Люди из разных миров

      Утром ребята вновь позавтракали приготовленной Кейт едой. В обед они решили съездить в ресторан «У красотки» и поесть мороженое. К счастью, парни давно уже не брали крекеры, поэтому девушки не испытали новое потрясение.       Вечером компания собралась за просмотром фильмов и заказала несколько пицц. Однако про кино все быстро забыли, отдав предпочтение бессмысленным разговорам и безалкогольной выпивке.       Они говорили об учебе, музыке, фильмах и книгах, рассказывали о своем детстве. Конечно, детство парней подходило к списку тем, которые обсуждают у психолога, а не в кругу друзей, однако Ники и Аарон смогли найти что-то хорошее среди мрачного и густого тумана безрадостности.       У сестер детство, очевидно, было лучше и счастливее. В их историях даже присутствовали родители, являвшиеся олицетворением чего-то хорошего.       Несмотря на то, что Кевин, Нил и Эндрю ничего не говорили, они слушали, а нападающие иногда комментировали детские странности ребят. Лия была единственной, кто сидела в телефоне и что-то читала. Это не осталось незамеченным, и в итоге Мэдисон спросила:       — Там интереснее?       — О... Я просто... — искала оправдания девушка.       — Ты что-то читаешь? — поинтересовался Ники.       — Да.       — Фанфики, — сказала Пейдж. — Она читает фанфики.       — Что это? — спросил Нил.       — О, ну, знаешь... Есть, к примеру, книга или сериал, или фильм. И какой-то человек, вдохновившись этим предполагаемым произведением, начинает писать свои дополнения к истории, или как-то переиначивать ее. Все зависит от фантазии автора. Часто в них описываются отношения героев, и не только канонных.       Нил покачал головой, пытаясь осмыслить услышанное и понять, зачем людям тратить время на изменение оригинала.       — И про что ты читаешь сейчас? — спросил Ники.       — Гарри Поттер.       — Про Гарри и Драко, — дополнила Лию Мэдисон.       — Поправочка, — вставила Пейдж. — Про Гарри и Драко, которые ебутся.       — Пейдж... — закатила глаза Кейт.       — Это не всегда так, — защищала свои интересы Лия. — То есть да, всякое бывает, но основной сюжет не в этом. Ну, в этом, но там ещё много разных линий. И вообще, не везде стоит высокий рейтинг.       — Гарри Поттер... — неосознанно спас девушку Нил. — Что-то знакомое.       — Да ты издеваешься надо мной, — сказала Пейдж.       — Вот блин, мы не показали тебе Гарри Поттера, — воскликнул Ники. — Надо будет это исправить.       — О чем мы говорили? — после небольшой паузы спросила Пейдж.       — Гарри Поттер? — предположила Мэдисон.       — Нет, до этого.       — Фанфиках?       — Нет, до этого.       — Как наши родители оставили нас одних на несколько часов, когда Кейт было десять?       — Да, именно. Родители... А где твои? — спросила Пейдж у Ники. Возможно, будь девушка внимательней, она бы смогла увидеть изменение в лице Хэммика при упоминании родителей. Но она не была внимательной. Она продолжила поток бесконечных мыслей: — У вас на пятерых их вообще очень мало. То есть они все мертвы. Это грустно. Ну, для кого-то это бывает грустным.       — Получается, — поддержала сестру Мэдисон. — Только у Кевина есть отец.       Девушка помнила, что тренер команды Пальметто является отцом Дэя. Иногда слушать Пейдж полезно.       — Нет, ещё у близнецов, — подметила Пейдж.       Заметив реакцию Эндрю и Аарона при упоминании Джона как их отца, Кейт решила защитить своего дядю.       — Я знаю, что ситуация вся странная, но дядя Джон правда хороший человек. Глупо игнорировать его предложения о помощи. Вы даже не пытаетесь его узнать. Неужели вам неинтересно?       — Представь себе, — ответил Эндрю.       — Ладно, тебе не интересно. Аарон?       Парень молчал. Он не мог, как Эндрю, отделить сестер от Джона — для него они были одной семьёй. Принимая общество девушек, он также невольно принимает и своего отца. Даже если мысль об отце казалась ему нереальной. Это могло быть у кого-то другого, у кого-то вроде сестер Тонкс, но не у Аарона.       — Так, что с твоими родителями? — решила закрыть тему Пейдж, снова сосредотачивая внимание на Ники.       — Они очень верующие, — кратко ответил Хэммик. Он не знал, как рассказать историю, сохранив хотя бы нейтральную атмосферу в комнате.       — Прямо фанатики? — уточнила Пейдж.       — Типа того. Им было трудно, когда они узнали о моей ориентации.       — Это ужасно, — вставила Мэдисон. Девушка не могла передать, насколько ей на самом деле было жаль. Для нее поддержка семьи была очень важна в принятии себя, поэтому то, что Ники пришлось пройти через гомофобию, опечалило ее.       — Но в итоге они тебя приняли, да? — с надеждой спросила Пейдж.       Ники покачал головой:       — Нет. А потом мы узнали, что мой отец знал кое-что ужасное, но не придал этому значения. И после нашего последнего визита к ним, я не разговаривал с ними больше.       — Когда это было? — спросила Кейт, которой передалось грустное настроение Ники.       — Почти два года назад, перед днём благодарения.       — Перед днём бла... — начала Пейдж, но замолчала.       В голове проносились сотни новостных статей, прочитанных ею в тот период. Именно тогда Аарон убил приемного брата Эндрю, именно тогда самого Эндрю...       Пейдж посмотрела на близнецов, пытаясь сложить цельную картину происходящего в тот день. Ники приезжает к родителям, а одного из его кузенов подвергают насилию, а другой убивает человека.       «Мой отец знал кое-что ужасное, но не придал этому значения».       Он знал о том, что это произойдет? Или о том, что это уже происходило?       Пейдж не знала ответы на эти вопросы. Она была потрясена тем, что ее предположения складывались в криминальные сводки. Девушка знала, что прошлое парней не было ярким, но ее рассуждения казались намного, НАМНОГО мрачными.       — Знаешь, — наконец произнесла она. — Хоть мы и знакомы не так давно и даже не являемся родственниками. Но я думаю, что это не важно. Ты — кузен близнецов. А кузен моих кузенов — мой кузен тоже.       — Гениально, — вставила Мэдс.       — Заткнись.       Пейдж подошла к Ники и села рядом с ним, обнимая его за талию.       — Можешь считать нас своей семьёй.       Ники улыбнулся, обнимая девушку в ответ. Он был очень тактильным, и ему не хватало объятий. Близнецы не любили это, а нападающих лучше не трогать.       Мэдисон подбежала к ним и обняла Ники с другого бока. Лия подползла ближе, оказавшись возле живота Ники и обхватив его руками. Кейт, посмотрев на это, тоже решила присоединиться. Она подошла сзади Хэммика и обняла его за шею.       — Я вас не знаю, — сказал Аарон.       — Ты просто завидуешь, что ты не на его месте, — сказала Кейт.       — Ты ошиблась в слове «счастлив».       — Если не заткнешься, мы атакуем тебя обнимашками, — ответила Мэдисон.       Аарон хотел что-то сказать, но в итоге решил, что всё-таки безопаснее будет промолчать. Ники, окруженный девушками, надеялся, что они не исчезнут из его жизни. Они были кузинами близнецов, не его, но он хотел верить, что и в его жизни есть место чему-то хорошему, место для них. Для тех, кто не отталкивает и принимает его заботу и беспокойство.       Через время сестры сели обратно на свои места. Тишину на удивление прервала Лия.       — Наша бабушка тоже была верующей. Только в хорошем смысле. Она праздновала все эти религиозные праздники. Было весело.       Девушки грустно кивнули. Парни поняли, что, видимо, их бабушки больше нет в живых. Однако Ники решил уточнить, и Лия ответила:       — Да, она умерла три года назад. Ее похороны тоже прошли по всем традициям ее веры. Ей бы понравилось.       Парни не совсем понимали, что такое скорбь. Кевин потерял мать, когда был маленьким. А смерть Рико хоть и повлияла на него, но все же Морияма не был тем человеком, о котором можно ностальгировать. Родители Ники, хоть и перестали разговаривать с ним, но были живы. Эндрю сам убил свою мать. Отец Нила был ужасным человеком и его смерть стала облегчением, а не причиной для печали. Отношения Нила и Аарона со своими матерями были такими запутанными, что парни не могли точно определить свои чувства.       Однако истинной, настоящей скорби — той, которую не сотрёт даже время, которая останется вибрирующим пятном в душе, напоминающим о себе, когда ты меньше всего ожидаешь, когда уже думаешь, что стало легче — никто не испытывал.       Наступила тишина. Каждый думал о своем. Однако близнецы пришли к единой мысли. С самого начала они думали, что сестры Тонкс — хрупкие принцессы, которые живут в замке счастья, уважения и доброты. Однако у каждой из них были свои проблемы. Да, это были проблемы другого характера. Не криминальные, без насилия, убийств и крови. Им не нужно было бороться за выживание, каждый день вставать с кровати с болью во всем теле.       Их проблемы были меньшего масштаба, но от этого не становились менее значимыми: неудачные отношения, СДВГ, принятие ориентации, замкнутость и уход от реальности в вымышленный мир.       Это не то, к чему привыкли близнецы в своей жизни, не то, с чем они столкнулись. Однако каждый из них понимал, что сестры — неожиданно пришедший свет в их жизнь. И они не хотели, чтобы он погас, столкнувшись с их тьмой. Не потому, что привязались к ним или у них возникла родственная симпатия, нет. А потому, что они, как никто другой знали, какая редкость остаться так далеко от жестокого реального мира, насколько сильно сестрам повезло. Ни Аарон, ни Эндрю, которые испытали насилие на себе, не желали такого же кошмара девушкам.       Близнецы смотрели на сестер, не сожалея о том, что могли иметь и что потеряли. Эндрю никогда и не думал в стиле «а что если». Но Аарон только принял, что у всех них были свои проблемы: у парней, у девушек. Кому-то повезло в жизни больше, чем другим. Однако человека одинаково могут сломать как зависимость, так и разрыв с любимым человеком.       У всех своя история. Жизнь — не соревнование, никто не выпускает своих демонов на ринг, не заставляет его ударять гневом, кошмарами и шрамами. Никто не радуется победе, если твое прошлое хуже, чем у других. Никто не желает остальным демонятам стать сильнее взамен невинности и радости жизни.       Никто из тех, кто знает, какого это — столкнуться с болью, жестокостью и насилием.       Никто из Лис.

***

      Выпив утренний кофе, девушки собрались уезжать. Никто не знал, как стоит прощаться и что говорить. Поэтому какое-то время ребята стояли в окружении неловкой тишины, пока Ники не произнес:       — Не забывайте писать.       — Обязательно, — ответила Пейдж.       Кейт сдвинулась с места первая. Она сказала всем пока и села за руль своей машины. Это действие заставило остальных сестер быстрее закончить прощание. Пейдж, Мэдисон и Лия по очереди обняли Ники. Младшая сестра помахала остальным парням и села на заднее сиденье.       Пейдж решила обнять всех, кроме, пожалуй, Эндрю, потому что чувствовала исходящую от него не тактильную энергию. Она удивлялась, как Нил встречается с ним. Девушка ни разу не видела, чтобы парни дотрагивались друг до друга.       Обняв Нила и Кевина, которые не особо это оценили, но оба промолчали. Особенно Дэй в своей надежде больше не видеть сестер несколько дней подряд. Возможно, поэтому он ничего не сказал, когда Пейдж задержала его в объятиях явно дольше, чем Нила. Девушка не упустила возможность, оказавшись так близко к известному Кевину Дэю, вдохнуть его запах. Нил радовался, что не оказался на месте Кевина. Джостен еще чувствовал, что его волосы растрепались после объятий Пейдж.       Мэдисон последовала примеру сестры и обняла нападающих, однако, увидев, как Пейдж подошла к близнецам, быстро побежала к машине, занимая место на переднем сиденье.       — Она заняла мое место! — заметила Пейдж. Она повернулась к близнецам, недовольная поступком Мэдисон. — Учитывая, что мне придется сидеть на заднем сиденье, вы должны хотя бы утешить меня семейными обнимашками.       — Не думаю, — ответил Эндрю.       Пейдж показала ему язык и повернулась к Аарону. Тот хотел проигнорировать ее молящий взгляд, но решил уступить. Он приобнял ее одной рукой и быстро отпустил. На лице Пейдж засияла улыбка и она повернулась к Эндрю. Девушка ничего не ждала от него. Она протянула ему сжатый кулак, призывая попрощаться лёгким ударом рук.        Эндрю долго смотрел на предложенную руку, потом перевел взгляд на машину. Никто точно не смог бы сказать, о чем он подумал, но парень поднял руку, и они быстро ударились кулаками.       Пейдж улыбнулась, ещё раз обняла Ники и села в машину.       Пока Кейт отъезжала от дома, Мэдисон и Пейдж продолжали махать парням на прощание. Ники отвечал им тем же. Аарон и Кевин просто ненадолго подняли руку вверх. Нил отсалютовал им, а Эндрю стоял неподвижно.       Когда их машина скрылась за поворотом, Кевин сказал:       — Наконец-то. Мы пропустили слишком много тренировок из-за этого.       — Ты издеваешься, — ответил Аарон и посмотрел на перекресток, где скрылась машина сестер. — Верните их обратно.       Кевин не оценил шутку и пошел в дом вместе с Эндрю и Нилом.       Аарон, конечно, был не против тренировок, но также он был не против начать их как можно позже. Он действительно задумался, не вернуть ли сестер, если это продлит его отдых от спорта. Однако в итоге он просто смирился и зашёл в дом.       Ники последовал за ним, останавливаясь на секунду возле входной двери.       — А я буду скучать, — прошептал он ветру.       И дверь за ним закрылась.