Рифмованное

Дождь барабанит по ржавой крыше; темно, и полдень тосклив и сер; а завтра в школе я вновь услышу от первых курсов - "Простите, сэр". Сдавило сердце осенней хмарью, да было б сердце - лишь пыль и прах; былое завтра вновь станет явью - в родных когда-то чужих стенах. Со старой Меткой, на новом месте - темны, о Мерлин, твои пути! - в его покоях, в его же кресле - его убийца, как ни крути. О нем рыдает сырая осень, вливая в жилы тягучий яд; не раз, я знаю, мне в спину бросят короткий, острый, разящий взгляд; не раз увижу в глазах подростков зеленый отсвет моей судьбы; для них покамест все в жизни просто – сильны незнаньем, душой слабы, они так жаждут простых решений, они так верят, что есть добро; но нет свободы – есть утешенье, и это тоже не всем дано. Вам объяснений моих не надо; вы ношу знали мне по плечу; простите, Альбус, за ту Аваду, и я вас тоже за все прощу. Неизъяснимый, необратимый - мой путь от жертвы до палача; в вечернем кофе - гримаса Грима; пора, наверно, пить слабый чай, пора, наверно, менять обитель, пора хоть что-то в судьбе менять… Вы тоже, Поттер, меня простите – за что, вам вряд ли дано понять. Вас не дождется сентябрьский Хогвартс – у вас там где-то своя борьба, о вас когда-то напишут повесть – как вас в дорогу звала труба, - про вас учитель расскажет в школе, про вас узнают мал и велик; а у шпионов другая доля – имен не славят, не пишут книг, не вспоминают хорошим словом… хотя могли бы… хотя бы раз… О чем я, впрочем? – листом кленовым, как меткой, осень отметит нас; отметит ярко, как свежей кровью мазнет по сердцу, поставив крест; идите, Альбус, вы в… Лес с любовью, вы сами были один как перст, а все туда же – «в любви вся сила, ее боится сам Волдеморт». И ведь немало вас жизнь побила, а вы все как-то справлялись… черт! Не помню прежде такого лета – сухого в пепел и цветом в дым; и чтоб один я – за все в ответе и жив – поскольку необходим. В котле доходит густое зелье; пергамент скомкан, перо в руке; без огневиски с утра похмелье и горечь слизнем на языке... Меня минует пусть чаша с ядом, я по-иному долги плачу; не надо, Альбус, прошу, не надо, я не согласен, я не хочу!.. Рассвет растерян – не ждал истерик; опять сорвался, в который раз; не сомневаюсь, мой вид оценит наутро в страхе притихший класс. Пустеют парты, редеют классы: «Для грязнокровок здесь места нет», - я повторяю, и эта фраза - как символ худшей из всех побед. По мокрым крышам рассвет все ближе крадется, наземь роняя тень. Ну что, директор, - все ждут, иди же! Сентябрь и первый учебный день.