Альбус Дамблдор - девочка-волшебница

Рука Сулимы накрыла карту, ту ее часть, что относилась к Кравии и Айлин вдруг вспомнилось, как еще совсем недавно она и подруги изучали такую же. Мирные, тихие времена в Смертельной Пуще, когда не было ни смертей, ни тысяч подчиненных, не скакали армии, не шли колоннами фанатики веры. Когда рядом не было Ибтахаль, а теплая улыбка леди Арианы вызывала дрожь во всем теле и смутное томление в груди. — Итак, благодаря двум вылазкам Айлин мы прикрыли юг и север, - заявила Сулима. Столица Оржыла сгорела вместе с кораблями, король бежал, началась резня с пиратами на мире и знаки "огненной птицы несчастья" заставили многих одуматься. Тех, кто все равно продолжил поход, самых упертых фанатиков, разбили войска Утариха, который уже стал де-факто правой рукой Сулимы и едва ли не символом нового положения вещей: равенства мужчин и женщин. Разумеется, если бы не сила волшебниц, подкреплявшая новый порядок, всех дерзких бунтарок, посмевших сбросить вуаль и патру, давно бы уже забросали камнями и утопили в выгребных ямах. Отбили бы палками пятками, посадили в ямы и под замок, насильно заставив рожать до самой смерти. — Разумеется, никак нельзя умалить и заслуги леди Арианы, - продолжила Сулима, убирая руку с карты. Пока Айлин и Ибтахаль гонялись за призраком семьи последней, леди Ариана вышла из Замка Волшебниц и стремительно пронеслась по всему западному фронту, верхом на фениксе. "Огненная птица несчастья" появлялась и армии оказывались разгромлены, колонны фанатиков разбегались, захваченные города освобождались и так далее. Поэтому Айлин первой, а следом за ней и все остальные, поклонились до земли леди Ариане. — Благодаря этому, у нас освободились силы, которые мы перебросили и освободили столицу. Самые твердолобые фанатики оказались истреблены, остальные разбежались. В сущности, сейчас наша власть установлена по всей территории прежней Кравии, где-то чуть больше, где-то меньше. Нам объявлена война, но мы разгромили всех соседей, и теперь пребываем в состоянии, когда война формально идет и против нас объявлен поход за веру, но мы не сражаемся нигде. Войска отведены вглубь страны, зачищают банды, подавляют мелкие беспорядки, отдыхают и восстанавливаются. Сулима сделала шаг назад, показывая, что у нее все. — Теперь немного о безопасности и что творится в стране, - взяла слово Наима. Айлин вспомнила, как еще совсем недавно они спасали ее саму, а потом и ее детей. Все беды, через которые прошла Айлин и ее подруги, не могли сравниться с Наимой и та даже сейчас смотрела безжалостно, словно готовилась разить посмевших возвысить голос или поднять оружие против восстания волшебниц. — Соседи нас ненавидят, нападают и убивают наших жителей, особенно женщин, при первой же возможности. Разумеется, речь идет о мужчинах, тогда как женщины зачастую сообщают сведения о готовящихся нападениях. В связи с этим нам следует принять решение, будем ли мы расширяться или нам надо строить что-то для защиты границ, так как сейчас этой защиты нет. Погодите. Наима вскинула руку, останавливая тех женщин, кто собирался задать вопросы. По сути, здесь собрался все тот же тесный кружок из десятка женщин, половина - волшебницы, которые начинали восстание. Новая власть. — Самые фанатично верующие уже сложили головы в боях с нами, но это не значит, что ненависть и страх стали меньше. В то же время, женщины и некоторые мужчины вокруг постепенно проникаются идеями и оказывают нам поддержку. Мужчины - в основном из крестьянских семей, бедняков, всех, кто находится в самом низу и видит в землях волшебниц надежду на лучшее будущее. Айлин невольно кивнула, припомнив объяснения насчет установленной системы. Волшебницы, по мере выпуска, направлялись не только в армию, но и в города, начиная с крупнейших. Каждая из них снабжалась портключами и зачарованными свитками для сообщений, каждой вменялось в обязанность делать объезды территории и немедленно докладывать о всех проблемах, а также отчитываться каждый день, на всякий случай. В сочетании с сотрудницами службы Наимы и волшебницами на местах, о любых проблемах становилось известно практически тот же в день, максимум на следующий. Переброска войск, гвардии и волшебниц, в зависимости от величины проблемы, уничтожение банд и убийц, вражеских магов и их учеников, решивших отомстить, фанатиков веры и так далее. Восстановление зданий, дорог и мостов, увеличение еды, чтобы никто не голодал, починка вещей и создание новых. Торговля с соседями проходила в одностороннем порядке - соседи пытались ограбить земли волшебниц (и благодаря новой системе зачастую награбленное возвращали, а наглецов сажали на кол или отрубали руки и отпускали), не отдавая ничего взамен. Земли Волшебниц - так как никто еще не знал, станут ли они новой Кравией или возьмут себе иное имя - в сущности обеспечивали сами себя, во многом благодаря именно волшебницам. Жители видели это и были благодарны, охотнее сообщали о проблемах, легче принимали новую власть. Те же, кто не принимал, уже погибли или притихли и гадили исподтишка, пытались незаметно гадить за спиной. Женщины все еще не сбросили патры и вуали, как мечталось Айлин, все еще зачастую молчаливо слушались мужей, братьев и прочих родственников мужского пола. Но все же свобода и равенство приближались, пускай и медленно, шажок за шажком. — Масса бытовых преступлений, но стараемся тюрьмы не переполнять. Поймали, установили вину, наказали на месте, отпустили. Ужесточение начинается в случае повтора, эти меры помогают, - продолжала рассказывать Наима, - хотя людей все равно не хватает. Примирение с соседями невозможно, конечно же, но все же выделение части сил из армии помогло бы в будущем. — У нас нет проблем с желающими стать волшебницами, - взяла слово Икана, - если мы усилим проверки и увеличим количество инструкторов, то сможем решить все эти проблемы, не ослабляя армию. При условии, что на нас не нападут еще более сильные враги. Об этом леди Ариана тоже говорила Айлин, пусть и не прямо о такой ситуации, но в общих чертах. Два десятка лет, пока подрастут дети, родившиеся уже при власти волшебниц. Галия, пусть и сама еще девчонка, но вместе с Тафти они создавали и создавали "дома женщин", куда принимали всех сироток-девочек и девушек. Там их проверяли на магию, кормили, учили и лечили, не только телесно, но и душевно. Насаждение веры в Мать-Магию, искоренение страха перед мужчинами, победа над врагами внутри и снаружи. Два десятка лет, чтобы Кравия действительно стала землей свободы и равенства, но эти два десятка лет им никто не даст. За исключением ситуации, когда они сами, опять и снова, окажутся сильнее всех соседей и тем останется только смириться. Два десятка лет - минимум! - непрерывной борьбы и опасностей. — К слову об этом, - снова вмешалась Наима. - Враги захватили не менее двух дюжин наших сестер-волшебниц, как минимум половину из них, тех, кого мы сумели обнаружить или отбить, страшно пытали и насиловали перед смертью. Палочек, в большинстве случаев, не обнаружено. Мы должны, нет, мы просто обязаны исходить из того, что из них выбили секреты магии. Также их похищения и захваты указывают на то, что враги в курсе наших способов перемещения, как мгновенного, так и по воздуху, и способов общения. — А стало быть, мы можем столкнуться с магическим противодействием, - помрачнела Гюльды. - Надо бы захватить в ответ их магов и как следует попытать их, чтобы узнать, что им известно. — Для этого надо захватывать тех, кто захватывал наших сестер, - отозвалась Наима. - По имеющимся у меня сведениям, информация о волшебстве еще не стала массовой, не каждый маг и уж тем более не каждый ученик в курсе, что и как происходит с палочками. — Также мы должны исходить из того, что они придумают контрзаклинания, - сообразила Айлин. - Вряд ли они вот так сразу смогут что-то противопоставить перемещениям или невербальной магии... — Айлин, - со странной улыбкой наклонилась к ней Тафти, - если ты не заметила, то невербальной и беспалочковой магией до сих пор овладела только ты. Не говоря уже о спектре заклинаний. Айлин удивленно вскинула брови, окинула подруг взором. Нет, конечно, в последнее время они редко встречались, да что там, Айлин даже Двуххвостку видела... давно уже, в общем, но они же все сражались и действовали! Конечно же, они должны были овладеть всем необходимым! — Поэтому слова Айлин еще более верны, - почти прорычала Гюльды. - Половина нашей силы в том, что маги не могут справиться с нашими заклинаниями, тогда как мы половину их блокируем щитом Протего, а от остальных уклоняемся или еще что. Если они найдут способы противодействия и контрзаклинания, то это будет все равно, что дуэли против сестер-волшебниц. То есть на равных и земли волшебниц утратят свое преимущество. Не до конца, скорость перемещений останется с ними, но кто сказал, что мужчины не придумают способа и против этого? Найдут своих волшебниц, покорных и забитых, влюбленных до беспамятства, да мало ли способов принудительно обеспечить их верность? Похищенные портключи, противодействие магии и превосходство в численности в сотню раз, земли волшебниц будут разбиты моментально и, возможно, даже Смертельная Пуща их не защитит. Леди Ариана еще ни разу не выводила Дракона Пущи в бой и Айлин, по правде говоря, не знала, может ли она приказывать Громокрылу или нужно его просить? Возможно, она уже просила, а тот отказался покидать пределы Пущи? Но скорее всего, леди Ариана и не просила, ей хватало и своей силы, да и не в ее характере было прибегать к массовым смертоубийствам. — И, наконец, частный вопрос, но тем не менее, важный для нас всех, так как он касается власти и Кравии. Наима не смотрела на Айлин, никто не смотрел на Айлин, слишком уж подчеркнуто не смотрел на Айлин. Все они знали, конечно, но в то же время, вопрос преподносился под другим углом, с точки зрения легитимности и наследования власти, не личных интересов Айлин и Ибтахаль. И за это Айлин была благодарна всем. — После взятия столицы, мы добыли нужные сведения. Точные сведения. Королевская семья Кравии отправлена в Измил, точнее говоря, в Барун, откуда их планируется переправить через океан в Хонофу.