Как мелко-квартет сводили Двух Героев Юньмэня

***

Со времён событий в храме Гуаньинь прошло всего два месяца, а за это время уже много всего произошло. В это трудно было поверить даже тем, кто сам был свидетелем гибели бывшего главы Цзинь и его приспешников. Но вот в то, что сам Старейшина Илин появится на пороге Пристани Лотоса и попросится обратно в орден — было невозможно поверить, как бы люди не пытались. И к удивлению многих, Саньду-шэншоу спокойно принял своего некогда шисюна обратно. Именно так в Юньмэне вновь появились Два Героя, чему старые жители были рады, радуясь возвращению Вэй Ина. Сейчас же на Пристани слышался заливистый смех бывшего заклинателя, который слушал рассказ любимого племянника о том, как старейшины Лань Лин Цзиня пытались манипулировать подростком. А сам Цзинь Лин в духе младшего дяди взял, да поставил тех на место, пригрозив натравить на всех Фею. Усянь гордился им и радовался тому, что тот с таким рвением делился новостями. Хоть им и предстоит многое сделать, результат уже был отличным. Отдышавшись, мужчина потрепал вмиг возмутившегося подростка по голове. — Ты правильно сделал, Цзинь Лин. Нельзя позволять этим нахохлившимся старикам тобой командовать, — от этих слов, мальчишка засмущался и загордился от похвалы. Вэй Усянь всегда говорил по ситуации, из-за чего в последнее время Жулань стал чаще желать слышать от того слова одобрения. — Именно! Они не считаются со мной лишь из-за того, что я для них слишком юн! Хмпф! Сероглазый хитро прищурился и легко кольнул парня в бок, а тот в свою очередь шокировано ойкнул и обиженно поджал губы. Но вот только Усянь не повелся на это, лишь ухмыльнулся. Юный Цзинь до ужаса сейчас напоминал своего покойного отца. — Идем к А-Чэну, он уже должен был закончить переговоры с торговцами, — и пока юнец не опомнился, мужчина хлопнул того по плечу и резво выскочил из беседки в которой они сидели. Почти сразу раздался возмущенный крик и топот подростка, поспешившего за своим неусидчивым родственником. Цзян Ваньинь только выпроводил последнего торговца, когда услышал смех и топот двух родных людей. Хмыкнув и обернувшись, мужчина скрестил руки на груди и немного хмуро взглянул на ворвавшихся в кабинет непосед. Усянь и Жулань пытались отдышаться и шутливо пихали друг друга, широко улыбаясь. Глава Цзян не мог долго на них хмуриться и в итоге тихо рассмеялся. На это зрелище засмотрелся Вэй Ин и невольно улыбнулся, влюбленно смотря на своего шиди. Юный Цзинь недоуменно моргнул и отметил себе в мыслях, разобраться с этим открытием. — Дядя! Ты даже не представляешь, что Старейшины в Лань Лине пытались учудить! — И что же эти старики собирались сделать? — заинтересовался мужчина и пригласил всех сесть. Пододвинув пиалы для чая и разлив его, он стал ждать рассказ. Повторив тот же рассказ, что и для Усяня, Цзинь Лин постарался быть аккуратным в своих словах, а то младший дядя мог и оплеуху за такое отвесить. Сам же Цзян Чэн нахмурился больше обычного и на его руке заискрился Цзыдянь, показывая мнение владельца насчет наглых старейшин. Собираясь уже раздаться бранью и хорошенько стукнуть по столу, мужчина неожиданно почувствовал на своем плече чужое прикосновение. Взглянув на спокойного и серьезного Вэй Ина, мужчина тут же успокоился и раздраженно выдохнул. Было странно, что даже сейчас брат успокаивающе действовал на Главу. — Я бы навестил этих стариков и сказал им пару ласковых!.. — все же высказался мужчина и тут же получил легкий подзатыльник, под судорожный писк племянника. — Да какого?! — и снова подзатыльник. Цзинь Лин уже планировал, где можно спрятаться, пока старший дядя хмурился под яростные пыхтения младшего. — Если ты это сделаешь, то подорвешь и так хрупкий авторитет А-Лина, — стал спокойно объяснять сероглазый, недовольно прикрыв глаза. — Он должен сам справиться с этим и заработать чужое уважение своими силами. После этих слов, даже подросток удивленно моргнул и задумался над тем, что Вэй Ин был очень даже прав в этой ситуации. И поэтому парнишка несмело улыбнулся и шмыгнул носом. Сам Ваньинь поджал губы, но согласился со словами брата, ведь ему тоже в свое время пришлось заработать чужое уважение собственными силами и достижениями во время войны. Сделав вдох-выдох, мужчина уставился на племянника и нахмурился. — Так и быть, не буду вмешиваться. Но если они и дальше будут наглеть — переломаю им их ноги. — Х-хорошо, дядя! — Жулань от неожиданности даже запнулся, давая свой ответ. Мужчина удовлетворительно закивал головой и обернулся к слишком довольному брату, который тут же показал ему язык. — Ты ребенок, что ли? Язык показываешь, — Глава не ждал внятного ответа, поэтому сразу же подлил себе еще чая и сделал глоток. Бывший Старейшина и не собирался отвечать на вопрос, почти сразу же начиная молоть всякую чушь, чтобы разбавить повисшую тишину за столиком. Рассказывать о прошлом было больно, но глядя на то, как расслабляется Цзян Чэн и вставляет свои комментарии в истории минувших дней — Усянь сам понемногу расслабился и даже осмелился рассказать про родителей Цзинь Лина. К этим рассказам с большим рвением присоединился Ваньинь, чем немало удивил племянника с братом. Так за разговорами не заметили, как стемнело. — Ох! Да вы гляньте только, как же темно, — нарочито встревоженным голоском сказал Вэй Ин, заставляя подростка нахмуриться от понимания, что ему хотят донести. — Деткам пора на боковую, а, А-Лин? — Хмпф! — недовольно поджав губы и скрестив руки на груди, юный Цзинь встал из-за столика. — Я уже не ребенок, чтобы так рано отправлять меня спать. — И все же тебе лучше отправиться к себе спать, — Ваньинь согласился с Усянем и хмуро уставился на подростка. — Завтра много важных дел предстоит сделать, поэтому тебе лучше выспаться. После этого мальчик стушевался и, отвесив короткий поклон обоим дядюшкам, попрощался. Так в кабинете остались двое мужчин, которые переглянулись и безмолвно согласились друг с другом. Глава ордена достал из тайника пару кувшинов с вином из лотосов. Отдав один кувшин брату, а другой оставив себе, мужчина расслабленно произнес: — Вот уж не думал, что спустя столько времени мы сможем спокойно выпивать и не ссориться, — в ответ ему раздался тихий печальный смех, а глаза собеседника закрылись. — Я тоже скучал по этому, А-Чэн. За мирными разговорами, братья просидели до поздна и вскоре разошлись в свои комнаты, готовиться к новому дню.

***

Сидя на пристани, Цзинь Лин размышлял о том, как странно себя ведут его дяди. Нет, он был рад, что они не ругаются и не дерутся. Но то, как они незаметно смотрят друг на друга было… Необычно. И смущающе, что еще сильнее озадачивало подростка. Отчаянно выдохнув, лег на спину и закрыл глаза. Рядом раздались шаги и шуршание чужой одежды. Даже не открывая глаза, юноша узнал нарушителя своего одиночества. Приоткрыв один глаз, лицезрел крайне задумчивого и тихого Вэй Усяня, который смотрел на лотосовое озеро. — Дядя Вэй? Что-то случилось? — теперь взгляд серебристых глаз устремился на Цзиня, который не на шутку стал переживать. Мужчина вздохнул и сел подле племянника, который довольно резко поднялся. — Дядя?.. — Скажи мне, А-Лин, — наконец заговорил старший и стал теребить рукава своего ханьфу. — Заслуживаю ли я счастья после всего того, что сотворил? Мальчишка недоуменно уставился на собеседника, не понимая вопроса. Цзинь Лин знал, что после всех событий у дяди довольно сильно заниженная самооценка, но не настолько же! — Конечно заслуживаешь, Дядя Вэй! К чему такой вопрос? У тебя все хорошо? — парень чуть было не стал суетиться и нервничать, но его быстро успокоил Усянь, ласково улыбнувшись. — Всё хорошо, не бери в голову, — вздохнув и прикрыв глаза рукой, он невесело улыбнулся. — Ладно, не будем тут рассиживаться. Не то влетит от А-Чэна. Встав на ноги и протянув руку для помощи племяннику, мужчина взглянул в сторону и нахмурился. Приподняв бровь в недоумении, Жулань обернулся и лицезрел, как Цзян Ваньинь приветствовал Ханьгуан-цзюня и нескольких адептов, что прибыли с ним. Среди толпы в белых одеяниях выделялись Сычжуй и Цзинъи, которые незаметно кого-то высматривали. — Похоже, у нас несколько неожиданные гости прибыли. Идем, поприветствуем их, А-Лин, — не дожидаясь ответа от парня, Усянь потащил его за собой к Цзян Чэну. Цзинь Лин подумал о том, что покой можно не ждать в ближайшее время, видя, как недовольно дядя смотрит на Второго нефрита.