пути дьявола неисповедимы

«И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить; а бойтесь более Того, Кто может и душу и тело погубить в геенне». Матфей 10:28

***

things on your chest you need to confess i will deliver you know i'm a forgiver depeche mode — personal jesus

Осень давно поглотила все цвета и краски ушедшего лета, оставляя вокруг лишь голые деревья и бесконечные серые облака. На кладбище почти не было людей. Лишь ряды могил и чувство одиночества, среди которых затерялась хрупкая женская фигура. Девушка не шевелилась. Стояла подобно мраморной статуе, смотря куда-то сквозь могилы, находившейся прямо под ногами. И лишь карие глаза, если приглядеться, были воспалены от слёз и бессонных ночей. Погода была отвратительной. Холодные, промозглые порывы ветра пробирали до костей и продолжали трепать уже давно мокрые каштановые волосы. Они липли к лицу, путались и порой мешали обзору. Но Гермионе было плевать. Было плевать, что она давно замёрзла, а губы дрожали и потеряли свой обычно ярко-розовый оттенок. Было плевать, что ноги почти перестали её держать из-за переутомления. Ей было плевать на себя, потому что дыра, разрастающаяся в груди, с каждой секундой всё больше и больше пожирала её. А дождь всё продолжал нещадно лупить по пожухлой траве, деревьям и могильным плитам вокруг, оставаясь маленькими лужицами тут и там. — Гермиона? Тяжёлая ладонь опустилась на её плечо, но девушка даже не шевельнулась, продолжая смотреть на выгравированные имена. «Джин и Альфред Грейнджеры». — Ты не можешь винить себя. Гарри покачал головой, почувствовав, как мышцы в теле девушки напряглись. Какое-то время она не отвечала, но вскоре повернулась к нему: — Не винить? — Гермиона скривила губы в грустной усмешке. — В их смерти виновата лишь я. Уж лучше бы здесь было выгравировано моё имя. Парень молча прижал девушку к себе, заставляя уткнуться лицом в грудь. А дождь всё лил и лил, тарабаня по спине и голове. — Гермиона! Девушка дёрнулась, услышав чужой голос откуда-то издалека, но объятия становились лишь крепче, а возможность дышать затруднялась с каждой секундой. — Гермиона! Девушка начала судорожно хвататься за чужую спину, стараясь вырваться из объятий, но они только крепли. Пыталась сказать хоть что-то, но изо рта вырывались лишь сдавленные хрипы. А дождь всё продолжал идти, попадая на глаза, в рот и нос. Откуда столько воды? — Гермиона! Очнись! Воздух обжёг лёгкие. Грейнджер закашлялась, почувствовав резкую, невыносимую боль в груди. Она никогда бы не подумала, что самый обычный вдох может оказаться таким мучительным. Сердце бешено колотилось где-то в районе глотки, словно девушка пробежала десятикилометровый марафон. Испытываемый дикий стресс и выплёскивающийся в кровь адреналин будоражили голову, отчего звуки, очертания и реальность происходящего приходили в норму яркими вспышками. — Она готова. Елейный, слегка насмешливый голос врезался в сознание и осколками разбился в голове. Очертания лица переставали походить на смутное пятно, и она увидела перед собой молодого парня, державшего её за воротник рубашки. Только сейчас до неё дошло, что она почти по пояс находится в воде. А если быть точной — в реке. Над водяной гладью повис густой тёмно-зелёный пар. В воздухе витал аромат пряностей. — Пока нет. Глаза округлились в ужасе, стоило ей заметить, как из-за спины парня вышел тот самый мужчина, напугавший её в баре. Его лицо было расслаблено. Рукава простой белой рубашки закатаны до локтей, а в руке, как и тогда он держал деревянные чётки. Остальную часть туловища скрывала вода. В голове вспышками всплывали воспоминания. Поездка, странный шериф и такой же странный город. Новые знакомые, погоня, авария, темнота, странный укол. Что произошло? Он похитил её? Вколол снотворное? Но зачем столько стараний ради двух незнакомцев? А Гарри? Где он и жив ли? Вопросы вертелись в голове, отчего она даже немного загудела, отдаваясь болезненными импульсами в виски. — Эван, приготовь её друга. Он следующий. Очищение должны пройти все. — Конечно. — Ты… Ты всё ещё не готова, но это исправимо. Когда чужие пальцы сжали резко плечи и надавили на них, последующий за этим крик потонул в воде. Она была везде. Попадала в рот, в нос, не давая и шанса. Страх. Нехватка воздуха. Игнорирование её сопротивления. И лишь тёмные, почти чёрные глаза, как две огромные путеводные звезды смотрели на неё по другую сторону поверхности водоёма.

«Мы должны смыть с себя наше прошлое. Мы должны обнажить свои грехи. Мы должны искупить их.»

С каждой секундой холодные, костлявые руки удушья смыкались на ее шее и когда девушка уже готова была закрыть глаза и отдаться прохладе, ее резко выдернули на поверхность. Вновь борьба за кислород. Царапающий горло кашель. — Отпусти свои грехи. Отпусти страхи. Дай воде забрать их. Мягкий, но в тоже время пробирающийся в голову тембр туманил сознание. Гермиона хотела закончить эту невыносимую пытку. Хотела вновь провалиться в темноту. Ее трясло, а надоедливый, сладкий запах все больше въедался в кожу и слизистые носа. Вдох. Становится на секунду легче, а во рту вяжущая пряность. — Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию. Длинные пальцы сомкнулись на затылке, вновь оттягивая голову вниз, ближе к воде. Поверхность отливала приятным для глаз голубовато-зеленым оттенком, завораживая и баюкая. Где-то в глубине сознания скользнула мысль, что цвет слишком искусственный и вода не может быть такой яркой, но она испарилась также быстро, как и пришло внезапное умиротворение. Губы сложились в улыбке. — Почувствуй, как все невзгоды и тревоги покидают твои тело, — голос вибрирует на подкорке, словно кот мурчит на ухо. — Все будет хорошо. Позволь мне помочь. И девушка сдается. Приятная легкость окутывает все тело, и когда ее голова вновь погружается в воду, сердце лишь глухо стучит в груди. Она закрывает глаза, отдаваясь чужой власти. А где-то глубоко внутри сознание вопит диким зверем и бьет тревогу. Так быть не должно. Слова мужчины эхом звучат в голове, заглушая все попытки трезвости пробиться и достучаться до Гермионы. Когда приятный ветерок вновь ласкает лицо, а вода остается где-то позади, она наконец приоткрывает веки. В глаза бьет яркий свет фар, но ей плевать, потому что она чувствует уверенную руку державшую ее за талию. Она перестает понимать грань реальности и вымысла, просто следуя за кем-то, словно слепой котенок. — Он готов? — Да, только сопротивляется. Голоса звучат где-то далеко и больше кажутся неким шумом, пока девушка с интересом изучает кроны деревьев, склонившиеся к воде. На самых близких к водоему блестят яркие, словно алмазы капли. У Гермионы возникает секундное желание дотронуться и почувствовать пальцами прохладу, но она не может шевельнуться. Эта мысль покидает голову так же быстро, как и пришла к ней. — Почему ты не предупредил меня? Если бы не Эйвери, я бы так ничего и не узнала. — А я должен предупреждать? Веточки колышутся, но из-за тяжести листвы больше получаются легкие колебания. Капли стекают медленно, скользя вниз в замедленной съемке. Одна за другой падают на водяную гладь, расходясь рябью. Река давно перестала течь, словно в одночасье превратилась в озеро. — Они станут новыми членами паствы. — Мы не можем им доверять. Это касается безопасности всех нас. А если их кто-то хватится? — Бог сказал, что они нужны нам. Ты смеешь противиться воли Его? На губах растягивается улыбка, когда она замечает несколько красивых птиц севших на ветки. Ярко-красные. Контрастные. С вкраплением золота в перьях смотрятся совсем неуместно в этом зелено-голубом раю. Они поют, но вскоре мелодия превращается в надоедливый, заедающий звук. Хочется закрыть уши, но ничего не получается и картинка расплывается. — Гермиона, очнись! Девушка потерянно моргает, когда внезапно осознает, что уже давно не стоит на ногах. Видение полностью развеивается. Она пытается сфокусироваться на знакомом и родном голосе, чтобы окончательно прийти в себя. Нос не чувствует пряного аромата. Вместо этого ее голова обвязана какой-то тканью в области носа. Теперь ее окружает лишь запах мужского парфюма вперемешку с потом. — Сколько я показываю пальцев? Гермиона наконец понимает, что это Гарри. Он выглядит помято, но чувствует себя явно лучше, чем она. Язык почти не шевелится, поэтому она показывает свои два пальца, на что Поттер кивает. — Господи, ты не представляешь как я испугался за тебя. Думал ты не очнешься. Видение манит. Хочется вернуться в беззаботность. Гермиона прикрывает веки, но сразу же чувствует легкий шлёпок по щеке и видит серьёзные глаза друга. — Не смей закрывать глаза! Слушай мой голос. Внимательно. Первое, что ты должна понимать: тебя чем-то накачали. Последние минут пятнадцать ты провела в прострации, бредила и что-то шептала. Благо, здесь концентрация этой дряни не столь сильна и мне удалось привести тебя в чувство. Девушка кивает и безмолвно задает вопрос, который Гарри понимает безоговорочно. — Второе. Точно не знаю где мы. Меня долго держали с мешком на голове, а когда его сняли, то угол моего обзора был крайне урезан. Гермиона… Эти люди вооружены и опасны. Честно, у нас не было бы никаких шансов, но они отвлеклись. Ушли в лес. Кто-то недалеко отсюда стрелял. Это шанс. Однако есть проблема, — он кивнул вправо и девушка медленно, почти что скрипуче повернула шеей. В молодом человеке, приставленном к ним, девушка узнала того парня, который ее топил в воде. В его руках была винтовка и он то и дело озарялся, будто дожидаясь кого-то. — Этого парня обойти будет не легко. Но попробовать можем. Поттер прикрыл глаза, будто собираясь с мыслями и замолчал. Буквально через пару секунд их надзиратель обратил на них внимание и подошел к ним. Так как девушка все еще была в отстраненном состоянии, тот не стал заострять внимание и лишь подозрительно посмотрел на Поттера. — Она прошла первую стадию. И ты пройдешь. Хмыкнув, Эван, а именно так его назвал тот мужчина, вновь отошел от них. — Так. Надо спешить. План таков. Я могу попробовать забрать его оружие. Пока их немного это возможно и у нас будет какая никакая фора. Вокруг лес и сейчас темно. Но я должен понимать, что ты сможешь бежать. Как можно быстрее и как можно дольше. Это единственный шанс. Сможешь, Гермиона? Гарри серьезно посмотрел на нее. В голове у девушки все еще оставались отголоски приятной пустоты и безмятежности, которые все пыталась утянуть ее обратно за собой, но поддаваться слабости было нельзя. Тряхнув головой и отогнав навязчивое наваждение, Гермиона приподнялась и кивнула. — Да. Смогу. Стой, неужели они тебя не связали? — Грейнджер тихо, но удивленно прохрипела, понимая, что это было бы крайне глупо со стороны похитителей. Поттер ухмыльнулся и приподнял руки. Стяжка, которая видимо и сковывала его движения, болталась на одной руке. — Не с тем связались. Гарри кивнул и указав головой в сторону пня недалеко от них, приподнялся с земли. Двигаться нужно было максимально тихо и осторожно, чтобы никто его не услышал. В метрах пяти стояло еще несколько вооруженных людей, которые о чем-то тихо переговаривались, стоя у двух больших пикапов. — … иногда нужно унимать свою паранойю. Мы находимся под защитой и если что мы всегда готовы защитить себя сами. Все это входит в планы Господа, пойми это, Белла. — Черт! Поттер резко пригнулся, заметив две фигуры, вышедших из глубины леса. Гермиона напряглась. Сейчас мужчина, который представился Томом тогда в баре, казался относительно спокойным и даже вменяемым. Если не брать в расчет то, что происходит, где они находятся и то, что он почти не утопил ее. А вот девушка рядом с ним выглядела крайне… напряженной. Она была младше самого Реддла. Может лет на семь. Черные, длинные, прямые волосы. Острые черты лица. Среднего роста. Обычные, темные джинсы и такая же темная рубашка. Наверное, увидь Гермиона ее где-нибудь в парке, то не предала бы значения. Однако глаза… Глаза выдавали слишком много и не вязались с ее образом. — Советую не двигаться. Грейнджер резко повернула голову, стоило ей услышать знакомый голос. Вернувшиеся Том и его спутница тоже сразу отвлеклись от разговора, наконец поняв что произошло. Гарри, медленно выбравшийся из своего укрытия, обезоружил Эвана и теперь держал на прицеле его же пистолета. Когда друг успел это провернуть Гермиона не поняла. Парень же, в чью голову было нацелено оружие, загадочно улыбался и абсолютно не сопротивлялся. — Я не хочу стрелять. Мы просто уйдем. Я и Гермиона, — Поттер медленно двинулся в сторону подруги, которая наконец смогла встать. Ее глаза на секунду пересеклись с глазами Тома, но девушка сразу же опустила голову. Белла сразу же подняла руку с пистолетом, направляя его в голову Гарри и уверенно кладя палец на курок. Сейчас они были в явном меньшинстве, но на их стороне был козырь. Заложник. Какое-то время Том молчал, но потом его губы тронула улыбка и он поднял руку, призывая всех опустить оружие. Прошло несколько секунд перед тем, как все присутствующие сделали ровно то, что хотел мужчина. — Пожалуйста, — Реддл прошел чуть вперед, совершенно не боясь того, что рука парня дрогнет и тот его застрелит. — Да оставит нечестивый путь свой и беззаконник — помыслы свои, и да обратится к Господу, и Он помилует его, и к Богу нашему, ибо Он многомилостив. Гарри сглотнул и потянул за собой Эвана. Только когда они оказались на безопасном расстоянии, он оттолкнул парня от себя, все еще удерживая в руке пистолет и направляя то на одного, то на другого сектанта. Гермиона, шедшая рядом, схватилась за плечо друга, все еще чувствуя слабость во всем теле и уверенно двинулась за ним в глубь леса. Уже перед тем, как тьма поглотила их, она услышала тихое: — Мы еще увидимся. И очень скоро. Испытывать чужое терпение не хотелось, поэтому как только свет фар стал окончательно теряться между деревьев, Гарри потянул Гермиону за собой, заставляя ускорить шаг. Шаг перешёл в бег. Дыхание сбивалось. Пробираться вперед было сложно. Земля под ногами была неустойчивой, они явно спускались вниз по склону, а не шли по ровной местности. А впереди лишь бесконечные деревья и звездное небо над головой. — Я не могу больше. Через минут десять девушка остановилась, опираясь о ствол дерева спиной и пытаясь перевести дух. — Мы не можем прекратить движение. Не удивлюсь, если он отправил за нами хвост. Давай. Мы должны пробраться к дороге. Может нам кто-то поможет? Гермиона нервно рассмеялась, вызывая недоумение на лице Гарри. Ох, не к добру это. — Поможет? Гарри, мы в сотнях километрах от цивилизации. У нас нет денег, телефонов и документов. Мы даже не знаем где мы черт возьми. Как далеко нас увезли эти психи? Судя по всему мы где-то в горах, возможно слишком высоко. — Главное выбраться. А там найдем шерифа и попросим помощи. — Шерифа? Того странного, мутного мужика? Вспомни реакцию той барменши. Он замешан во всем этом. Я уверена. Максимум, кто мог бы нам помочь — Джинни и Рон. Но мы не знаем где сейчас находится. Так что смирись, Гарри. Мы в полной жопе. Ночной ветерок вызвал мурашки по всему телу, стоило короткому порыву коснуться мокрой одежды. Хоть сейчас было лето, такая прогулка по лесу явно до добра не доведет. Особенно после того, что произошло. Девушка прикрыла глаза и выдохнула, стараясь собраться и избавиться от гудения в голове. Похоже у нее начинался так называемый «отходняк». Какая бы дрянь не была в воде, она явно опасна. Даже малейшего вдоха и касания к ней хватило для того, чтобы все невзгоды ушли и пришла пугающая пустота вперемешку с ощущением умиротворения. — Я… знаю. Но шанс есть всегда, даже… — … даже когда кажется, что его нет. Знаю. Пойдём. Склон становился все более неровным а лес более густым. Ветки царапали лицо и руки, а под ногами то и дело попадались коряги. Пока что конца и края не было видно. Они шли в тишине. Каждый знал, что если они начнут это обсуждать, то это ничем хорошим не кончится. Нужно просто решать проблему и думать как выбраться из этой глубокой ямы. Вскоре, к счастью обоих друзей, деревьев стало меньше и они выбрались к какой-то тропинке. Теперь с высокого неба на них смотрела луна, освещая дорогу. Где-то сбоку раздался жалобный вой и Гермиона поежилась. Этого еще не хватало для полного счастья. — Смотри! Кажется там дорога, — настроение Гарри сразу приподнялось и он увереннее потащил за собой подругу. Теперь на ее плечи была накинута его рубашка, чтобы создать какое-то подобие тепла. Погода Монтаны не переставала удивлять. Знойные дни и прохладные ночи. Через минут десять они все же выбрались к дороге. Вокруг не было и души. Лишь звуки природы и открывшийся перед глазами живописный вид. Если бы не обстоятельства того, как они здесь оказались, Гермиона бы восхитилась вслух. Под ними простирались бесконечные леса, холмы и дороги. Сейчас, ночью, тут и там яркими огнями горели дорожные фонари и лился свет из некоторых домов и зданий. Перед ними открылась красота Монтаны. Красота равнин, гор, озёр и реки. Величие, строптивость и свобода. И в этот момент можно было почувствовать себя настолько маленьким и ни на что не влияющим, что стало не по себе. Гарри шумно вздохнул и повернулся к девушке. — Он слишком просто отпустил нас. Даже никого по пятам не отправил. Гермиона сглотнула и повернула голову. Она думала об этом. Слишком просто. Столько разговоров, столько всего сделано ради чего? Ради недолгой поимки и такого же почти моментального освобождения? В мозгу всплыли последние слова, которые она услышала от мужчины. Осознание пришло резко, но не удивило. — Мы ничего не сделаем. Мы застряли здесь. Все дороги оцеплены. У него есть люди, которые контролируют ситуацию. Шериф, который если что прикроет. Куча оружия и людей. А у нас не осталось ничего… Ни машины, ни денег, ни документов. Гарри, мы просто заперты здесь без возможности убежать. Понимание дерьмовости ситуации давила на обоих. Гарри винил себя. Винил за то, что все-таки настоял на поездке в Монтану и в особенности в этот Богом забытый уголок. Их никто не хватится. Родителей нет, друзей почти тоже. Только они друг у друга. Была работа и вполне возможно шеф обеспокоится его резкой пропажей, но впереди две недели отпуска. К тому же он никому и ничего не рассказывал. Полиция не столь всесильна, особенно за тысячи километров от них. Гермиона думала. Много и неустанно просчитывала исходы, но каждый из них заканчивался чем-то плохим. Если округ действительно захвачен на столько, как говорила Джинни, то они не смогут добраться до куда-либо незамеченными. А все, что им остается — идти. Идти и надеяться на то, что они поймают попутку кого-то из местных жителей. Ночью. В чертовых горах. — Пойдем, нам нельзя стоять. Идти по дороге оказалось проще, чем пробираться по лесу. Единственное, что отвлекало от грустных мыслей — красота вокруг. Они оба старались раствориться в несбывшихся мечтах о нормальном отдыхе. И если Гарри вперемешку с этим терзало чувство вины и ответственности за произошедшее, то Гермиону начинала терзать головная боль и чувство тошноты. Сначала она пыталась игнорировать это, но в какой-то момент это начало становиться невыносимым. Один промежуток дороги, второй. Внезапно полоса движения начала двоиться. Схватившись за голову, девушка прислонилась к одному из столбов и прикрыла глаза. Гарри обеспокоено взял ее за локоть, стараясь удержать ее. — Что не так? — Голова кружится. Такое ощущение, что меня накрывает и я не могу это остановить, — Гермиона сделала пару глубоких вдохов, но легче не стало. — Гермиона… что? Глаза закатились и она медленно повалилась на землю, из последних сил хватаясь за рубашку друга. Поттера охватила паника. Он понятия не имел что делать. Тело девушки тем временем начало биться в конвульсиях и на секунду ему показалось, что она сейчас умрет. Прямо здесь. Посреди дороги. А вокруг ни одного дома, ни машины, ни телефона, ни тем более аптечки с лекарствами. Это конец. В голове вертелись знания из полицейской академии по оказанию медицинской помощи. Проверить дыхательные пути, померить пульс, попытаться максимально безопасно оттащить девушку на траву и слегка запрокинуть голову, надеясь на то, что кислород поступает в легкие. В панике Поттер не сразу заметил мелькнувший за спиной свет фар и обернулся только когда услышал шум колес и громкий сигнал. В метрах пяти от них остановился внедорожник и из него выскочил молодой блондин, который сразу же двинулся к ним. — Эй? Что у вас тут происходит? Поттер продолжал держать за руку Гермиону, которая вновь начала биться в конвульсиях. Водитель опустился на колено перед ними и приложил пальцы к шее, пытаясь нащупать пульс как и Поттер за несколько секунд до этого. Действовал он явно намного увереннее чем Гарри. — Как давно это произошло? — Несколько минут назад. Она жаловалась на головную боль и тошноту, а потом просто повалилась на землю. Понятия не имею что с ней. Это произошло так внезапно… Блондин чертыхнулся, явно недовольный тем, что сказал Гарри и резко сорвался к машине. На несколько секунд он исчез, но уже через пару мгновений вновь появился в поле зрения, держа в руках красную коробочку. Аптечка. Вновь опустившись на колени рядом с Гермионой, он начал копаться в содержимом. — Да где же он, черт возьми. Нашел! В руках оказался маленький инъектор с яркой, оранжевой крышкой, которую парень снял. Перевернув Гермиону на бок, он резко поднял руку и со всей силы ввел иголку и содержимое в бедро. Девушка резко открыла глаза и вдохнула полной грудью, слегка приподнимаясь от земли, но сразу же опускаясь обратно. Гарри, все это время молча наблюдавший за произошедшим, сглотнул, беря в руку запястье подруги. Пульс медленно начинал приходить в норму. — Я правильно понимаю? — Да, это был адреналин. А я правильно понимаю, что вы встретились с Реддлом? Поттер удивленно приподнял бровь. Он не знал что именно на него произвело впечатление больше. То, что парень перед ним знал как действовать, будто делает подобное каждый день или то, что он сразу сопоставил все факты верно? — Гарри. — Драко. Молодые люди пожали друг другу руки и оба посмотрели на бессознательную Гермиону. — Вы не местные. Что вы забыли в нашей дыре? — Отпуск. Драко беззлобно ухмыльнулся и достал из кармана штанов пачку сигарет с зажигалкой, закуривая. Протянул Поттеру, предлагая, но тот отрицательно покачал головой. — Пытаюсь бросить. — Если проведешь здесь больше одного дня — закуришь. Проверено лично мной. Но, если так угодно, пока можешь пощадить свой организм. — Ты так спокоен, — Гарри кивнул на использованный инъектор. — Знал что делать. — Я живу здесь уже два года. Реддл здесь уже пять лет, поэтому считай, что треть дерьма, которое он творит с сектой я испытал на себе. Из твоего рассказа понял, что твою подругу накачали. Вам двоим крайне повезло, что я оказался на этой дороге. Иначе… — блондин закурил. — Иначе все бы закончилось плачевно. Поттер сглотнул, даже не собираясь думать о том, что было бы, если бы все и правда закончилось как-то иначе. — Я так виноват перед ней. Это должна была быть лучшая поездка. Поездка, о которой она еще со школы мечтала. А теперь… теперь я не знаю что делать. — Хочешь совет? — Драко выбросил сигарету и затушил ее носком ботинка, после этого подбирая Гермиону на руки и направляясь к своей машине. — Если продолжишь винить себя, то сделаешь хуже. Направляй свои эмоции и силы на то, чтобы решать проблемы, а не мусолить их, жалея себя. Поехали. Я доброшу вас до города. Там есть бар, думаю ее владелица с братом вам помогут. — Джинни и Рон? — А, так вы знакомы. Еще лучше. Это единственное место, где вы будете в безопасности. Относительной. — Спасибо, — Поттер приподнялся с земли и последовал за новым знакомым. — Потом поблагодаришь. Делом. Они ехали долго. Почти все время молчали, иногда переговариваясь о каких-то мелочах. В окне то и дело мелькали деревья, поля и амбары. Когда они проехали через мост, пересекающий широкую, бурлящую реку, Драко вырулили вправо. Они свернули в лес, объезжая тем самым, как объяснил потом сам молодой человек, блокпост. Гермиона, лежавшая на сиденьях сзади так и не проснулась. Лишь периодически что-то шептала во сне. Наконец показались дома, магазины и знакомые вывески. Когда пикап остановился у бара, Гарри сам взял на руки Грейнджер и прошел за Драко в бар. У автомата с музыкой, к удивлению Поттера стояла Джинни со шваброй, прибираясь после долгой смены. Когда ее взгляд скользнул по внезапным посетителям, то глаза моментально приоткрылись в ужасе. — Господи, что случилось? — она подбежала к Гарри, осматривая бессознательную Гермиону беглым взглядом. Только через пару секунд она заметила Драко, стоявшего в метре от них. Он прислонился спиной к стене, сложив руки на груди. — Малфой, а ты что тут забыл? Тебе здесь не рады. — Как и всегда, Уизли. Я подобрал этих двоих на дороге. Они знатно развлеклись с Реддлом. Да так, что у нее, — он кивнул на бессознательную Гермиону. — случился приступ. Она уже попробовала нашу местную достопримечательность. Правда круто? Малфой рассмеялся и Гарри смутился. От того человека, что помог им, осталось мало. Он будто ощетинился и покрылся иголками в ту же секунду, в которую переступил порог бара. — Кретин, — барменша закатила глаза. — Выметайся из моего бара. Если ты думаешь… — Так, брейк. Гарри сказал это достаточно громко, чтобы обратить на себя внимание. — Я конечно понимаю, что у вас тут разборки и это не мое дело, но нам правда нужна помощь. Я не понимаю ничего. В нас стреляли, подстроили аварию, накачали наркотиками, а моя подруга чуть не умерла на моих руках. Пожалуйста, мы можем где-то переночевать и завтра вы все расскажите? Вы единственные знакомые, которые у нас есть здесь. Джинни потупила взгляд и выдохнув сквозь зубы, кивнула. — Ладно. Малфой, если хочешь, можешь прийти с утра. — Спасибо что разрешила, Уизли. Как же я жил без твоего одобрения до этого. — Дерьмово жил, — девушка закатила глаза и повернувшись, показала Гарри на небольшую лестницу в самом дальнем углу бара. — Поднимайся наверх. Пройдешь прямо до упора по коридору. Справа будет комната, заноси Гермиону туда. Отоспитесь и завтра поговорим, хорошо? Мне правда жаль, что с вами это произошло. Я надеялась… надеялась, вы сможете покинуть округ. Поттер кивнул. — Мне тоже жаль, но спасибо. Если бы не вы, мы бы были мертвы. Доброй ночи. Парень прошел до лестницы и когда его спина скрылась, Джинни развернулась к двери, но Малфоя уже и след простыл. — Как и всегда.

***

you can run on for a long time

run on for a long time

sooner or later God'll cut you down johnny cash — god's gonna cut you down

Утро выдалось солнечным. Сквозь молочного цвета занавески пробивались ранние лучи солнца, падая на кровать, где спала девушка. Она то и дело ворочалась, жмурилась и периодически постанывала. Сон, который она видела — был явно не самым приятным. Внезапно ее глаза распахнулись и она резко села на кровати, тяжело дыша. Гермиона сначала не поняла, где находится. Медленно прокрутила воспоминания вчерашнего вечера и как только дошла до темноты, ее рука непроизвольно потянулась к бедру, которое неприятно ныло. Ее укололи чем-то? Но это не были сектанты. Мотнув головой, она осмотрелась и заметила на кресле Гарри, который вполне себе мило спал, посапывая. Губы непроизвольно сложились в улыбку. Хоть что-то приятное после пробуждения. Главный вопрос сейчас состоял в том: где они? Судя по тому, что Гарри беззаботно спит — в безопасности. А если это так, все остальное второстепенно. Выбравшись из-под одеяла, девушка огляделась. Двуспальная кровать, глубокое кресло в котором спал Гарри, письменный стол, несколько стульев и шкаф. Комната была оформлена в светлых тонах. Недорого, но со вкусом и крайне уютно. Пройдя вперед, взгляд зацепился за ещё одну дверь. То, что нужно. Тихонько повернув ручку, Гермиона прошла в ванную, где заперлась и подошла к зеркалу. Вид у нее конечно был не очень. Непривычно слишком темные круги под глазами, несколько ссадин на лице, огромный синяк на шее, который видимо образовался после вчерашнего укола. Вся одежда пропахла лесом и той гадостью, которой ее вчера пытались отравить. Душ. Срочно. Смыть воспоминания ночи и все, что произошло. Холодная вода приятно ударила по телу. Минут пятнадцать она просто стояла под водой, стараясь нормализовать поток мыслей. Ей не хотелось думать о том, что произошло. Ей не хотелось выходить, потому что она была уверена, что как только она покинет ванну — на нее обрушится весь поток проблем, который придется разгребать. Гермиона не была из трусливых. Она любила добиваться правды и бороться. Именно это стало причиной того, что она поступила на юридический факультет. Но то, что произошло сегодняшней ночью — выбило ее из колеи. Это все казалось страшным сном. Вот-вот она проснётся, но капли воды все так же струятся по телу, а уродливые синяки на бедре и шее напоминают о произошедшем. — Ты справишься. Гарри жив, ты жива. Нет нерешаемых проблем. Все же выбравшись из душа и с тоской взглянув на свою грязную одежду, она вновь надела ее на себя. Другого выбора пока не было. Не голой же выходить? Кое как пригладив волосы, девушка вышла из ванной. Гарри к ее удивлению уже не спал, стоя у окна и глядя на улицу. Он явно что-то изучая. Или наблюдал за кем-то. — Привет. Первой заговорила Гермиона. Поттер обернулся и не теряя и секунды, подошел ближе, обнимая ее. Какое-то время они просто молча стояли. Порой им не нужно было говорить, чтобы все обсудить. Это была какая-то особенная связь, которую не понимал никто. Даже родители Гермионы. — Я так волновался. Думал, что потерял тебя, — освободившись из объятий, девушка подбадривающе улыбнулась. — Прости меня. Это я виноват. — Не смей, Гарри Поттер. Даже не думай винить себя. Ты всегда стараешься сделать как лучше. Не твоя вина в том, что мы заехали туда, где происходит такое. Хватит. Лучше скажи мне где мы? — В баре. Ты что-нибудь помнишь? — Почти ничего. Мы идём по дороге, а потом темнота. — Плохо. Ладно, погоди, я пойду умоюсь и спустимся вниз. Я расскажу что произошло. Джинни тоже обещала объясниться. Возможно это шанс. — Гарри… Я… Хочу подышать свежим воздухом. Можно подождать тебя внизу? — Да, давай. Я быстро. Гарри скрылся за дверью ванной комнаты, а Гермиона, постояв некоторое время, все же вышла в коридор плотно прикрыв дверь за собой. Ее встретила тишина, прерываемая периодическим шумом голосов откуда то снизу. Почему-то горло защемило от волнения и когда глаза заметили лестницу, она остановилась. Идти вперёд — значило ввязаться в гонку. Это значило то, что ей придется узнать о том, что здесь происходит. Но это не ее жизнь. Не жизнь Гарри. Они совершенно обычные, среднестатистические американцы, живущие самой простецкой жизнью. Со своими горестями, болью и минутными мгновениями счастья. Но что-то ей подсказывало, что как только она спустится вниз — все это закончится. Потому что вокруг… вокруг медленно кружился пепел агонии. Она чувствовала. Это не было статьей в интернете. Это была реальность. Реальность, в которой вчера ее похитили, накачали наркотиками и чуть не утопили. Реальность, в которой они с Гарри остались в какой-то глуши без единого цента и представления о том как жить дальше. Реальность, которая била по голове. Больно. Прислонившись к стене, и пытаясь остановить накатывающую панику, Гермиона огляделась и заметила впереди ещё одну дверь. Судя по табличке висевшей над ней, это был пожарный выход. Не медля и секунды, Грейнджер ломанулась к нему. Пробежав вниз по ступенькам, она чуть ли не пулей выбежала на улицу. Вдохнула полной грудью, чувствуя, как ранние, еще не жгучие лучи солнца ласкают лицо. На заднем дворе бара было безлюдно. Лишь мусорные баки, высоченный забор и запах свежеприготовленной яичницы, заставлявший живот голодно урчать. Сковывающий страх отступал, а возможность рационально мыслить возвращалась. Гермиона оглянулась. Людей нет, тишина и реальная возможность подготовиться к тяжелому разговору. — Ты можешь выслушать меня? Девушка замерла, прислушиваясь. Голос шел откуда-то сбоку. Она просто должна уйти и не подслушивать чужие разговоры. В конце-концов ее это не касается. — Нам с тобой не о чем говорить, Малфой. С удивление Гермиона узнала голос Джинни и невольно потянулась вперед. Наверное, когда-нибудь она будет гореть в аду за свое любопытство. Аккуратно пробравшись мимо коробок и пакетов с мусором, она остановилась около угла здание и выглянула. Рядом с новоявленной знакомой стоял неизвестный ей молодой человек. Они оба держали сигареты в руках, но если Уизли уже заканчивала с перекуром, то парень явно только подошел. — Ну конечно. Самое лучшее, что ты можешь сделать — это в очередной раз наорать на меня и прогнать из бара? Как по взрослому. — По хорошему надо вогнать пулю тебе в лоб, но, думаю, такая перспектива тебя не устраивает? Малфой рассмеялся и покачал головой, с остервенением ударяя землю носком ботинка. Гермиона не могла понять, что именно он чувствовал, но эти слова явно ударили больно. — Так вот какого ты мнения? — он повел плечами, стряхивая пепел с сигареты. — И все, что между нами было… ничего не значит? Это была лишь иллюзия? — Заткнись! Владелица бара моментально ощетинилась и подняла голову, смотря на собеседника серьезным, не терпящим возражений взглядов. — Иллюзия? Я доверилась тебе! Пустила в свой дом, семью. Помогла, когда ты походил на кучку дерьма, а не на человека, — голос Джинни начинал дрожать. — Я укрыла тебя от твоего папаши, а знаешь что ты сделал потом? Предал меня. Побежал к нему по первому зову. Ты предал всех нас когда я нуждалась в тебе. Иллюзия, ха! — Я уже извинился за это. Это была ужасная ошибка. Ты прекрасно знаешь, что я не общаюсь с ним уже почти полтора года как и с мачехой. Так почему же ты не можешь простить меня? — Цена твоей ошибки была слишком высока, Драко. Слишком высока. Джинни горестно хмыкнула и затушив бычок, кинула его в недалеко стоявшую мусорку. Обойдя молчащего Малфоя, она пошла к центральной дороге и вскоре скрылась за поворотом. Звякнул колокольчик. Молодой человек некоторое время постоял, будто обдумывая что-то, а потом так же выбросил сигарету и двинулся в бар. Гермиона прикрыла глаза, стараясь переварить полученную информацию. Что-то явно болезненное связывало этих двоих и судя по всему ей предстояло узнать что именно. Это не было любопытством. Скорее чуйка, которая никогда не подводила Гермиону. Постояв на улице еще некоторое время и полностью приведя себя в чувства, девушка двинулась в ту же сторону, где еще буквально минут пять назад скрылась Джинни и тот парень. На дороге недалеко от входа лежал пес. Он явно спал, но как только Гермиона оказалась рядом со входом, поднял голову. Внимательно посмотрев на девушку он тихо рыкнул, но вставать не стал, будто она прошла проверку. Хмыкнув, Грейнджер покачала головой, опустила руку на входную ручку бара и потянула на себя. Их приключение начинается.