В погоне за ангелами

      Арсений походит в комнату, оглядываясь. И Антон решается предложить: — Чай? — Спрашивает чисто из уважения, ведь сам уже напрявляется в сторону кухни, скользя вязанными носками по паркету. — Чай не пью. — Мальчишка застывает и через секунду оборачивается, с явно недоброй миной. — Буду кофе, если не сложно. — Тут же исправляется мужчина, приторно улыбаясь.       Ничего не ответив и в все той же хмурой миной, парень проходит в кухню. Ему все еще интересно, как он смог проспать до десяти утра, не заметить того, как он посмотрел почти половину «Гарри Поттера» за один день. И что, в конце концов, в его квартире делает его учитель, тем более в рабочий день? У него уроки, разве нет?       Арсений слышит шум воды, выключателя, чайника. Приготовление кофе недолгое, но довольно нудное. Его юный ученик что-то мешает в чашках, с задумчивым лицом, после наливает в чашки кипяток и ставит перед учителем, садясь на стульчик напротив. — Арсений Сергеевич, у вас же уроки, разве нет? — Просто произносит свои мысли в слух Шастун, не рассчитывая на ответ вовсе, не говоря уже о таком быстром. — Да. Но классы, у которых я должен был вести уроки умотали по каким-то экскурсиям, потому я отвел два урока и поехал к тебе. — Арс отпил горячий напиток из какой-то красной новогодней кружки, купленной Антоном в прошлом году по акции, заглядываясь на окно и на мальчишку, стараясь не сёрбать. Разговор логически закончился, но, помолчав, Арсений решил пройтись по скользкой дорожке. — Тош. Почему ты режешь себя? — Вопрос напрямую заставляет мальчишку испугаться и задуматься. А ведь действительно, почему? Парень никогда раньше не задавался этим вопросом. Ведь когда моральное состояние переходило границу он на чистых инстинктах брал в руки тонкую пластинку с острым концом, именующуюся лезвием, и проводил ей по рукам и ногам, сначала неглубоко, но с каждым разом все дальше и дальше уходя под кожу. И порезы уже не заживали за несколько дней, оставаясь шрамом на десяток лет, а то и до самой кончины. — Даже не знаю… — Антон не уходил от вопроса, нет. Ведь у парня даже ответа на него не было. — Ну как не знаешь, ведь у всех есть какая-то причина… — Клонит Арсений, смотря пронзительно. Взгляд его Тоша чувствует всем телом, и от того невольно начинает дрожать. Сжимает зубы, в попытке успокоиться, сжимает руки в кулаки, оставляя кровавые ранки-полумесяцы от ногтей, и вроде как что-то даже получается, но ровно до того момента, как парень чувствует чужие руки у себя на плечах, что так нежно обнимают его со спины. После чего над самым ухом Шастун слышит ласковый голос. — Тош, не плачь, все хорошо. Давай просто пойдем на диван и поговорим, хорошо?       Пусть осторожный неуверенный, но кивок. Учитель берет парня под плечи, помогая встать и дойти до тачки назначения.       Арсений позадавал наводящие вопросы, но так ничего и не добившись, уложил уже спокойного Антошку спать, под предлогом «заболел, давай лечись и не прирекайся», а сам сходил в аптеку за нужными лекарствами.       По приходу домой Шастунишка тихо посапывал на краю кровати, свернувшись как кот. Это умилило преподавателя, тот даже решил запечатлеть данную картину в памяти своего телефона. После Арсений написал записку и пошел домой, оставив ее на тумбочке, вместе с шоколадным батончиком. «Ты так мило сопишь во сне <3 Оставил тебе шоколадку и лекарства, подкрепляйся. Завтра, послезавтра не смогу придти. ; ( не скучай

Арсений»