяти, его неуверенность в том, как она отреагирует, когда он впервые поздоровался с ней, маленькие детали во внешности. – Сколько раз я встречалась именно с тобой, а не с другим Драко? Он повернулся и начал загибать пальцы, считая вслух: – Мы вместе танцевали почти год назад, ты приходила с проверкой в Мэнор, эм, это все. – Это все? – Ну, я пару раз проходил мимо и кивал, но ничего важного. – Как часто происходят прыжки во времени? – Я пытался отследить и найти хоть какую-то закономерность, но насколько могу судить, ее нет. Прыжки случаются примерно раз в месяц и длятся один-два дня. Гермиона обдумала его слова, встала и снова направилась к двери. – Что ты делаешь? – Я ухожу. – Почему? – Я тебе не верю, – она скрестила руки на груди и строго посмотрела на Малфоя. – Почему? – Потому что так не бывает. Магия маховиков работает совсем не так. Ты просто пытаешься найти оправдание своей глупой пьяной выходке. Умно, очень умно, особенно учитывая твои провалы в памяти, но это не отменяет моего решения. Между нами все кончено, прощай. Гермиона повернула ручку двери и вышла за порог, но Малфой схватил ее за руку, не давая аппарировать. – Стой. Я могу доказать. Она посмотрела на него. Малфой прикусил щеку, как будто собираясь с мыслями. – Есть пять воспоминаний со времен войны, которые до сих пор не дают тебе покоя, – протараторил он, боясь, что она уйдет. – Когда ты стерла родителям память, когда Уизли оставил вас с Поттером вдвоем искать крестражи, когда тебя мучала моя тетка, когда ты увидела тела в Большом зале Хогвартса и когда ты думала, что Поттер мертв. Гермиону как будто окатили ледяной водой. Они стояли в дверном проеме, смотрели друг на друга целую вечность. Когда она осознала, что Малфой все еще держит ее за руку, то резко вырвалась. – Откуда ты знаешь? – прошипела она и опустила глаза, гадая, применял ли он легилименцию. Тут она поняла, что у нее мокрые глаза, и как можно незаметнее вытерла их тыльной стороной ладони. Голос Малфоя был мягким, когда он заговорил в следующий раз. – Ты сама мне рассказала. В будущем. – Почему? – она все еще не поднимала на него глаз. – Я никому никогда не говорила. Она услышала, как у него перехватило дыхание, и рискнула взглянуть на него. Он уставился в стену, глубоко задумавшись. Когда он снова посмотрел на нее, его глаза были печальными, затем он, казалось, взял себя в руки, и его лицо стало пустым. – Вернешься внутрь? Гермиона смотрела на него еще несколько секунд, затем кивнула, последовала за ним внутрь и снова села на диван. Она повторила свой предыдущий вопрос, гадая, ответит ли он на этот раз. – Почему я тебе рассказала? Малфой сел рядом с ней и тяжело вздохнул. – В будущем мы с тобой друзья. Гермиона кивнула, затем мягко сказала: – Я-то думала, что мы и сейчас друзья. Малфой улыбнулся ей, впервые за весь день Гермиона увидела хоть что-то знакомое на его лице. – Я была так сбита с толку, когда мы случайно встречались на людях, и ты смотрел на меня с ненавистью, – продолжила девушка. – Но это просто был ты. Настоящий ты. Он опустил глаза. – Да, прости. И я тебя не ненавижу. – Итак, прыжки во времени. Как все началось? Он рассказал о несчастном случае в Мэноре и о том, как у него в руке сломался маховик, и о догадках, что несколько осколков маховика теперь циркулируют в его крови. Малфой также объяснил, что он обнаружил в процессе исследования, о том, как работают маховики и насколько нестабильной может быть их магия, когда она разрушена. Он рассказал ей и свою теорию об использовании экстракционного зелья для удаления частей маховика из своей крови, и о том, как эта теория заходила в тупик без оставшихся частей маховика, которые, как он думал, уже давно исчезли. Когда он остановился, она некоторое время обдумывала проблему, прокручивая ее в голове. Было что-то странное в том, как он и будущий Драко менялись местами. Она никогда не слышала о таком раньше и была уверена, что в этой детали заключен важный смысл, но не могла пока его разгадать. – Погоди, ты проводишь исследование в библиотеке Нотт-Мэнора? – спросила она, припоминая груды книг о времени, которые она приметила пару недель назад, и странную реакцию Малфоя, когда спросила о них. – Эм, да, э… – он казался удивленным, и Гермиона снова подумала, насколько странной была ситуация. Они дружили с другой версией друг друга, у них сложился разный опыт, появились разные воспоминания. – Лучше поискать в Архивах Министерства. Там огромная секция книг про временные манипуляции, и ей никто не пользуется с тех пор, как маховики уничтожили. – Но у меня нет туда доступа. – Зато у меня есть. Он повернулся так быстро, что Гермиона подумала, что он свернет себе шею. Малфой пристально смотрел на нее, она понятия не имела почему, но смотрела на него в ответ и терпеливо ждала, когда он объяснит, что его так встревожило. Ей следовало бы уже знать, что он никогда не делится своими мыслями, даже в будущем. – То есть ты предлагаешь помочь в исследовании? Девушка откинулась на спинку дивана, удивленная напряженностью вопроса. Было в этих словах что-то особенно важное для Малфоя, но она не представляла, что именно. – Ну, я могу выделить приблизительно час в неделю, только если у тебя самого гибкое расписание и ты сможешь приходить в разное время. Он долго смотрел на нее, и ей отчаянно хотелось знать, о чем он думает, потом кивнул и быстро сказал: – Это было бы очень кстати, спасибо. Малфой встал и исчез в коридоре. Гермиона поднялась на ноги и вздохнула, решив, что должна следовать за ним. Он стоял возле входной двери, уставившись в стену и поглаживая подбородок рукой, когда она подошла. – Думаю, мне пора идти, – сказала она. – Я могу прислать сову, чтобы мы договорились о времени работы в Архиве. Гермиона ждала ответа, но Малфой лишь отрешенно кивнул. – Послушай, я не стану навязывать помощь, если ты не хочешь… – Нет, – быстро перебил он. – Хочу. Эм… Я хочу твоей помощи. Буду ждать сову с письмом от тебя, – Малфой, казалось, собирал мысли в кучу, затем выпрямился и открыл перед ней двери. – Спасибо, Грейнджер. За то, что дала возможность все объяснить. Она вышла и уже почти скрылась из виду, когда вдруг повернулась и спросила: – Ты знаешь, почему поцеловал меня? Девушка как будто увидела вспышку в его глазах, но это длилось всего секунду. Малфой пожал плечами. – Это не первый раз, когда я поцеловал кого-то пьяный. Давай просто забудем об этом, ведь я ничего не знаю о том, что и почему случилось. Гермиона кивнула и, наконец, аппарировала обратно в свою квартиру. Там было пусто, и она была рада, но потом вспомнила, что Рон ушел на дежурство в Аврорат и вернется только поздно вечером. Вначале она планировала рассказать ему о том, как Малфой поцеловал ее, но теперь рассудила, что не имеет смысла говорить. Рон, конечно, отреагировал бы слишком остро, а потом, вероятно, пошел бы искать Малфоя и проклял его. Но технически, Драко Малфой из настоящего времени не сделал ничего плохого. Однако могла ли она действительно скрыть что–то подобное от Рона? И от Гарри тоже? Она рассказывала им обо всем. – Что думаешь, Живоголот? Рассказать им? Кот прыгнул ей на колени и уткнулся в руку. Она почесала его любимое место за ушами и была встречена громким мурлыканьем. – Знаю, что ты предложишь. Следовать интуиции. Гермиона вздохнула, снова проиграв в голове сегодняшний разговор с Малфоем. Она поверить не могла, что он знал про ее страхи со времен войны. Должно быть, они очень близки в будущем, раз она рассказала. Интересно, поделился ли он с ней чем-то подобным? – Думаю, – наконец заключила она, когда Живоглот поднял голову, – я должна сохранить все в секрете. По крайней мере сейчас. Мне так кажется правильней. Хотя, честно говоря, Глот, понятия не имею, почему.

Время повествования: Май 2001 / Время Драко: Май 2001

Гермиона Грейнджер – Итак, я подготовила список основных правил, – объявила Гермиона, проигнорировав усмешку Малфоя и сверившись с записями. Они впервые встретились в Архиве Министерства, чтобы разобраться с путешествиями во времени Малфоя. – Полагаю, если я перечислю правила тебе, твоя будущая версия автоматически будет в курсе. Малфой пожал плечами. – Думаю да. Уверен, этот разговор я не забуду. – Прекрасно. Итак, первое правило. Я не желаю ничего знать о своем будущем. Он кивнул. – Второе правило. Никаких поцелуев. Он закатил глаза, но снова кивнул. – И последнее. Ты не будешь смеяться надо мной или моими друзьями. – Что, даже если вы сделаете что-нибудь глупое? – Даже в такой ситуации. – Ладно. Но у меня тоже есть правило, – он вздохнул и снова закатил глаза. – Слушаю. – Ты никому не расскажешь мой секрет. Она кивнула, вспоминая свой разговор с Живоглотом. Гермиона и так уже решила держать все при себе. Для начала они решили просмотреть список дней, когда происходили прыжки. – Что это? – Гермиона указала на несколько страниц, содержание которых местами было нечитабельно из-за наложенной магии. – Записи о том, что происходило во время прыжков. Она кивнула, даже обрадованная тем, что не может прочитать, и сосредоточилась на датах. – Почему неизвестны даты первых двух прыжков? – на их месте оказались вопросительные знаки. – Тогда я еще не знал, что происходит, и не додумался проверить даты. Думаю, первый прыжок был чуть больше, чем на шесть лет вперед. Я поворачивал маховик в седьмой раз, когда он взорвался. По поводу второго прыжка у меня нет никаких идей. Гермиона внимательно рассматривала его записи, довольная их подробностью. – Все прыжки происходят в небольшой по протяженности временной петле. Малфой согласился, но ничего не сказал. – Могу я взять себе копию? Хочу проверить на наличие каких-либо закономерностей. – Их там нет. Я проверил все сто раз. Сначала вроде нашел одну, но пятый прыжок разрушил мою теорию. – И все же, я бы хотела проверить. Он пожал плечами, достал палочку и сделал копию записей, удаляя то, что было размыто. – Держи. Флаг тебе в руки, Грейнджер. Позже тем вечером Гермиона все еще просматривала заметки, полная решимости найти закономерность и доказать, что Малфой ошибается, но ничего не сработало. Прыжки действительно казались случайными, хотя, как он и сказал, они происходили примерно раз в месяц. Однако она заметила, что Малфой из будущего проводил с ней больше половины своего времени в прыжках. Заметила, но старалась не думать об этом. Они просто поболтали о книгах и всякой ерунде, так почему же он продолжал искать ее? А что насчет других его друзей? Или его девушки? Но с ней он обычно проводил обед, может быть, он завтракал и ужинал с другими людьми. Гермиона вздохнула и отодвинулась от стола, затем подпрыгнула, когда увидела Рона позади себя. – Мерлин, Рон, я тебя не заметила! – она схватилась рукой за сердце. Он улыбнулся и поцеловал ее в щеку. – Знаю. Что это у тебя? Не похоже на законопроект, – он кивнул в сторону арифмантических формул. – А, это, – Гермиона опустила глаза, затем начала заранее подготовленную речь. – Я помогаю Драко Малфою в кое-каком исследовании. – Что? – Рон вскочил с дивана. Девушка подошла к нему и стала успокаивать, поглаживая его руки. – Я знаю, звучит странно. Но ему нужна моя помощь в этом, эм… проекте. – Что за проект? – Я обещала никого не посвящать в детали, – призналась она. – Но он страдает от последствий кое-какой магии, и я думаю, что смогу помочь ему. – Почему он просто не пойдет в Мунго? – Они с его случаем ничего сделать не могут. Ситуация очень редкая. – Почему ты тогда думаешь, что сможешь помочь? Даже целители не смогли. Я знаю, что ты очень умна, но он ведь может позволить себе… – Я знаю, Рон. Это сложно объяснить, но… Я хочу ему помочь и думаю, что смогу. Рон молча смотрел на нее. Было ясно, что он расстроен, но другого Гермиона и не ждала. Он вздохнул. – И ты собираешься заниматься этим дома? Я уже не говорю о кипе бумаг, что ты приносишь с работы домой. А когда я буду с тобой видеться? Гермиона подошла к столу и взмахом палочки привела в порядок разбросанные бумаги. – Нет, этим дома я заниматься не буду. Сегодня просто так получилось. Мы с ним работаем пару раз в неделю в обеденный перерыв. Это не скажется на том времени, которое я провожу с тобой. Обещаю. Она тепло улыбнулась, и Рон покачал головой и обнял ее. – Ты слишком добрая, Гермиона. Она кивнула, не зная, что сказать. – Знаешь, я всегда думал, что люди находят время на все, что действительно важно для них. Гермиона отстранилась и посмотрела ему в глаза. – Я всегда найду время на тебя, Рон. Правда. – Конечно, – согласился он подавленно. Гермиона видела, что он не поверил ей, и была полна решимости доказать свою правоту. Астория Гринграсс Астория сидела на диване, когда Драко аппарировал в квартиру. Он подскочил, когда увидел ее, явно не ожидая увидеть хоть кого-нибудь. – Стори! Как дела? Где ты пропадала? Я уже пару недель шлю тебе сов. Дафна сказала, что ты гостила у школьной подруги. Ты в порядке? Он выглядел по–настоящему заинтересованным, и сердце Астории сжалось. Нет. Не делай этого. Он заботится о тебе, потому что он хороший человек, а не потому что любит тебя. Астория вздохнула и жестом пригласила его сесть рядом с ней на диван. Он снял верхнюю одежду и повесил ее в шкаф, затем подошел к ней, все еще настороженно глядя. – Драко, я могу смириться с тем, что ты не любишь меня, думаю, мы оба понимали это в самом начале отношений, но я не намерена мириться с тем, что ты любишь другую, – начала она. Он смотрел на нее в замешательстве, и Астория позволила себе надеяться, что все случившееся было недоразумением. Но нет, она знала, что услышала. Ей нужно было постоять за себя, иначе она превратилась бы в Дафну, жалко тоскующую по волшебнику, который едва замечал ее. – Что? – Я слышала, как ты говорил с Гермионой Грейнджер, она сказала, ты поцеловал ее. Драко поморщился и уронил голову на руки. Астория была рада, что он не пытался отрицать. Когда он снова посмотрел на нее, в его глазах было чувство вины. Хорошо, по крайней мере, у него хватает порядочности хотя бы выглядеть пристыженным. – Астория, я совершил ужасную ошибку. Я был пьян и ничего не помню. Я даже не знал о поцелуе, пока она не пришла и не наорала на меня. Его слова казались искренними, и Астория почувствовала ком в горле. Но оправдывало ли это его? Алкоголь – не очень хорошее оправдание. – Мне очень-очень жаль, но… Я ее не люблю. – Но и меня ты тоже не любишь. Его печальный взгляд стал ей ответом, хотя на самом деле она знала все это время. Она любила его всем сердцем, но он, казалось, всегда искал чего-то большего. Даже в других сферах своей жизни: в работе, дружбе Драко не был удовлетворен тем, что имел. – Ты восхитительная, Стори. Умная, добрая, заботливая, и я именно это всегда и искал. Я очень хотел полюбить тебя. – Но не вышло, – закончила она его мысль. – Я понимаю. Наверное, хорошо, что мы выяснили все, а не поженились. Астория глубоко вдохнула, пытаясь сдержать слезы. Драко дотронулся до ее колена. – Мы хорошо ладим, и я думал, что этого будет достаточно, что когда–то чувство простой симпатии перерастет в любовь, но теперь я знаю, что хочу… – он отвел глаза, словно подбирая подходящее слово. – Большего, – снова закончила она. Драко кивнул. Несколько слезинок все же скатились по щекам девушки. – Стори, – Драко обхватил ее лицо ладонями, вытер слезы. – Мне очень жаль, что я причинил тебе боль, я никогда не хотел этого. Астория сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, приходя в себя, затем немного отстранилась от Драко и достала платок из сумочки, промокнув глаза. – Какую роль во всем этом сыграла Грейнджер? – Мы просто друзья. Правда. – Но ты… Ты говоришь с ней о том, что тебя волнует, да? Драко долго обдумывал этот вопрос, как будто он был очень сложным, а затем, в конце концов, кивнул. Это утверждение ранило Асторию больше, чем пьяный поцелуй, и слезы снова дали о себе знать. Драко снова погрустнел, но не коснулся ее на этот раз. – Мне так жаль. Мои отношения с Грейнджер не романтические, поверь. Просто все очень запутано и сложно. Астория усмехнулась. – Драко, это ты сложный. Я думала, что именно это мне в тебе и нравится, но… – она остановилась, но Драко выгнул бровь, будто вынуждая ее продолжить. – Все это оказалось слишком утомительным. Они засмеялись, Астория наконец встала и поправила платье. – Думаю, нам надо покончить со всем, пока ты не ранил меня сильнее. Ты можешь без зазрения совести обсуждать свои сложные и запутанные мысли с Грейнджер, я мешать не стану. Драко обнял ее. – Прости, что я был таким паршивым парнем. – Ты был не так уж плох до того момента, когда поцеловал другую. – Мне правда очень жаль. – Знаю. И, честно говоря, поцелуй – это меньшее из зол. Но ты можешь быть откровенным с ней, а я пыталась добиться именно этого больше года, – Астория запустила руку в его волосы, теперь уже точно касаясь его столь интимно в последний раз. Она поцеловала его в щеку. – Прощай, Драко, – прошептала девушка. – И удачи. Я пришлю эльфа за своими вещами. Она повернулась к камину и вытерла несколько последних слез с глаз, прежде чем вернуться в поместье Гринграсс.