Привкус горько-сладкий

Перелет из Сеула в Токио, дорога до дома родителей Чонгука и пробки так измотали Тэхёна, что он ничего уже не хотел. А этот шум вокруг вызывал желание только закрыть уши и уснуть. Несмотря на то, что в самолете омега поспал, все же сонное состояние не отпускало. И даже волнение перед знакомством с родителями Чона не могло перекрыть усталость. Наконец они остановились возле небоскреба, Тэхён присвистнул, когда посмотрел вверх. — Ничего себе. — Это служебная квартира, — пояснил Чонгук, доставая чемоданы из багажника. — Ее предоставили родителям на время командировки отца. — Неплохо, — протянул Тэхён. — Ты как? — спросил Чон, обнимая омегу. — Устал, — вздохнул Ким. — Хочу в душ и спать. И чтобы ты меня обнял. — Все это реально, — улыбнулся альфа, носом зарываясь в темные волосы. — Но сначала знакомство с папой. Отец будет позже, он всегда поздно приходит домой. — Если ты выберешь такую же работу, как твой отец, я тебя убью. — Никогда в жизни, — рассмеялся Чон и чмокнул омегу в нос. — Пойдем. Они поднимались на лифте на тридцать седьмой этаж, Ким нервно постукивал носком ботинка по полу. — Волнуешься? — с улыбкой спросил Чон. — Ага, — кивнул Тэхён. — И чем ближе, тем больше. А почему ты так спокоен? — А чего мне волноваться? — пожав плечами, спросил альфа. — Я уверен, что все пройдет замечательно. — Да? — Да. Тэхён улыбнулся и потер ладони о легкие летние штаны. Он знал, что папа у Чона очень добрый, все это говорили, но как можно не волноваться перед знакомством с родителями? Тем более им надо сообщить не только об их отношениях, но и о ребенке, который уже в животе и которому уже пятнадцать недель. Но Чонгук сказал, что все возьмет на себя. В папе он уверен, отец может немного поворчать, потому что сначала ребенок, а потом свадьба, но это не важно. Потому что факт уже есть, и всем придется это принять. Они выходят из лифта, идут к нужной двери. Чон ставит чемоданы и смотрит на омегу. — Готов? — с улыбкой спрашивает альфа. — Ага, — быстро кивает Тэхён и снова трет ладони о бедра. Чон усмехается и нажимает на звонок. Дверь открывается меньше чем через минуту, и на пороге появляется невысокий омега. Тэхен знает, что папе Чона пятьдесят один год, но на вид не больше сорока пяти. Красивый и статный, со светло-русыми волосами и добрыми глазами. Эти глаза почти черные, как у Чонгука и Хосока, и становится понятно от кого братья их унаследовали. Чонгук похож на папу, только черты лица омеги более плавные и мягкие, нет резкости скул, взгляд добрее. — Сынок! Наконец-то! Омега кидается на сына с объятьями, он по росту достает только до плеча альфы. Чонгук улыбается широко и крепко обнимает папу. — Я так соскучился, — шепчет альфа. — Я тоже, сынок, я тоже. Омега вытирает быстро набежавшие слезы и отходит от сына. — Проходите, мои дорогие, чего стоять на пороге. Тэхён с легкой улыбкой заходит, за ним Чонгук с чемоданами. Омега смотрит на Кима, и Тэхён немного теряется и кланяется. — Добрый вечер. — Добрый, — с улыбкой отвечает омега. — Тэхён, познакомься. Это мой папа, Чон Джиён. Папа, это мой омега, Ким Тэхён. — Очень приятно с вами познакомиться, господин Чон. Тэхён опять слегка кланяется, сцепив пальцы за спиной от волнения. Сердце немного сильнее бьется, он не может быть до конца спокоен. Чонгук обнимает его за талию, ближе притягивает к себе. — Мне тоже очень приятно, Тэхён, — с доброй улыбкой говорит Джиён. — И не надо «господинов», называй меня просто по имени. Тэхён с улыбкой кивает, смотрит в теплые черные глаза, так похожие на глаза его альфы. — Ты такой красивый омега, Тэхён. У моего сына отличный вкус. Как и у старшего. Ты знаком с Чимином? — Да, конечно, — кивает Ким. — Они с Хосоком прилетали к нам в Сеул. Мы с Чимином подружились. — Он такой замечательный, — кивает старший омега. — Так, вы с дороги устали. По-любому в душ хотите. Отец будет через час, успеете освежиться и переодеться. И ужин будет уже готов. Я подготовил вам гостевую комнату, идите за мной. Комната была просторная, как и вся квартира. Большие панорамные окна и миллионы огней за стеклом сверкали в сумерках. В душ, естественно, пошли по отдельности, все же они дома у родителей. Тэхён пошел первым, и пока ждал Чонгука, привел себя в порядок. Душ немного взбодрил, ведь надо как-то пережить этот важный разговор. Они решили все рассказать сегодня же за ужином, нет смысла скрывать. Омега надел светло-голубые джинсы и свободную легкую рубашку белого цвета, которая открывала шею и изгиб плеча, показывая метку. Каждый раз смотря на нее, омега не мог сдержать улыбки. Теперь всегда запах темного шоколада с ним, под кожей, внутри, в каждой клеточке. Метка уже зажила и не приносила дискомфорта. Тэхён нанес легкий макияж на глаза, чуть выделив внешние уголки век. Темные волосы выпрямил, они густой челкой скрывали лоб. В уши вставил длинные цепочки, которые подарил ему недавно Чонгук. Альфа подошел со спины, обнял за талию и положил подбородок на плечо омеги. Они смотрели на свое отражение в большом зеркале и улыбались друг другу. — Ты у меня самый красивый, — прошептал Чонгук. — А ты у меня, — с улыбкой ответил Тэхён, щекой потираясь о щеку альфы. Чон фыркнул и улыбнулся. — Ты похож на своего папу. Только черты лица у тебя более резкие. — Да, — кивнул Чон. — А Хосок больше похож на отца. — Как думаешь, на кого будет похож наш малыш? — Не знаю, — пожал плечами. — Но в любом случае, наш кокосик будет прекрасней всех. Омега усмехнулся и закатил глаза. Ладонями водит по рукам Чона, которые гладили его округлый живот, и прикрыл глаза. Так приятно и тепло. Внутри все так правильно, так как надо, что по-другому уже никогда не хочется. — Я хочу, чтобы у него были твои глаза, — прошептал Чонгук, и омега снова посмотрел в отражение своего альфы. — Потому что твои глаза прекрасны. Я всегда так думал. Тэхён улыбнулся и развернулся в сильных руках, заглядывая в черные глаза. — Даже когда терпеть меня не мог и считал самым худшим, что могло произойти с тобой в жизни? — Даже тогда, — улыбнулся Чонгук, наклоняясь к любимым губам. — И я очень счастлив, что ошибся. Тэхён улыбается и сокращает оставшиеся пару сантиметров между их губами. ______________________ Пока Чонгук и Тэхён помогали накрывать на стол, домой вернулся отец Чона. Альфа зашел на кухню, приобнял мужа и поцеловал, крепко обнял сына, и серьезным взглядом посмотрел на Тэхёна. Чонгук был прав, Хосок похож на своего отца. Можно даже предположить, что после пятидесяти Хо будет выглядеть именно так. Старший альфа был одного роста с Чонгуком и широк в плечах. Черные волосы были густыми, в них видны несколько серебристых прядей, которые не портили, а как будто придавали больше статности. Цвет волос достался Чонгуку от отца, потому что больше схожести между альфами Тэхён не увидел. — Отец, познакомься, это Ким Тэхён, мой омега. Тэхён, это мой отец, Чон Висон. Ким поклонился и улыбнулся робко под пристальным взглядом светло-карих глаз. Они будто полностью просканировали, отметили все, что надо и узнали, что необходимо. Хотя нет, промелькнула мысль у Тэхёна, этот взгляд тоже есть у его альфы. Тяжелый и пристальный, только глаза почти черные, а не светло-карие. Висон улыбнулся и протянул руку. — Очень рад знакомству, Тэхён. Добро пожаловать в наш дом. — Спасибо, господин Чон, — с улыбкой сказал омега, отвечая на рукопожатие. — Дайте мне пятнадцать минут, — сказал старший альфа, расслабляя галстук, — и я присоединюсь к вам. — Хорошо, дорогой, — ответил Джиён, — мы как раз закончим. Через двадцать минут они вчетвером сидели за столом. Альфы друг напротив друга, Тэхён справа от Чонгука, напротив Кима Джиён. Тэхён был немного напряжен, не мог полностью расслабиться, потому что постоянно ловил на себе взгляды родителей Чона. Те рассматривали его, но в глазах не было неприязни, только интерес. Блюда были прекрасно приготовлены, а Ким так проголодался, что еле себя сдерживал, чтобы есть медленно, а не наброситься на еду голодным зверем. Чонгук видел это, и прятал усмешку за бокалом вина. — Тэхён, — с улыбкой начал Джиён, — расскажи что-нибудь о себе. Как вы познакомились? Ким поджал губы и опустил взгляд в тарелку. Не очень хотелось говорить о реальном знакомстве в старшей школе. — Мы познакомились в универе, учимся в одной группе… — начал Тэхён, но Чонгук его перебил. — На самом деле, — заговорил альфа, — мы знакомы еще со старшей школы. Были в одном классе, пока мы полгода жили в Сеуле. И вот опять встретились спустя четыре года. — Вот это да! — удивленно воскликнул Джиён. — Такое совпадение. — Ну да, — кивнул Тэхён, кидая взгляд на Чона. Тот подмигнул, показывая что все хорошо. Было обоим понятно, что родителям не стоит знать все об их отношениях, но Чонгук решил не скрывать, что они давно знакомы. — И вот мы опять встретились, — продолжил Тэхён, — и завязались отношения. Было так странно описывать все то, что у них происходило, обычными словами. Будто они на самом деле опять случайно встретились, как бывшие одноклассники, сходили в кафе, вспоминали школьные годы и по итогу влюбились. Их история уж точно не такая. — А в школе вы не встречались? — спросил старший омега. Боже, как пережить этот разговор. Тэхён пожевал губу и взглянул на Чона. Тот усмехнулся и спокойно ответил: — Нет, пап. Ты же знаешь, что я не заводил отношений, потому что мы постоянно переезжали. — Ну да, я помню. Но раз вы снова встретились, значит так было суждено, — с улыбкой сказал Джиён, смотря на пару. Чонгук улыбнулся и повернулся к Киму, который так же слабо улыбался. Альфа сжал в ладони холодные пальцы омеги и посмотрел пристально, пытаясь успокоить, показывая, что все в порядке. — А расскажи о своей семье, Тэхён? — спросил Висон, который до этого слушал, но молчал. Тэхён переводит взгляд на старшего альфу и отвечает: — Мои родители погибли три года назад. У меня есть только старший брат. Мы очень близки, потому что остались одни. Он всегда меня поддерживает. — Ооо, милый, извини, — с грустью протянул Джиён, — мы не хотели поднимать эту больную тему. — Да ничего страшного, — улыбнулся Тэхён. — Прошло время, и уже легче об этом говорить. Хотя, конечно, мне их не хватает. Есть еще троюродный брат папы в Тэгу, но с ним иногда общается только мой старший брат. Я его практически не знаю. И все. — Ничего, — уверенно кивает старший омега, — главное, что есть близкие люди. Они тоже семья. Вы еще молоды, и у тебя еще появится своя семья и дети. Они станут для тебя самым важным в жизни. Тэхён нервно облизал губы и кинул взгляд на Чонгука, который кусал щеку изнутри и так же посмотрел на него. — Я хотел бы уточнить, — спокойно, но твердо начал Висон, откидываясь на спинку стула, и смотря на сына, — насколько серьезны ваши отношения? Я вижу метку на Тэхёне, а это уже очень важный и серьезный шаг. Ты привез его к нам, чтобы познакомить, что не менее важно. Значит ли это, что ваши отношения очень серьезные и на долгое время, а не мимолетная интрижка? Чонгук медленно выдохнул и так же откинулся на спинку стула. В руке крепче сжал пальцы Тэхёна и твердым взглядом посмотрел на старшего альфу. — Да, отец, ты полностью прав, — уверенно ответил Чонгук. — Мы с Тэхёном живем вместе и любим друг друга. Я поставил ему метку, потому что считаю его своим омегой и хочу быть рядом с ним. А он со мной. У Тэхёна внутри все сжалось, потому что скоро прозвучат самые важные слова. И стало страшно. Очень страшно, что Чон мог ошибиться и родители не будут рады. Ведь они еще студенты и не женаты. Вдруг родители воспримут эти отношения не всерьез, а как вынужденные из-за беременности? Тэхён понимал, что его накрывает тихая паника, и начал медленно глубоко дышать. — Мы уже разговаривали о том, чтобы узаконить наши отношения, — продолжает Чонгук. — Это будет обязательно, просто мы пока не решили когда это будет. И вот что самое главное и в чем причина нашего прилета. Мы хотим вам сообщить, что вы скоро станете дедушками, потому что Тэхён ждет ребенка. Срок уже пятнадцать недель. Так что, поздравляю, скоро у вас будет внук. Все трое за столом смотрели расширившимися глазами на Чонгука, который довольно улыбался. Тэхён приоткрыл рот от того, как именно все это сказал Чон. Спокойно и повседневно, с улыбкой, еще и поздравил в конце. Ким переводит взгляд на родителей и сглатывает, потому что те теперь смотрят на него. — Тэхён… — шепчет старший омега, и кидает взгляд на живот, который скрыт столом. — Это правда? Ким быстро кивает, с опаской смотря на отца Чонгука, который смотрит на него так, как будто вот только впервые увидел. — Да, это правда, — тихо ответил Тэхён. — Чонгук, — выдыхает отец, — это так неожиданно. И срок уже такой… Почему вы раньше не сказали? — Не знаю, — пожал плечами альфа. — Как-то не хотелось все это говорить по телефону. Мы ждали каникул, чтобы прилететь и рассказать лично. Я очень надеюсь, что вы ничего не имеете против. Чонгук посмотрел на родителей, переводя взгляд с одного на другого и ожидая ответа. Тэхён так же с волнением следил за их реакцией, и очень боялся, что они не поддержат их. — Чонгук, сынок, — папа, кажется, первым приходит в себя, — почему мы должны быть против? Господи! Омега с улыбкой быстро встает со стула и обнимает сына, целует в щеки, нос, губы, смеется. Чонгук тихо смеется в ответ, крепко прижимая папу к себе. Джиён отходит от сына и подходит к Тэхёну, который уже встает со своего места. — Тэхён, сынок… Старший омега крепко обнимает Кима. Тэхён чувствует, как глаза начинает щипать, и первые слезы срываются с ресниц, когда он жмурит глаза. Отпускает напряжение и волнение, и будто на самом деле папа обнимает в этот момент. — Ну что ты, не плачь, — говорит Джиён, а сам шмыгает носом. — Все же хорошо, да? Ты хорошо себя чувствуешь? — Да, все отлично, — кивает Тэхён, с улыбкой смотря на омегу. — Я очень рад, — говорит Джиён и смотрит вниз на живот, который скрыт широкой рубашкой. — Можно? Тэхён кивает, и старший омега аккуратно кладет ладонь на живот, тепло чувствуется через тонкую ткань. — Ооо, он кругленький уже, — смеется Джиён, смотря на Чонгука. — А так и не заметно под одеждой. — Мы не хотели вас сразу шокировать, — говорит Чонгук, смотря на самых любимых омег в его жизни. — Недолго он будет таким маленьким, — говорит Джиён Тэхёну. — Когда я носил Чонгука, то был похож на воздушный шар. Он был больше, чем Хосок. В конце только муж обувал меня, потому что я не мог нагнуться. Все рассмеялись, Тэхён вытирал щеки, смотря на своего альфу, который отвечал ему счастливой улыбкой. — Да, дорогой, было весело, — сказал с улыбкой Висон, поднимаясь со своего места и подходя к омегам. Тэхён поворачивается к нему и смотрит в строгое лицо, которое сейчас кажется добрым и приветливым. — Не переживай, Тэхён, — с улыбкой говорит старший. — По тебе видно, что ты боялся нашей реакции. Я прав? — Да, вы правы, — кивает Ким. — Все же это произошло так быстро, и мы не женаты… — Пф, женаты, — закатил глаза Висон. — Как будто это показатель. Вон мой старший сын с Чимином уже восемь лет, а где дети? Я уже внуков от младшего дождался, а тот все работает. — Кто бы говорил, — фыркнул Джиён. — Вот не надо мне тут, ясно? — возмутился альфа, смотря на мужа. — Я успевал и работать, и детей делать. — Боже, замолчи, — Джиён закрыл ладонями лицо, младшие рассмеялись. — Так что не переживай, Тэхён, — продолжает Висон. — Я по сыну все уже увидел и понял. Да и по тебе тоже. Для того, чтобы строить семью не обязателен штамп в паспорте. Что он значит, если нет любви, уважения и доверия? Я знаю, что все у вас будет хорошо. Старший альфа обнимает Тэхёна, прижимает как сына к себе и легко гладит по спине. Омега вдыхает легкий аромат альфы и улыбается. Как же приятно, что он вновь может обрести родителей, которые вот так обнимут и скажут, что все будет хорошо. _______________________ На следующий день прилетели Хосок и Чимин. Папа не мог нарадоваться, потому что наконец-то вся семья в сборе, плюс еще и с пополнением. Висон взял пару дней выходных, чтобы провести время с детьми. Все они теперь были их детьми, но кокосиков любили больше всех. Чонгук рассказал, что так называет Тэхёна и их малыша, поэтому это быстро стало привычкой для всех. Ким больше не закатывал глаза, потому что они уже болели от этого действия. Так как Тэхён впервые был в Японии, ему устроили экскурсию по Токио. Целый день провели в поездках и осмотрах достопримечательностей. Вечером омеги все вместе готовили ужин, а Тэхён запоминал советы от Джиёна о том, что любит Чонгук и как это готовить. Ким был так счастлив, что улыбка не сходила с его лица. Он на самом деле ощущал себя частью семьи, не хватало только Джина и Намджуна. Да и Юнги уже стал близким человеком. Когда-нибудь они соберутся все вместе. В другой день Тэхён с Чимином пошли по магазинам. Чимин взял карточку Хосока, на что альфа скрипнул зубами и поджал губы. А потом полдня ловил сердечные приступы от сообщений о своем балансе. Чонгук и отец смеялись над ним, пока Джиён не сказал, что скоро тоже планирует обновить гардероб на осень. Висон больше не смеялся. Они пробыли в Японии неделю, и собирались возвращаться домой. Хосок и Чимин еще решили остаться на пару дней. Устроили прощальный ужин, потому что рано утром Чонгук и Тэхён должны были улетать. — Так быстро пролетело время, — вздохнул Джиён, смотря с грустной улыбкой на детей. — Не расстраивайся, пап, — говорит Чонгук. — Ты же можешь прилетать к нам. — И по-моему ты хотел, чтобы отец наконец закончил свои командировки, — добавляет Хосок, внимательно смотря на родителей. — Да, — кивает Джиён, — мы обсудили это. И теперь я еще больше хочу осесть в Корее. У нас скоро будет внук, и если верить вам, — уточняет омега, смотря на Хосока, — от вас мы тоже в скором времени дождемся внуков. Я уж точно больше не буду мотаться по всей Азии. — Успокойся, дорогой, — говорит Висон, накрывая рукой руку мужа. — Я тебя понял и со всем согласен. И так же сам устал. Я пропускал взросление сыновей, но не хочу пропустить как растут мои внуки. Джиён улыбнулся, смотря на мужа, альфа улыбнулся в ответ. — И что, вы будете жить в Сеуле? — спросил Хосок. — Нет, — покачал головой Джиён. — Мы думали об этом, но я хочу вернуться в родной Пусан. В Сеуле мы купим квартиру, чтобы не теснить Чонгука с Тэ, когда будем приезжать. — Я же говорил, что они вернутся в Пусан, — с усмешкой сказал Чонгук, смотря на брата, Хосок усмехнулся в ответ. — Так что теперь будем видеться чаще, — улыбнулся старший альфа. — Моя командировка заканчивается через месяц, и мы возвращаемся на родину. — Отлично, — кивает Чонгук. — Пора и вам пожить нормально. — А вы не собираетесь возвращаться в Корею? — спрашивает Джиён у старшего сына. — Думаю, нет, — отвечает Хосок, кидая взгляд на Чимина. — Все же мы столько лет там живем, там мой бизнес. В Корее будет отвечать за компанию Чонгук, когда закончит универ. К тому времени я открою новый филиал. — Это отличная идея, — кивает Висон. Какое-то время все молчат, наслаждаются прекрасным ужином, который приготовили омеги. Джиён с улыбкой наблюдает за детьми, и счастье разливается в груди. Они так редко видятся, собираются все вместе. А теперь еще один человечек будет в их семье, и это такое счастье. — Спасибо, мои дорогие, что приехали, — тихо говорит старший омега. — Я так редко вижу вас, и очень скучаю. И я очень рад тебе, Тэхён. Моему сыну очень повезло с тобой, я вижу как сверкают его глаза, когда он смотрит на тебя. Тэхён и Чонгук переглянулись и улыбнулись. — Добро пожаловать в семью, Тэхён, — с улыбкой сказал Висон. — Спасибо вам огромное, — хрипло ответил омега, потому что в горле запершило. — Я тоже рад с вами познакомиться, и благодарен за поддержку. Очень счастлив, что у меня теперь снова есть родители. Омеги уже ревели, альфы смотрели на них с улыбками. Тэхёна понять можно, у него гормоны шалят, и состояние плаксивое может налететь в любой момент, тем более в такой трогательный. Но Чимин и Джиён не отставали, плакали не меньше, обнимая и целуя Кима. — Так не хочется, чтобы вы улетали, — всхлипывая, говорит Джиён. — Пап, перестань, — успокаивает Чонгук. — Вы скоро вернетесь в Корею и мы увидимся. Теперь всегда будем рядом, Пусан не так далеко, как Токио. — Ты прав, сынок, — кивает Джиён. — Теперь мы всегда будем рядом. _______________________ Чонгук сидит за столом на кухне и пишет задание, которое им задано на каникулы. Скоро снова начинается учеба, а он так окунулся в отдых, что как обычно все делает в последний момент. На кухню заходит Тэхён, подходит к альфе, разворачивает его на стуле к себе. Садится на бедра, руками обнимает за шею. Чонгук так же продолжает писать, не отрывая взгляда от тетради. — Гук, я хочу узел и сцепку, — шепчет омега, прижимаясь губами к щеке Чона. Ничего удивительного, пролетает мысль в голове альфы, и он усмехается. — Подожди немного, Тэ, — отвечает Чонгук, продолжая писать. — Я скоро закончу. — Нееет, Гуки, — тянет Тэхён, и начинает потираться ягодицами о крепкие бедра. — Я хочу сейчас. — Тэ, я хочу закончить и больше к этому не возвращаться. — Спишешь у меня, — язык лижет шею, зубки прикусывают тонкую кожу. — Мне надо сейчас. — Двадцать минут, — кидает Чонгук и переворачивает страницу. Тэхён хмурит брови и поднимает голову. Смотрит на своего сосредоточенного альфу и цокает языком. — Ты не понял меня, Чон, — омега быстро закрывает учебник и тетрадь, ручка из пальцев альфы улетает на пол. — Я хочу именно сейчас. Ким ладонями поворачивает лицо Чона к себе и впивается в губы поцелуем. Чонгук сжимает в руках ягодицы омеги, чуть подталкивает, чтобы Тэхён начал тереться о его бедра быстрее и сильнее. Тэхён прикусывает нижнюю губу Чона, чуть тянет на себя, отпускает и зализывает укус. — Сначала я хочу сделать тебе минет, — шепчет омега в губы Чонгука, — а потом ты меня наградишь за это своим прекрасным узлом. — Разве я могу тебе отказать? — с ухмылкой говорит Чон и встает со стула, направляясь в спальню. — Ты пытался, — усмехается Тэхён. — И как всегда проиграл, — шепчет Чонгук, и снова целует Кима глубоко и страстно. _____________________ Тэхён лежит на кушетке в кабинете для узи, Чонгук мерит шагами небольшое помещение. Омега с усмешкой наблюдает за альфой, наглаживая свой животик. — Ты что, нервничаешь, Чон? — усмехается омега. — Ни капли, — мотает головой Чонгук. — С чего мне нервничать? — Ну, не знаю, — тянет Ким. — Вдруг боишься, что анализы покажут, и у нас будет не альфа, а омега. На дворе конец августа, и сегодня у них назначен прием у врача. Им должны сказать, кто у них будет, омега или альфа. И Чон вообще не нервничает. Просто немного на взводе, потому что ожидание утомляет и не способствует спокойствию. Уже так хочется узнать кто же в этом милом животике. Альфа останавливается и смотрит на Тэхёна. — Ты же знаешь, что мне все равно, альфа или омега. Я буду любить своего сына в любом случае. Просто… — Просто ты первым хочешь альфу, — с улыбкой заканчивает Тэхён. — Да-да, я в курсе. Чонгук подходит к кушетке и присаживается на стул возле нее. Кладет теплую ладонь на живот, который стал заметно больше, и легко гладит. — Да, ты прав, — тихо говорит альфа. — Но это не значит, что омегу я буду любить меньше. Может, даже больше, ведь он омега, и я сильнее буду переживать. — Успокойся, Гук, — фыркает Тэхён, — я все понимаю и знаю. — А ты мне так и не сказал кого хочешь больше. Тебе на самом деле все равно? — Абсолютно, — пожимает плечами Тэхён. — Мне все равно кто там у меня толкается и переворачивается, главное, что с ним все хорошо. — Полностью согласен. Чонгук сначала чмокает животик, а затем и любимые губы. Дверь в кабинет открывается и заходит доктор Мин. — Добрый день семейству Чон, — с улыбкой здоровается врач. Пара здоровается в ответ и смотрит на врача с ожиданием. Тот присаживается возле кушетки напротив Чонгука и смотрит на омегу. — Ну что, я посмотрел ваши анализы. Все отлично и стабильно, переживать не о чем. Также мы провели генетический тест. И с уверенностью могу сказать, что у вас альфа. Поздравляю. Тэхён переводит взгляд на Чонгука, и начинает смеяться. Таких расширенных глаз и широкой улыбки он у Чона еще никогда не видел. Альфа завис и просто хлопал глазами. — Доктор, вы, по-моему, мне альфу сломали, — смеется Тэхён. — Ничего страшного, — улыбается врач и берет тюбик с гелем, греет в руке. — Он такой не первый и не последний в этом кабинете. — Эй, Гуки, ты в порядке? Чонгук моргнул пару раз, и перевел взгляд с живота на лицо Тэхёна. — А я тебе говорил, говорил, — довольно тянет Чонгук. — Говорил, что это альфа. Доктор и Тэхён смеются, и Ким не может взгляда оторвать от сверкающих счастьем черных глаз. — Ты был прав, Чонгук, конечно прав. Гель выдавливается на живот, датчик распределяет его по коже. Пара внимательно смотрит на экран. Но что там вообще можно понять? Они смогли рассмотреть что-то только когда врач пальцем обводил определенную область, показывая головку, ножку или ручку с пальчиками. Посмотрев все, что необходимо, доктор Мин убрал датчик и протянул Тэхёну салфетки, чтобы тот стер гель с живота. — Так, у вас все прекрасно, малыш развивается в соответствии со сроками, по размерам соответствует норме. Срок ставлю двадцать-двадцать одна неделя. Жду на приеме вас, Тэхён, через три недели. — Спасибо, доктор Мин, — в один голос сказали Чонгук и Тэхён. — Хорошего вам дня, — улыбнулся врач и вышел из кабинета. Когда дверь за доктором Мином закрылась, Чонгук пересел на кушетку, потянул Тэхёна на себя и крепко обнял. — Спасибо тебе, Тэ, — прошептал Чонгук. — Я так тебя люблю. — Я тоже тебя люблю, — тихо сказал омега и ответил на ласковый поцелуй. _____________________ — Я думаю, что мы должны пожениться до того, как родится ребенок, — говорит Чонгук, поглаживая обнаженное бедро Тэхёна. Они лежат в своей постели. Уже поздний вечер, завтра на пары, но они как обычно болтают, обсуждают то, что произошло за день или планы на будущее. — Ты думаешь это важно? — спросил Тэхён. — Да, — кивнул альфа. — Я хочу, чтобы ты носил мою фамилию и мое кольцо. И чтобы не было такого, что родился ребенок, а у родителей разные фамилии и они вообще не женаты. — Ах, вот как? — усмехается омега, щипая альфу за бок. — Значит, все дело в ребенке? Чон фыркает и усмехается. — Ага, ты меня раскусил, — за что получает ладонью по животу. — Ты понял, что я имею в виду. Я хочу, чтобы ты стал моим мужем официально, и тогда уже точно никуда не денешься от меня. — А я разве куда-то собирался? — удивленно спрашивает Тэхён, поднимая голову и встречая взгляд черных глаз. — А разве нет? — с усмешкой тянет альфа. — А кто два дня назад кричал на весь дом, что собирает вещи и возвращается обратно в свою квартиру, потому что с таким как я жить невозможно? — Ты опять съел мой торт, — шипит омега и щурит глаза. — А ты не говорил, что это твой кусок. — Говорил. — Нет. — Да. Чонгук закатывает глаза и вздыхает. Это бесполезно. — Ладно, пусть так, — кивает Чон. — Но я же сходил и купил новый. — Мне пришлось ждать пятнадцать минут, — пробубнил Тэхён и опять положил голову на грудь альфы. Чонгук фыркнул и улыбнулся. Тэхён в своих истериках больше милый, а не бесящий. Или Чон просто очень сильно его любит. — Так что ты думаешь насчет того, чтобы стать уже поскорей моим мужем? — Я согласен, — с улыбкой отвечает Тэхён, поглаживая ладонью крепкую грудь. — Я не хочу пышную свадьбу, да и звать нам на нее некого. Только семью и самых близких. Твои родители вернулись из Японии, и уже обустроились в Пусане. Они легко приедут. Предупредим Чимина и Хосока, те тоже прилетят. А остальные и так в Сеуле. Просто посидим где-нибудь, вот и все. Вообще я хочу вместо огромного праздника слетать куда-нибудь и погреться на солнышке. Но уже срок довольно большой, и неизвестно, можно или нет. Да и с животом не особо повеселишься. Поэтому я думаю, мы наш медовый месяц перенесем на тот момент, когда ребенок уже родится и немного подрастет. Когда можно будет его оставить с твоими родителями. И тогда мы сможем улететь вдвоем и отдохнуть. — Отличная идея, кокосик, — улыбается Чонгук. — Вижу, что не я один думал об этом. — Конечно, — фыркает омега. — Я все жду-жду, а ты не предлагаешь. — Чтооо? — тянет альфа. — Вот врать сейчас не надо. Я еще когда в любви тебе признавался, сказал, что хочу чтобы ты стал моим мужем. — Да-да, я в курсе, — закатил глаза Тэхён. — Значит, завтра после пар едем подавать заявление? Тэхён поднимает голову и смотрит на любимого. — Едем, — кивает Ким и тянется к родным губам. __________________ Чонгук ближе прижимается к парте и проводит пальцем по экрану телефона, шепчет в трубку: — Да, Тэхён. — Любимый, я хочу узел. Чонгук прикрывает глаза и пытается не заржать на всю аудиторию. Сейчас начало декабря, и срок уже большой, поэтому Тэхён перестал ходить на пары, взял академический отпуск. Живот довольно большой, и омега постоянно фырчит и пыхтит, что там точно альфа, который хочет сломать ему все ребра своими ножками. Тэхён быстро устает и бесится от этого, потому что привык скакать и бегать, а не передвигаться как беременная черепаха. Но вот его желание сцепки никуда не делось, а даже увеличилось, потому что на самом деле приносило удовольствие и расслабление. А как известно, Чонгук не может отказать своему кокосику. — Тэ, пара закончится через семнадцать минут. И значит, я буду дома через тридцать семь минут. — Гук, я не хочу ждать лишних семнадцать минут. Я хочу как можно скорее. — Тэ, меня скоро отчислят… — Ты не понял, муж мой, — рыкнул в трубку омега. — Твой сын, походу, решил поиграть сегодня в футбол с моими внутренностями, и я устал следить за этим матчем. Поэтому я требую от его неблагодарного отца узел. Что непонятного? Тебе что, сложно? Чонгук поджал губы и покачал головой, усмехаясь. У него просто нет выхода, да и желания отказывать тоже. — Жди меня, кокосик, я скоро буду, — шепчет Чонгук и скидывает вызов. Чон поднимается со своего места и начинает быстро собирать вещи. — Извините, господин Кан, — прерывает альфа преподавателя, — но мне нужно срочно уйти. Господин Кан дергает бровью и кивает, смотря на студента. На Чона уже не обращают внимания, когда он подрывается и уходит с пары. Все прекрасно знают, что Тэхён ждет ребенка, и неизвестно, что случилось в этот раз. Навряд ли кто-то догадывается для чего Чонгук спешит каждый раз к своему омеге. Но Джин все прекрасно знает, поэтому с усмешкой наблюдает как Чон спускается со своего ряда. Чонгук кидает взгляд на Джина, улыбается и подмигивает. Омега не может сдержать смеха, поэтому опускает голову и качает головой, слыша, как закрылась дверь за Чоном. ________________________ — Так Тэхён сейчас в больнице? — спрашивает Юнги, отпивая кофе из кружки. — Да, — кивает Чонгук. — Вчера его забрали. Мы вызвали врача, потому что сильно тянуло живот, и его отправили в больницу. Врач говорит, что срок подходит, поэтому смысла возвращаться домой нет. Сейчас начало января, учебный год подходит к концу, впереди каникулы. Чонгук встретился с Юнги в кафе, потом собирается в больницу к Тэхёну, чтобы отвезти вещи. С ним сейчас Сокджин, который также пропустил сегодня занятия. — Понятно, — тянет Мин. — А у вас все готово к бейбику? Детскую полностью сделали? — Полностью. Все всего надарили, я задолбался собирать эту мебель и всякие стенки-горки, которые ему еще год точно не понадобятся. Но Тэхён сказал, что надо, и обозвал меня ленивой задницей. Юнги рассмеялся, чуть не поперхнувшись кофе. — Чон, он из тебя веревки вьет. — А я и не против, — ухмыляется довольно Чонгук. — Я вижу, — хмыкнул Юнги. Чон достает телефон и отвечает на вызов. — Да, Джин. — Чонгук, — голос Джина немного дрожит, — приезжай быстрее в больницу. Альфа выпрямился на стуле, бегая глазами по сторонам. — Что случилось? Что с Тэхёном? — Ничего. Просто он… рожает. — Что… — Скажи этому альфе, — слышится злой приглушенный голос Тэхёна, — что если через пятнадцать минут его накачанной задницы не будет здесь, я оторву ему все, что болтается у него между ног. Ай, блять, твою же мааать… Чонгук хлопает глазами, Юнги удивленно смотрит на друга. — Ну, ты сам все слышал, — бубнит Джин. — Хм, да, я еду, — кидает Чонгук и отключает вызов. — Что? — спрашивает Мин. — Тэхён рожает, — отвечает альфа, кидая на стол деньги за кофе. — Я в больницу. — Я с тобой. ________________________ — Ты почему мне сразу не позвонил? — спросил Чонгук, наблюдая за Тэхёном, который медленно ходил по палате и потирал поясницу. — Я думал, что отпустит. Вчера же отпустило. Но становилось все больнее и больнее, и схватки участились. И хватит задавать тупые вопросы, Чон, — в конце шипит омега. Чонгук замолчал, как ему и сказали. Он уже пытался успокоить и приобнять своего омегу, за что получил кулаком под дых. Поэтому просто стоял у окна, опираясь на подоконник и сложив руки на груди. Ждал дальнейших указаний. В палату заходит доктор Мин, и Тэхён останавливается на месте. — Ну как? — спрашивает врач. — Интервалы между схватками сократились? — Да, — покивал Тэхён. — И становится больнее. — Так и будет, — спокойно говорит врач. — Это просто надо пережить. Успокойся, Тэхён, все будет хорошо. И возможно к вечеру ваш альфочка будет уже у вас на руках. Это были очень интересные шесть часов. И очень тяжелые. Чонгук скрипел зубами и хмурил брови от того, что ничем не мог помочь своему омеге. Тот старался держать себя в руках, только заламывал брови и скулил. Он не мог найти себе места. То ходил, то опирался на кровать, согнувшись в спине, то лежал на боку. Родители уже собирались вылетать из Пусана, Чимин и Хосок забронировали билеты на ночной рейс. Намджун, Джин и Юнги были в коридоре, их в палату не пускали. Чонгук был постоянно рядом и помогал как мог, гладил по влажному от пота лбу, шептал, что все будет отлично, Тэхён самый сильный, самый лучший, он все выдержит. Это было необходимо Киму, когда он ложился на бок, и просил массировать ему поясницу, сильно нажимая, чтобы снять напряжение. — Гуки, когда это закончится? — Скоро, любимый, скоро, — уверенно отвечает Чонгук. — Помни слова доктора Мина. Это просто надо перетерпеть, и наш сын скоро будет с нами. Мы же так долго его ждали, да? — Да, — кивает Ким, — очень долго. Он будет с нами, а я смогу наконец влезть в свои любимые джинсы и опять стану сексуальным. — Ты и так самый сексуальный, — с улыбкой говорит Чонгук, целуя искусанные губы. — Ты самый лучший у меня, ты же знаешь. — Спасибо, любимый. Но не всегда было так. Было и по-другому. — Кокосик, тебе помочь? — Какой, нахуй, кокосик, Чон?! — шипит омега, убивая одним взглядом, когда стоит согнувшись у кровати. — Твои эти «кокосики» меня уже достали. Как же я тебя сейчас ненавижу, Чон, ты бы знал! Почему я должен это терпеть? Лучше бы я вообще к тебе не подходил, бляяяять, — тянет омега последнее слово и жмурит глаза от очередной схватки. — Я когда разберусь с этим мелким альфой, доберусь до тебя, Чон. И поверь, можешь распрощаться со своим членом. Ты ко мне больше никогда не подойдешь. Запомни мои слова. — Я люблю тебя, Тэ. — Пошел нахуй! — рыкнул омега и отвернулся. Доктор Мин провел осмотр и сказал, чтобы омегу перевозили в родовую палату. Тэхён вцепился пальцами в руку Чонгука, до боли сжимая чужую ладонь. — Когда все это закончится, — шепчет омега, — и можно будет заниматься сексом, то я требую от тебя кучу оргазмов за эти муки. Ты понял меня? — Ты же сказал, что больше не подпустишь меня к себе, и вообще оторвешь… — Блять, Чон, ты серьезно решил поспорить со мной сейчас? — Нет, малыш, — улыбается Чонгук, — я все для тебя сделаю. Все будет хорошо. Я люблю тебя. — А я люблю тебя, — тихо отвечает Тэхён и его вывозят из палаты. _____________________ Ожидание как всегда мучительно, и Чонгук вместе с Намджуном меряют коридор шагами перед палатой, в которой находится Тэхён. Она полностью шумоизолирована, поэтому оттуда ни звука не доносится. Чонгук не находит себе места, он в жизни так не переживал и не волновался. Сердце стучало тяжело и гулко, ладони постоянно потели от волнения. Он даже думать не мог о том, что что-то могло пойти не так, и с Тэхёном или их ребенком что-то случится. Его омега сильный и все выдержит, он в этом не сомневался. Но все равно лезть на стенку от переживаний не переставал. Успокаивал себя тем, что раз врачи в панике не бегают из палаты в палату, значит все хорошо. Когда врач выходит из палаты, Чонгук чуть не сбил его с ног, подлетая и смотря взволнованным взглядом. Доктор Мин улыбается и говорит: — Все отлично, Чонгук, не переживай. Папочка в порядке, как и ребенок. Настоящий альфа, большой и крепкий. Из палаты выходит ассистент врача и несет в руках его сына, сворачивая в другую сторону и скрываясь за белой дверью. Чонгук открывает рот, но врач останавливает, поднимая ладонь. — Все хорошо, ребенка должны взвесить, проверить все рефлексы и взять анализы. Сейчас Тэхёна переведут в палату, и через пару часов принесут вашего сына. Папочка тоже должен отдохнуть. Сначала зайдет только муж, остальные попозже. Когда Тэхёна перевозят в его палату, Чонгук сразу же заходит следом и ждет, чтобы их оставили наедине. Он смотрит на Кима и поджимает губы, потому что в глазах защипало. Его омега бледный и уставший, глаза закрыты, губы все искусаны и потрескались. Но он самый красивый, для Чона нет никого лучше. Тэхён открывает глаза, когда слышит тихие шаги, и улыбается слабо. — Больше никаких альф, только омеги, — голос сильно хрипит, и Ким сглатывает. — Еще одного такого я не переживу. Чонгук улыбается и садится на край кровати, проводит пальцами по щеке. — Ты как? — Очень устал и хочу спать. Сил вообще не осталось. — Тогда поспи. Врач сказал, что ребенка принесут только через пару часов. Ты его видел? — Только мельком показали и забрали. — Да, — кивнул альфа, — доктор Мин сказал, что ему должны сделать какие-то анализы, но он уверяет, что с ним все хорошо. — Он мне то же самое сказал, — улыбнулся Ким. — У нашего сына черные волосы. Чонгук широко улыбнулся, а омега закатил глаза. — Они еще могут поменять цвет, — фыркнул омега. — Сделаю вид, что я этого не слышал, — ответил Чон. — Поспи немного. — Да, немного надо, — прошептал Тэхён, закрывая глаза. Чонгук прижался губами к сухим губам своего мужа и прикрыл глаза. Никогда он не думал, что можно так сильно любить. ______________________ Был уже поздний вечер, когда всех, наконец, выпроводили из палаты, и молодые родители остались со своим сыном. Чонгук осторожно переложил маленького альфу в специальный бокс, поправил тонкое одеяло. Улыбка просто не сходила с лица, он не мог перестать умиляться этому крохе. Понять, на кого похож их сын было пока невозможно. Видно только пухлые щечки, нос-пуговку и темные глаза. И конечно, черные волосы. Но он уже самый красивый на всем свете. Чонгук подходит к кровати, на которой сидит Тэхён и садится рядом, обнимая одной рукой омегу за плечи. — Все, Чон Давон спит. — Что, уже не кокосик? — с усмешкой спрашивает Тэхён. — Кокосик был у тебя в животе, а теперь настоящий альфа. Он реально тяжелый. — Пф, я в курсе, — фыркает Тэхён. — Ну да, — улыбается Чон. — Никогда не думал, что увижу плачущего Намджуна. Тэхён смеется, вспоминая, как сегодня расчувствовался его брат. А потом заявил Джину, что хочет такого же ребенка. — Ну, дети способны умилить даже самого строгого альфу. — Представляю, что завтра будет с моим папой, — с улыбкой говорит альфа. — Они уже прилетели? — Да, но я им сказал, что нет смысла ехать в больницу. Их бы просто не пустили сюда. Так что завтра с самого утра ждем гостей. — А Чимин и Хосок? — У них рейс в час ночи, так что утром тоже приедут. Тэхён кивнул и посмотрел на прозрачный бокс, в котором лежал их сын. — Я не верю, что он с нами, — тихо сказал омега. — Кажется, так быстро время пролетело, а на самом деле прошел почти год. — Это точно, у меня такое же чувство. Чонгук покусал губу, смотря на темную макушку. Прижался к волосам губами, вдохнул любимый сладкий запах. Крепче сжал пальцы на плече и тихо заговорил: — Я хотел сказать тебе спасибо. — За что? — спросил Тэхён, поднимая голову и смотря в любимые глаза. — За многое, Тэ. Но в первую очередь за то, что не сдался. Не слушал меня, когда я просил тебя оставить меня в покое. Я понимаю, что не моим мужем ты хотел стать в то время, но все равно спасибо. Потому что если бы не ты, не твой упертый характер и заскок, который ты поймал на меня, мы бы сейчас здесь с тобой не сидели, а рядом с нами не было бы нашего сына. Это все благодаря тебе. Вот за это тебе спасибо в первую очередь. Тэхён слабо улыбнулся, потерся щекой о грудь альфы, обтянутую серой футболкой. Вновь посмотрел на Чона и сказал: — И я тебе должен сказать спасибо. Спасибо за то, что остановил меня. За то, что появился тогда на стоянке и запихнул в машину. За то, что смог убедить и не сомневался. За твою силу спасибо, потому что тогда я был слаб. Так что и благодаря тебе мы здесь и имеем прекрасного сына. Чонгук улыбнулся, чуть опустил голову и поцеловал самые сладкие губы. Провел по ним языком, омега ответил тем же. Вот оно, счастье, подумал Тэхён, прикрывая глаза. Когда ты уверен в том, кто рядом с тобой, и не сомневаешься в своих поступках. Пусть не всегда правильных, пусть ошибаешься, но и это в итоге может привести к чему-то светлому и самому дорогому. Да, их отношения долго имели горько-сладкий привкус, и не всегда были правильными. Но они смогли это исправить, поняли и почувствовали друг друга, сблизились и поверили в то, что могут быть вместе. Сами взрастили свою любовь, и теперь могут наслаждаться ее теплом. — Я люблю тебя. — Я тебя люблю.