Альбус Дамблдор - девочка-волшебница

На столицу Темени, город Язарг, упала огромная тень. В этой тени вспыхнуло пламя. — Огненная птица несчастья! – закричал кто-то. Паника вспыхнула пуще любого пожара, моментально охватила все уголки столицы. Немало горожан погибло, затоптанные теми, кто спешил сбежать, зарубленные стражей, пытавшейся даже не столько сохранить порядок, сколько не дать затоптать себя. — Снижаемся, - скомандовала Айлин. Отряд из трех дюжин волшебниц начал снижаться на метлах, готовый отразить любую атаку. Но теменьцы не спешили нападать, прятались в тени, так как Громокрыл продолжал парить над Язаргом. Возможно, сюда еще не дошли новости о разгроме похода за веру неподалеку от Топчу, но уж точно слышали о прошлых победах волшебниц. — Слава Айлин! – крикнул кто-то женским голосом. — Слава волшебницам! Редкие горожане падали оземь, валились в позу покорности, расшибая себе лбы. Изначально предполагалось шествие через Язарг верхом на волшебных зверях из Пущи, но затем решили не мучить любимцев. Даже Кудах, даже Двуххвостка, наиболее привычные к людям, не слишком уютно себя чувствовали вне Замка Волшебниц и уж тем более Пущи. Идея была хорошая, так сказала леди Ариана, но стоило подождать несколько поколений. Пока выросли бы другие создания, привыкшие видеть волшебниц с детства, вот тогда идея «каждой волшебнице по второй половинке в виде питомца» осуществилась бы полностью. Здесь же и сейчас решили не мучить любимцев, которые сделали свое дело. Напугали войска окрестных стран, отвлекли их силы на попытки разобраться с Пущей. — Они пришли брать власть! — Подчините себе Темень! — Мы готовы служить вам! — Верить в Мать-Магию! Что удивительно, голоса были не только женскими, но и мужскими. — Надо брать, пока дают! – воинственно заявила Гюльды. – Улучшим всем жизнь, заодно Пуща будет окружена только нашими землями! — А у нас сил хватит? – спросила Тафти задумчиво. И не притаились ли среди сестер другие предательницы, подумала Айлин. Рана, нанесенная предательством Марфы и тем, что в нем участвовал Абди, кровоточила внутри Айлин, даже не думая заживать. Возможно, поэтому она предложила напасть на Темень – чтобы отвлечься от собственной боли. Порадовать не предавшего отца, отомстить за него, за наставницу, которая бежала как раз от теменьцев. Заменить свою боль чужой, которая легче переносилась, потому что чужая. — Люди видят улучшение жизни на землях волшебниц, они слышат рассказы других и потому так стремятся к нам, - вдруг рассудительно заметила Икана слева. – Но не понимают, что если мы возьмем их к себе, то война придет на земли Темени и все повторится. Она всегда была самой мудрой и взрослой из нас, после наставницы, конечно, подумала Айлин с признательностью. — Так что теперь, не спасать их?! – возмутилась Гюльды. — Спасать, но не сразу, - отрезала Айлин. – Люди устали, нам всем нужна передышка, установление новых границ и уничтожение внутренних врагов, тех, кто склонил головы перед силой, но сам держит кинжал за пазухой. Ее слова подействовали, все немедленно подумали о Марфе и Айлин тоже подумала о Марфе. А также о брате Абди и мысли эти снова обожгли Айлин изнутри. Не сожгли, но причинили боль, которую сейчас невозможно было показать, никто не понял бы. Ее брат! Волшебницы летели вдоль главной улицы Язарга, но никто не спешил кидаться камнями, стрелами или заклинаниями. Темень, давняя противница Кравии, Темень, пославшая столько войск, приложившая столько усилий, чтобы справиться с волшебницами, теперь признала их силу и согнулась в позе покорности. Раньше одного этого хватило бы, чтобы Айлин извертелась на метле от радости, но сейчас ее жгло изнутри. Ибтахаль бы поняла, Ибтахаль летела среди этих трех дюжин, но нельзя было остановиться и кинуться ей на грудь, изливая свое горе. Поэтому Айлин обошлась своими силами, загнала горе внутрь, как всегда, делала это раньше, до того, как повстречала наставницу. Леди Ариану, которая тогда в башне поддалась возбуждению тела и овладела Абди, попутно пробудив в самой Айлин эти самые желания. Все то, что привело к прорыву и получению знания, как инициировать волшебниц, так и осталось внутри Абди, жгло его все это время. Что им попользовались и выбросили, не выдвинули на вершину, несмотря на то что Айлин стояла во главе волшебниц. Абди сгибался перед Марфой, отлизывал ей и постепенно, шаг за шагом, приводил в исполнение свой план мести. План примерно такой же, как сам Абди, не слишком ловкий, не слишком умелый, закончившийся провалом, но все равно план. Сколько таких, как он, затаилось на землях бывшей Кравии, готовясь всадить нож в спину волшебницам? — А вот и дворец, - заметил кто-то. Там тоже было пусто, со следами паники от недавнего побега. Затоптанные тела и выломанные двери, возможно, теменьцы решили, что волшебницы из Кравии отомстят именно им особенно жестоко. Или огненная птица несчастья напугала их до потери памяти. — И кто-то не сбежал. — Я приветствую волшебниц на землях Темени, - почти спокойно сказал король Темени. Руки он сложил за спиной, скрывая их дрожь. — Удивлена, что вы не сбежали, - бросила Айлин, спрыгивая с метлы. Этикет? Манеры? Почтительное отношение? К кому, к этим мужчинам, создавшим прошлый мир, в котором женщина могла лишь смиренно сгибаться и молча повиноваться? — Долг короля – защищать своих подданных, - ответил он. В годах, с брюшком, одышкой, красными глазами, а поди ж ты, подумала Айлин. — Хорошо, отдайте нам принцессу Лайлу, первую красавицу всех окрестных земель… Ибтахаль так мощно ущипнула Айлин, что казалось, хотела вырвать ей кусок мяса из спины. — … и ваши подданные спасутся. — Я не только король, но и отец, - слегка побледнел король Темени. – Если вы решите убить или совершить надо мной насилие, пусть будет так, я приму все, так как вы победили. Очень хорошо, удовлетворенно подумала Айлин, они даже не пробовали сопротивляться, сразу сдались, увидев, сколько волшебниц к ним летит. — Но я король – мне и отвечать, прошу вас, не трогайте мою семью. — Интересно, сколько жителей Кравии пощадили войска Темени? – спросила Айлин. Король ничего не ответил, стоял один, бледный и побежденный. Айлин ощутила разочарование, ей хотелось сопротивления, права применить силу, чтобы вбить теменьцев в землю, растоптать, сжечь, чужой болью заглушить свою. — Такова война, - все же пробормотал он в конце концов, - не нам ее менять. — Стало быть, если я изнасилую принцессу по праву победительницы, то это будет нормально? Или сейчас вы скажете, что расплатитесь за свою дочь? Видно, было, как потемнел лицом король Темени и Айлин ощутила удовлетворение в сердце и боль в заднице, которую опять яростно ущипнула Ибтахаль. — Такова война, - повторил король. Айлин только усмехнулась, вытащила из мешочка свиток, в котором перечислялись условия капитуляции Темени. Король взял, вчитался и еще больше потемнел лицом, дернулся. Возможно, он предпочел бы, чтобы с него спустили штаны и изнасиловали прямо здесь на площади, чем принимать такие условия. — Я могла бы поверить вам на слово, но жизнь показала, что нельзя верить словам мужчин, которые они дали женщинам. Асемая и многие другие поплатились за то легкомыслие. — А если я отдам трон Лайле? – спросил король, словно через силу. Айлин смотрела на него и видела, что тот никогда не простит им такого унижения, как не простил его Абди. — Кто нам эта Лайла? – спросила она. — Но вы же…, - король осекся, дернул себя за бородку. Казалось, вот-вот и сорвется, взорвется криками или умрет на месте, но король все еще сдерживался. — Одной из моих соратниц нужна жена, - небрежно сказала Айлин, поворачивая голову. – Зовите Лайлу, пусть выходит замуж за Гюльды, моет ей ноги и слушается покорно, как следует жене слушаться мужа, ведь так нас учит Небесный Отец? Гюльды, а следом за ней и остальные оскалились радостно. Чтобы принцесса и первая красавица окрестных земель мыла ей ноги и покорно служила на ложе? Именовалась женой и, стало быть, все права правителя отходили Гюльды? Более того, выходила замуж за женщину? — Все-таки довела его, - вздохнула Икана, глядя на умершего на месте короля Темени. — Когда это дерьмо, - Айлин пихнула ногой еще теплое тело, - вторгалось в Кравию, оно наверняка ощущало себя владыкой Вселенной, не меньше. Стоны и крики убиваемых женщин и мужчин, детей в Кравии его не волновали. — Они забрали одну из моих сестер, - вдруг напомнила Ибтахаль. — Да-да, и нашу принцессу нужно освободить, а ее мужа, если плохо себя вел, сделать с ним то же самое. Нельзя сказать, что сердце Айлин унялось, но все же — Я люблю тебя, - прошептала Ибтахаль ей в ухо. — Погоди, это чуть позже, - отмахнулась Айлин. – Так что, Гюльды? — Так ты серьезно? — Разве не ты мечтала в башне наставницы, как хотела бы стать принцессой? Станешь королевой, не слишком большая разница. Заодно будет стимул учить изменение облика, а то ты все больше на боевые заклинания налегаешь. — А давай, - усмехнулась Гюльды. – Только, наверное, они все уже давно сбежали! Часть волшебниц взлетела на метлах, устремилась с гиканьем на поиски. — Надо бы найти Ясмин, а? – прошептала Ибтахаль. — Найдем, не волнуйся, - отмахнулась Айлин. Не так надо было сделать, сообразила она, входя в королевский дворец. Забрать принца, как раньше Темень забрала принцессу Кравии, сделать его чьей-либо женой. Хотя… был ли смысл в таких насмешках? Уязвить Темень? Так полная капитуляция и присоединение Темени помогут, уязвят гораздо сильнее. — Теменьцы так просто не смирятся с подобным, - заметила Ибтахаль, когда они вошли в тронный зал. — Да кто их спросит, - грубо ответила Айлин, хватая ее в объятия. Руки ее задрали одежду, одна огладила божественные ягодицы, вторая сжала мягкую, нежную грудь. Некоторое время они целовались, руки Ибтахаль сдергивали одежду с Айлин. — Лайла – дочь короля, легитимность соблюдена, а там Гюльды ее научит, как нужно любить женщин. — Это неправильно, - все равно возразила Ибтахаль. Чуть вскрикнула, так как Айлин вжала ее в трон, вошла, наваливаясь сверху. — Хорошо, мы ее просто поставим королевой, подпишет капитуляцию и уйдет, - пообещала Айлин, энергично двигая бедрами. — Ты лучше всех, - простонала Ибтахаль. Похоже, она так и не поняла, что без поддержки волшебниц королева долго не усидит на троне и все равно прибежит за помощью, упадет на колени и проглотит всё. Впрочем, все это было делом будущего, а сейчас Айлин сосредоточилась на настоящем и продолжила любить принцессу прямо на троне Темени.