Попытка номер сто один

Я родился в тот день, когда закончился сезон дождей и впервые вышло солнце. Конечно, я не помню этого дня, как и многих других дней своего младенчества. Мне об этом рассказала мать. Я был средним ребенком, до меня и после меня в гареме отца родилось много детей, и сыновей тоже. Отец вообще был плодовитым на сыновей. Матерью моей была суккуба Изольда из домена Сиреневой спирали, ныне ставшая там Владычицей. Отцом - Владыка Трайлерима Рэйтар. Первые годы младенчества у всех практически одинаковы. Мы едим, спим, пачкаем пеленки и периодически орем. Разница только в том, кто стирает эти пеленки, кормит и купает ребенка. В моем случае это были служанки, специальная кормилица, которая помогала матери - у этой женщины родилась дочь, так что у меня была молочная сестра, и множество женщин на подхвате в гареме. Не все доверяют своих детей другим женам и наложницам, но в родительском гареме было проще. Выживали только те, кто способен был скооперироваться, научиться взаимообмену вещами, помогал с детьми и даже порой лечил друг дружку. Одиночки и отщепенки не выживали или проживали не такую уж долгую жизнь. Не скажу, что гарем - прекрасное место. Обилие женщин накладывает свой отпечаток на многие вещи. Многие из этих женщин не согласны с выбором богов и судьбы и пытаются его изменить. Ладно, если просто соблазняют Владыку в надежде родить сына и тем более наследника, но большинство просто тихо гадят друг другу. У меня много лет был свой гарем, но я так и не научил некоторых леди не делать глупостей. Они травят друг дружку, тайком подбрасывают амулеты от зачатия, порой пользуются услугами ведьм и наводят порчу на самых красивых наложниц или на тех жен, которые пользуются большим успехом у Владыки. Пожалуй, мой родительский гарем спасало только то, что отец был страшнее всех других жен вместе взятых. Потому что выйдя однажды к нему на ночь можно было никогда не вернуться назад. Тогда я был слишком мал и очень плохо помню, сколько и каких женщин постоянно недосчитывались. Чаще всего пропадали, конечно же, молодые и красивые, в основном девственницы. Отец почему-то ценил девственность, хотя толку от нее никакого. Эта несчастная пленка ни на что не влияет, кроме каши в мозгах мужчины, который боится, что его будут сравнивать с кем-то. Я отучил своих женщин трястись по этому поводу, но тогда еще играла большую роль магия крови. Отец был магом крови и считал, что кровь девственниц лучше, чем других. Не думаю, что в этом есть резон, у меня тоже есть такой дар, но сколько я им ни пользовался, любая кровь реагировала одинаково. Разве что в крови детей больше силы, чем в крови взрослых, но этот факт годится лишь для презренных ритуалов по добыче силы. Я же их никогда не использовал, так как считал себя выше этого, да и собственной маны практически всегда хватало. А на что не хватало, то уже пользовался накопителями. Но я немного отвлекся. В общем, в гареме царила атмосфера выживания не друг против друга, а всех вместе против одного отца. Поэтому детей няньчили все - жены, наложницы, служанки, кормилицы, старшие сестры - все, у кого было свободное время и не занятые руки. Поэтому рос я в атмосфере огромного количества мамок. Моя мать относилась ко мне хорошо, но без фанатизма - суккубам свойственна плодовитость и легкомысленность. Поэтому я чаще всего был на попечении кормилицы и других женщин. Не могу сказать, что она была плохой матерью. Сейчас модно обвинять родителей во всех грехах, но я скажу одно - каждый из родителей делал то, что мог на тот конкретный момент. В те времена она относилась к детям проще и легче, а после смерти отца и вовсе покинула гарем и вернулась в родной домен. Ее ничто не держало в Трайлериме, как и многих других женщин. Это частая практика - брать в жены иномирянок для свежести крови и разнообразных способностей у детей. Рос я достаточно быстро, поскольку половинчатая кровь давала о себе знать. Эродемоны вообще растут и созревают быстро. Потому я стал ползать, а потом и ходить несколько раньше обычных демонских детей, что тут же стало поводом увеличить количество приглядывающих за мной глаз и способных остановить рук. Детей в таком возрасте следует оберегать и четко ограничивать, поскольку они способны влезть куда угодно, проглотить все, что влезает в рот, всунуть в нос все, что пролезет в ноздрю, запихать что-нибудь в уши и тд, до бесконечности. Возраст исследований и любопытства, как я его называю. Эти первые годы очень сложные, поскольку мало того, что ребенок сам испытывает на прочность свое тело, так еще и взрослые могут испытывать его. С момента, когда ребенок становится на ноги, ему начинают делать маленькие прививки ядами. От рождения ребенок получает иммунитет к болезням и ядам от матери, но с течением времени он слабеет. И чтобы в будущем у ребенка было меньше проблем, его потихоньку прививают. Капля за каплей подмешивают яды и образцы болезней в еду и питье. Образцы берут у больных, чаще всего это слюна или кровь, реже - частички кожи. В эти годы ребенок много болеет из-за введенных веществ. И матерям важно найти ту самую индивидуальную грань, когда вещества достаточно для иммунитета и недостаточно для смерти ребенка. Я болел мало. Насколько я успел изучить хроники, то кровь Владык прекрасно справлялась с болезнетворными веществами и перерабатывала яды. А учитывая, что я обожал подбирать с пола крошки и всякую ерунду и совать в рот, то я сам себя неплохо тренировал, даже не задумавшись об этом. Я облизывал бусы матери и сестер, жевал ленты для волос, совал в нос оторвавшиеся бусины и их потом с матами и воплями доставали особым способом - зажимали мне уши и рот и дули в свободную ноздрю. Я смеялся, плакал, давился и чихал бусинами. Кажется, я считал это интересной игрой, но в конце концов бедным женщинам надоело и они убрали бусы в замагиченные шкатулки, открыть которые могли только их хозяйки. На некоторое время стало спокойнее. А потом я открыл себе удивительный и чудесный мир за пределами гарема. Сначала дворцовые помещения, а потом и улицу. Детей часто выносили в сад гулять и дышать свежим воздухом, но только здоровых и уже умеющих самостоятельно передвигаться. Младенцев выгуливали на балкончиках и террасах дворца в гаремном крыле. Точнее, не совсем крыла. Сам гарем располагался в центре дворца, как сердцевинка цветка между лепестков, и в нем хватало пространства для выгула малышни любого возраста. Впрочем, без надзора взрослых выходить оттуда не следовало. Потому что обитатели дворца славились не слишком хорошими поступками. Меня спасало то, что я всегда был одет в дорогую одежду с вензелем Владык, чтобы было видно, из какой я семьи. Да и характерные черты лица Владык и темно-красные, кровавые волосы сразу давали понять, чей перед ними сын. Но некоторых это не останавливало. Однажды я подбил своего брата от другой матери погулять во дворце. В итоге мы нечаянно разделились - он где-то замешкался, а я не понял этого. Меня подхватила служанка и вернула обратно, мать шлепнула пару раз, и я забыл об этом событии. До тех пор, пока не понял, что моего брата нигде нет. Он не вернулся из этой прогулки. Его не видела стража. А потом его мама долго плакала, но мне никто ничего не сказал. Нас просто не увидели вместе и решили, что он сбежал один. Кажется, это была первая жертва на моем длинном кровавом пути. В целом, детство демонов не слишком примечательное. Все малыши остаются в гареме до достижения тридцати лет - начала полового созревания. Девочки же остаются там до совершеннолетия, до ста лет. Я прожил в гареме до двадцати лет, до тех пор, пока мать не заметила кое-какие весьма явные реакции молодого тела на окружающих красивых женщин, а мои сестры и тетушки не стали вдруг резко привлекательными. Меня отселили с почестями и красивой церемонией в отдельные покои и приставили кучу служанок на случай, если мои реакции выйдут за пределы "ах, какая красивая девушка!" и перейдут к практике. Увы, для меня столь раннее отлучение от матери стало довольно сильным потрясением. Внезапно из всеми опекаемого симпатичного ребенка я сразу стал подростком. На десять лет раньше, чем положено. Пришлось позаботиться о собственной безопасности, поскольку больше меня не хранили добрые няньки и не спасали после проделок заботливые сестры. Теперь я был предоставлен сам себе. И, конечно же, загружен учебой по самые острые уши, чтобы меньше было времени на проделки. Обучение начиналось, когда ребенок уже научится связно и внятно говорить. После этого его учат простейшим заклинаниям, предварительно проведя проверку на магические способности. Все дети Владыки обладают многими способностями, кровь дарит таланты и щедро рассыпает пригорщни маны, стоит только брать и пользоваться. В то же время, как ребенок научился говорить, его учат считать, читать, писать, обучают различать цвета, запахи, позже - счету времени, рассказывают о двух сезонах - сезоне дождей и сезоне засухи. Потом обучают лунным циклам, медитациям и тренируют первичные реакции. С виду это элементарная зарядка, призванная разработать мышцы для дальнейших тренировок. Здесь и начинается разделение на мальчиков и девочек. Где-то лет в восемь-десять обучение двух полов разделяется в гареме навсегда. Мальчиков тренируют как будущих воинов не зависимо от того, чем они будут заниматься. Девочек же обучают как будущих жен и матерей, что я считаю в корне неправильным. Девочки тоже должны уметь за себя постоять в случае чего. Но в те годы меня не спрашивали. Чем старше я становился, тем большее количество наук мне вдалбливали в голову. Порой в буквальном смысле. Тренировки на мечах начались с десяти лет и продолжились почти на всю жизнь. Наши учителя не жалели нас. Детей могли ранить, ударить, набить синяков, обматерить - это все было обычным процессом обучения. Мальчишек не щадили, особенно не щадили сыновей Владык. Не скажу, что я ненавидел эти тренировки. Скорее они вызывали здоровое желание стать большим, сильным и накостылять этому противному учителю так, чтобы он забыл на веки-вечные о твоем обучении. Именно этого эффекта учителя и добивались. Нам сменили диету. Убрали большое количество молочных и яичных блюд и добавили много мяса. Очень много мяса. Все блюда были с мясом, мы ели по пять раз в день и все равно были голодными. Нас гоняли целыми днями. И кроме тренировок все так же продолжались прививки все более сильными ядами. Двое моих братьев не выжили. Не знаю, что послужило причиной - яды ли, тренировки на износ до полумертвого состояния по вечерам или же иные причины, но однажды не пришел один, а через пару месяцев и второй. О них не принято было говорить и на все вопросы учителя отвечали, что сейчас мое дело тренироваться, а не задавать дурацкие вопросы. Когда меня отселили, к физическим тренировкам добавились магические, и я перестал задавать "глупые" вопросы. Мне просто некогда было думать - я должен был выучить все, что задавали на занятиях по истории, экономике, которая в те времена называлась счетоводством, зубрить самые необходимые заклинания, одновременно изучать алхимию, чтобы определять яды (это в первую очередь, все остальное потом). Со временем добавилась астрономия и способы ориентирования на местности, вылазки в самые непроходимые чащи с боевыми группами и много чего еще. Но обо всем по порядку...