Часть 1
26 декабря 2022 г., 22:00
Наступил долгожданный декабрь, выпал первый снег, на улицах стало гораздо холоднее, а огромный мегаполис продолжал жить такой же бурной жизнью. В одной совершенно обычной токийской школе команда организаторов в лице самых популярных и ответственных обучающихся придумали некую необычную затею, в преддверии Рождества и Нового года.
В один из учебных дней эту идею представили на совете по улучшению учебных достижений и культурно-массового развития школы. Выступал президент школы и глава организационного коллектива. Все задумки подавались в лучшем виде. Презентации, видеореализация, проекты и выступление Куроо Тецуро, которые только улучшали презентабельность предлагаемого проекта.
— В этот раз мы решили взять что-то несильно масштабное, но достаточно полезное для нашего отдела по продвижению значимости комфорта и удобства в стенах нашей школы. Эта идея не имеет какого-то интеллектуального смысла или же творческой направленности. Всё гораздо проще и легче, что привлекает учащихся.
Темноволосый молодой человек, одетый в школьную форму Некомы, стоял за небольшой стойкой, держа несколько листов бумаги. За его спиной висел большой экран, на котором была стильная и информационная презентация, сделанная тем же коллективом, что он представлял.
— У каждого из педагогов и, непосредственно, администрации школы возникал вопрос: «Что может сделать нашу школу ещё лучше?». Может быть ввод дополнительных спортивных секций? Или больше часов отдыха в неделю? Мы бы могли подойти к каждому школьнику и спросить лично, чего бы он хотел, но опросить тысячу с хвостиком человек в такие короткие сроки — просто нереально. Да и будем честны: многие ребята соврут или скажут что-то банальное, лишь бы не было лишних вопросов.
Все присутствующие внимательно слушали президента школы. Каждый преподаватель знал его, как отличного парня, с полной отдачей в учёбе и делах школы. Куроо вытягивал не только своей внешностью и умом, но и прекрасной харизмой, которая не раз его выручала.
— В честь Рождества мы предложим всем учащимся нашей школы написать письмо Одзи-сану, в котором они должны будут написать, что хотят улучшить, что им нравится и что бы они хотели убрать вовсе. Просматривать эти пожелания будет только я и моя команда, чтобы учителя случайно не увидели что-то недоброе в свой адрес. Ну и безусловно, письма будут анонимными, с целью устранения боязни высказывания своих пожеланий и претензий.
Парень замолчал. Всё, что он хотел сказать — сказал. Стоял в ожидании ответа, переводя свой взгляд с директора на куратора его класса.
— Идея неплоха, но нам следует её обдумать в течение некоторого времени. Спасибо Вам, Тецуро, можете присаживаться.
***
Осталась последняя неделя уходящего года. Вся учёба закончилась. Начались каникулы. Пятничный вечер в городе трудно спутать с любым другим. Бары забиты посетителями. Толпы отдыхающих после тяжёлой недели разминают ноги на искусственных катках торговых центров. Некоторые в спешке мечутся везде, где можно найти подарок на предстоящие Рождество и Новый год. Одна компания тоже отдыхала, подтягивая пивко в одной из квартир тихого токийского района. — Слышали новость? Японская столичная школа Некома вновь выделилась среди других! Чтобы ближе узнать желания обучающихся, организаторы школы предложили ребятам написать письмо Одзи-сану с пожеланиями об изменениях в школе. Педагогический коллектив уверяет, что это сблизило учеников с учителями, помогло улучшить учебный процесс и помочь малышам в воспитательных целях, — зачитывал новость, написанную в телефоне, один из парней. — Ха-ха-ха! Некома вновь начала выёбываться бессмысленными идеями. Что за бестолковые мероприятия? — прокомментировал кто-то другой. — Зачем этот детский лепет? «Напишите письмо дяде Одзи и получите дополнительную порцию занятий и факультативов!». — Хочешь сказать, не веришь в Одзи-сана? Потому что ты не учился в школе Некома, где тебе могли помочь в воспитательных целях. Шумная компания ещё долго обсуждала эту новость. Она разнеслась по всей Японии. Министерство образования подумало, что это отличная идея в продвижении и улучшении учёбы, поэтому на первых полосах газет только и печаталось об этой "сверхновости". Через полчаса горячий пыл возмущения утих, и все продолжали веселиться, но одного парня эта новость не могла оставить ещё долгое время. — Цуму, ты чего такой напряжённый? Завтра в школу не надо, можно расслабиться и попить пивка. — Я наверное, пойду домой... — задумчиво ответил светловолосый парень и встал с дивана. Удалился из гостевой комнаты в коридор. Сел на пуфик рядом с входной дверью и надел зимние кроссовки, накинул куртку, в знак прощания помахал рукой и в ту же секунду исчез за закрытой входной дверью, больше ничего не сказав. Пошёл всего второй час ночи. Ацуму изначально думал, что останется ночевать у друга, в той же квартире, где сейчас проходит тусовка. Но спустя час размышлений в его голову пришла совершенно глупая и странная идея. Жил парень совсем недалеко. Минут двадцать неспешным шагом. По пути был небольшой круглосуточный магазинчик со всем, что могло пригодиться в два часа ночи, и не только. Быстро заскочив в него и пройдясь по отделам в поиске нужной вещицы, так и не нашёл её. Пришлось обращаться к продавцу, который уже засыпал от скуки. — Доброй ночи, не могли бы Вы мне помочь? — вежливо попросил Мия. Сонная девушка зевнула, подтягиваясь и одобрительно кивнула, ничего не говоря. Перед ней стоял достаточно высокий молодой человек. Его волосы были похоже на выбеленное золото, хоть они и были крашенными. Еле заметная улыбка и широко распахнутые глаза кричали о том, что он немного подвыпивший, но это никак не влияло на его поведение и уж тем более красоту. — Мне нужен обычный конверт. — Конверт? — она усмехнулась. — Не думала, что в наше время кто-то пользутся почтой. Или вы хотите написать письмо Одзи-сану? Молодой человек по-детски улыбнулся. Прикрыл глаза, будто что-то вспоминает, и ответил: — Именно этим я и хочу заняться. Знали бы Вы, как я люблю мечтать и верю в настоящее чудо. Продавец ничего не ответила. Вышла из небольшого прилавка, где располагалась касса и какой-то мелочный товар, выставленный на продажу. Прошла к стеллажам с канцелярией и присела на корточки, рассматривая последнюю полку. Девушка искала достаточно долго, перекладывая разные предметы с места на место. Затем зашла на склад, где-то в подсобных помещениях и в конце концов пришла к однозначному выводу: — Мне кажется, что всё-таки у нас их не будет.. и в такое время Вы вряд ли найдете, — она с сожалением пожала плечами и вернулась обратно за стойку. — На почте можно будет купить или в канцелярских магазинах. Ацуму одним глазом взглянул на карту магазинов. Откроются они не раньше 9 утра, а ждать он не мог. Поблагодарил продавца за старания и вышел из магазина. Квартира, в которой Мия иногда оставался спать и был прописан его родителями, была в нескольких шагах. Он старался не шуметь, впрочем как всегда. Не включая свет в коридоре, прокрался в свою комнату и закрылся на замок. Родители давно легли спать. Их отдых после долгого рабочего дня был невероятно прост: поскорее вернуться домой, поужинать и лечь спать, не вставая минимум до 7 утра следующего дня. Осаму, брат Ацуму, не любил вечеринки и подобные тусовки. Он был совсем домашним. Частенько засиживал в своей комнате, рубясь в компьютер или приставку. Иногда, в лучшем случае – раз в месяц, выходил погулять со своими друзьями. При таком раскладе больше всего удивляет тот факт, что у Осаму есть девушка. И не какая-нибудь интернет-подружка, а вполне реальная красавица, которая, к слову, сейчас спит рядом со своим молодым человеком. Братья жили в разных комнатах. В детстве они много ссорились и устраивали крики с истериками и даже со слезами.. Родителей это совершенно не устраивало и порой сильно раздражало. Через несколько месяцев после первого похода в школу их расселили. Каждый был в своей спальне. Парней эта новость обрадовала, и, после такого решения, скандалов в доме стало на порядок меньше. Один сидит в одной комнате, другой — в другой. Ацуму приметил знакомые сапоги на высоком каблуке у входной двери. Да и проходя мимо запертой двери спальни брата, он услышал знакомый смешок, который был чем-то приглушён. Наверное, Ину уткнулась носом в подушку, чтобы громко не засмеяться и не разбудить весь дом. Ацуму запомнил эту привычку. Она так всегда делала, даже если смеяться можно было во весь голос. Обошёл кровать, стоявшую прямо у двери, и сел на кресло за стол. Комната была в полном бардаке. Неудивительно. Это обычное дело для парня такого возраста. Беспорядок был не существенным, не считая стола. Жестяные банки из под энергетиков, горы тетрадей и учебников, всякий ненужный хлам. Сказать, что Ацуму неряха — соврать, а вот то, что он ленивая жопа — чистая правда. Он любил порядок. Любил, когда всё на своих местах. Любить и фанатеть от этого — совершенно разные вещи. Вот бы у него была личная горничная. Только не такая, что потом ничего найти не можешь. Пусть она умела бы наводить порядок так, что Ацуму даже не замечал изменений. Вроде бы всё также, но помещение стало просторнее и чище. Мия еле-еле нашёл обыкновенный лист бумаги форматом а4. Пододвинув всё лежащее на столе немного в сторону, освободил центр стола. С гордостью расположил найденную бумагу и начал размышлять, шепча себе под нос: — Что бы такого я мог попросить у Одзи-сана? — рука потянулась за шариковой ручкой, едва писавшей черными чернилами. — Чего мне больше всего в жизни не хватает? Ацуму почесал затылок и откинулся на спинку удобного кресла. И вправду, чего ему не хватает? Живет в квартире в Токио. За проживание, еду и всякие бытовые потребности ни копейки не платит. Учится довольно неплохо. Рядом всегда есть друзья, с которыми не заскучаешь. Что ещё нужно? — Хочу... хочу... чего же я хочу? — озадачился Ацуму. Вскочив на затёкшие ноги, начал метаться по комнате, разминая ступни. Так ему лучше думается и голова начинает работать. Давно наступила глубокая ночь и мысли связать было трудновато. Алкоголь тоже является фактором такого ступора. Он ещё долго так ходил. Полчаса уж точно. Когда сон брал своё и сознание по-тихоньку отрубалось в голову пришла мысль: — Хочу себе какого-нибудь вымышленного хранителя... ангела-хранителя! Да, точно! — голос звенел на всё комнату. — Хочу себе ангела, который мне будет помогать. Уголки губ начали подниматься и превращаться в хитрую улыбку. И как он своими криками не разбудил других? Быстро взобравшись обратно на кресло, стал писать на листе. Сначала ломал голову как бы написать покрасивее, потом по несколько раз переписывал и вот, наконец-то, в его пьяное сознание пришли более-менее здравые мысли. Писать принялся разборчиво и как можно аккуратнее. «Дорогой Одзи-сан, в этом году я вёл себя очень хорошо! Ни разу не был в отделе полиции (в качестве свидетеля не считается), закончил триместр без троек и, конечно же, почти не дразнил своего брата. Поэтому ты должен исполнить моё желание. Я хочу, чтобы со мной произошло какое-то чудо! Ну, например джин исполнил бы мои три заветных желания. Или я научился бы читать мысли других. А может быть ты сделаешь так, чтобы у меня появился тот самый человек, что поможет мне решать проблемы. В общем я жду.» Ещё раз двадцать перечитал и сложил письмо в обыкновенный бумажный самолётик. Делал всё ювелирно, будто держит в руках какой-то важный документ. Залез на подоконник и открыл окно. Зимний прохладный ветерок тут же влетел в комнату и принялся разгуливать, слегка посвистывая. Ни снега, ни дождя. И воздух был не влажный, значит письмо долетит именно туда, куда нужно. Парень ещё раз посмотрел на своё пожелание и со всего размаху запустил его в тёмное небе, освящаемое фонарями где-то снизу, у дорог. Самолётик закружил и сделал несколько оборотов в воздухе. Ветер подхватил хлиплые крылья и унёс его сначала вниз, а потом вверх, ближе к крышам других домов. Ацуму ещё долго сидел у окна, наблюдая за удаляющейся белой точкой. Лёгкий мороз заставлял покрываться кожу мурашками, но Мия боялся отвернуться даже на одну секунду. Хотел проводить взглядом письмо до полного его исчезновения. Позже оно начало совсем теряться и размываться. Парень уже засыпал на подоконнике. Одной ногой во сне, закрыл окно, затянул шторы, чтобы утром свет от солнца не мешал спать. Снял с себя всю одежду и завалился на кровать, которую даже и в мыслях не было расстилать. Мягкие подушки помогли ещё быстрее заснуть. Сегодняшней ночью ему многое снилось, но никакого ангела и в помине не было. Ацуму даже не представлял, как он будет выглядеть. Маленький или человеческого роста? Взрослый или совсем ребёнок? Девушка или парень? А какие у него будут крылья? А во что он будет одет? Слишком много вопросов для рассуждение на будущее, но, увы, на следующее утро пыл Мии ослабнет и он не будет думать о такой детской ерунде.***
31 декабря, 10 часов вечера. Всё та же четырёхкомнатная квартира со смежной гостиной и кухней. Ацуму с явно наигранным энтузиазмом подправляет высоченную ёлку и игрушки на ней. В метре от них Осаму что-то пытался стянуть со стола, накрытого для предстоящего праздничного ужина в честь Нового года. Ину Кинуэ, девушка Осаму, миниатюрная, как кукла с короткими волосами натурального темного цвета, нарезала на кухонной столешнице какие-то фрукты, со старанием выкладывая их на тарелочку. Родители уже час не возвращаются из магазина, в который пошли за напитками и бенгальскими огнями. — Саму, я всё вижу! Хватит таскать моти. Парень осторожно повернулся лицом к недовольной девушке, быстро прожёвывая то, что успел взять в рот. Незначительная ухмылка скрасила его лицо и он поплелся к Ину. Зайдя за спину, руками охватил её за талию, и поцеловал в макушку. Мягкий и сладкий аромат недавно помытых волос ещё больше заставил улыбнуться Осаму и крепче обнять свою возлюбленную. — Не думал, что твои родители согласятся отметить Новый год с нашей семьей. Это было приятным сюрпризом для меня. Ину запрокинула голову назад так, чтобы ей открывался вид на серые глаза юноши. Несколько секунд она всматривалась в них, будто пытается найти что-то в них кроме своего искажённого отражения, а затем с очень загадочной интонацией прошептала: — Я приготовила отличный подарок для тебя. — М-м, правда? И что же это будет? — Ты это узнаешь только после полуночи, как полагается, — девушка прищурила глаза и постаралась говорить ещё тише. — То-олько этот подарок придется рассматривать в пустой квартире... — Я вообще-то всё слышу! Ацуму рассматривал что-то в холодильнике. Пара немного увлеклась друг другом. Настолько, что не заметила, как "третий лишний" подкрался к ним греть уши. Но видимо брат несильно горел желанием слушать какие-то намёки на грязные делишки. Осаму отошёл от Ину и невзначай спросил: — Ты ведь после боя курантов пойдешь к Киму? Кто там будет? — С какой целью ты интересуешься? Узнать в каком состоянии я вернусь или к какому часу я вернусь? — Вот думаю узнать: когда же это мой брат начнёт интересоваться СВОЕЙ личной жизнью? — Тебе наверное завидно. Я ведь не ползаю за кем-то... Осаму недовольно нахмурился и сжал губы, словно думает, как бы лучше ответить. Брат же, как искажённое зеркало, начал его пародировать, дразняще покачивая головой и утрированно приоткрывая рот от наигранного удивления. — Всё, хватит, — Ину скользящим движением ухватилась за плечо своего молодого человека и поцеловала его в щёку. — Давай всё обсудим позже? Сейчас родители придут, не стоит им портить праздничный настрой своим ссорами. Юноша расслабил все мышцы лица и слабо кивнул, соглашаясь, затем отвернулся и удалился куда-то в коридор, захлопнув за собой одну из дверей. Ацуму снова искривил лицо. В мыслях у него так и кричал какой-то черт: "Подкаблучник!!!", но этот голос темной стороны он решил оставить при себе. — Так ты не ответил на вопрос, Цуму. Кто там будет? — спросила Ину, продолжая что-то нарезать. — Да в основном вся наша обычная компании, ну может быть там ещё какие-то случайные люди появятся. Короче: не в курсе. — По-моему это отличный шанс познакомиться. Осаму, конечно, был немного груб, но в какой-то степени оказался правым. Такой парень, как ты просто обязан иметь девушку.. — Ага, иметь – ключевое слово... — он ехидно улыбнулся и приподнял одну бровь. Ину закатила глаза и легонько стукнула его по лбу, отчего тот кинул обидчивый взгляд и изменился в лице, настраиваясь на более серьезный лад: — Сейчас не лучший период для начала отношений. Последний учебный год, поступление, ещё и с работой свои проблемы. Боюсь, что на внимание другому человеку у меня просто не останется сил и девушка попросту будет целыми днями слушать моё нытьё. Кому это вообще будет интересно? Озадаченная Кинуэ молчала, смотря в пол. Теперь уже совсем не новогодняя обстановка поедала стены кухни, которые освящались только лишь ароматическими свечами с запахом вишни и ванили. Язычки пламени так замысловато дергались из стороны в сторону вследствие нередко проходящего мимо них сквозняка. Ацуму посмотрел на девушку и его тут же пронзила боль. Она была слабая, и, к сожалению, знакомая настолько сильно, что считалась родной. Вдохи давались гораздо труднее и голова сразу же закружилась. Всё это произошло так быстро и неожиданно, Мия схватился за угол столешницы и положил руку на грудь — пытался как-то остановить головокружение. — Ацуму? Ацуму? Всё нормально? — Ину подлетела, встала напротив и испуганными глазами бегала по всему его телу, осматривая его. Ответа не было. Теперь начался противный кашель. Легкий, длительный и прерывистый. Ацуму скатился на пол, в отчаянии вытирая слезы на глазах. Словно тысячи иголок терзали дыхательные пути. Кто-то перекрыл воздух лишь в один миг и теперь за это бесценный ресурс нужно было бороться. Бороться за право вдохнуть полной грудью. Бороться за сознание, которое может сиюсекундно отключиться. — Ацуму? Ацуму, ты теряешь сознание? Ацуму? Ты меня слышишь? Ты понимаешь меня? Всё расплывалось. Это только мешало успокоиться. Громкий четкий голос девушки казался мерзким криком, звенящий эхом в голове. Ацуму кивнул. Как только Кинуэ нагнулась ближе к нему он поставил руку. Если бы внезапный приступ позволял что-то сказать, то парень точно бы сказал, что всё в порядке. Лицо скривилось от какой-то невообразимой боли, что трудно представить смотрящему. Тишина по всей квартире прерывалась всё тем же жалобным кашлем, который с каждым разом слабел и слабел. Первую минуту Ину кричала имя своего возлюбленного. Это было бессмысленно. После всех ужасно болезненных стараний Мия постарался провалиться куда-то в пустоту. Туда, где не было бы этой боли, криков и невыносимой духоты. Карие глаза открылись — Ину уже не было рядом. Она побежала к Осаму за помощью. Как только брат пришёл на кухню, Ацуму сидел на стуле у небольшой стойки с краснющеми щеками и старательно восстанавливал дыхание. — Что-то случилось? — спросил Осаму. Он не выглядел сильно уж обеспокоенным. Не то, чтобы ему было совсем плевать, но и особой заботой это не назовёшь. Пострадавший покачал головой и подавленным тихим голосом ответил: — Всё нормально. В течении минут двадцати трое так и сидело на кухни. Ину металась вокруг да около, высматривая всю возможную информацию в интернете. После ужасов прочитанного, она снова и снова бросалась к Ацуму и расспрашивала всё, что только можно было вообразить. Дыхание обрело свой нормальный темп. Цвет кожи лица всё ещё был неестественным, но это не так уж и заметно. Осаму тоже изредка задавал какие-то обыденные и порой даже глупые вопросы. А другому, виновнику паники, уже было совсем всё равно, будто не он недавно задыхался. Парень скучающе смотрел на серьезные лица и в итоге ответил на все вопросы разом: — У меня такое иногда бывает. Просто осложнения после простуды. — Значит надо показаться врачу, — резко и строго кинул брат юноши. — Как-нибудь схожу, — Мия показал благодарственную улыбку и одарил их смиренным взглядом. — Всё в порядке. Всё прошло.. Свечи резко потухли, оставляя после себя огромное количество дыма, сеящего за собой невероятно едкий запах ароматизаторов и гари. Через секунду из коридора послышался звук хлопающей входной двери и многочисленные шаги по плитке. Родители пришли.***
Отметив настоящую часть праздника в семейном кругу, взрослые уехали куда-то за город. Они точно не сказали, мол: "Вас это интересовать не должно". Напоследок кинули только то, что они ещё два дня будут отсутствовать дома. Ацуму тоже не стал долго засиживаться за новогодним столом. Буквально через десять минут закрыл входную дверь на ключ, оставляя "сладкую" парочку наедине. С друзьями Мия договорился встретиться в квартире одного своего близкого друга — Кима Такахаси. Там будет что-то вроде мегасуперской тусовки, по крайней мере так пообещали инициаторы вечеринки. На улице с неба падал мягкий, почти незаметный снег, совершенно никому не мешая. Весь город был украшен множеством гирлянд и праздничных вывесок. Изредка по улицам шастали шумные компании, которым было явно весело кидаться в друг друга снегом, словно дети. Над небом возвышались яркие вспышки фейерверков. А из окон домов частенько можно было увидеть горящие глаза подростков, наблюдающих за этим развлечением. Ацуму зашёл в незамкнутую дверь и прошёл по длинному коридору. Снял куртку, шарф и обувь. Эта часть квартиры, как ему казалось, была всегда изолирована от всего. Тут можно было услышать музыку, доносящуюся из гостиной комнаты, и... всё? Никто даже не заметит того, что ты зашёл. Коридор и вся остальная квартира — два совершенно разных мира. Ещё одну особенность, которую следуют отметить, коридор — это всего-то помещение соединяющее входную дверь и дверь в гостиную. Ты сможешь попасть в спальню только пройдя по гостиной. На кухню ты пройдешь, только попав в гостиную. Это является очень странной планировкой для квартиры, но многие это находят даже удобным. Открыв ту самую дверь, Мию сразу же одарили своим внимание десятки пар глаз. Среди них были как незнакомые, так и знакомые ему люди. — Цуму-Цуму! С наступившим!! — хозяин квартиры вскочил и подлетел к парню. Кину в том году исполнилось 20 лет. Он был почти самым старшим в компании, поэтому считался "папочкой". Мужчина, если его уже можно так назвать, был высоким с весьма длинными волосами, невероятно пропорциональными чертами лица и пухлыми губами. Он был настоящим красавцем, учитывая японские и корейские стандарты среди девушек. А ещё от него фанатели 15-ти летние девочки, которые ему писали чуть ли не каждый день в директ инстраграма. — Всем привет, — Ацуму засиял миловидной улыбкой и провел пальцами по своим светлым не уложенным волосам, зачёсывая пряди с лица назад. Тусклый свет причудливо падал на очарованные лица девушек. В этой большой комнате их было всего четыре и каждая с интересом смотрела на присоединившегося гостя. Мия под пристальными взглядами неловко плюхнулся в свободное кресло. Парень всё также продолжал улыбаться и водить глазами из стороны в сторону, словно пытается найти какой-то угол, куда сможет смотреть, не смущая остальных, но у него это плохо выходило. Даже секунда скользкого взгляда заставляла кого-либо смутиться и отвести глаза в другую сторону или же напрячься и сидеть как на иголках. Наступила неловкая пауза, но её мгновенно разбавили двое парней и две бутылки саке. Уже под небольшим градусом веселья они ввалились в гостиную и упали прямо у стола со стаканами и кружками. — О-о, Мия пришёл, привет-привет, — сказал один из них, имя которого было Хината Шоё. Гости сразу же забыли про только что пришедшего Ацуму и сконцентрировали своё внимание исключительно на алкоголе. Шоё точно был не самым трезвым. Разливал он саке и по стаканам, и по столу. Никто на это не обращал внимание, за исключением человека, в чьей квартире стояла вся эта мебель. Бутылка была опустошена и всё содержимое в неравных пропорциях разлито по посуде, кое-как напоминающей стаканы. Несколько рук полезли за алкоголем. Следующей немало важной задачей было найти тамаду. Он, в свою очередь должен будет сказать тост — так будет точно веселее. — Так, Ацуму, давай говори свои пожелания в новом году!! — вскрикнул кто-то. Парень замешкался. Вновь слишком много внимания сконцентрировано его персоне. Глаза медленно опустились на кружку, с прозрачной жидкостью. Его почти незаметное отражение, как в воде, показывало какое-то наигранное разочарование и грусть. Ацуму явно просто драматизировал, только причину этому он не нашёл. Цепляясь за эту мысль, как за спасательный круг, он собрался и выдохнул. — В новом году большинству из нас придётся сдавать вступительные и итоговые экзамены, выбирать дальнейшее место обучения, а возможно – и профессию. Я надеюсь, что каждый сможет справиться с таким давлением и не выпилиться... А ещё желаю собираться таким составом ещё целый год не только по праздникам. Молчание, а за ним одобрительные вскрики и продолжительный звук ударов стекло о стекло. Девушки, смеющиеся с каждого неловкого движения и парни с философскими мыслями. Много музыки, много алкоголя и.. провал.. в утро следующего дня.***
Никаких противных будильников, крика родителей и шума на кухне. Полная и одновременно напряжённая тишина разбудила Ацуму. Первое, что он увидел перед собой — белый потолок, плывущий куда-то вправо, где находилось спасительное окно. Душно. В комнате было невыносимо душно. Мие понадобилось несколько минут, чтобы сделать попытку сесть на кровать. Делал он это настолько аккуратно, что многим могло бы показаться одно: он просто-напросто переломал себе ноги. Наконец-то сев на кровать и открыв полностью глаза, Ацуму застыл. На подоконнике сидел молодой мужчина. На вид он был старше Мии. Солнечные лучи, старательно пробивающиеся сквозь затянутое серое небо, освещали и без того слепящий силуэт. Только из-за невыносимо яркого белого цвета крыльев, Ацуму не мог рассмотреть мужчину. Всё, что он увидел: тот сидел и увлечённо читал одну из книг, взятой с полки прямо над столом в этой комнате. Наконец-то юноша обратил внимание на хозяина комнаты, сидящего в полном недоумении. Он захлопнул книгу, даже не закладывая нужную страницу. Выражение лица, которое сейчас у него было, Мия даже не пытался рассмотреть. Свет в окне полностью отметал какие-то возможности посмотреть хотя бы в глаза. — Что за чёрт? — вылетело из губ Ацуму. — Как оскорбительно! Называть такое высшее существо чёртом, — крылья за спиной мужчины расправились, закрыв собой почти всё окно. — Пиздец...
