Химера

Дио и Хол появились в тёмном коридоре. Хол споткнулся о собственные ноги, выставил руки в стороны и, ругаясь, попытался нащупать выключатель. — Куда ты нас затащил? В какой, твою мать, год? — Космический центр Кеннеди. Флорида, США. Примерно семь часов вечера — думаю, время посещений уже вышло. Сейчас весна, так что, солнце зайдёт только через час. Это 14 марта 2012-го года, примерно за неделю до новолуния. Он зажал двумя пальцами висок. Не то чтобы его долбила мигрень, но было чувство, будто что-то свыше пытается до него достучаться, как будильник, который невозможно отключить. — Это место можно использовать для получения силы Небес. Я знаю, что Энрико хватит сил добиться того, на что мне не хватило времени. Я должен его найти. — Да на здоровье, — выплюнул Хол. — А меня-то зачем ты с собой взял? Дио закатил глаза. — Хол Хорс, мне надо было стоять и полчаса тебя уговаривать? Может, мне потом оставить тебя у Форт-Нокс, и забирай там всё золото, которое найдёшь? Или тебе не хочется предотвратить конец света? — Нет! Тьфу, блин! Я не о том, — Хол Хорс сложил руки на груди и отвернулся. — Боинго, как обычно, мог просто преувеличить, разве нет? Какой конец света, ты серьёзно? — Не недооценивай потенциал Энрико, — серьёзно сказал Дио. — Я уверен, он способен взять судьбу в свои руки. Вот только кто знает, чем всё закончится, если мир будет ему сопротивляться. В любом случае, если у него получится… он мне пригодится. — И как его найти? Дио постучал по виску. — Я чувствую… нечто. Мы раньше обсуждали кое-какой ритуал, и думаю, Энрико ему последует. Это «нечто» приведёт меня к нему. Хол закатил глаза. — Ой, как удобно. Дио пошёл дальше по коридору. — Хол, ты же умеешь водить? — Да, но благодаря тебе и твоим путешествиям в будущее мои права немного просрочены, — проворчал он. — Это не проблема, — Дио остановился у окна, избегая солнца, и осторожно посмотрел вниз, на парковку для туристов. — Главное, не тормози.

***

Они угнали машину и ехали в полной тишине. Хол включил радио, покрутил по разным станциям, но не нашёл чего-то знакомого и выключил. Вытерев пот на лбу, он посмотрел в зеркало заднего вида — Дио просто сказал ехать на юг, а теперь зловеще молчал на своём заднем сиденье. — Ух, жарища, — Хол махнул рукой на лобовое стекло, усеянное дохлыми комарами. — В Каире хотя бы ветер сухой. — Ты несёшь чушь, потому что нервничаешь, — сказал Дио. — Выкладывай, что у тебя на уме. Руль заскрипел под его хваткой. — Хорошо. Мне вообще не улыбается снова быть твоим мясным щитом, — пробурчал Хол. — У меня плохое предчувствие. Если Пуччи собирается продолжить с твоего места, он вполне мог собрать свою команду людей со стендами. Если я не ждал увидеть тебя живым — он и подавно этого не ждёт. Да и вся эта хрень про конец света спокойней никого не сделает. — Знаешь, более подходящим термином будет «телохранитель», а не «мясной щит». Во-первых, я довольно хорошо плачу. Во-вторых, в Каире тебя никто не заставлял соглашаться. — Да-да, — Хол нахмурился и побарабанил пальцами по рулю. — Я не буду сейчас заявлять, что я сильно изменился и всё такое, но за пределами всей этой шумихи в Каире у меня была жизнь. — Как это понимать? — насмешливо уточнил Дио. — Ты остепенился и завёл семью? — Тебе ли не плевать? — Хол поморщился и съехал с полосы, чтобы обогнать побитый фургон. — Я нужен тебе, и вот я здесь, и никуда не денусь. Что мне ещё остаётся? Бежать? Пытаться в одиночку выживать в будущем? Драться с тобой? Я и так знаю, чем это закончится. Лучше быть телохранителем, чем вампирской закуской. — Тормози. — Ч-что? Дио вздохнул. — Тормози, говорю. Справа места хватит. — Твою мать. Ладно, хорошо. Останавливаюсь. Он повернулся, чтобы проверить слепую зону, перестроился обратно на правую линию и включил аварийные задники. Машина подъехала к обочине. Хол Хорс напрягся, Emperor трясся в его руке. Дио открыл атлас на Соединённых Штатах. — Хол, где ты живёшь? — Господи Иисусе, на что ты намекаешь? — Намекаю, что я могу хоть сейчас отправить тебя домой, если так сильно не нравится здесь находиться, — сказал он. — И у тебя останется двенадцать прекрасных мирных лет до конца света. Хол Хорс тупо на него уставился. — Это не угроза? — Нет. Если не сможешь толком мне помочь, то твоё присутствие скорее всё саботирует, чем подсобит. Я вовсе тебя не ненавижу и не желаю тебе зла, — холодно, ровно отчеканил Дио. — Но без тебя будет трудно. Хол Хорс глубоко вздохнул и откинулся на спинку сиденья. — Для начала, меня кое-что напрягает. У тебя есть супер-стенд, и тебе всё равно нужна моя помощь. Ты общаешься с Джостарами так, будто вы не пытались друг друга поубивать. Боинго предсказал конец света, и даже если я откажусь в это верить, его книга никогда не ошибается. Грядёт реальная задница. Тебе вправду интересно, почему я тут схожу с ума? Мне страшно, потому что страшно тебе. Дио и бровью не повёл на это заявление. — Я знаю, каково чувствовать себя загнанным в угол, — продолжил Хол. — Ты сидишь здесь весь из себя эпичный и пафосный, но по тебе видно, что это всё путешествие состоялось не просто из твоей прихоти. Я знаю, ты неприкасаемый, все дела, — махнул он рукой, — но тебя что-то кусает за пятую точку, и это не Джотаро. Я бы не хотел встречаться с этим… чем бы оно ни было. — Хол, ты, как всегда, сама проницательность, — прошипел Дио. — Так тебя отправлять домой или нет? Хол выдохнул и наклонился вперёд, чтобы выключить задники. Посидев с минуту в тишине, он включил поворотник. — У меня же нет выбора? — проворчал он. — Ты сам и водить-то не умеешь.

***

Дио выглянул в окно, надеясь, что его интуиции хватит, чтобы угадать направление из списка. На их пути уже были зелёно-белые указатели с направлениями в разные города, но только один привлёк его внимание. — Порт-Сент-Люси, съезд 121, 3 километра. Нам туда. Хол кивнул и начал щёлкать переключатели фар. — Думаешь, он там? — Не исключено, — Дио опёрся головой на открытое окно. — В любом случае, он близко. На въезде в город стояла ещё одна табличка с перечислением местных крупных заведений: поле для гольфа, какие-то рестораны и большая тюрьма «Green Dolphin Street». Дио почувствовал, как внутри холодеет. — Тюрьма, — сказал он. — Наша остановка. — Думаешь, Пуччи арестовали? — Пуччи будет искать грешников, — поправил Дио. — К больницам часто пристраивают часовни, как и к тюрьмам. Ты знал, что он учился в семинарии? — Я знал, что он поехавший на боге, — ответил он. — Я уже говорил, мы с ним мало общались. Да и в Каире он был не то чтобы очень часто. Дио задумчиво хмыкнул и уставился в окно. Путь до въезда на территорию тюрьмы занял около получаса. Главный комплекс находился на острове, и до него вёл длинный мост с постами охраны и шлагбаумами на каждой стороне. — Посетителей уже не пускают, — сказал Хол. — Как пробираться будем? Рядом с Дио появился The World. — Надеюсь, ты не снимал наклейку? — Нет, а при чём?.. Время остановилось. Дио откинулся назад, сложил руки на груди и кивнул. — Вот и поезжай. Хол вдавил педаль газа, и машина, рванув вперёд, пробила деревянный шлагбаум, как бумагу. Он с трепетом наблюдал, как куски дерева и пластика отлетают и тут же застывают в воздухе. Они промчались мимо поста — один из охранников смотрел в экран с видеонаблюдения, другой читал газету. Они успели пересечь мост до того, как время снова пошло. — Вот это обалдеть, — оторопело выдал Хол Хорс. — Паркуйся за автобусами, — скомандовал Дио. — Пойдёшь за мной, или будешь присматривать за машиной? — Да пойду я, — сказал он и, открыв дверцу, полез к проводам под колесом. — Лучше так, чем попасться охране.

***

Им попалось несколько патрулей, но в остановленном времени обойти их не составило труда. Дио шёл по коридорам, ведомый только своей интуицией, пока они не достигли входа в часовню. — Я ненавижу вечно жаловаться, — тихо сказал Хол, — но мне это всё очень сильно не нравится. Я помню, вы с Пуччи друг от друга не отлипали, но… Двадцать лет прошло. — Я ценю твоё беспокойство, правда. Я уже говорил, твоё чутьё безупречно. Давай упростим: я пойду, а ты оставайся здесь. Скользнув мимо Хола, Дио открыл дверь. Его не столько беспокоила реакция Пуччи на своё появление, сколько возможная западня. Найти Энрико оказалось слишком просто. В часовне царил полумрак, горели несколько верхних ламп. Главный зал оказался пустым, но боковая дверь была открыта — за ней оказался небольшой, но уютный кабинет. По спине Дио пробежали мурашки; он узнал за столом Пуччи, он щёлкал чем-то на пузатом настольном компьютере. Он не стал разливаться в приветствиях — просто стоял и ждал, чтобы его заметили. Пуччи поднял руку, давая знак подождать, и повернулся к принтеру, который как раз зажужжал и начал выдавать бумагу. Когда работа закончилась, Пуччи взял распечатки и сложил в папку. — Приём заключённых закончился в восемь. Если это срочно, то я смогу запросить разрешение на посещение только завтра утром… — начал было он, как повернулся к двери и застыл в своём кресле. Дио тепло улыбнулся. — Сколько лет. — Это испытание? — затаив дыхание, прошептал он. — Испытание? Дио пошёл вперёд, но Пуччи так и не двигался, его руки сильнее сжали подлокотники. — «Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от дьявола», — процитировал Пуччи. — «И, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал». Дио опёрся бедром о стол. — «И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами». В тёмных глазах Пуччи мелькнула радость. — Не хлебом единым сыт человек. — Разумеется, не только им, — рассмеялся Дио. Пуччи улыбнулся, но закрыл глаза и отвернулся. — Это прекрасная иллюзия. Я благодарен. — Я не иллюзия. Дио протянул руку и костяшками пальцев погладил плечо Пуччи, на что тот с резким вздохом отпрянул и едва не повалил кресло. — Нет, — тихо сказал он. — Ты мёртв. Всё, что от тебя осталось… теперь со мной, — он покачал головой. — Где хозяин? Надеюсь, ты не дальнего действия, потому что мне не хватит терпения прямо сейчас выслеживать того, кто тебя прислал. Избавь меня от иллюзии, и мы сможем договориться. — Пуччи, это я, — Дио склонил к нему голову. — Или доказать? Тот отвернулся и начал считать простые числа вслух. — Я знаю, что ты следуешь моему плану. Энрико, я горжусь тобой. Я возлагал на тебя самые большие надежды, и ты их превзошёл. Дио встал перед ним и опустился на одно колено. Он осторожно взял его запястье и прижал к своему лбу. Пуччи не двигался. — Твоё плечо, — холодно сказал он. — Куда делось родимое пятно? Дио тут же вызвал The World и остановил время, чтобы раздражённо зарычать — в основном, от злости на самого себя. Он отступил, чтобы между ним и Пуччи стоял стол, и запустил время. — Я знаю, что ты хочешь забрать силу Небес чисто для себя, — сказал он. Пуччи резко развернулся. — Я уже знаю, что будет, окажись я на небесах. Всему конец. Пуччи не отвечал. — Если и позволить кому-то забрать Небеса, то пусть это будешь ты, — продолжил Дио. — Ты и остальные Джостары. Что ж, во всяком случае, Энрико перестал походить на каменное изваяние. Теперь он просто был озадачен. — Джостары? От Куджо проку мало. Остальные или слишком стары, или слабы, или наивны, чтобы выйти против меня. — Я не это имел… Послушай. У меня нет родимого пятна, потому что сейчас я в своём собственном теле. Мне больше не нужна их кровь, — говорил он так жарко, насколько вообще были способны его пламенные амбиции. — Я собираюсь спасти Джонатана Джостара, и поэтому я должен получить всю удачу, на которую способно его семейство в будущем. Будь у тебя такая возможность, разве ты бы не помешал первородному греху совершиться? Помнишь, как мы мечтали дать рай даже самому законченному грешнику? Между ними повисла тишина. Энрико тупо молча на него смотрел. — Люди часто проваливаются из-за чувства стыда. Люди готовы добровольно уходить из жизни от стыда за свои прегрешения. Они думают, что когда-то давно, в прошлом можно было бы поступить по-другому, и спустя много лет удивляются, почему не поступили именно так. Стыд идёт от сожалений, и даже самый амбициозный хозяин самого сильного стенда может от этого потерпеть неудачу, — сказал он. На его лице было странное выражение, пока Дио не понял: то было разочарование. — Возможно, со временем ты всё-таки стал сожалеть о том, что убил своего брата. Я не буду пользоваться Небесами, чтобы сгладить чужой позор. Моя цель выше этого. Я изменю человечество к лучшему. Дио стоило бы сдержаться, но он уже наклонился вперёд. — А тебе самому не стыдно вспоминать Перлу? Пуччи закрыл глаза и глубоко задышал, но выражение его лица было предельно спокойным. Дио же чувствовал, как в нём бушуют ярость и отчаяние. Он ненавидел злиться на Пуччи, но как оказалось, даже никакой засады от двойника не понадобилось, чтобы опростоволоситься. Пуччи просто… превзошёл его во всём. На его плечо что-то капнуло сверху. Дио не успел среагировать — Whitesnake уже сделал на него рывок и провёл рукой по лбу. Из головы наполовину показались два диска, и ещё три мелких с грохотом выпали на пол. Пуччи непонимающе смотрел на лишние диски, и стенд пнул их к ногам своего хозяина. Дио пытался побороть нарастающую панику. Он сейчас был готов молить о пощаде. — Пуччи. Прошу, доверься мне. Ты понятия не имеешь, что такое Небеса. — Не спорю, их сила может быть выше моего понимания, но я верю в наши первые теории. Я желаю тебе только счастья, мой друг, — он аккуратно потянул за диски, застрявшие в голове Дио. — «По обетованию Его, мы ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда». Дио, обещаю, я найду наш новый рай. Раздался резкий свист. Пуччи отпрянул, из его плеча потекла кровь. — Господи, вы двое друг друга стоите, — сказал Хол Хорс, целясь из револьвера. — Извините, я не сдержался и подслушал. Эти диски ещё должны вернуть меня домой, так что, попрошу их обратно. Дио быстро наклонился вперёд и, ударившись головой об стол, вдавил застрявшие диски обратно. Пуччи с судорожными вздохами привалился спиной к стене. — Ой, не прикидывайся, я даже близко не стрелял на поражение, — Хол кивнул в сторону Дио. — Давай, быстрее, иди за дисками. Надеюсь, у тебя был план «Б», потому что этот очевидно не срабатывает. Пуччи рухнул на землю. Whitesnake корчился рядом с ним, его тело замерцало. Дио бросился вперёд, за своими дисками, но Whitesnake раздвоился, изнутри его сформировалось что-то совершенно новое. В Дио полетел стол и стул, и они оказались прижаты к стене — он еле увернулся, чтобы не размазало, но на удивление, его потянуло дальше, к дверному проёму, в зал часовни. Хол тоже вылетел, но его хотя бы Дио успел ухватить за воротник. Они не успели врезаться в дальнюю стену, когда Дио остановил время и посмотрел вверх (мало ли, что ещё могло на них упасть): к счастью, скамьи были привинчены к полу, а в воздухе только летала безвредная бумага со стола. Когда время снова пошло, Дио, держа в руках Хола, приземлился на стену. — Что за нахрен? — только и смог спросить Хол, указывая на Пуччи. Он вытянул шею в попытке рассмотреть — Пуччи снова встал и опёрся на стену, пока сам Дио с Холом сидели у стены на корточках. Whitesnake сбрасывал чёрный покров.