Глава 5
16 августа 2023 г., 21:27
Враг мой, бойся меня! Друг мой, не отрекайся от меня! Нелюбимая, прости меня! Любимая…
— Не бей меня… — с хрипотцой прошептал я, "со скрипом" поднимая корпус с кровати и приводя свою измученную ментально тушку в сидячее положение. Утро. Не любимое всеми живыми и даже неживыми время… стало для меня особенным моментом. Момент, когда в голове пронеслось множество вопросов о том, что же тогда произошло с моим телом… и в тоже мгновение перекрытое одним единственным фактом. Я победил… — Я, БЛЯТЬ, ПОБЕДИЛ!!! — прокричал я на всю комнату, вместе с тем резко спрыгивая с кровати на ноги и начиная с глупой улыбкой наворачивать круги, даже не удосужившись сделать себе чифир. Ох… как же долго я ждал этого момента! Сколько слез, пота и крови было пролито ради этого огромного в моей жизни достижения! А сколько радости бурлит во мне! Будто все «Тёмные души» без урона прошёл! С первой попытки! Теперь-то ничто меня не сдерживает. Теперь я смогу спокойно отправиться в своё путешествие, где… — "А куда мне вообще нужно отправляться?" — пронеслась в моей черепушке мысль, от которой я наконец остановился, начиная приходить в себя. Окончательно привести свой разум в порядок помог прохладный душ и крепкий зэковский напиток, который я потягивал, сидя за своим столом, на котором я теперь по компику просматривал карту Вселенной, которую для меня сделал Архивариус, "скрепив" из информации, найденной во множестве найденных блоков памяти. Мда... даже как-то стыдно перед собой. Столько лет готовился, сражался каждый день с "финальным боссом", а даже не распланировал свой путь после победы... будто я в неё ни разу не верил. Так, бредовых мыслей мне ещё не хватало! Брысь из головы! Итак… вернёмся к действительности. По собранным данным следует, что Вселенная не имеет границ в пространстве, а разумными исследовано её территорий катастрофически мало — всего четверть галактики. И заселяет их достаточно много инопланетных созданий. Начнём с двух рас, у которых практически общая судьба. Если не говорить конкретных областей, систем и планет, то было два народа, ганатры и спарины, что не стали углублённо изучать свои планеты и, практически сразу с момента начала освоения космоса, начали его покорять, в итоге с разницей примерно в пять лет встретившись с лериконами, мартышкоподобной расой, что тоже только-только начала освоение космоса. В итоге они переселились в их систему — Арториас. «Я получил систему, которая и не снилась моему отцу!» Хотя стоит сказать, что главной причиной такого резкого переселения на чужую планету послужила тяжёлая трагедия для двух рас — самоуничтожение их планет путём набирания оборотов раскалённого ядра, что начало нагреваться до слишком опасных температур. В итоге… «планеты сделали "бум"», обрекая своё население на скитания в поисках нового дома. И вот, дружелюбные на генетическом уровне лериконы приютили всех на своей колоссальных размерах планете. И таким образом был зафиксирован первый межинопланетный союз. В дальнейшем появилось ещё одно сообщество из систем, что всё ещё существует под предводительством трёх рас: зардонцев, касардов и гринойдов. И их «Ассоциация Чистоты» всё ещё жива, даже после стольких веков. Суть её проста: защитить экологическую систему колонизированных планет. Обитаемые живыми организмами миры почти не тронуты промышленной цивилизацией, так как Ассоциация ценит природу даже не из их систем. С таких планет они обычно просто собирают излишки минеральных ископаемых, запас воды, биоресурсов, животных, полезных как в продовольствии или сельском хозяйстве. Обитают же в таких местах представители внеземных видов как… ну, как люди, что из города переселились в деревню. Интернет - есть, современные технологии - есть, посадочное место для космолётов - есть. Но при этом вручную вспахивают землю, строят себе дома, охотятся, рыбачат и так далее. Лидирующая позиция по агрокультурным товарам и исследованиям. Интересныая "конторка". Ну, и стоит конечно же упомянуть и другую вселенную. Галактика, которая изучена на 80%, но к ней невозможно пробраться из-за окружающего её тумана, что не даёт подобрать координаты к ней. Так почему же она так хорошо изучена? Ну, об этом легко догадаться по её названию. У неё есть, конечно, другое имя, но я люблю её называть так, как привыкли коренные жители. Асмория. Родина великих асморцев, что вымерли во Вселенной всего за один день. Причину этой чистки не смогли выяснить даже сами её жертвы. Как и то, как она произошла. Никакого нашествия зергов, ни космического бедствия в виде чёрных дыр… как будто каждую милисекунду исчезало из пространства по асморцу. И, даже не смотря на эту трагедию, они оставили после себя огромное наследство в виде станций, кораблей и собственных роботов, что теперь находятся в режиме сна. Великое наследство, до которого ещё предстоит добраться. И... ох, я же рассмотрел только мелкие моменты, но не само место, куда я отправляюсь. Млечный путь. Эта галактика заселена огромным количества фракций и компаний, что торгуют, воюют, объединяются, предают… всё это создаёт идеальный бульон, в который я с привеликим удовольствием погружусь, создавая внутри ещё больше шума. Но стоит начать с окраины галактики. Так я смогу понемногу вникнуть во всё происходящее в том мире. Всё же мои данные устарели лет так на семь, ведь с того срока особо никто к нам не залетал. Ну а кто поботался - обычные дроны без связи и информации. Что же, с примерным пунктом назначения определились. Осталось только понять свою цель… иммиграции. И тут мозг кольнуло, а в голове появилась знакомая улыбка авантюриста с большой дороги. Приключения. Новые знакомства. Приобретаемые враги, друзья. Жизнь в постоянном движении. Жажда открытий. Вот ради чего я проходил этот квест длиной в три года. Награда, достойная моего подготовленного тела, разума и духа. Наконец успокоившись от прежней безмерной радости и разобрав по полочкам все свои ближайшие действия, я отлип от компа и наконец полностью оделся. Поправив машинально свою куртку, я уже подходил к двери… и прямо перед ней почувствовал знакомую мне до боли энергетику карция, чья аура была… как бы это объяснить словами? Печальной? Я не знаю как описать даже приблизительно мою способность понимать настроения другого. Это как эмпата спросить как он своими эсперскими способностями может понять что на душе у человека. Кто-то видит в качестве аур со своими оттенками, кто-то их слышит как мелодии. Ну, а кто-то, вроде меня их просто… чувствует. Хотя, стоит также упомянуть мою способность читать эмоции по глазам у обычных существ. Но это уже подсознательная плюшка от моего криминального авторитета, что натренировал себя так. Под такие мысли я и встретился лицом к лицу со своим дворецким и, по совместительству, лучшим другом в этом пространстве. И лицо у него было… такое же как всегда. Лёгкая улыбка, весёлый взгляд, говорящий о готовности провести ещё один день в моей компании. И вправду, идеальный кандидат на роль представителя знатного семейства. Нигде не проронит лишнего словца и легко соврёт в лицо с таким же спокойным видом. «Только вот… такие маски имеют одну очень важную слабость», — однажды во сне поучал меня Ной. — Сегодня твой последний день, когда ты так меня встречаешь, — с немного грустной улыбкой проговорил я ему. «От одного точного удара они ломаются вдребезги.» И вот нашлись подтверждения его словам. Сначала улыбка начала медленно превращаться в натянутую, а за его отведёнными руками, судя по звуку, начал гнуться метал. Через несколько секунд его взгляд перестал быть весёлым и превратился в печальный, с нотками горя и тоски. В итоге он не выдержал и, молча, со всей силы просто ударил по стене своей правой рукой, создавая оглушительный звук, будто снаряд ударился об стену. Мда, тяжёлая рука у моего слуги, не каждая черепушка в каске выдержит. Когда Себас начал вынимать свою погружённую по локоть культяпку из пробитого корпуса, невооружённым взглядом была видна порванная на лоскуты белая перчатка. Ну, а так же превращённая по локоть в фарш синтетическая кожа кисти, оголяющая механическую оболочку, похожую на терминаторскую. — Вы очень жестоки, господин, — с тяжёлым вздохом просипел Себастьян, возвращая себе прежнюю грустную улыбку и начиная отрывать уже лишние куски своей «плоти», не смея при этом смотреть мне в лицо. Да… не знаю даже как он провёл эту "ночь". — Каким уродился, — и пожал плечами, так как не видел смысла хоть как-то оправдывать свой характер. — Но я же не навсегда тебя покидаю. Я ещё вернусь, просто не знаю через сколько. — Это ещё хуже, мой господин. Неизвестностью того, когда вы вновь явитесь ещё больше меня мучает, — с горечью в голосе проговорил андроид, подымая свой взгляд на меня и... Блять… я слышал о такой ловушке в манге. Щенячьи глаза, полные печали и обиды. Будто я отдаю его в приют, а он провожает меня своим взглядом. «ВНЕЗАПНАЯ АТАКА! УКЛОНЯЕМСЯ! УКЛОНЯЕМСЯ!» — орал во всю мочь своим голосом командоса Лок’Тар. — Знаю… но сколь сладостным будет моё возвращение? Пойми, Себас. Чтобы познать весь вкус счастья приобретённого, нужно познать горечь потери. И когда это во мне философ проснулся? Но вроде сработало: синтетические мышцы лица "расслабились", шарниры в плечах "опустились", а улыбка из несчастной стала… умеренной. «УКЛОНЕНИЕ СОВЕРШЕННО! ОТСТУПАЕМ!» — Кстати, а что… произошло со мной тогда? Откуда та… мощь? Лицо мужчины сразу же изменилось, став сосредоточенным. Приложив свою истерзанную руку к подбородку, а другую целую убрав за спину, он отвёл слегка в сторону глаза. — Сложно сказать. В тот момент из вас высвободилось огромное количество энергии бездны. Будто вы из адепта… стали как ваша мать, только с физической оболочкой. Мы замерили ваше состояние на всех возможных аппаратурах до восстановление в капсуле и после. Ничего сверхъестественного, кроме сильного физического истощения. Будто вы лопнули внутри себя шарик с водой, вашей энергией, использовали её, а потом вся эта сила… просто испарилась. «ОТСТУПЛЕНИЕ УСПЕШНО! МИССИЯ ЗАВЕРШЕНА!» Тихо ты. Итак… вспоминаем, какие я ощущения тогда испытывал? Да… безграничная сила, что вертелась не только внутри меня, но и во всей местности… во всём пространстве. Будто я был там, в «комнате боли», и одновременно везде. В каждом уголке, в каждой щели. Видел всё и мог одним своим желанием повелевать всеми карциями. А тот кусок плоти, что я отделил от Виктора… ну, можно сказать что я его просто телепортировал в другую часть нашего мира. По ощущениям, где-то на… эм… а, у одной человеческой нации есть даже определение такой отметке. Дохуя. Так… а потом опустило. Будто большую личинку отложил. И такая пустота потом внутри… такая приятная. — Ясно… а что там с Виктором? Он-то в порядке? — С ним всё в порядке, его же карций не находился в кукле во время вашей… казни, — а затем Себастьян улыбнулся той самой своей фирменной улыбкой, от которой даже у меня, способного улыбаться от уха до уха, пробегали мурашки по коже. — Да… а что он говорит о моём… преобразовании? И тут он снова резко сменил свою "маску", словно поставил новую песню в плейлисте. В этот раз музыка была… лукавой. — Вам ответить с фильтром на мат или без? Только предупреждаю, с фильтром вы услышите всего четыре слова: «Что это было за…». Через пять минут он всё-таки предоставил те данные, о которых я вам кратко рассказал. Теперь уже и на моём лице появилась идентичная улыбка. — Другого я от него и не ожидал. Что сейчас делает? — Ждёт вас на корабле… для убытия, — и снова над его лицом сгустились тучи. «ОПАСНОСТЬ! НОВАЯ АТАКА!» Бля…***
Марта. Швея мой уход приняла не так эмоционально, как тот же Себастьян. Да, тоже сделала грустную моську, тоже чуть не заплакала, если бы могла… но при этом быстро пришла в себя. На прощание она обняла меня, дала пару напутственных слов и подарок в виде красного шарфа. Ну, красным он был до тех пор, пока я бы не сменил ему командой цвет или он сам бы не подстроился под местность. Умная ткань. Так же он мог удлиняться и укорачиваться больше положенного. Крепки как сто десятипудовых титановых тросов, быстро высыхает, согревает в холодную погоду, а в жару или в пустыне вообще не чувствуется. Да… подарочек так подарочек. В обмен я пообещал ей принести новые чертежи покровки, эскизы, ткани, нитки и т.д. Всё, что может пригодиться в её деле. Усмехнувшись, она отпустила меня, под конец пожелав кое-что очень важное. Удачу.***
Архивариус. Вечно занятой, но при этом всегда умеющий отыскать момент попить чай со мной и дворецким. Мне — для удовольствия, им — для топлива. Пили чай мы долго, "старик" всё старался подлить мне горячего напитка, как только он у меня заканчивался. Было нетрудно понять, что этими молчаливыми жестами он пытается меня как можно дольше удержать на месте, дабы провести чуть больше времени с тем, кого он не увидит ещё долго… очень долго. Для Себаса это вообще вечность. Но в итоге всё же пришлось остановить это чаепитие, что могло превратится уже в пытку. Я всё-таки живое существо, а не цистерна «без дна». «Бадум-тсс!» — проснулся в Тотхе барабанщик. На мои действия седой андроид тяжело вздохнул и всё же отложил свой синий фарфор на полку. От него я тоже услышал множество напутствующих слов, среди которых были шутки для программистов… но, как во мне отшучивалась чья-то частичка… — Я гуманитарий. — По тебе и видно, — с усмешкой принимал шутку Архивариус. От него я тоже получил подарочек. Кулон с очень интересными программами внутри. Проанализировав удалённо систему какого-нибудь города, он может составить в нём на меня мультипаспорт с данными, которые я по желанию могу настроить. Как он сказал, он сам изобрёл этот прибор. Рико же просто создал оболочку в виде кулона. — Этот хитрый индюк предлагал ещё, что это будет подарок от нас обоих. Вот ведь хитрый…***
— …Пидор. Гомоподобная крыса. Геюга недотраханная… — вот как отзывался о нашем библиотекаре оружейник, сдавший его. …Пока я сдавал седого напарнику-изобретателю. — Ну так что ТЫ мне подготовил, мой дорогой хитрозадый друг? На это робот повернул ко мне свои фары и издал из своего динамика тяжёлый вздох, понимая что без дара для меня он не улизнёт. Ну а что? Сам виноват, что не получилось схитрозадить. — Наша малышка, которую я довёл до ума, подойдёт? — Рико… — Ладно-ладно! Ты своим осуждающим взглядом больнее своих когтей умеешь резать. Кроме нашей крошки, которая уже дожидается тебя на корабле, я предлагаю тебе… — затянув своё предложение, тот спрятался за железной ширмой, за которой был его стол, на котором он обычно работал с мелкими запчастями. Спустя пару секунд он вышел с… — Это что за шкатулка? И вправду. Небольшая деревянная шкатулка, украшенная резьбой в виде дракона, медведя, тигра и совы. — Музыкальная. С той самой мелодией, от которой у тебя были мурашки по телу, помнишь? — правая фара инженера на секунду выключилась и так же быстро включилась, тем самым имитируя жест подмигивания. Ох… да, помню как тогда я просто лежал на кровати, отдыхая от кровожадных тренировок Хартмана, и слушал через наушники музыку, откидывая ту что мне понравилась и наоборот. И вот на одной из них у меня все мысли замерли, а сердце и мини-сердце на секунд пять уж точно остановились… а затем начали бешеного работать, разгоняя от адреналина застывшую в теле кровь, заставляя меня не только дышать чаще, но и наполнять тело той самой энергией, которую у меня украл сатана-андроид. Да… власть, мощь, величие… всё это прямо слышалось в этой музыке, в этом ритме несокрушимой волны, что сметёт всё, что не на его стороне… Именно поэтому, когда Рико открыл шкатулку и заиграл этакий кавер на эту песню… по телу пробежалась сотня мурашек, а затем меня всего от возбуждения передёрнуло. — Имперский марш… наркота высшего качества! — слегка дрожащим голосом проговорил я. — Шкатулка имеет внутри четыре мелодии, — не обращая внимание на моё состояние вещал о возможностях своего лучшего на мой взгляд творения инженер. — Нажимая на эти фигурки разных существ, ты будешь слушать разные мелодии. А затем закрыл крышку чудо-коробочки, возвращая меня в мир смертных. — Спасибо, друг. Это и вправду бесценно! — Главное не злоупотребляй, — с громким хохотом в конце проговорил карциевый робот, провожая нас к выходу. — Ну, и желаю тебе всегда быть находчивым в любой ситуации, в которую ты бы не попал. — Спасибо… — поблагодарил я его ещё раз, когда мы перешли порог его обители. — Ах да, Аид, — голос Рико стал очень серьёзным, от чего я даже развернулся, смотря на него сосредоточенным взглядом. — Помни, самое главное…***
— Не ешь жёлтый снег? — в голосе мамы так и слышался еле сдерживаемый смех. — И после этого он резко закрыл перед нами дверь. Но даже за ней я слышал как он посмеивался над нами, будто это была самая лучшая шутка в его бессмертной жизни. И тут мама не выдержала. Сама залилась громким, но красивым и контролируемым смехом. Она не сдерживала себя, просто научилась по-своему за время нашего жития проявлять эту эмоцию. И, когда она успокоилась, я, сидя со скрещёнными ногами, задал ей очень интересный вопрос. — Мам, а ты когда-нибудь смеялась до моего появления? Она замолчала, обдумывая мой вопрос. При этом я ощущал как она будто ходит вокруг меня, прислоняя свою… руку к подбородку. Да, с каждым месяцем у неё всё чётче и чётче прорисовывался визуальный образ в форме человека. Ну, силуэт был именно таким. Лицо же её, кроме улыбки, не видел, будто ей то ли не хватало контроля, то ли она сама ещё до конца не определилась как будет выглядеть. Чуйка одобрительно кивала на оба варианта. — Да, смеялась… — начала рассказывать мать, уводя меня от моих размышлений. — Только это был злой смех, наполненный иронией и… некой тоской? Да, ей. Это были те времена, когда ко мне лишь только-только начали прибывать живые. Я наблюдала за ними… как они обвиняют своих товарищей в своей ситуации и устраивают настоящую мясорубку или устраняют всех поодиночке. А затем как они сами умирают в сумасшествии от бессмысленности своих действий, ведь это не дало им свободы из моего царство. Или например как сплочённая группа из друзей быстро начинала разлагаться под страхом неизбежного путешествия в ничто без возможности выйти. Именно в такие моменты, когда умирали последние, я и смеялась. Мне… нравилось наблюдать за этим путём. И особенно кульминацией, что вызывала у меня радость от злой иронии. Как же быстро слетают всякие маски, когда разумное существо попадает в безвыходную ситуацию. Это многое мне говорило о разумных и… вызывало небольшую тоску. Любая раса, запри её в куполе без возможности дальше развиваться, сама себя сожрёт. Ого… вот это умозаключение. — Однако… — тут она остановилась, смотря на меня сверху. — Моё мнение изменилось после того, как я повстречала их… асморцев. Удивительный народ. Даже находясь в безвыходной ситуации, они продолжали искать выход из неё, не жалея сил. И никто ни разу не обвинил своего товарища, соседа, друга, проходимца… и даже ни императора… знаешь как они здесь умерли, сын? — …Знаю, — с тяжёлым вздохом сказал я, смотря прямо на неё. — От банальной старости. А их образцы ДНК, которые они сохранили в своих резервах для возможного клонирования или в качестве капсулы времени… просто не смогли сохранится. Мало того, что Вселенная сделала их всех мгновенно бесплодными, так ещё и испортила их генокод, чтобы если бы их попытались восстановить, получили бы просто куски мяса. Я всё ещё не понимаю, ну зачем надо было так изничтожать одну из самых мудрых и, самое, сука, главное, мирных рас в пыль? — Именно. И даже зная это, они не отчаялись, продолжая до последнего асморца искать выход из ситуации, пытаясь выжить, даже не ради себя, а ради своего народа. Это-то и заставило меня изменить своё мнение о смертных. Если есть те, кто готов съесть ради выживания даже ближнего своего, не видя других вариантов… то есть и те, кто ради ближних будет готов из кожи вон лезть, ища другой способ. Так я узнала о благородстве и решимости. И драматичная пауза, дающая самому подумать о словах матери и сделать какие-нибудь для себя выводы. Но… — …Ты могла просто сказать что да, смеялась. И всё. Ох… какая же недовольная моська. Идеальная реакция на мою наглую ухмылку. — Тогда я очень сожалею что ты не ребёнок, а полноценный взрослый, — чуть ли не плюясь ядом, пробубнила она. — Потому что хотела бы больше со мной провести времени? — Потому что тебя уже поздно пороть, наглый мальчишка! И тут я не удержался и сам рассмеялся. Громко, не сдерживаясь. Так, как смеются люди без забот, не беспокоясь о том, как на них посмотрят другие. Смеялся я долго и за это время мама сменила свои эмоции возмущённых на радостные… с примесью тоски. — Ох, милый мой… — присев на корточки прямо перед моим лицом, она попыталась коснуться своими маленькими, по сравнению с моими, ладонями моих щёк… но они прошли насквозь. Хоть мама и научилась давать себе определённую форму, но её всё ещё нельзя было сделать материальной, поэтому всякое прикосновение ко мне не ощущалось. По крайней мере физически. Как эспер, я ощущал её энергетику очень хорошо. Именно поэтому я "прислонил" свои ладони к её рукам, но уже с тыльной стороны. — Помни, что какая бы ситуация не произошла, какие бы события в твоей жизни тебя не постигли и на сколько бы долго ты не задерживался во Вселенной, мы всё всегда будем ждать тебя здесь. Это место навсегда останется твоим домом... я люблю тебя, сынок. — …И я люблю тебя, мам.***
— «Карыч». Ловкий, быстрый истребитель. Имеет пять двигателей. Один, основной, расположен сзади посередине, а четыре других по два по бокам на крыльях. Могут переводить истребитель в режим самолёта для быстрого передвижения и в режим вертолёта для зависания посредством поворотов этих самых двигателей… рассчитан на шесть гуманоидов… вмещает в себя… в себя… — Сидорович… — с улыбкой я подошёл к моему синтетическому пузатому учителю кораблестроения и крепко, но контролируя силу своих конечностей, обнял его. В ответ механик на пару секунд замер… а затем сам обнял меня, рыдая мне прямо в куртку своими слезами, состоящими из соляры. Но обижаться и отходить не было ни желания, ни смысла. Навороченная одежда просто сделает так, чтобы вся эта жидкость сползла вниз на пол, не оставляя на себе ни капли трудновымываемой жидкости. — Это мой тебе подарок. Готовил его ещё год назад, а потом просто совершенствовал, подстраивая под всё обновляющегося Цербера. С ТТХ ознакомишься в базе данных, которые я уже успел загрузить, — наконец успокоившись и держа меня теперь только за плечо, проговорил глава верфи, показывая на загружаемый магнитными клешнями в люк ангара тёмно-синий истребитель, чьи крылья и вправду напоминали вороньи, так как могли складываться для режима зависания, а при активации расправляться дабы двигатели перевели плавную фигурку истребителя в режим «хер догонишь». — Спасибо, старый. Я очень ценю твою помощь. — Ой, вот только не надо! — и, отцепив руку с клешнёй, отошёл на пару шагов. — А то снова заплачу! А затем, посмотрев мне за спину, кивнул и отошёл ещё дальше. Настолько, чтобы он не слышал то, что нам предстоит обсудить… Себастьян. Мой дворецкий, повар, уборщик, секретарь, телохранитель и просто лучший друг. Он всегда помогал мне дойти до столовой, когда я был в полудохлом состоянии после военного; всегда прикрывал мою спину, когда у нас были командные испытания; всегда готовил для меня сладости, когда я был в печали; поддерживал меня в моменты, когда хотелось опустить руки. Это было замечательное время… но пора мне пойти своим путём, самостоятельно делая свои первые шаги в бесконечном мире. Это хорошо понимал и Себастьян. Улыбаясь и смотря мне прямо в глаза, он вздохнул и не говоря ни слова просто сделал широкий шаг ко мне и… Обнимашки. Обнимашки синтетика с арсеналом внутри себя под группу карателей и химеры, что уже одной своей истинной формой может повалить два подобных отряда. — Мой подарок уже установлен в Лигра, господин. Будет для вас напоминанием обо мне. Ну, и от Хартмана. Он кое-что тоже от себя внёс в коррективы. Сам-то он боится дать слабину, показываясь в ваш уход. — Сдал с потрохами, поганец, — с ухмылкой говорю ему в плечо, перед тем как расцепить объятья. — Учился в подлостях у лучших, — и подмигивает, засранец. — Не забывайте нас и… берегите себя. Лишь сама Вселенная знает что таится в её тёмных уголках. — Ничего. На каждую хтонь у меня найдется «кусь» пошире. — Тогда… да прибудет с вами сила. Цитаты великих людей, ей богу. Улыбнувшись друг другу, а после развернувшись на месте как солдафон, я под взгляды остановивших работу роботов и даже станков начал медленно подниматься по мостику наверх в свой космолёт, подавляя желание оглянуться назад. Тяжело вздыхая, я со слегка дрожащей от волнения рукой нажал внутри шлюза на кнопку закрытия и дверь медленно опустилась, оставляя меня в темноте корабля. Я специально попросил оставить Цербера в режиме глубоко сна, дабы в момент, когда я наконец смогу пройти свой «квест» и приготовлюсь улететь… — Цербер, запуск! Я получил наибольшую дозу пафоса. — Запуск системы питания, — проговорил приятный мужской голос. Краем уха я услышал как издала протяжный вой реакторная, запуская своё "сердце" в полное рабочее состояние. Шлюз зажёгся белым светом, освещая чистое небольшое стерильное помещение с двумя дверьми. Одна из которых уже открылась, впуская меня на вторую палубу. — Проверка систем защиты… исправно. Проверка систем управления… исправно. Проверка систем наведения… исправно. Белый коридор с подписанными номерками жилых комнат пока горели жёлтым — готовые, исправные, но пока никем не занятые. Будем это скоро исправлять. — Проверка отсека ИИ… подключение двух ИИ-помощников. И в этот же момент из динамиков прозвучало недовольное и очень знакомое кряхтение. — С пробуждением, Фрэнки. Как спалось, проигравший? — плююсь я ядом в только проснувшийся карциевый ИИ. Да, Виктор остался со мной, сам вызвавшись быть моим постоянным помощником в сфере биологии, химии и медицины. Ну, и психолога. — Иди нахуй. Хотя после долгого общения со мной ему он сам нужен. Слегка гоготнув от его же токсичности в голосе, я услышал другой. — ИИ Аврора в идеальном состоянии и готова функционировать на все свои 100%, — мягкий, ровный и живой женский голос прозвучал из динамиков фрегата. Как я и обещал Ною, я восстановил его горничную, хоть и перенес её не в тело синта, а в сам корабль. Аври отвечает за чистоту на палубе, при помощи роботов-пылесосов и иных чистящих машин; за бухгалтерию и счета, предъявляемые и поступаемые от и к нам; за помощь в удалённом управлении СБ-шками и иной техникой фрегата; ну, и за корректировку и информирования во время боя. В общем, девочка у нас работящая. — Проверка систем генератора кислорода… исправно. Миновав вторую палубу и подымаясь по лестнице на третью, а с неё и на четвёртую, передо мной вновь оказалась здоровая толстенная дверь, что сразу же разъехалась в стороны, пропуская меня в кокпит. Вот над ним мы с Сидоровичем постарались. В самом конце кресло с джойстиком для пилотирования, по бокам и чуть сзади два кресла для операторов. Сзади со своей панелью уже мое, капитанские кресла, а справа и слева от меня места для главного инженера и главного канонира, где у последнего с его же места есть доступ к управлению главным орудием Цербера. Хотя если быть честным, то этих всех членов экипажа, кроме капитана, может с лёгкостью заменить и сам Цербер. Его подсистемники так разгоняют его процессор, что он может как Алиса — делать сто вещей одновременно. — Все системы проверены. Фрегат укомплектован и полностью дееспособен. Корабль готов к вылету, капитан. Ух, как же пробирает до мурашек одно слово. Чувствую себя охренеть важным. — Повышенный уровень адреналина. Ещё немного, и у тебя будет стояк от перевозбуждения, — хмыкнув, проговорил мне уже в ухо Фрэнки через «Оболочку». — Ничего, сейчас докатим до нужного уровня, — с усмешкой произношу я и, слыша в микрофон в ответ точно такой же звук, плюхаюсь в кресло пилота, что автоматически застегнула на мне ремень и подогнала под телосложение. — Цербер, дай связь со станцией. В ответ писк и вот слышу знакомый голос… но не Алисы. — Мой дорогой ученик… — начал свою речь Хартман. — Скажу честно, в самом начале нашего знакомства я и не думал что ты сможешь осилить мои тренировки. По этой программе должны были готовить особые отряды, готовые к любым ситуациям и местности, но её забраковали, ведь не было существ, готовых психологически к такому безумию. Именно поэтому я простаивал в том дредноуте, тренируя солдат лишь к базовым десантным операциям. Но потом пришел ты и я понял — этот ненормальный может и осилить. Так что, Аид, я говорю тебе спасибо за то, что был моим учеником, и за то, что дал мне столько приятных воспоминаний. В подарок прими куб, что я тебе положил в твою каюту. Он поможет тебе мысленно переходить в симуляцию, где ты сможешь вновь оттачивать свои умения. Помни, что твоё главное качество ни хтоническое тело, ни современные технологии с их прибамбасами, ни даже способности эспера. Твоя смекалка и упорство прорвут любые преграды. Помни это. И прощай. Внутри кокпита вновь пискнуло, и я уже услышал знакомый женский голос. — Ворота верфи открываются, до готовности к выходу 1 минута 25 секунд, — циферблат сразу же высветился у меня на панели, а в "окне"(экраны на стенах, показывающие с камер снаружи вид на том же уровне) я увидел медленно открывающийся шлюз. Что же, пока есть время, нужно подготовиться. — Запустить режим «Ока». В ответ на команду ко мне с потолка и из пола вылезли экраны, которые состыковались друг с другом и погрузили меня с пилотным оборудованием в закрытый кокон, что через секунду замигал и загорелся появившимися картинками с камер. Можно сказать, это было что-то вроде симуляции, чтобы видеть всё, что творится вокруг корабля и чтобы не попасть в просак от неожиданных выстрелов с любой стороны. Итак… а за кораблём-то интересные телодвижения! Вот Себас стоит возле мостика с заведениями руками, рядом с ним уже успокоившийся Сидорович положил дворецкому на плечо свою нормальную руку. Рядом левитирует Рико, возле него чуть впереди стоит Архивариус, что обнимает за плечо тяжело вздыхающую Марту. Ох, а вот и в небольшом отдалении от всех со строгим выражением на лице стоит Хартман в своем военном мундире и таким же острым как у ястреба взглядом. — Церби, включи внешние динамики. — Запуск динамиков через пять секунд. Что же… пора бы и мне взять своё словцо. Прокашлявшись и смотря направо на собравшихся карциевых обитателей станции, я улыбнулся и начал свой монолог. — У нас и вправду образовалась интересная семейка, — на мой голос все андроиды и роботы удивлённо посмотрели наверх, в сторону кокпита. — Себастьян. Ты для меня как родной брат, с которым я всегда готов пройти через невзгоды. Спасибо за руку помощи, что ты постоянно протягивал мне. Тот слегка поднял бровь и ещё шире растянул улыбку, изображая этакую издевку на лице. — Сидорович, Рико, вы прямо как дяди-самогонщики, что приняли со всей душой своего племянника под опеку и научили быть настоящим мужиком. Спасибо за то, что развили во мне мой уникальный характер. Оба карция довольно крякнули, но механик чуть вновь не расплакался. На помощь пришёл оружейник, хлопая того по спине. — Марта, Архи, вы бабушка и дедушка, что всегда готовы меня поддержать и защитить, не важно что я натворил. Спасибо вам за эту бесценную поддержку. Оба, прижавшись к друг другу, мягко улыбнулись мне в камеру, а я им в ответ, пускай они даже этого и не видели. — И Хартман. Ты воспитал во мне настоящую личность со своим титановым стержнем, подготовленным к всевозможным последствиям тело и развил почти в абсолют мои уникальные способности. Ты закалил мой характер. Спасибо тебе за это. Для меня ты… — Не смей! — внезапно закричал на фрегат со страхом в глазах военный, поняв что я хочу сказать. Но я решил добить непробиваемого солдата. — Для меня ты стал отцом, которым я горжусь. Ох, и широкая же у меня сейчас улыбочка на лице. А всё из-за реакции Хартмана. Будто получив под дых, он скрючился и присел на корточки, сняв также и свой головной убор. — Слова — самое смертоносное оружие разумных. Ими ты научился разить намного больнее, чем своей кислотой, — а затем, когда он поднял голову и посмотрел в камеру, на его лице засияла искренняя, гордая улыбка родителя. — Ученик превзошёл учителя! Какие лестные слова. Да только ими не проймёшь мои сердца. — Спасибо всем, что были со мной. Ждите, я обязательно вернусь, — и нажатием красной кнопки я отключил внешние динамики. Ну что же… пора поиграть на этом замудрённом "пианино". Отключение гравитационных шасси, включение кормовых двигателей и введение корабля в режим зависания. Корабль радостно завыл, слегка тряхнув от того, что он оторвался от поверхности. Убирание шасси и слияние его лап с корпусом. Рука легла на рубильник мощности задних двигателей и потянула вперёд до конца отметки разгона, дабы можно было без лишней тряски войти в режим форсажа. Снова довольный гул реактора и движителей, что разогнались на достойную мощность, готовые в любой момент стартануть. Снаружи же Цербера огородили от остального отсека энергощитами, дабы от инерции двигателей не снести всех к ебеням. Ну, тогда продолжим. — Шлюз открыт. Удачи, капитан, — проговорила напоследок Алиса. — Спасибо, сестрёнка. Позаботься обо всех, пока меня не будет. — Конечно, братишка, — со смешинкой ответила она, пока моё лицо вытягивалось от удивления. Вот ведь пройдоха, а?! Как подловила одной фразой. Ладно. Пора в путь! — Аврора, запускай песню из вкладки «Под форсаж». — Запускаю трек: Lindemann — Frau & Mann М-м-м, кайф. Ну, как говорили великие люди: — Поехали. Нажатие всего одной кнопки заставило фрегат мгновенно понестись вперёд, летя на немыслимой скорости прочь из верфи. Всё ещё прижатый к удобному креслу, я усилием мышц посмотрел назад, на быстро уменьшающуюся станцию, что через пару десятков секунд превратится в крохотную точку в пустоте. Но сил у меня так долго держать свою шею не было, поэтому, отдавшись в объятья кресла, я продолжил лететь на своём страже ворот в царство мёртвых, прислушиваясь к себе. А точнее к своей чуйке. Некоторое время она ничего не говорила, но затем, будто поняв что я от нее хочу, она начала меня слегка подталкивать к нужному месту. Сначала перевести Церби из режима форсажа в обычный передвижением рычага мощности к отрицательным цифрам, чтобы носовые двигатели начали понемногу замедлять ход дрейфующего фрегата. Затем, пока мы плывём по инерции, поворачиваем слегка в правый бок поворот руля, что активирует левые дополнительные двигатели. Уже понемногу лишаясь этого чувства вжатости и дыша полной грудью, перевожу корабль вверх, дабы он пошел все той же инерцией, но уже кормой вперёд, откуда включились двигатели, гася инерцию, так как я хоть и перевел рубильник задних двигателей в отрицательные показатели, но не выключил режим гашения инерции, так что пока рубильник отвечает и за всю скорость корабля. А теперь нажатием одной кнопки на панели отключаем эту функцию и со спокойно дрейфующим в том же направлении Церби, корректируем положение и… рубильник вперёд! Взревевшие задники несли корабль одновременно вперёд и вверх, прямо по нужному мне пути, что вырисовывало мне в голове моё седьмое чувство. И тут этого трубчатый "проход", что сейчас должен был закрутиться, начал выпрямляться. От небольшого охреневания от происходящего я даже чуть не вылетел за границы пути, но вовремя среагировал и, включив гашение, стабилизировал путь и летел прямо по "трассе", сохраняя на рубильнике среднюю скорость, дабы мог резко остановится. Для такой фигни я даже рычаг поставил. Но использовать его не пришлось, так как через минут двадцать мне попалось… оно. Чёрная воронка, которую я видел на фотографиях с другой стороны, со стороны Вселенной. Остановившись прямо перед ней, я вздохнул, отстегнул ремень, отключил «Око», встал в пустом помещении кокпита и… засмеялся. Но не тому, что вот он, путь на другую сторону. Нет. Я засмеялся от успеха, что постигла мама. — Научилась контролировать проходы? Поздравляю и спасибо, мам! Без тебя я ещё долго тут бы кривлялся по этим проходам. В ответ на мои слова возникла чёрная высокая фигура, что горестно мне улыбалась. Да, для неё труднее всего прощаться со мной. Всё-таки родное дитя уходит на ту сторону, где у неё нет власти и она не сможет меня защитить, если что-нибудь произойдёт. Таковы уж чувства родителей, это стоит уяснить и принять. — Мам, всё будет хорошо. Да и ты возможно сможешь побывать на той стороне, если продолжишь развивать контроль над своими силами. — Это мало как меня успокаивает, сынок, — с тяжёлым вздохом проговорила она. — Но и мешать тебе я не могу, ведь какой нормальный родитель будет подрезать крылья собственному дитя? — Мам… — Просто знай, — перебила она меня, — если тебе будет плохо или ты захочешь вернуться, то просто позови меня. И я прорвусь хоть сквозь полотно планов, но приду к тебе на помощь. А затем, улыбнувшись мне напоследок, она растворилась и я больше не чувствовал её взгляда на себе. Вздохнув в ответ, я вновь сел в кресло пилота, ремни застегнулись, «Око» активировалось и я взялся за рубильник, не забыв включить режим невидимки. Ной оказал мне огромную услугу своей технологией. Теперь не приходится особо булки сжимать и выпускать все турели в страхе от неизвестности. А злой червячок страха-то во мне пророс. Давно пророс. И именно из-за него сейчас моя рука дрожит на рубильнике. Неизвестность — один из самых сильных страхов. Но и он же самый главный источник храбрости, что появляется у приключенцев, что сталкиваются с этой стеной. И тогда же отсеиваются те, кто готов и не готов. И кто я среди них? Думаю, ответ очевиден. Резкий спуск рычага, рёв турбин, и Цербер погружается в эту чернильную плоскость. Встречай меня, Вселенная. И готовь смазку.
