Долюби любовь.

  Бладжер летел в сторону трибуны в одного из Уизли. Мяч летит быстро, в опасной близости от головы рыжего шутника встречается с битой, устремляется в обратную сторону и с грохотом встречается с одним из слизеринцев. Тот пропускает мяч, Джонсон его хватает и в кольце Слизерина зияет сравниющий счёт гол. Гриффиндор взорвался овациями, и вместе с Джорданом принялись расхваливать Анджелину, вылетевшую на середину поля.   Вуд и Флинт постоянно собачились, и теперь, находясь на разных концах стадиона они просто высасывали друг из друга душу не хуже дементоров. Слизерин постоянно мухлевал, жульничал пытался насолить гриффиндорцам, вызывая возмущение и негодование у всех учеников и профессоров  кроме Снейпа, что, конечно, не удивительно. - Давай, Джонсон, - шептала Элеонора, впиваясь не длинными ногтями в ладонь зельевара. Взгляд намертво вцепился в девушку.   Северус не понимал такого возбуждённого отношения к простой игре. Элеонора переживала за учеников как за собственных детей, чем иногда сильно напрягала, напоминая в такие минуты МакГонагалл.   Болельщики мотали головами в потугах разглядеть пролетающих мимо игроков словно котята в попытках не потерять из виду игрушечный бантик. Вдруг треск двух столкнувшихся мётел раскатисто долетел до зрителей. Какой-то парень в зелёной спортивной форме влетел в Кэти Белл совсем рядом с кольцами и забил ей, девушкой с квоффлом в руках, гол. Кэти едва не свалилась с метлы. Махнув рукой мадам Трюк Элеонора даже выпрыгнула со своего места. - Алло!   Её яростный крик среди всей купы возгласов был услышан и воспринят в полной мере. Матч остановили для выяснения обстоятельств. - Почему этот шкет такой агрессивный? - горячо шепнула астроном сидящему рядом Снейпу. - Сколько раз он смухлевал лишь за сегодня? - Пьюрри на Слизерине, - коротко ответил зельевар, - этим всё сказано. - Да, Слизерин - диагноз, - съязвила женщина, тыча пальцем брюнету в грудь. Её всегда матовая светлая кожа порозовела от возмущения. - Зато гриффиндорцы все божьи одуванчики, - бил Снейп в ответ. - Ты неисправим, - Элеонора цокнула языком и улыбнулась.   Как только матч продолжился, в воздух тут же взмыл маленький золотой шарик, Поттер устремился за ним. В опасном пике юноша почти хватает снитч, но он ускользает, подло улетая вниз. Трибуны затаили дыхание. Поттер вновь в дюймах от мяча, зажимает метлу коленями, вытягивает руки и... есть! Гриффиндор победил ожидаемо неожиданно, с криками, овациями, свистом.   Гриффиндор, Пуффендуй и Когтевран ликовали, Слизерин - поголовно - скалился и злопамятно зыркал в сторону победителей. В гаме никто не обратил внимания на загонщика Слизерина, которому пару минут назад вынесли выговор. - Фред!   Одного из Уизли окликнул отчаянный женский крик, предупреждая об опасности, но он почувствовал лишь бладжер, вдаривший по шлему. Всё смолкло. Трибуны застыли, смотря на загонщика. Фред схватился за голову, покачнулся, люди охнули. Парень камнем полетел вниз, но где-то с середины высоты начал плавно,  словно пушинка, опускаться на землю. Никто не знал, откуда пришло спасение, но Фред, потерявший на некоторое время сознание прекрасно это знал... ну, по крайней мере догадывался. Эта персона была одной из немногих, кто различал Джорджа и Фреда, что очень уж льстило рыжим шутникам. - Фредди, ты меня слышишь?   Джордж, Гарри и Рон, растолкав публику, опустились на корточки и помогли парню сесть. Вокруг пострадавшего загонщика столпилось по меньшей мере человек двадцать. Кто-то свирепо кричал на Эдриана Пьюрри, проклиная того за наглость, кто-то требовал его отстранения, кто-то спрашивал состояние Фреда. А потом, секунд через сорок кто-то заметил приближающуюся блондинистую шевелюру, которая завораживающе развивалась и переливалась золотом на солнце, и предупредил о приближении Стальной Мадам. Шум не стихал. - Как он?   Это была профессор Галанова, учитель астрономии. Она опустилась на колени, юбка платья осела вокруг, словно лепестки тёмно-синего цветка, взгляд, красноречивый и вопросительный, устремился на Джорджа. Он ответил, что братец вроде живой. Женщина раздражённо приказала замолчать, сняла с рыжика шлем и с жалостью глянула на слегка скосившиеся глаза. - Да заткнитесь вы! - рявкнула она, выставляя перед лицом Фреда два серебряных пальца. - Сколько пальцев показываю? - Ого, сколько у вас рук, - с глупым выражением лица и самой серьёзной интонацией произнёс Уизли. - Какое заклинание вы использовали? - Ясно, - катигорично вздохнула астроном, поднимаясь на ноги, - ведите бедолагу к мадам Помфри. *** - Сними с этого головореза пару баллов, жалко что-ли?   Элеонора надула губы как маленький ребёнок. Она уже двадцать минут стояла возле Снейпа, выдалбливая взглядом в его макушке дыру. Северус пытался игнорировать её приказ, и искренне хотел понять причину такого слишком тёплого отношения к близнецам Уизли. Но он догадывался. Элеонора ко всем ученикам относилась одинаково, у неё не было любимчиков, но проказники и причины снятия сотен баллов с факультета почему-то зацепили её внутренне чувство равноправия. Зельевар думал, что возлюбленная видит в них часть себя. Такая же неунывающая, жизнерадостная, просто заряд позитивной энергии. Может он и прав, но когда он поднимал эту тему, тактично намекая, женщина строго смотрела на него и вежливо-нехотя прижигала это русло разговора накорню. Очевидно, что эта тема вызывает враждебные эмоции. - Нет. - Тогда будешь спать на диване, - астроном сложила руки на груди, и добавила : - Месяц. - Не на диване, а с тобой.   Зельевар поднялся из кресла и встал напротив Элеоноры, глядя также воинственно. Та скучающе удивилась, изгибая изящные брови. Женщина упёрлась ладонями в подоконник и поднаклонила голову, рассматривая собеседника. - С какой радости? - Потому что ты без меня не сможешь. - Самоуверенный гад, - сказала она почти с улыбкой.   Снейп усмехнулся и сделал шаг вперёд, оказываясь так близко, что носы их обуви и подолы мантий почти соприкосались. Как только его лицо оказалось в паре дюймов от лица Элеоноры, она увернулась и плюхнулась в кресло, в котором минуту назад сидел мужчина и оно ещё не остыло, поперёк. Снейп вызов принял и наклонился над ней, одной рукой сжимая колени, чтобы женщина не убежала ещё раз, второй упираясь в подлокотник. Звучит побеждённое ленивое "Ладно, минус десять очков Слизерину, потому что моя подруга дурно на меня влияет". За такое вопиющее панибратство он, естественно, ещё получит, а сейчас Элеонора дала им обоим минуту вольности, пока не вошли Флитвик и Стебль, и астроном не подошла к двери, игриво подмигивая. - А вот и спасибо.