Вне времени

Глава 27

Время повествования: Декабрь 2003 / Время Драко: Декабрь 2003

Драко Малфой – Напомни еще раз, почему ты здесь? – пробормотал Драко в сторону Тео. Они стояли в паре шагов от Гермионы, которая ждала, пока родители откроют двери. – Чтобы поддержать, – пробурчал Тео не выражающим никакой поддержки тоном. – Не может быть, что причина в этом, – прошипел Драко. – Замолчите оба! – отругала их Гермиона, поворачиваясь. Обычно Драко терпеть не мог, когда ему что-то приказывают, еще и в присутствии третьих лиц, но он промолчал, понимая, как сильно Гермиона нервничала. Она рассеяно переминалась с ноги на ногу и то и дело тянулась рукой к палочке во внутреннем кармане. – Может, мне самой открыть дверь? – спросила девушка саму себя. – Или можно быстро наколдовать Гоменум Ревелио и посмотреть... В тот момент дверь открылась, в широком проеме появились родители Гермионы. Выглядели они немного старше, чем на тех фото, которые Гермиона показывала, но Драко легко их узнал. Отец сделал шаг вперед и обнял дочку, а затем, отстранившись, Гермиона подошла к матери. Прошло несколько очень неловких секунд без движения, прежде чем женщина обняла ее. Драко и Тео стояли немного в стороне, наблюдая за ними, не зная, что делать. В конце концов, отец Гермионы повернулся к ним и поприветствовал коротким кивком, а затем обратился к дочери: – Эм... Ты собираешься сообщить нам, что встречаешься с двумя парнями одновременно? Я читал, что в твоем возрасте многие вступают в полиаморные отношения, как это называлось в той статье, Джин? Троплекс? – Триплекс, – подсказала ему жена, тоже теперь не очень дружелюбно рассматривавшая Драко и Тео, стоя в дверном проеме. Гермиона смутилась и решила спасти ситуацию, не дав Драко шанса открыть рот. – Нет, пап! Я не состою ни в каких полиаморных отношениях. Честно, – она прошла мимо родителей, взяла Драко за руку и потянула в дом. – Это Драко, а это, – она указала на Тео, который все еще стоял на улице, – Тео Нотт. Он просто наш друг. Тео еле сдерживал смех, и Драко убийственно зыркнул на него. Это сработало – улыбка исчезла с лица парня. Тео наконец–то зашел в дом, и мистер Грейнджер закрыл за ним двери. После формальных приветствий и знакомства, мать Гермионы, указывая на Тео, спросила: – Он тоже темный волшебник? Драко увидел, что тот собирается нелицеприятно ответить, так что пнул его мыском ботинка, пока Гермиона отвечала: – Нет, мам. В этом доме сейчас нет ни одного темного волшебника. Все они в Азкабане, я вам рассказывала, это такая магическая тюрьма. – И что он тут делает? – спросила миссис Грейнджер. – Я задаюсь тем же вопросом, – пробормотал Драко, и Гермиона незаметно стукнула его по руке. Тео только пожал плечами, как будто его вовсе не волновало, что разговор шел о нем. Тогда мать Гермионы переключилась на Драко, и тот выдержал ее тяжелый взгляд, пытаясь сохранить невозмутимое выражение лица. Женщина молчала, и Драко гадал, стоит ли ему начать разговор. Может, нужно похвалить интерьер дома, или поблагодарить за то, что Грейнджеры позволили ему и Тео провести праздники с ними? Хотя, наверное, мать Гермионы на такое не соглашалась. Драко был спасен, потому что заговорил отец: – Ну, вы, конечно, не слишком устали в дороге, – он добродушно усмехнулся, и Гермиона благодарно посмотрела на него. – Но, думаю, все же стоит предложить гостям чаю, да, Джин? Женщина кивнула и быстро скрылась в соседней комнате, Гермиона последовала за ней, а Тео и Драко остались стоять на том же месте. – Ого, она и правда тебя ненавидит, – прошептал Тео. – Да, Гермиона ей все рассказала обо мне, – так же шепотом ответил Драко. – Все-все? – Да, а теперь заткнись уже, – он подтолкнул Тео, призывая следовать за остальными. Драко был очень сильно недоволен, когда узнал, что Нотт будет на праздники с ними, но теперь даже радовался этому стечению обстоятельств. Через десять минут все сидели за обеденным столом и молча пили чай. Мать Гермионы одаривала Драко полными ненависти взглядами примерно каждые пару секунд, затем с волнением поглядывала на дочь, как будто та сейчас взорвется как водородная бомба. Отцу было очевидно некомфортно, но он хотя бы не выглядел позеленевшим от ярости. А Тео просто наслаждался происходящим. Долгую тишину нарушила Джин Грейнджер. – Как дела у Рона? Гермиона закатила глаза и быстро ответила: – У Рона все прекрасно. Он женится в следующем месяце, невеста – одна из моих однокурсниц, Парвати. – Он мне очень нравился. И его семья, – ответила ее мать напряженным тоном, и теперь уже Драко закатил глаза, но быстро выпрямился, поймав строгий взгляд миссис Грейнджер. – Поправь меня, Гермиона, если я ошибаюсь, но я, кажется, встречала твоего отца, – она обратилась к Драко. Гермиона в ужасе широко распахнула глаза и собиралась что-то сказать, но мать продолжила. – Мы были в книжном магазине, когда он спровоцировал ссору с Артуром Уизли. Очевидно, для него было личным оскорблением, что Артур был с нами, не-волшебниками. Ах да, это же было в тот самый день, когда он подсунул бедной Джинни ту книгу, которая чуть не убила ее и десяток других учеников. – Что? – воскликнул Тео. – Заткнись, – пробормотал Драко и повернулся к миссис Грейнджер. – Вы правы. Это был мой отец, и его поведение ужасно. Но в его защиту могу вас уверить, что он вряд ли представлял, какой вред та книга может нанести, или что она поможет открыть Тайную комнату. – И освободить монстра, который жаждал убивать таких студентов, как Гермиона, – не отступала женщина. Драко вздохнул и опустил голову, применил окклюменцию. Ему нечего было сказать миссис Грейнджер, она была права. – Подожди, за этим всем стоял твой отец? – спросил Тео. – И какое отношение к этому имеет Джинни Уизли? Она ведь чистокровная. Гермиона и Драко одновременно глянули на Тео, и миссис Грейнджер ответила: – Чудно, что мы не единственные, от кого у Гермионы есть секреты. Гермиона с громким звоном поставила чашку на блюдце. – Мы можем обсудить это позже, Тео. Мама, все это в прошлом, и Драко не имеет никакого отношения к Тайной комнате, – она положила руку ему на колено, и он переплел их пальцы. – Я простила Драко за все. Он уже не тот ребенок, который задирал меня в школе, он мужчина, – она остановилась и с улыбкой взглянула на Драко. – Он мужчина, которого я люблю. И поэтому я согласилась выйти за него замуж. – Что? – отец Гермионы почти подавился чаем. – Когда? – Это невозможно, – сказала миссис Грейнджер, но Гермиона лишь выставила вперед руку, демонстрируя кольцо. – Мы с Драко помолвлены с августа и женимся в апреле. Я, конечно, должна была сказать раньше, но хотела сделать это при личной встрече. Все молчали, только Тео продолжал невозмутимо пить чай. Мать Гермионы скрестила руки, положив их на стол, и серьезно посмотрела на Драко. – Я хочу увидеть. – Нет, мама, – жестко ответила Гермиона. – Увидеть что? – в недоумении спросил Драко. Гермиона уже показала кольцо, хоть миссис Грейнджер и едва взглянула на него. – Твою руку, – холодно пояснила она. Тео задержал дыхание, а Драко почувствовал, как в животе все затянулось в тугой узел, но он все же снял запонку и закатал рукав, обнажая то, что осталось от Темной Метки. Он положил руку на стол и смотрел миссис Грейнджер прямо в глаза, пока она с отвращением рассматривала его руку. Драко изо всех сил старался контролировать эмоции, но он был очень близок к срыву. Окклюменция на этот раз не помогла, нужно было подумать заранее и принять эликсир. Или, может, успокоительное зелье. – В определенный период жизни ты хотел убить мою дочь, – не вопросительно, а утвердительно заключила миссис Грейнджер. Драко кивнул и убрал руку со стола. – Когда я был очень молод, до пятнадцати лет, до того, как я по–настоящему увидел, как убивают, я и правда хотел смерти таким, как она или как вы. Я был глупым и незрелым ребенком, который понятия не имел, что такое смерть. Теперь все изменилось. Если Гермиона умрет, меня не станет. Я тоже умру. Гермиона сжала его руку под столом, и в первый раз за вечер ее мать замолчала. Драко глубоко вдохнул и продолжил: – Вы упомянули Уизли ранее. Эм, Рона и его семью. Вы правы, они хорошие люди. И по тому, сколько в Гермионе сострадания, я думаю, что вы тоже. У меня в семье такого не было. Мои родители всегда были злобными людьми, они учили меня ненавидеть других. Мне пришлось нелегко, чтобы узнать, что на самом деле черное, а что – белое. Вы думаете, что я не заслуживаю вашу дочь, и вы правы, но у Гермионы на все есть свое мнение. По какой-то причине она хочет быть со мной, так что предпочитаю не возражать. Отец Гермионы многозначительно глянул на него и улыбнулся. Он-то давно понял, каково это – любить независимую женщину с сильной волей. – И я проведу остаток жизни, пытаясь ей соответствовать, – продолжил Драко. – Мне уже удалось стать лучше за те несколько лет, которые она рядом в качестве друга и спутницы. А если у меня впереди будет вся жизнь, боюсь даже представить, кем могу стать. Тео кивнул, а Гермиона положила голову на плечо Драко и прошептала: – Я люблю тебя, – так тихо, что услышать ее точно мог только он. Родители молчали. Мистер Грейнджер, кажется, немного успокоился, но что думала его жена? Долгую тишину нарушил Тео: – Я могу подтвердить. Драко был полным придурком в школе, а теперь стал почти нормальным парнем. – У тебя тоже есть такая Метка? – спросила миссис Грейнджер. – Черт, нет, конечно! То есть, прошу прощения, нет. Драко злобно глянул на Тео, и тот поспешил добавить: – Но у моего отца была. Драко просто не повезло, что его завербовали в ряды приспешников Темного Лорда. Таким образом наказали его отца за провинность. Нельзя избрать путь Пожирателя Смерти, ты сам должен быть избран... – он замолчал, увидел, как Гермиона качает головой и сигнализирует ему не продолжать. Тео сделал глоток чая, Гермиона благодарно ему улыбнулась, а он попытался взглядом сказать что-то вроде "ну, я пытался". – А твои родители? – миссис Грейнджер спросила Драко. – Как они относятся к этому всему? На этот вопрос Драко не был готов отвечать. Он глубоко вздохнул. – Им пришлось пересмотреть свои взгляды, мои родители проделали огромный путь с момента войны. Моя мать предала Темного Лорда, и ее ложь стала решающей в победе Гарри Поттера. Мой отец отказался принимать участие в Финальной Битве, потом предстал перед честным и непредвзятым судом. Но они все еще предубежденно настроены по отношению к магглам и магглорожденным и предпочли бы, чтобы я не женился на Гермионе. Но она в безопасности, если вы об этом. Мои родители любят меня, они никогда не навредят Гермионе. По выражению лица мистера Грейнджера было понятно, что до этих слов он и не думал, что его дочери может что-то угрожать. Но слова были сказаны. Драко, наверное, не до конца понимал, каково это – жить, не имея никакой опасности поблизости. Чай допили без происшествий. Мать Гермионы молчала, большую часть времени говорила сама девушка. Она делилась планами по подготовке к свадьбе, рассказывала, что нового у друзей, с которыми ее родители были знакомы. Когда все закончили, мистер Грейнджер попытался объяснить, что они не ждали еще одного гостя в лице Тео, что вряд ли места хватит всем, но Гермиона уже обо всем позаботилась. – Я взяла волшебную палатку, мы все останемся в ней. Установим ее на заднем дворе, если вы не против. – Нет, – жестко сказала миссис Грейнджер. – Что? – Мальчики могут оставаться в палатке, но ты будешь жить в своей комнате. – Мам, эта палатка волшебная. Когда ее раскладываешь, внутри нее появляется квартира с двумя спальнями. Мне там будет очень удобно, уверяю. Женщина скрестила руки на груди. – Ты еще не вышла замуж, Гермиона, и пока ты здесь, я не позволю тебе спать в одной спальне с твоим парнем и в одной палатке с его странным другом. Тео хотел возразить, но Драко остановил его, сам пытаясь не рассмеяться, пока Гермиона скрестила руки и топнула ножкой, полностью повторяя поведение матери. – Мы с Драко живем вместе, мам. Спим вместе каждую ночь и... – Меня это не волнует, – Драко даже обрадовался, что миссис Грейнджер перебила Гермиону. Сейчас было не самое подходящее время для подобных откровений. – Наш дом, наши правила. А теперь, может, мальчики займутся палаткой, а мы поговорим наедине? Драко подумал было вмешаться, но Гермиона сделала это за него. – Палаткой может заняться Тео, Драко останется со мной. Все молчали и смотрели на Тео. Гермиона бросила ему свою зачарованную сумку. – Палатка внутри, но я ее уменьшила, так что сначала придется вернуть ей первоначальный размер. Да, и пожалуйста, используй призывающее заклинание, чтобы найти ее, чтобы не нарушить мою особенную систему организации хранения. – Ага, – пробурчал Тео, направляясь к двери на задний двор. – Пойду установлю палатку, я же чертов домовик. Он ушел, Гермиона посмотрела на мать. – Что такое? – Когда мы виделись в последний раз, ты сообщила, что твой детский задира, сын тех людей, которых ты описывала как "самых ужасных темных волшебников", которые сражались против тебя на войне и пытались убить тебя, твой новый парень. Потом от тебя ничего не слышно, только письма с новостями о работе, а теперь ты, видите ли, выходишь замуж? Ты жалуешься, что мы отдалились друг от друга, но в этом виноваты обе стороны, Гермиона. Когда ты сказала вы обручились? В августе? Как можно было ждать до конца декабря и ничего нам не сказать? Только могу предположить, что ты так тянула, потому что тебе было стыдно за своего жениха. Драко видел, как Гермиона опустила голову, очевидно, пытаясь сдержать слезы. Он сделал шаг вперед, готовый заступиться за нее, но девушка коснулась его руки и покачала головой. – Ты права, мам, вы многое пропустили. За прошедший год я сблизилась с друзьями Драко, и эти ребята мне очень нравятся. Ну, двое из них. Драко усмехнулся, и Гермиона слегка улыбнулась ему. – Я переехала в квартиру Драко, он сделал мне предложение, пока мы играли в нашу игру, наблюдая за прохожими в парке. Это вы научили меня ей. Я планирую свадьбу, а Джинни и Дафна помогают мне. Дафна – лучшая подруга Драко. И нет, я не говорила вам не потому что мне стыдно, я просто прекрасно знала, как вы отреагируете. Знала, что вы не одобрите, не порадуетесь за меня. Мне легче отстраниться от вас, чем быть рядом и постоянно страдать из-за вашего непринятия. Миссис Грейнджер хотела что-то сказать, но Гермиона продолжила: – Знаю, мои первые годы в волшебном мире дались всем нам нелегко. Я часто плакала, возвращаясь домой, и иногда это было из-за Драко, – она посмотрела на него, и парень поежился. Гермиона грустно улыбнулась и снова повернулась к родителям. – Но чаще слезы были вызваны тем чувством вины, которое я испытывала. Я чувствовала себя очень виноватой, скрывая от вас почти все, что со мной происходило. Но сейчас все иначе. У меня все хорошо. Я имею определенный вес в Министерстве и если продолжу в том же духе, возможно, у меня получится когда-нибудь стать Министром Магии. Я все еще близка с Гарри, Роном и Джинни, и теперь у меня появились еще Тео и Дафна. А Драко, – девушка подошла к нему и обвила руками его талию. – Драко делает меня счастливее, чем мне казалось возможно быть. – Я понимаю, что все это очень неожиданно, – продолжила она. Миссис Грейнджер уже бросила попытки вставить хоть слово. – Вы никогда не хотели отправлять меня в школу-пансионат. Вы никогда не думали, что я окажусь ведьмой, что большую часть жизни проживу в том мире, который вы не сможете понять и принять. Но отчужденность между нами возникла по вашей вине. Я бы звонила хоть каждый день, но не хочу умалчивать о том, что вы не одобряете. А когда меня осуждают, когда от разговоров я становлюсь подавленной и угнетенной, я предпочитаю не звонить вовсе. Гермиона отпустила Драко и сделала осторожный шаг в сторону родителей, которые застыли на месте. – Я хочу, чтобы вы пришли на свадьбу. Честно говоря, я хочу, чтобы вы насовсем переехали в Англию. Я хочу, чтобы вы были в моей жизни. Вообще, я планировала сказать обо всем этом в течение нескольких дней, но может и хорошо расставить все точки над i в самом начале. Я люблю вас и надеюсь, что вы сможете принять меня такой, какая я есть, потому что я счастлива и я в безопасности, – улыбнулась девушка. Ее отец ответил первым. Он обнял дочь и сказал: – Мой маленький ураган, разумеется, мы принимаем тебя любой, – мистер Грейнджер немного отстранился, но крепко держал Гермиону за плечи. – Но на нас свалилось столько новостей за последние пару часов, так что ты просто дай нам немножко времени все уложить в голове, ладно? Гермиона улыбнулась, и они вдвоем глянули на миссис Грейнджер. Она кивнула, соглашаясь с мужем, положила руку на плечо дочери, поцеловала ее в щеку и быстро вышла из комнаты. – Оставь это мне, – немного грустно сказал отец Гермионе и пошел за женой. Драко обнял девушку, когда они остались наедине. – Я так тобой горжусь, – прошептал он ей в волосы. Гермиона кивнула, но Драко чувствовал, как она мелко дрожит в его объятиях. Он подтолкнул ее к двери, за которой скрылся Тео, понимая, что через пару минут случится взрыв. Драко лишь надеялся, что Тео закончил устанавливать чертову палатку. Гермиона Грейнджер Позже тем вечером Гермиона решила улизнуть из комнаты в палатку на заднем дворе. Она остановилась в гостиной, увидев, что перед телевизором сидит отец, и подпрыгнула, услышав его голос. Девушка была уверена, что ее поймали на месте преступления, но мистер Грейнджер обращался не к ней. Подкравшись ближе, Гермиона увидела рядом с отцом Тео. Они смотрели кулинарное шоу, которыми Тео был так одержим последнее время. Ей пришлось прикусить щеку, чтобы не рассмеяться, и поэтому она поспешила на задний двор. Драко лежал на кровати и читал газету. – О, хорошо, – пробормотал он, увидев Гермиону. – Я надеялся, что ты сбежишь из заточения, но мы это не обсудили заранее. И если бы ты не пришла, мне пришлось бы пробираться в дом, и если бы вдруг меня поймали, то сама понимаешь, был бы тот еще скандал... Гермиона заглушила его поцелуем и расположилась рядом. Драко посадил ее на колени и откинулся на подушки позади. Он гладил ее волосы, а она с улыбкой наблюдала за ним. – Не могу поверить, что все им сказала, – повторила Гермиона уже, наверное, в двадцатый раз за сегодня. – Я очень тобой горжусь, – снова сказал Драко, наматывая темный локон на палец. – Я сказала правду. Я очень счастлива. Моя жизнь прекрасна. И я хочу, чтобы в ней были и родители, но если из-за них мне будет плохо, то обойдусь. Думаю, мама наконец-то поняла. Я только надеюсь, что еще не слишком поздно, и она сможет посмотреть на тебя другими глазами. И на меня тоже. Драко грустно кивнул, переставая играть с ее волосами. – Ты думаешь о своих родителях, да? – спросила Гермиона. Он снова кивнул. – Я виделся с отцом. Перед поездкой. Мы говорили о свадьбе. – Оу, – она не знала, что еще сказать. – Он напомнил еще раз, что не одобряет мое решение жениться на тебе. Потом сказал что-то странное. Что-то типа "когда мы говорили последний раз, ты сказал, что еще не решил, какой исход лучше. Но, кажется, теперь решение принято". Гермиона в недоумении наклонила голову. Она вспомнила Бал на Хэллоуин. Наверное, Люциус говорил о нем. – Твой отец наверняка имел в виду разговор с будущим Драко в октябре. Может, он отвечал расплывчато или вообще уклонялся от прямых ответов. – Возможно. Но я сказал отцу, что женюсь на тебе и ничто не заставит меня передумать, – Драко поцеловал девушку в кончик носа. Голос Тео снаружи прервал их разговор. – Вы там что, сексом занимаетесь? – Да! – прокричал Драко, не давая Гермионе ответить. – Приходи через полчаса. Девушка ударила его по руке, но он не обратил внимания и снова закричал: – Вообще-то, лучше через час. Тео что-то пробурчал, затем раздался звук двери родительского дома. Наверное, он пошел снова смотреть телевизор. Гермиона нахмурилась и попыталась слезть с Драко, но он удержал ее, прижал ближе и поцеловал. – Драко... – она хотела отстраниться, но он крепко держал ее за талию. – Зачем ты тогда улизнула из дома, если не за этим? – Драко выразительно изогнул бровь. – Ладно, – девушка усмехнулась. – Только дай наложить заглушающее и запирающее заклинания, – она потянулась за палочкой, махнула ей несколько раз и повернулась обратно к нему. Драко уже снял рубашку и лежал на кровати, жестом показывая Гермионе следовать его примеру. Она обожала его таким – игривым, улыбающимся и без рубашки. Хоть бы родители смогли увидеть, как она счастлива с ним. Хоть бы тоже смогли его полюбить. Тео Нотт Шел последний вечер пребывания в Австралии. Драко и Тео были в палатке, кидая друг другу квоффл. Тео был поражен тем, насколько недружелюбно были настроены родители Гермионы. Ему казалось, что такой человек, как Гермиона, происходит из очень любящей и понимающей семьи. Он так и сказал Гермионе, на что она ответила, что ее родители такими и были, их изменили ее действия. Она рассказала, что стёрла им память, и Тео рассудил, что, возможно, у них и была причина не доверять ей, но ему все равно было жаль Гермиону. В течение поездки трое друзей сблизились еще больше из-за напряженной атмосферы и натянутых отношений с родителями. Тео, на самом деле, даже обрадовался, что не он один едва может выносить собственную мать. Прямо сейчас Гермиона обсуждала с родителями их приезд на свадьбу в апреле. Интересно, будут ли они обсуждать переезд обратно в Англию. Тео каждый вечер говорил на эту тему с мистером Грейнджером, пока они вдвоем смотрели кулинарное шоу, только Драко и Гермиона об этом не знали. Отец Гермионы признал, что они с женой не были до конца уверены, что в Англии будут в безопасности. Очевидно, пытаясь объяснить мотивы решения стереть им память, Гермиона сама отбила родителям желание переезжать обратно в Англию. Она показывала им статьи о разрушенных мостах, о бесчисленных смертях, о которых было написано "умер от состояния шока", что доказывало причастность волшебников. Тео пытался убедить мистера Грейнджера изо всех сил. Он рассказал про Аврорат, про их работу и успехи в поисках темных волшебников. И даже сослался на слова Гермионы о том, что все преступники уже были в Азкабане. – Как думаешь, разговор проходит нормально? – вопрос Драко прервал размышления Тео. Он пожал плечами, кидая квоффл другу. – Мне так паршиво из-за того, что я стал еще одним камнем преткновения для них. – Кажется, и до тебя все было не слишком хорошо, – Тео снова пожал плечами. – Но только представь, каково Гермионе. – В каком смысле? – Драко сел на диван и с любопытством посмотрел на друга. – Ну, она и ее родители не были близки, когда вы сошлись. Но ты и твои родители... В твоем случае вы отдалились из-за нее. Из того, что я знаю, в твоей семье была тишь да гладь до появления Гермионы, но сейчас ты почти не общаешься с родителями. Драко удрученно кивнул, откинулся на спинку дивана и снова бросил квоффл. – Я никогда не думал обо всем с этой точки зрения. Надеюсь, Гермиона не считает себя ответственной за мои отношения с родителями. – Могло бы быть и хуже, – сказал Тео в надежде приподнять настроение Драко. – Я сбежал сюда, чтобы не проводить Рождество с матерью, потому что я слишком боюсь сообщить ей, что я гей. Драко вскочил с дивана и не поймал квоффл, который Тео только что бросил ему. Он ударился в грудь блондина и упал на пол. – Ты гей?! Тео сел на диван. – Ты же уже знаешь! Ты сам видел меня с тем парнем на Хэллоунском Балу в октябре. Он с любопытством смотрел на Драко и прекрасно видел, как тот пытается быстро соображать. Малфой, наконец, кивнул и как-то странно посмотрел на Тео. – Точно. Я забыл. – Забыл? – надавил Нотт. – Как можно забыть такое? – Наверное, слишком много выпил. Тео покачал головой. Драко казался совершенно трезвым в тот вечер. Разговор прервала Гермиона, она вошла в палатку и села рядом с Драко на диван. Девушка сразу уловила напряжение и спросила: – Что случилось? – Ты знала, что Тео гей? – спросил Драко. Гермиона удивленно распахнула глаза, потом кивнула, как будто все было очень логично. – Нет, не знала. Но это многое объясняет. – Например? – резко спросил Тео. – Ну, например, почему ты постоянно такой злой. И закрытый. Тео надулся в ответ на ее реплику, Гермиона вздохнула и подвинулась ближе к нему. – Должно быть, тебе очень непросто быть геем в чистокровном обществе. Я знаю, там слишком почитают традиции. Ты поэтому согласился поехать с нами? Чтобы не пришлось проводить праздники с мамой? Она в курсе? Тео покачал головой. – Не знает, и поэтому я решил принять твое приглашение. Я пообещал себе, что расскажу ей, когда увижу ее в следующий раз, но я не готов. Гермиона обняла его, парень вздохнул, но ответил на объятия. – Ах, Тео, мне так жаль, что ты думаешь, что вынужден все скрывать. Нам с Драко абсолютно без разницы, мы любим тебя, несмотря ни на что. Тео глянул на Драко, тот лишь пожал плечами и кивнул. Тео сейчас был рад, что приехал сюда, хотя последние дни и были похожи на мыльную оперу. – Я знаю, ты гей, но не собираюсь больше пяти минут мириться с вашими объятиями на диване, – пробурчал Драко, а Гермиона рассмеялась, все еще обнимая Тео. Нотт смотрел на Драко и все еще думал о странном разговоре, который произошел на Хэллоуин. Письмо все еще было у него. Он даже почти заговорил о нем с Драко и с Гермионой уже миллион раз, но в последний момент всегда останавливался. Какого черта происходит? Сейчас не время задавать этот вопрос, но если он в ближайшее время не получит ответа, он его потребует.

Время повествования: Январь 2004 / Время Драко: Январь 2004

Гермиона Грейнджер – Сегодня вечером будет прыжок, – сказал Драко с другого конца комнаты. – А, – Гермиона перестала краситься и посмотрела на Драко, который пытался разгладить воротник рубашки. – Хорошо, думаю, надо взять запасной комплект парадных мантий, я знаю, как ты ненавидишь их трансфигурировать. Драко кивнул и улыбнулся, затем как будто слегка разозлился. Гермиона хотела спросить, будет ли другая его версия ненавидеть ее, чтобы быть готовой, но ей не пришлось думать, как сформулировать вопрос. – Драко из прошлого не будет засранцем. Ну, может, ненамеренно, – уклончиво добавил он. – Хорошо, – девушка подошла к шкафу, достала парадную мантию, изменила цвет и положила в свою волшебную сумочку. Прибыв на аукцион, Гермиона хотела обсудить с коллегой новый законопроект, но Драко настоял, чтобы они сначала просмотрели лоты. – Ты же знаешь, как я ненавижу покупки, – жаловалась она, пока он водил ее по залу. – Вряд ли это можно считать покупками, – возразил Драко. – Мы просто посмотрим, а как только ты увидишь что-то, что тебе нравится, можешь вернуться и продолжить разговор со своими скучными друзьями с работы. Гермиона показала Драко язык, позволяя вести себя дальше. Через несколько минут она уже хотела уйти, но Драко удержал ее. – Ты еще не нашла ничего подходящего, а нам надо что-то купить. Это благотворительность, помнишь? – Выбери сам, – она попыталась сбежать, но он крепко держал ее. Драко странно себя вел, только девушка не понимала, чем это вызвано. – Остался всего один стол. Так что пойдем, посмотрим. – Ладно. Гермиона выпрямилась, увидев следующий лот – фотография гостевого дома на роскошном пляже. Девушка наклонилась и прочитала описание. Этот сказочный дом на Бали предлагали на неделю как раз после их с Драко свадьбы. Прекрасное место для медового месяца. Она посмотрела на Драко, который улыбался ей. Его задачей было выбрать место проведения церемонии и медового месяца. В качестве первого он подобрал виноградник во Франции, но с местом для медового месяца постоянно были какие-то проблемы. – Ты знал, что здесь будет этот лот? – спросила Гермиона. – Ты хотел, чтобы я увидела именно это. Он лишь пожал плечами. Девушка закатила глаза, прижалась к Драко и поцеловала его в щеку. – Он идеален. Как раз для того медового месяца, о котором мы мечтали. И время тоже подходит. Драко широко улыбнулся. – Тогда ставим на него? Гермиона кивнула, и он написал что-то на кусочке пергамента. Она хотела посмотреть, какую сумму он указал, но Драко ей не дал, а лишь повел в другом направлении. – Давай потанцуем. – Драко, мне нужно поговорить с Беверли, я же говорила. – Сделаешь это, когда появится другой Драко. Я же уже сказал, что он с этим смирится. Я хочу потанцевать со своей прекрасной невестой, пока еще есть время. Гермиона не стала спорить и обрадовалась, что согласилась, потому что уже через два коротких танца Драко мигнул и поспешил к темному коридору.

Время повествования: Январь 2004 / Время Драко: Июнь 2001

Гермиона Грейнджер Драко застал Гермиону врасплох, когда поцеловал ее, едва она закончила с его галстуком. – Драко, – сказала она, отстраняясь. – Мы, эм, мы не делаем так с другими версиями друг друга. Ничего серьезнее объятия или поцелуя в щеку. Драко покрывал поцелуями ее шею и челюсть, и Гермионе было очень сложно сосредоточиться. – Я серьезно, Драко, – сказала она строже, он вздохнул и сделал шаг назад. – Ты сама виновата, что выглядишь так потрясающе, – тон был игривым, и Гермиона улыбнулась, проведя рукой по белокурым волосам. Она тоже сделала ему комплимент и сама притянула его для еще одного поцелуя. Договор уже был нарушен, так зачем отказывать себе в удовольствии? На пути в бальный зал она спросила, из какого он времени, и резко остановилась, услышав ответ. – Это был наш первый поцелуй для тебя? Драко виновато взглянул на нее, и Гермиона ударила его в плечо. – Ауч! Что такого? – Это... Ну, это странно. Я думала, что ты впервые поцеловал меня не в будущем, а в своем времени, – как так вышло, что они никогда это не обсуждали? Значит, когда они заключали договор не целоваться с другими версиями друг друга, Драко уже знал, что он будет нарушен. – Это честно, – поспорил Драко. – Ты тоже уже целовалась с моим будущим воплощением. Гермиона закатила глаза, вспоминая пьяный поцелуй. – Вряд ли это считается, – она пристально посмотрела на Драко, вспоминая, какими они были в его время. – Я тебе нравилась уже тогда, да? Когда мы только начали работать над исследованием? Она увидела ответ в его глазах – вспышка неуверенности, и ее сердце пропустило удар. Нет. Она не нравилась ему, это предельно ясно. – Я тебе не нравлюсь, – подытожила девушка. – Тогда почему ты меня поцеловал? Драко обнял ее за плечи. – Нравишься. Мне нравишься ты. – Она и есть я. – Неправда. Ты роскошная, черт подери, – Гермиона нахмурилась. Он только это в ней видел? Господи, какой же идиот. – Но более того, теперь ты уверена в себе. Ты смешная, красивая, умная. – Про уверенность соглашусь, – огрызнулась девушка, затем замолчала. Как иронично, что сейчас он выделил уверенность в себе, ведь именно его издевки в школе стали причиной низкой самооценки Гермионы. А теперь он подарил ей чувство, что в волшебном мире она была на своем месте, что стало благоприятной почвой для развития этой уверенности. – Но я всегда была смешной и умной, а выгляжу я сейчас точно так же, как и в твое время. Ты чего-то не договариваешь. Драко опустил голову. – Ты любишь меня. Она нет. Гермиону словно ударило парализующим заклятием. Вот она, настоящая причина, почему Драко с ней. Она думала об этом с тех самых пор, как прочитала письмо Драко для самого себя. Она все исправит, если ты дашь ей шанс. Ты больше никогда не будешь одиноким. Этот Драко уже работал с ней в Архиве, но она ему даже не нравилась. Он предпочитал будущую Гермиону, которая дарила ему чувство, что он любим. Но в конце концов, Драко полюбил ее, да? Но что если ему нужна была не она, а то чувство принятия, которое она ему давала? Гермиона почувствовала на щеке горячую слезу, но Драко поспешил стереть ее. – Черт. Нет. Прости. Пожалуйста, прости. Что случилось? Она заверила его, что все в порядке, убедила вернуться в бальный зал. Ей все еще нужно было поговорить с Беверли. Гермиона злилась, что ее Драко ни о чем не предупредил. Хотя, что бы он сказал? Наверняка эта его версия не до конца понимала, как Гермиона расстроена, но разве ее Драко мог не знать? Но даже Драко из 2001 понял, что что-то не так, он же не совсем идиот. Через час он потащил ее обратно в холл. – Гермиона, я вижу, как ты несчастна. Позволь мне отвести тебя домой. Мы же живем в моей квартире, да? – Все в порядке, – она покачала головой, – аукцион еще даже не закончился, – девушка вспомнила про дом на Бали. Интересно, выиграли ли они. Хотя Гермиона уже не была уверена, что вообще хочет туда ехать. Не глупи. Твой Драко скоро вернется, и все наладится. Просто потерпи, Гермиона. – Пожалуйста. Я вижу, что ты не хочешь быть здесь, – надавил Драко. Она прикусила губу и кивнула. – Ладно, идем.

Время повествования: Январь 2004 / Время Драко: Январь 2004

Драко Малфой Когда Драко вернулся после прыжка, Гермиона что-то готовила. Она не услышала, как он вошел, на ней были сережки, которые он подарил ей на предыдущее Рождество. Драко недолго наблюдал за ней, но девушка заметила его и уронила лопатку. Драко поймал ее заклинанием левитации, а Гермиона остановила голос, исходящий от сережек. Драко многое нужно было ей сказать, но он не знал, с чего начать. Его бесило, что она поцеловала его прошлую версию, но он прекрасно понимал, что об этом говорить бессмысленно. Гораздо важнее то, что случилось потом. Гермиона плакала из-за него, и тогда Драко не понял, почему. Теперь он понимал, но хотел, чтобы она объяснила. Он сделал небольшой шаг вперед, Гермиона не отступила, и тогда Драко сократил расстояние между ними и прижал девушку к себе. – Последнее, что ты сказала мне в тот вечер, точнее, вчера, что я целовал тебя так, как будто люблю. Ты была права. Мне просто нужно было время, чтобы это осознать. Гермиона молчала, и Драко чуть отстранился, чтобы видеть ее лицо. Глаза девушки были полны грусти и сомнения. – Ты мне не веришь, – сказал он, выпуская ее из объятий. – Я пытаюсь, Драко, – прошептала Гермиона. – Я пытаюсь понять, но я не знаю, любил ли ты меня или образ меня. Ведь я сама любила все время только тебя. – Ты не отвечала на мои письма целый месяц, – поспорил он. – Но уже тогда любила тебя. Мне было страшно. Но ты... Не могу избавиться от ощущения, что все это было не ради меня. – Нет, Гермиона, – Драко снова обнял ее, но девушка напряглась. Он не обратил на это внимания, прижимая ее к груди. – Мы по-разному пришли к этому, но я люблю тебя. Люблю. Пожалуйста, скажи, что веришь мне. Она долго молчала, затем вздохнула и подняла голову. – Верю. Я бы не выходила за тебя, если бы не верила, да? Ответ был странным, и Драко почти упомянул ее обещание не делать ничего только потому, что это произойдет в будущем и ей об этом известно, но прикусил язык. Не время ставить под сомнение ее решение выйти за него. Гермиона положила голову ему на грудь, а Драко гладил ее по волосам, вспоминая события своего прыжка. Он был в Архиве, шутил по поводу своей сексуальной спутницы, на что Гермиона из 2001 закатила глаза. Еще он сказал, что Уизли ей не подходит, и она буквально убежала. Драко испугался, что напортачил, что теперь что-то может измениться, но сейчас не хотел спрашивать у Гермионы, как именно все было в тот день. Потом, когда она будет в лучшем настроении. – У тебя так быстро бьется сердце, – сказала она. Драко кивнул, обнимая ее крепче. – Я соскучился по тебе, вот и все. И мне очень жаль, что я ранил твои чувства и сделал тебе больно. Пожалуйста, прости меня. – Конечно, Драко. Я знаю, ты не хотел. Нет, не хотел. По крайней мере, не в этот раз. В его памяти всплыли прыжки, которые случатся уже очень скоро. Тогда Драко из прошлого ранит ее намеренно. Если Гермиону так расстроило одно необдуманное высказывание доброжелательного Драко, как она отреагирует на злобного и полного ненависти? К сожалению, ответ был известен, но Драко изо всех сил пытался не думать об этом, поскольку изменить он все равно ничего не мог.