Долюби любовь.

  Её можно было слушать и слушать, не отрываясь. Вообще, зельевар так и делал : он сидел и не сводил с неё взгляда, подперев голову рукой, впитывая бархат каждого слова, каждый добрый взгляд. Иногда он становился серьёзным и уверенным, но лишь на мгновение, когда женщина умело выводила корабль из опасных мест морской пучины; а потом сразу же мимика становилась спокойной, уравновешенной и совершенно беззаботной. У Элеоноры лицо ангела. Ангела с грустными глазами, с пережитками и болью прошлого. Иногда грустноватая улыбка растягивала её губы в слегка изогнутую линию. Иногда её руки, всегда спрятанные за атласом перчаток, дрожали, это было совсем незаметно, но Снейп уже всё видимое мысленно сфотографировал, отложил в своей памяти и даже малейшее подрагивание не утаивалось от внимательного взгляда. При аварии был задет нерв, последствия которого в виде дрожащих рук остались на всю жизнь. Женщина оказалась очень интересной визави, диалог с которой не хотелось останавливать. - Ладно, Северус,  поздно уже, - произнесла она, глядя на часы, - задержала я вас. - Что вы, было очень приятно провести время с вами. - Правда? - с надеждой воскликнула Эля. - Правда. А вы удовлетворили свой интерес узнать меня лучше? - глаза его загадочно блеснули в свете луны. - Вы письмо прочитали? - тут же в ответ утвердительный кивок и капитан благодарно улыбнулась. - Альбус не ошибся. Вы и правда хороший человек, - наивная. Не знает, какие дела с темной магией он проворачивал в прошлом. В прошлом, за какое ему жуть как стыдно, и которое он хочет забыть как страшный сон. - Да, удовлетворила, спасибо. - Спокойной ночи, капитан, - встал, поцеловал её руку, ощутил на губах тепло кожи и вкус шоколада, и вызвал у женщины румянец смущения. - Спокойной ночи, Северус, - пролепетала она и проводила взглядом высокую фигуру, удаляющуюся, скрывающуюся в тёмном коридоре. А потом откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди и довольно закусила губу. - Спокойной ночи...   Снейп пришёл в кабинет с небывалым чувством окрыленности, он был на седьмом небе от счастья. Прокручивая её фразы и смех в голове, он не заметил, как прошло два часа. Два приятных часа, когда вновь он слышал бархатное урчание. Спать не хотелось абсолютно. Ещё и хаотичные шаги двух, видимо, людей на открытом воздухе мешали. Ночные прогулки он любил, и этот случай исключением не стал. Выйдя на самый верх, он чуть не попался на глаза не вполне трезвой паре. Стоя за стеной и краем глаза видя происходящее, он распознал голос и лицо жениха Элеоноры, но девушку он видел впервые. Их поцелуи, прикосновения, слова были совсем не дружеские. Неужели и этот растопчет её сердце? И вдруг стук трости нарушил романтическое рандеву. Северус с ужасом понял, что должно было произойти. - Это что? - из голоса капала боль и осознание измены. Всё по кругу. - Элечка, ты не так все поняла, - сказал этот человек, стараясь придать голосу больше трезвости. - Да? А как надо? - съязвила женщина. Майкл икнул и приложил палец к губам, сразу же потянувшись к Элеоноре, но та с силой ударила его по руке и уперлась тростью ему в грудь. - Значит слушай меня : всё конечно! - Эль, - покачнулся он и протянул руки. Капитан отвернулась от него, вдруг резкий разворот, выпад, точный удар прямо в челюсть. Он рухнул как подкошенный. Внутри неё зажглось пламя ненависти. Выпрямившись, она поспешила к себе. Шумно дыша, капитан пронеслась совсем рядом с зельеваром, едва не заметив его. Он остолбенел от этой сцены. Вдруг корабль отклонился от маршрута, повернув в сторону ближайшей суши.   Зафиксировав штурвал тростью, женщина ворвалась в свою каюту и за долю секунды собрала все вещи своего жениха. Майкл и эта девица мялись у борта, явно ничего не понимая. А Северус так и стоял, не зная, радоваться или сожалеть. Ведь то, что ему сказал голос, сбылось, но страдает Элеонора... Стоит ли оно того?   Галанова выбежала из каюты, спустилась вниз и швырнула под ноги пары тёмный саквояж. Даже с такого приличного расстояния можно было видеть, сколько обиды и ненависти в этих глазах. Вдруг она сняла перчатку с правой руки. Она была серебряная. Кольцо сливалось с пальцем, женщина его сняла и демонстративно повертела перед носом жениха. Намерений, казалось, не знает даже она сама. - Сколько, ты говорил, оно стоит? Триста долларов? - резким движением выкинула за борт. - Теперь это точно драгоценность. Как у пиратов. - Элеонора! - заорал пассажир и бросился к краю корабля. - Ты дура! - Зато я не изменяю. У вас есть пять секунд, пока и вы не отправились вслед за кольцом, - прорычала она и вклинилась взглядом в опешившего человека. - Три уже было.   Они вдвоём с девушкой начали развязывать верёвки, держашие лодку, но яркий всполох света уничтожил верёвки и спасательная шлюбка упала на воду. Палочку она прятала в рукаве. Элеонора переместила любовницу на лодку, хотя, признаться, хотела долбануть о воду со всей силы. Разъяренная женщина подлетела к Майклу и схватила его за воротник, перегибая ипуганное тело через борт. - Что ты скажешь в свое оправдание, пока я тебя не убила? - прошептала она, едва различая собственный голос из-за колотившей в виски крови. Правду говорят, что обиженная или обманутая женщина - самое страшное существо на планете. Её грудь тяжело поднимала мундир, а ноги жалкого человека оторвались от лакированых досок и теперь картина выглядела ещё более жалкой : хрупкая женщина держит в страхе сильный пол и горячо дышит на белую от испуга кожу. - Я люблю тебя, - скорее вопрос, нежели утверждение. Такой мелочный и двуличный человек... - Мимо, - вылюнула она и толкнула его из корабля. Майкл с тихим криком шлепнулся в воду. - Ich hasse es! Seien Sie glücklich mit diesem Mopp! Um deine Kinder bei jedem Schritt zu ändern! Ein weiterer Idiot, der in die Seele spuckte, * - по интонации и остервенению в движениях было понятно, что сказанное - явно не пожелания на долгую и счастливую жизнь. Саквояж полетел следом. Вдруг женщина закпрокинула голову и безысходно вскрикнула : - Господи! За что?   Подняв с пола и надев перчатку, капитан ещё раз презрительно посмотрела на парочку и, прощально помахав рукой, ушла.   Северус постоял ещё несколько минут, осмысливая увиденное. Он никогда и не подозревал, что женщина от боли душевной может такое творить. И только сейчас до него дошло, что она была без трости.       Тянущая боль в области таза неожиданно приняла новый оборот, с новой силой, женщина приснилась к стене. После нескольких довольно мучительных минут боль утихла. Зайдя в каюту сразу же на глаза попалась бутылка виски. Рядом ещё не открытая плитка шоколада. "Ну, что ж, иногда можно", - устало подумала она и подошла к столу, разворачивая сладость с приятным металлическим шелестом. Виски приятно обжёг горло, стало легче. Сняв мундир, облегающий грудную клетку и брюки, женщина надела платье из плотной приятной на ощупь ткани, вместо сапог - туфли, и пошла к штурвалу. Убрав трость, она потянула за рычаг и судно рвануло вперёд с такой силой, что нос корабля поднялся над водой. Северус едва не упал от такого толчка. В душе его стало одновременно гадко и светло. Это чувство его не покинуло, пока он не пришёл к себе, и не закрыл глаза, погружаясь в глубокий сон. *** - Капитан, может, поспите? - тихо прошептал морячок, аккуратно теребя задремавшую за плечо. - Что? Крис, прости, зачем? - нехотя открыла глаза и потянулась. - Вам надо отдохнуть. Я вас подменю, - уговаривающе произнёс он. - Ладно, - выдохнула Элеонора. - Ты маршрут знаешь? - Конечно. - Значит идёшь строго по линии, никуда не сворачивая, - встала, взяла трость; переключила телеграф и корабль поплыл с прежней скоростью. - Часам к десяти мы прибудем, разбуди меня, как только увидишь порт, хорошо? - Так точно.   До порта Белфаста было чуть больше семи часов.