Альбус Дамблдор - девочка-волшебница

13 июля 1437 года, замок Сандула Никета В закрытой и запечатанной магией комнате висели тишина и клубы дыма. Сандул Никет, Хархип Гидама и Бадия Караичи яростно затягивались из кальяна, нервно хрустели печеньем и с громким причмокиванием втягивали чай, избегая смотреть друг на друга. Совместно пережитое унижение объединяло их, но в то же время никто не хотел говорить о таком позоре. Если бы эта ужасная и бесстыдная девушка-волшебница забрала себе еще и их магические жезлы, то оставалось бы только умереть со стыда. Ни один из них не умел изготавливать жезлы и при покупке новых обязательно возникли бы вопросы, у магической верхушки королевства и глав магической стражи, неустанно искавших нарушителей заветов отца. Возможно, они и отомстили бы, двинув всю мощь королевства на Пущу, но перед этим трех присутствующих магов казнили бы, за проявленную слабость, а может просто оскопили, ослепили, вырвали языки и продали за море или даже за океан. В священной империи Хонофы слепые евнухи, неспособные коснуться чужой женщины ни взглядом, ни мужским отростком были в большой цене. — Сейчас не помешали бы танцы мальчиков, - первым не выдержал Бадия Караичи. Он всегда отличался чрезмерной активностью в постели и по слухам, даже бестиологом стал, чтобы без помех совокупляться с волшебным зверьем. — Танцы! - прикрикнул хрипло Гидама, показывая, что он тоже напряжен до предела. - Не до танцев сейчас! — Это все моя вина, - признал Сандул, складывая руки на пухлом животе и вздыхая. - Разбаловал младшую, отступил от заветов Отца, не воспитывал ее в строгости, как подобает. — А еще твои ученики и твой сын обделались ранее, когда не смогли схватить ее! - выкрикнул Бадия. - Ты утаил от нас информацию! Кальяны уже погасли, еда была съедена, оставалось только ругаться. — Ты - лучший бестиолог Кравии и не смог удержать своих зверей! - огрызнулся Сандул. - Если бы мы не потратили на них время, если бы Хархип не ударил, как всегда бездумно... — Только так побеждают в бою!! - взревел Хархип, приподнимаясь. Все они полулежали на диванах, опираясь на локти и подушки. Жезлы, по общему согласию, оставили снаружи, предвидя подобную сцену. Сандул смерил Хархипа взглядом, хоть и старик, кожа да кости, да зол в драке, может и просто кулаками накостылять! Сам Сандул всегда больше ценил удовольствия тела, вкусную еду, экзотических девочек и мальчиков из других стран, дурманящие травы, благо мог себе позволить. Земли под его правлением и магией процветали и приносили немалые деньги. — Но мы не смогли победить и проиграли все вместе, - примирительно сказал Сандул. — Мы отомстим! - вмешался Бадия. - Мы должны отомстить и заиметь насмерть эту выскочку и всех, кто сбежал к ней! — Там моя дочь, - нахмурился Сандул. — Ты и правда ее разбаловал!! И сам обленился! - обвиняюще ткнул в его сторону пальцем Хархип. - После всего случившегося, ты еще считаешь эту тварь своей дочерью! После явленного нам бесстыдства?! Да ее мало забить камнями, такую шлюху следует возить по всему королевству, отрубая ей по куску тела в каждом городе, в назидание всем, что бывает с теми, кто забыл заветы Отца! К концу этой длинной тирады у Хархипа кончился воздух и он закашлялся. Ребра под коричневой, старческой кожей ходили ходуном, скрип кашля резал уши. Затем Хархип еще хрипел и долго, смачно собирал слюну и мокроту из горла, откашливался. — Позвать Фазула? - участливо спросил Сандул. - Лекарь из него так себе, но что-то да может. — Плевать, - прохрипел Хархип, снова сплевывая. - И не такое переживал. Польза от его долгого кашля была только одна - все остыли и успели обдумать ситуацию. — Ты прав, дружище, - сказал Сандул, - у меня больше нет дочери. — А у меня жены, - добавил Хархип. Плевок в этот раз вышел совсем жиденький. — Небесный Отец! При двух свидетелях-мужчинах клянусь - Икана мне больше не жена! - провозгласил Хархип, вздымая руки к небу. - Может и правда пригласим мальчиков? — Нет! - вдруг свирепо заявил Бадия. - Я был неправ, предложив их пригласить и признаю это! Вначале дела, потом удовольствия! — Мои новые танцовщицы очень хороши, - заметил Сандул, - и они еще девственницы со всех сторон. Берите их, друзья! — Щедрый подарок, - заметил Хархип. — Это меньшее, что я могу сделать, чтобы загладить вину своей беспутной дочери, обратившейся в демоническую тварь Пущи! - провозгласил торжественно Сандул. - Кстати, Бадия, думаю, хоть мы и сговорились, но, думаю, надо немного ускорить наши свадьбы. Молодые жены порадуют наши тела и подарят нам крепких сыновей, а свадебные пиры помогут спрятать шумиху вокруг Пущи. Я хотел породниться с тобой, Хархип, и предлагаю тебе вместо дочери одну из своих внучек! Одна из них уже скоро войдет в возраст деторождения, думаю, она отлично заменит тебе бывшую жену! — Никто не умел так стонать от боли, как Икана, - почмокал губами Хархип, - но ты прав, Сандул. Нам надо породниться и еще сильнее скрепить наш союз трех. Снова повисла тишина. — Воины ничего не видели, кроме сражения, - деловито заговорил Гидама, собравшись с мыслями. - Учеников и сыновей мы припугнем. — К счастью, среди моих учеников дураков нет, - самодовольно заявил Бадия, оглаживая подбородок. - Сами поняли, что им лучше молчать, а кто раскроет свой вонючий рот... что же, моим зверям надо что-то кушать. Ученики и сыновья старых магов, все, кто побывал в плену в той ужасной башне, сейчас находились здесь же, в замке Сандуле Никета. Им строго-настрого было запрещено с кем-либо общаться и что-то рассказывать, а прислуживали им особые, самые доверенные слуги, которых в свое время лишили слуха и никогда не учили ни читать, ни писать, только понимать особые знаки. — А я своим просто головы проломлю! - свирепо заявил Хархип. — Всегда можно тайком удавить или отравить, - согласился Сандул, - но есть еще одна проблема. Женщины. — Женщины - всегда проблемы, - засмеялся визгливо Бадия, - мужчины лучше! — Лучше то лучше, - не стал возражать Сандул, - но они видели эту тварь, мою бывшую дочь, когда та приходила соблазнять их своим лживым языком. Слышали ее речи, но не пошли с ней, так что и наказывать их вроде не за что. А языки у женщин, как помело, любую тайну разболтают. — Э, Сандул, мысль верная, да только ты опять слишком мягок! - воскликнул Хархип, вскидывая руку. - Потому и не стал боевым магом! — Когда тебя поддерживали мои молнии у того брода, что-то ты не жаловался, - рассмеялся Сандул. — Да, были времена, - протянул Гидама, - а теперь докатились! Тьфу! Скорее бы уже Небесный Отец их покарал! — Так что с женщинами? - спросил Бадия нетерпеливо. - Казнить всех? — Э, бесполезно же, - отмахнулся Хархип, - сколько ни казни, их как грязи вокруг, ума нет, все равно ничего не поймут. Наоборот, только ненужный шум поднимется. Он ухмыльнулся самодовольно, лицо превратилось в маску морщин и шрамов. — Так и скажем, приходили демоницы-соблазнительницы, да дикие твари из Пущи! Кто им уступил, тот сам тварью стал, так как нечего слушать демонов! — Вах! - вырвалось восхищенное у Бадии. — Хитер, хитер, - одобрительно причмокнул Сандул. — Бабы, разумеется, болтать будут, - продолжал рассуждать Хархип, - они иначе не могут по своей демонической породе, для того их Небесный Отец нам и вручил, чтобы закалять наш дух испытаниями. Могут найтись желающие сбежать в Пущу, так что магической страже тоже расскажем. Это же их задача бороться с демонами да следить за соблюдением заветов, а здесь они как раз нарушены. Придется потерпеть немного, конечно, этих жирных бездельников в наших замках, ну да ничего, при них все замолчат. Бадия и Сандул качали восхищенно головами, хлопали себя по ногам и животу причмокивали. — Мы же сражались с тварями и демонами в Пуще, дни и ночи без передыха и когда они поняли, что не смогут взять над нами верх, то отправили своих лживых посланцев к нам в замки, пусть ученики и сыновья затвердят и запомнят это накрепко и повторяют везде, - развивал мысль Хархип, надувшийся от гордости и одобрения его хитрости и ума. - Защита была ослаблена, но такого больше не повторится, стража пусть бдит, ну а мы... Он выдержал паузу, чуть вскинул выцветшие брови, с которых уже давно сошла краска, нанесенная перед походом в Пущу. — Выставим еще стражу вдоль Пущи, да направим туда наших сыновей и учеников, мало ли. К зиме все окончательно стихнет, а там соберемся еще раз да подумаем, как нам отомстить. Согласны? Сандул и Бадия согласились и маги позвали старших сыновей, чтобы огласить им свою волю. — Нести дозор возле Пущи? - радостно воскликнул Фасуд Гидама. Сандул нахмурился, глядя на своего сына - Абди как-то слишком уж мечтательно смотрел вдаль, а руки были подозрительно заложены за спину, словно он там уже разминал зад. Вазир Караичи тоже странно отводил взгляд. Три старых мага переглянулись, поняв друг друга без слов - проблема оказалась шире, а гниль проникла сильнее, чем они ожидали. Учеников тоже следовало проверить, но потом, после сыновей. — Фасуд - останься, остальные выйдите и ждите молча, - скомандовал Хархип Гидама. Сандул и Бадия синхронно взмахнули руками, подтверждая приказ, Абди и Вазир склонились и вышли. — Стало быть, ты хочешь повидать еще раз Айлин Никет, да? - почти ласково спросил Хархип, поднимаясь и подходя ближе к сыну. — Да! - воскликнул Фасуд, словно в экстазе. - Она такая! Такая! Та ночь была просто волшебной и наши сердца бились в унисон! В заключении Фасуд вел себя сдержаннее, как ни странно, возможно, рассчитывал на повторение. Стала понятна и причина его горестного плача, когда их доставили на опушку Пущи. — Отец, я знаю, ты передумал жениться на Айлин, могу ли я рассчитывать на твое благословение нашего брака?! — Разумеется, - морщинистые губы Хархипа растянулись в улыбке. Кулак его взметнулся и ударил Фасуда прямо в горло, потом в средоточие жизни в животе, нога припечатала в пах. Хархип схватил сына за горло и начал душить, рыча. — Как посмел ты поддаться чарам тварей?! Ты мне больше не сын! — Отдай его мне, - попросил Бадия Караичи, подходя ближе и снимая набедренную повязку. - Он всегда мне нравился. — С ума сошел? - воскликнул Хархип. - После того, как там побывала эта демоница из Пущи? Лицо Бадии исказило отвращением, он натянул повязку обратно и присоединился к Хархипу, Сандул тоже поучаствовал. В шесть рук они удавили Фасуда, скрепив свой союз кровью и смертью, и утерли пот со лба. — Зовите остальных! - приказал Хархип. - Выкорчуем гниль сразу!