Пошëл нахуй со своей молекулярной физикой!

Ледяной ветер хлестал по лицу, вынуждая кутаться в шарф выше носа. Но погода не могла нарушить мысли Алëны, продумвающей план завоевания Горбачëвой. Она хотела расположить к себе светловолосую, сблизиться. На это требовалось время. «Надеюсь, доживу», - девушка усмехалась то ли над собой, то ли над шедшей рядом, зная её «участь». – Вот мой дом, - кивнула высокая девушка в сторону старенькой десятиэтажки. Окоченелыми пальцами набираются восемь цифр, раздаëтся характерный пикающий звук, металлическая дверь подъезда позволяет себя открыть. Помещение кажется тëплым в сравнении с улицей, хотя на самом деле температура различается незначительно. Серенький лифт, блестящие кнопки, центр одной из которых загорается красной лампочкой. Несколько секунд, молча, две пары глаз, привлечëнные чëрными непонятными надписями, сделанными баллончиком, бегают по стенам «механической коробки». Остановка, двери с грохотом разъезжаются в стороны. Зелёные стены, нарисованная по трафарету цифра «восемь», двери по сторонам и лестница. Светловолосая вставляет и поворачивает ключ, и замок, дважды щëлкнув, сдался. Вслед за Сашей порог переступает Алëна. – Ванная здесь, - махнула хозяйка квартиры на белую дверь, смотря на разувающуюся брюнетку, - Ты замëрзла, я чай сделаю, какой тебе? Зел.. – Чëрный, - опередила её та, поднимась, - С двумя ложками сахара, пожалуйста, - уверенная улыбка. – Хорошо. Грея руки под горячей водой, Швецова подняла глаза на своё отражение в зеркале. Тут же её рот скривился в самодовольной усмешке, глаза блестнули, расширяя зрачки. Пульс вновь участился, принуждая волноваться. – Так, спокойно, - шëпотом усмиряла себя Алëна. Она вышла из ванной комнаты и направилась на кухню. – Вот, садись, - кареглазая посмотрела на гостью, указывая на стул рядом со столом, на котором уже стояли две чашки с поднимающимся паром. Старшая села на соседний стул, потупив взгляд и отбивая ритмичными движениями пальцев по столу какой-то мотив. Голубые глаза вновь с азартом скользили по ней. Молчание. – Ты пианистка? - спросила невысокая, поднося к себе кружку. Старшая перестала стучать и повернула голову в её сторону, ухмыляясь: – Откуда ты знаешь? – В музыкалке такое упражнение есть, - она кокетливо улыбается, ожидая следующего вопроса от любимой, - Для новичков, - подкидывает брови и опускает обратно. – Обычно о таких вещах знают не понаслышке, - Горбачëва делает глоток, и горячий напиток слегка обжигает её изнутри. – У меня музыкальное образование, - Швец с хитринкой смотрит прямо в глаза, сложив руки на столе, как ученик, и подавшись немного вперëд. – Тогда нам есть о чëм поговорить кроме физики, - светловолосая наклоняется навстречу. Долгий взгляд глубоких глаз казался не односторонним. Тонкой ниточкой проскользнул ток, отразился в голубых глазах грозовой молнией, не скрывая слепящего блеска от карих, живущая в которых ночь не таила своего интереса к этому зрелищу. Стихийные танцы вихрем закруживались, приглашая мрак повторять. Но он оставался непреклоннным, продолжая наблюдать и ожидая, что будет дальше. Вдруг торнадо постепенно утихает, уменьшается, опускаясь вниз, словно к ногам ночи. Алëна быстро захлопала ресницами. – Ч-ч-что, прости? - её глаза забегали по лицу Горбачёвой, словно ища ответ. – Я говорю, пора заниматься, - отвечает светловолосая и улыбается, смотря на гостью с небольшой усмешкой, в знак несерьëзности вскинув брови. Щëки Швец покрылись румянцем, она отвела взгляд. «Надо же было так лохануться!», - корила себя она за свою же неосторожность. – Да, пора... - всë, что она смогла выдавить, всë также стараясь не поднимать взгляд. Саша, видя это всë и поднимаясь из-за стола, только и пыталась, что сдержать бóльшую улыбку во весь рот. Пару раз брюнетка украдкой поглядывала на ту. Её реакция заставляли Алëну негодовать и задумываться над причиной. Пока девушки переходили в другую комнату, Щвецову весьма заинтересовала ухмылка второй. «Неужели, она всë поняла? Ей стало смешно, потому что я пялилась на неё, как дура? Или... Ну ведь не потому что она рада моему влюблëнному взгляду из-за взаимных чувств? Ведь так? А с другой стороны, кто знает... Надо получше теперь следить за ней!», - брюнетка размышляла, пока они не добрались до нужной комнаты. – Ты сюда, - она указала пальцем на офисное кресло, - А я, - оглядывается, - Ща! - и выбежала из комнаты. Голубоглазая окидывает комнату взглядом. На стенах плакаты рок-групп и пара фотографий знаменитых музыкантов с автографами. Кровать, рабочий стол, два шкафа – для книг и одежды, комодик, – в общем, мебель первой необходимости. Акустическая гитара облокочена на стену в углу. Красно-белая электро-гитара стоит на подставке чуть в стороне от первой. На одной из книжных полок среди книг промелькивают пустые банки от энергетиков и даже несколько от пива. Слышатся шаги. Саша принесла стул с кухни, поставила его рядом с тем, на котором сидит её гостья, и села сама. – Ну, с чего начнëм? - скорее у себя, чем у Швецовой спросила хозяйка квартиры, открывая учебник. «Я бы тебе сказала, с чего, зай», - проносится в голове второй и рисуется соответствующая картина, отчего девушка закусывает губу, пока кареглазая не видит. В это время Саша, сосредоточившись и хмурясь, кажется, нашла нужную тему. – Начнëм со статического электричества, - она по-учительски подняла глаза на Алëну, - Что ты знаешь об этом? – Ну-у-у, оно... Это когда... - начала она, вправду пытаясь хоть что-то вспомнить, - Типа-а... - темноволосая, протягивая каждое слово, снизу вверх смотрела в невозмутимые карие глаза, искренне улыбаясь, - Ну вот два предмета... - она потëрла свои указательные пальцы друг о друга. Из её головы не выходила та картина и лезла наружу. Горбачëва опустила взгляд на руки девушки, и брови первой стремительно поползли вверх, а через секунду она залилась громким хохотом. «За что ты прекрасна?.. Даже когда смеëшься, даже если надо мной, над моей глупостью. А глупа я из-за тебя. Я была неприступной и неуязвимой, а теперь - посмотри!» - улыбаясь, думала девушка. Её одноклассница постепенно затихала, всë это время находясь под внимательным взглядом. – Ну ладно. Уже не так плохо, что ты понимаешь, о чëм речь, - она исподлобья глянула на гостью. «А ты-то понимаешь?» - внутри Алëны, как будто, с этого дня поселился ответчик, стремившийся завладеть её голосом. Однако она только пожала плечами в ответ «учителю». Полился голос светловолосой, такой медленный, приятный и успокаивающий, объясняющий какие-то формулы, озвучивающий примеры, рассказывающей уже следующую тему. Та, которая ниже, слушала, но не слышала. Подперевшись левой рукой и повернушись в сторону объяснявшей, она блаженно смотрела на неё, слабо и довольно улыбаясь. Стрелки гуляли по циферблату, сделав полтора круга короткой. Александра вздохнула и взглянула на часы, а потом повернула уставшее лицо к Швецовой: – Можешь своими словами сформулировать правило электрического заряда? Голубые глаза моргнули и, кажется, стали ярче, начали блестеть. Девушка приподнялась, делая лицо серьëзным. – Это когда одно тело - электромагнит,- неспешно начала она, - а другое попадает в его поле...- голубые глаза, заполняющиеся темнотой в центре, впивались в карие, - Вместе они либо отталкиваются, - девушка приблизилась к бледному лицу, медленно наклоняя голову то в одну, то в другую стороны, - Либо притягиваются с неимоверной силой. Расстояние между лицами уменьшалось, оставляя какие-то несколько сантиметров. Как было ей свойственно, темноволосая держалась ровно, действуя уверенно и точно. Но сердце в агонии билось о стены грудной клетки. Впервые Алëна едва ли сдерживалась, чтобы не закричать, скинуть маску бесчувственного интереса, образ холодной, но по-ребячьи наивной стервозной красавицы и показать себя настоящую, пусть всë такую же инфантильную, но в совокупности с другими качествами, создающими совсем иную Швец. Выражение Саши оставалось неизменным, но, кажется, её глаза что-то хотят сказать, душимые чувствами, стоящими для неё выше. На три секунды два разных человека застыли, подобно единой статуи. Всë вокруг – это другое, а они – отдельный мир. Для Швецовой он умещался в тëмных глазах напротив и, может быть, ещё немного в остальной Горбачëвой. А что было миром для светловолосой? Любившие её без памяти голубые глаза, стекляневшие каждую ночь из-за неё же? Лëгкие каштановые кудри, пахнущие мятой? Изящные, немного пухлые губы, накрашенные помадой малинового цвета? Не похоже. Всë, что угодно, но только не Швецова. Так? Да чëрт её разберëт, эту Горбачëву! Эти несколько секунд посеяли тягостное молчание, оставив девушек смотреть в глаза друг другу. «Ну же! Сделай что-нибудь! Как мне понять, правильно ли я поступаю?» - думала голубоглазая, мысленно обращаясь к любимой, - «Мне придëтся всë разруливать самой, потому что я прогадала и не нравлюсь тебе?..» Алëна отважилась на этот шаг. «Либо всë получится, либо я промахнулась!» Её правая рука, обвитая веточкой малины в виде татуировки, чуть поднялась и потянулась к лицу кареглазой. Судя по всему, Саша не заметила этого движения краем глаза. Удручëнно выдохнув, она повернула голову и опустила взгляд куда-то на стол. Алëна незаметно отдëрнула руку, продолжая наблюдать. Лампа освещала прекрасное лицо блондинки, рассеянный взгляд которой бродил по всему, что лежало на столе. Пальцы отстукивал всë тот же ритм. – М, угу... Верно... «Ты издеваешься?! Только не делай вид, что не заметила, как я пыталась тебя...» Тот энтузиазм, что был совсем недавно, растворился. Растворился в изнуряющих минутах активной работы головы над... Физикой, кажется? А разве есть другие причины? Наука очень утомляет и точка. Наука...