American Money

      — Нервничаете, босс?       Драко не нужно было смотреть на Грегори, чтобы увидеть его ехидный вид. Это выражение не исчезало с его лица последние 48 часов.       — Нет, — коротко ответил он, переминаясь с ноги на ногу. Его взгляд сфокусировался на здании перед ним, и он безуспешно пытался усмирить бешеный пульс под кожей.       С чего бы ему, чёрт возьми, нервничать?       — Вы выглядите взволнованным.       — Не заставляй меня урезать твою зарплату, — сорвался Драко, наконец посмотрев на прислонившегося к машине водителя.       На лице Грегори расплылась ухмылка. Драко посчитал это выражение лица приемлемее, чем самодовольство мужчины от своей же шутки, но куда более терпимым, чем удивление и разочарование от просьбы Драко остановиться в клубе две недели назад. Эмоций на лице Гойла, отражающихся в зеркале заднего вида, было более, чем достаточно, чтобы передать его мысли: Очередная фаза стрип-клубов?       Драко не был в подобном заведении уже на протяжении многих лет, и он понятия не имел, что сподвигло посетить его снова. Он знал, что на следующий день ему предстояла десятидневная поездка в Цюрих, командировки в чужие страны всегда заставляли его чувствовать себя ещё более одиноким, чем когда он был предоставлен сам себе в своей родной стране. Но в путешествиях не было ничего нового. За последние пять лет Драко провёл почти четверть своего времени за границей, и за это время он ни разу не посетил клуб. Он предполагал, что такое желание вращалось в нём подобно циклу, как и все остальные его намерения.       Множества обязанностей, связанных с управлением транснациональной компанией, как правило, было вполне достаточно, чтобы заполнить всё своё время и все свои мысли. Он мог прожить месяцы, или даже годы, без какого-либо душераздирающего момента, когда мужчина замирал на месте, чтобы задуматься, какого чёрта он творил со своей жизнью. Такие периоды всегда вызывали в нём потребность найти себе компанию, друзей. Хотя обычно подобные желания касались только его лучших друзей детства, такие ощущения также возникали и в отношении молодых женщин. Полуголых молодых женщин. К счастью, теперь, когда Тео и Блейз были разведены, они не должны были быть взаимоисключающими составляющими его жизни.       В течение последних двадцати лет Драко предпринял множество попыток завести с кем-либо знакомство. Однако все женщины, с которым он пытался завести отношения в их традиционном понятии, всегда попадали под две категории: либо они так усердно работали, чтобы убедить его в том, что они не заинтересованы лишь в его деньгах, никогда не признавали ничего, что касалось его состояния и отказывались от особого отношения к себе и подарков, которые он пытался им преподнести; либо эти женщины почти не скрывали того факта, что видели в его личности лишь внушительные банкноты, и каждые их попытки сблизиться с ним были болезненно плоскими в своих намёках.       Девушки в клубах, с другой стороны, были профессионалами в своём деле. Они знали, что он знал, что они интересовались им только из-за денег, так что не было нужды притворяться. Но они также знали, что есть необходимость создать впечатление, что они наслаждаются его компанией, означающая куда более длительное пребывание в клубе и, конечно, большее количество чаевых. Драко знал, что они в какой-то степени притворялись, но, по крайней мере, у них это хорошо получалось. И поскольку он давал хорошие чаевые и не вёл себя как животное, он подозревал, что многим из них действительно нравилось его общество. Ладно, и если кто-то действительно настаивал на этом, он считал, что в виде денег на обнаженной коже женщины для него было что-то изначально эротичное. Засудите его; в мире есть кинки куда хуже.       Однако, когда мужчина оказался в клубе две недели назад, он был совершенно не готов к тому, что ожидало его. Вернее, кто.       Драко не пробыл внутри здания и тридцати секунд, ещё даже не успел получить свой напиток, когда почувствовал это. Словно чей-то шёпот раздался в его голове. Он повернулся и увидел, что она наблюдает за ним, и от её пристального взгляда каждый волосок на его теле встал дыбом. Девушка была невероятна. Красивая, безусловно, но дело было не только в её красоте. Весь её вид наполнил его необъяснимым ощущением радости, как будто он наконец нашёл что-то, что утерял много лет назад. Она идеально двигалась, полностью очаровывая его, и он мог поклясться, что чувствовал мягкость кожи, скользящую под кончиками его пальцев, пока она прикасалась к себе.       Танцуя, она общалась с ним одним взглядом. Она хотела его. Желала, чтобы он смотрел на неё. Нуждалась в его прикосновениях. Женская кожа покрывалась мурашками под песню сирены, зов становился сильнее с каждым шагом, который он делал к ней. Когда она коснулась его, и язык её тела отразился в его сознании, сила послания почти заставила его упасть на колени перед ней.       Порадуй меня.       Сила её страстного желания раскрыла пустоту в его груди, и это было всем, что он мог сделать, чтобы не обернуть руки вокруг изумительного тела прямо на краю сцены. Мужчина едва помнил, как пытался выкупить её со следующей площадки. Ему было виднее: эта девушка не могла просто оставить ту сцену пустой. Но желание увести её прочь было непреодолимым.       Оказавшись наконец с ней наедине, Драко знал, что это не займёт много времени. Одного факта, что он был готов доставить ей удовольствие, было практически достаточно, чтобы сделать это, и это знание вызвало в нём страстное желание наравне с его потребностью дышать. Он ощущал её в своих руках, на своих коленях. Он чувствовал её своей.       Он задержал дыхание, наблюдая, как девушка рассыпалась на части. У него не было другого выбора. Она притянула его лицо так близко, что он мог чувствовать её тихие крики на своих губах, и его лёгкие не желали расставаться с их общим воздухом. И когда туман удовольствия медленно рассеивался в её глазах, он почувствовал, как его взгляд тоже проясняется. Драко был поражён реальностью того, что он сделал. Они не были любовниками, даже не были знакомы; он едва ли сказал ей дюжину слов, и ни одно из них не было его именем. Он никогда не просил танцовщиц о чём-то дополнительном, и он не мог поверить, что, когда он наконец сделал это, он попросил её. Он выбежал из клуба, даже не додумавшись извиниться.       Десяти дней в Цюрихе должно было быть достаточно для Драко, чтобы преодолеть то заклинание, которое на него могла наложить эта незнакомка, но, несмотря на нескончаемый поток деловых встреч, она никак не выходила у него из головы. Вместо того, чтобы полностью угаснуть, ощущение женской кожи в его руках лишь концентрировалось на кончиках пальцев. На девятый день своего пребывания здесь он не мог избавиться от дрожи. И, когда его поездка продлилась ещё на четыре дня, он чувствовал себя так, словно подхватил грипп.       Самодовольное выражение на лице Гойла появилось, когда Драко попросил отвезти его в клуб сразу после прилёта, и оно не исчезало с тех пор.       — Эм, босс?       Драко оглянулся и увидел, как Гойл вылезает из машины. Он склонил голову, и Драко повернулся, следуя его взгляду.       Гермиона только что вышла из-за угла и приближалась со стороны улицы.       Конечно. Она не дала бы ему свой настоящий адрес. Ещё нет. Она была осторожна, как профессионал. Ему необходимо будет заслужить её доверие.       Она одарила его широкой улыбкой, когда приблизилась, и он почувствовал, как и его собственная растягивается в соответствии с ней.       — Добрый вечер, — произнёс он, когда она оказалась около него, поднося её руку к своим губам. Его кожа загудела от прикосновения.       — Привет, Драко.       Он сделал шаг назад и поднял руку, которую всё ещё держал подальше от её тела, чтобы оценить её внешний вид. Гермиона выглядела захватывающе в платье глубокого зелёного оттенка — словно она знала, что этот цвет был его любимым. Платье со скромным вырезом и высоким разрезом на ноге, не облегающее в ногах, но прекрасно выделяющее изгибы женского тела. Она балансировала на изящных серебряных босоножках с ремешками. Браслеты и кулон в форме слезы, выполненные из серебра, украшали её запястье и шею.       — Ты выглядишь замечательно, — спустя мгновение сказал он.       Её глаза заискрились ярким блеском, когда она ответила:       — Спасибо.       — Что-то новенькое? — рискнул спросить мужчина.       Девушка игриво прикусила губу и скользнула ладонью вдоль тела.       — Возможно, я сделала кое-какие покупки сегодня.       Драко не мог ничего с собой поделать, усиливая хватку своей руки на её. Воспоминанию о деньгах, распластанных на её груди, было меньше 24-х часов, и всё это время он не мог думать ни о чём другом. И теперь, видеть трофеи того, что он дал, было почти также захватывающе. Образы того, как он наряжал её, как куклу, проносились перед его глазами. На ней были платья, нижнее бельё, туфли, бриллианты. Множество бриллиантов. На ней не было ничего, кроме бриллиантов.       Он прочистил горло.       — Поедем? — спросил он немного хрипло.       Девушка кивнула, после чего он открыл дверь автомобиля, приглашая в салон. Он допустил ошибку, встречаясь взглядом с Гойлом через крышу машины, и почувствовал, что покрылся румянцем.       Самодовольный ублюдок.       Драко был рад поводу отобедать в своём любимом итальянском ресторане. Пока они сидели за столиком в частной зоне с видом на остальную часть ресторана, он чувствовал, что время, проведённое с Гермионой, будет лишь ещё одним предлогом для оправдания подобных индульгенций.       Он наблюдал за мерцанием свеч, разыгравшимся над её лицом, когда девушка изучала меню. Её глаза были тёплого медово-коричневого цвета такого поразительного оттенка, что он понял, что вдохновило её на сценическое имя, как только услышал его.       — Я полагаю, что ты уже бывал здесь раньше? — спросила она, кинув взгляд на нераскрытое перед мужчиной меню.       — Этот ресторан — один из моих любимых, — ответил Драко.       Подарив ему мимолётную улыбку, она опустила глаза на страницы перед собой. Он не мог отделаться от ощущения, что она, похоже, не так нервничала, как он. Хотя, он вполне мог предположить, что у неё уже был опыт в подобных рандеву, и куда больше, чем у него. Это не говорило о многом, ведь Драко никогда прежде не предлагал заплатить за привилегию отвести кого-либо на ужин. Теперь, поразмыслив, он обнаружил, что эта идея ему вполне нравится.       Напряжение в его челюсти медленно спадало во время супа и салата. Гермиона была безумно привлекательной в своей любознательности, и он позволил ей вести разговор. Тот факт, что, кажется, ей было комфортно рядом с ним, успокаивал его больше, чем что-либо другое.       К тому времени, когда принесли основное блюдо, вино сделало своё дело, и напряжение значительно спало с его шеи и плеч. Драко поймал глазами её язык, аккуратно пробежавшийся между губами в попытке захватить ещё немного соуса.       — …жизненная страсть к работе для слияния и поглощения компаний?       Драко моргнул. Её рот отвлёк его от первой половины вопроса, и, следовательно, вторая часть оказалась для него почти столь же загадочной.       Гермиона наблюдала за ним, держа бокал на половине пути к губам, насмешливо приподнимая брови. Будь в нём ещё один бокал вина, Драко, вероятно, совершил бы унизительную ошибку, спросив её, откуда она знает, что он и собирался сделать, но, к счастью, объяснение пришло ему в голову, пока слова всё ещё перекатывались у него на языке.       Она гуглила меня.       Конечно, эта девушка сделала это: она была профессионалом. Он вдруг подумал, не сошёл ли он с ума.       — Что ж, «страсть», возможно, не совсем то слово, которое я бы использовал, чтобы описать, что я думаю о слияниях и поглощениях других фирм, — наконец ответил он.       Гермиона медленно кивнула.       — Это понятно. Я понимаю, как может быть трудно наладить чересчур много эмоционального энтузиазма для идеи взимания непристойно большой суммы денег лишь из-за твоего профессионального мнения о наилучшем способе объединения уже достаточно прибыльных компаний в новые, куда более крупные предприятия, приносящие прибыль аналогичным образом.       Он снова моргнул. Дважды.       — Впрочем, — продолжила девушка, наклонив голову на молчаливое согласие со стороны. — Когда ты работаешь на шкалу в триллионы долларов, примерная прибыль, скажем, с разницей в 0,01%, могла бы быть прибавкой к выручке фирм суммой в десять миллиардов долларов, — она сделала глоток вина. — Полагаю, я могла бы увлечься таким количеством цифр.       Что ж, блядь.       Драко открыл рот, а затем закрыл его. Он сделал глубокий вдох через нос. Конечно, он знал, как умна она была — наблюдательна и шустра в своих мыслях. Он бы не удивился, если бы она высказала проницательное мнение о его работе. Однако он был удивлён, услышав, как она прочла его до неприличия.       Она просто-напросто резюмировала, в одном лишь предложении, дилемму, мучавшую его в «для чего я живу?» моменты. Он работал мучительно долгое количество часов, путешествовал достаточно для того, чтобы едва чувствовать себя где-либо как дома, и, в конце концов, принял окончательное решение, которое поставило целые триллионы на кон его судьбы. И для чего? Как Гермиона верно подметила, корпорации, которые консультировались его компанией, и без этого были крупными и успешными в своей реализации. В то время, как увеличение прибыльности, полученное в результате слияний, которым он способствовал, может быть близким к тривиальному, увеличение власти и монополизации рынков, на которые приходились новые, более крупные корпорации, не было. И это беспокоило его, если быть честным.       Были периоды, когда Драко думал о том, чтобы бросить всё это полностью. На деньги, которые он уже заработал, он мог бы прожить около ста жизней. Но стоило ему задумчиво уставиться в потолок очередного гостиничного номера, одна и та же правда возвращалась к нему: ему некуда было идти. Без социального взаимодействия, которое он приобретал в ходе своей работы, он бы действительно был полностью одинок. Даже если Драко знал, что Гойл ценил их своеобразную дружбу больше, чем зарплату, которую получал, не было сомнений в том, что мужчина предпочёл бы провести своё свободное время с женой и детьми, если бы ему не платили.       Поэтому Драко продолжал разжигать огонь корпоративного мирового господства, потому что был слишком эгоистичен и боялся остановиться. И Гермионе потребовался лишь один день, чтобы заметить всё то, на что у него самого ушло около пятнадцати лет. Эта девушка была великолепна. Он задавался вопросом, какого хрена она делала в стрип-клубе.       Он съёжился от этой недоброй мысли, и, судя по выражению её лица, с таким же успехом мог бы произнести её вслух.       — Продолжай, — проговорила она. Голос был наполнен жёсткостью.       — Что ж, — начал мужчина. — Я весьма впечатлён твоими расчётами. Это было безжалостным обобщением бессмысленности моей работы, и… не так уж и отличалось от выводов, которые я сделал сам для себя за последние несколько лет, — её выражение лица оставалось нейтральным. — Это заставило меня задуматься…       — Почему столь перспективная молодая девушка захотела быть стриптизёршей?       Драко выдал довольно уклончивый жест между кивком и пожатыми в вопросе плечами.       Она рассматривала его какое-то время, прежде чем сделать маленький глоток вина и отодвинуть бокал. Сложив руки в замок, девушка положила их перед собой на стол, наклонившись ближе.       — Четыре дня назад какой-то мужчина спросил меня, сколько я могла бы взять с него за то, чтобы станцевать на его коленях, — сказала она. Драко наблюдал, как бегал её взгляд, и ждал подвоха.       — Это был вторник, два часа дня, я сидела на скамейке и ждала свой поезд.       Он почувствовал, как сжалась его челюсть.       — На мне были простая футболка, джинсы и пара старых кроссовок, — продолжила она. — Я читала книгу.       Драко был знаком с понятием уличных домогательств, безусловно, но мысли о подобном никогда не наполняли его такой яростью, какую он ощущал в данный момент.       — С моим телом обращаются как с товаром 24 часа в сутки, семь дней в неделю, — всё продолжала говорить Гермиона. — Не имеет значения, где я нахожусь, во что одета, чем я занимаюсь. И лишь только когда я нахожусь в клубе, мне платят за это. Клиенты говорят те же грязные вещи, которые кричали, шептали, или же просто плевали мне в след с тех пор, как мне исполнилось одиннадцать… но, по крайней мере, теперь мне платят за то, чтобы я слушала всё это.       Откинувшись на спинку стула, она снова схватила бокал. Её лицо расплылось в дьявольской усмешке, позволяя ему сорваться с крючка за его оплошность.       — Когда я найду то, что придётся мне по душе больше, чем выбивать из мужчин деньги, я займусь этим.       Губы Драко расплылись в кривой улыбке.       Хороший, блядь, ответ.       — Я всегда считал перераспределение богатства благородным делом, — проговорил он.       Девушка рассмеялась и подняла бокал, чтобы поприветствовать его.       — Ваше здоровье, товарищ.       — Какая у тебя степень? — спросил он без предисловий и удовлетворённо наблюдал, как ухмылка сползла с её лица. Как он и предполагал, он не был единственным, кто вертелся в этом капиталистическом кошмаре.       — Как ты узнал, что у меня есть учёная степень?       Мужчина отпил глоток вина, не позволяя ей изменить тему разговора.       — Ну, — с лёгкой надменностью сказала девушка. — Почему бы тебе тогда не рассказать об этом, если ты так хорошо информирован.       Появление официанта позволило ему взять время, чтобы подумать об этом, он подавил смешок, когда Гермиона запнулась перед официантом в просьбе заказать каждому по тирамису. Очевидно, что она не была достаточно раздражена, чтобы пропустить десерт.       — Думаю, ты хотела изучать что-то, что бы тебе действительно нравилось, — сказал Драко, когда они снова остались наедине. — Возможно, что-то в области литературы, если чтение является твоим любимым времяпрепровождением. Но в конечном итоге, я думаю, что ты бы согласилась на что-то более прагматичное.       Она смотрела на него мгновение, когда уголок её губ приподнялся.       — Финансы. С дополнительным профилем Английской литературы.       Он кивнул головой.       — Я работаю в ночные смены, мои деньги работают днём, — пожала она плечами. — Ну, поскольку NASDAQ открывается только в половине третьего, я полагаю, что это скорее вечерняя смена, но ты понял мою мысль.       Он изогнул бровь.       — NASDAQ? Знаешь, говорят, что сейчас акции компании в пузыре.       Девушка драматично закатила глаза.       — Говорить могут всё, что угодно. Технологии сейчас столь продвинуты и сильны, их акции не могут быть в пузыре.       — Нет?       — Нет!       Распалённая, она продолжила.       — По определению, экономический пузырь требует отсутствия какого-либо вещества. Если ты лопнешь этот «пузырь», — девушка выражала своё презрение с помощью воздушных кавычек, выговаривая слово. — Сейчас, ты бы обнаружил, что он наполнен весьма примитивными основами, такими, например, как высокий годовой рост доходов, диверсифицированные потоки доходов, а также масштабные стратегии реинвестирования. Несмотря на то, что мне был всего год, когда лопнул пузырь дотком, я абсолютно уверена, что условия рынка не сильно отличаются от тех, что были раньше, сейчас.       Драко широко раскрыл глаза на секунду, надеясь, что она была слишком отвлечена подачей тирамису, чтобы заметить это. Ей всего 22? Боже, блядь, правый.       Он знал, что она молода. Она выглядела не старше 22. Но разговоры с ней… она, вероятно, была самой умной женщиной своего возраста. Впервые мужчина был благодарен за разницу в возрасте между ними: она оставила бы его в дураках, будь он в том же возрасте, что и она сейчас.       — Я бы с удовольствием посмотрел, как ты управляешь хедж-фондом, — сказал он, откусывая кусочек десерта.       — Тебе не нравится наблюдать за мной на пилоне? — в дразнящей манере спросила девушка, дуясь.       — Мне нравится просто наблюдать за тобой. Точка.       Ему показалось, что лёгкий румянец окрасил её щёки, когда она улыбнулась, и он решил сделать решительный шаг.       — Я хочу видеть тебя, — ответил он. — Больше. По выходным.       Её улыбка стала шире.       — Как раз когда обычно я работаю?       Он кивнул.       — И ты бы выплачивал мне пособие вместо моих смен? — спросила Гермиона, и мужчина оказался благодарен самому себе за то, что перед их встречей он ознакомился с терминологией подобного вида договорённости.       — Да.       Теперь настал её черёд кивнуть.       — Сколько примерно ты бы хотела? — спросил мужчина.       Гермиона сделала глоток вина, поглядывая на него из-за бокала. Затем она ответила.       — 7,000 фунтов.       Драко почувствовал, как его брови взлетели до линии роста волос. Сумма была куда больше, чем он ожидал, и, сказать честно, он был впечатлён.       — Хорошо, 7,000 фунтов в неделю.       Она поперхнулась напитком.       — Ты с ума сошёл? — пролепетала девушка, прижимая салфетку к лицу. — Я имела в виду за месяц.       Он фыркнул.       — В клубе ты в любом случае зарабатываешь куда больше.       — Что ж, да, это так, — прозвучал неуверенный голос. — Но для этого я работаю не покладая рук каждый день. Время, проведённое с тобой… не работа.       Драко улыбнулся.       — Хотя я и ценю это, я не уверен, что в этом есть целесообразность. Несомненно, ты должна согласиться, что сама идея получать меньшее количество денег лишь потому, что ты встретила меня, абсолютно нелепа.       — Не так нелепа, как мысль о 7,000 каждую неделю! — пронзительно воскликнула она.       Мужчина склонил голову.       — Ты не так уж и хороша в переговорах.       Гермиона усмехнулась, вскинув подбородок.       — Вообще-то, — ответила она, подняв указательный палец для большего акцента своим словам. Драко изо всех сил прикусил губу изнутри, чтобы не улыбнуться её дерзости. Он не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то махал перед ним рукой вот так. — Я весьма успешна в обсуждениях, но 7,000 фунтов еженедельно не похоже на переговоры, скорее, на ограбление банка.       Он задумался на мгновение. Ему хотелось, чтобы условия их соглашения были удобны и комфортны для Гермионы. Фактическое число итоговой суммы не имело для него большого значения, пока она не чувствовала, что чем-то жертвует. Драко сделал глоток вина, чтобы скрыть ухмылку, когда ему вспомнились слова с их первой ночи.       Ты всегда можешь заплатить больше.       Что бы они в итоге не решили, он будет считать это начальной ставкой.       — Хорошо, — ответил он. — 7,000 фунтов каждый месяц.       — 10,000 фунтов.       На этот раз Драко не смог скрыть улыбку.       Хорошая девочка.       — Другие условия? — скромно спросила она, наблюдая за его одобрением.       — О чём ты сама размышляла?       — Эксклюзивность? — спросила девушка.       Он неожиданно вскинул взгляд и потянулся к вилке, пытаясь прикрыть удивление. Боже, он был вне досягаемости. Идея того, чтобы встречаться с кем-то ещё, даже не приходила ему в голову.       — Конечно.       Она кивнула.       — И что насчёт того, что я буду работать, пока ты находишься в разъездах? Просто танцы, конечно. Без дополнительных услуг.       Мужские брови поднялись в замешательстве. Определённо, она была нетерпелива в этом аспекте.       — Если для тебя это слишком, я буду уважать твои границы, — продолжила девушка, вероятно, неверно истолковав для себя чужую реакцию. — Просто для меня было бы здорово иметь дополнительный доход, пока ты будешь отсутствовать. У меня безумно агрессивные цели в плане сбережений.       Он не колебался ни секунды.       — Эм, хорошо. То есть, это не беспокоит меня, но содержание не имело бы никаких… — Драко задумался над правильным для продолжения словом. — условий… если ты беспокоишься об этом. Даже, если я буду за пределами города или страны.       Её брови выгнулись в удивлении, и он постарался не чувствовать себя оскорблённым самой мыслью, что она ожидала от него попыток сэкономить на времени, что они будут порознь.       — Есть какие-то предпочтения касательно способа оплаты? — спросил мужчина, перескакивая с предыдущего момента их беседы.       — Нет, то, что будет удобнее. Необязательно, чтобы это были наличные, я ведь плачу налоги, — ответила она.       — Кстати об этом, — Гермиона продолжила. — Это будет какой-то проблемой для тебя? Ты предлагаешь мне эквивалент оклада довольно высокого уровня в некоторых областях… — она затихла в ожидании, что он поймёт окончание предложения.       Драко выгнул бровь.       — Ты предлагаешь мне использовать тебя в качестве списания налогов, маленький жулик?       Она пожала плечами, наклонив голову с притворной невинностью.       Смех вырвался из его горла, когда мужчина покачал головой.       — Я подумаю об этом. Я уверен, что у меня где-то есть отдел, нуждающийся в экспертизе независимого подрядчика.       — Консультант по члену? — спросила она, снова прикусив нижнюю губу.       Драко нахмурился. Очень остроумно. Она дразнила его, он прекрасно знал это, но ему не понравился намёк, что всё это было лишь из-за секса. Он считал её очаровательной и желал бы проводить с ней больше времени, баловать даже без каких-либо физических аспектов их взаимоотношений. Мужчина узнал, что таковы и были условия некоторых «сахарных» отношений. Несмотря на его опыт в Цюрихе, теперь был вероятен шанс, что он вполне может зачахнуть и умереть, если проведёт слишком много времени в непосредственной близости, не прикасаясь к ней. Блядь, Гермиона была прекрасна. Этот умный рот и её…       Какого чёрта она творит?       Гермиона сняла тканевую салфетку с колен и уронила её на пол между ними. Он уже было инстинктивно нагнулся вперёд, чтобы поднять ткань, но она взмахнула рукой, встав со своего стула. Драко в замешательстве поднял брови, пока девушка присела около стола, и вскинул голову в удивлении, когда та скользнула под ткань скатерти.       Он оглянулся по сторонам, но не увидел их официанта поблизости. В любом случае, она была полностью скрыта от чужих глаз, длинная скатерть скользила по полу.       — Что ты делаешь? — спросил Драко, чувствуя себя нелепо от того, что общался с центром стола, где приблизительно, как он полагал, она скрылась.       Он вздрогнул от удивления, когда её руки скользнули вверх по его бёдрам. Он сидел неподвижно, как вкопанный, когда Гермиона ловко расстегнула его брюки и вытащила член. Сильное потрясение выбило из него весь дух и сделало его вялым. Драко был уверен, что если бы в его мозгу происходила какая-либо полезная электрическая связь, он бы понял, что она задумала, и его эрекция натянула бы брюки при первом её прикосновении.       Гермиона сомкнула губы вокруг него, и внезапно мужчина стал безмерно благодарным своему потрясению: плоть идеально сформировала изгибы женского рта, что было бы невозможно, будь член уже твёрд. Он мог чувствовать каждый бугорок её нёба, текстуру её языка, податливое сжатие задней стенки её горла. Раздался громкий звон, когда его часы задели край тарелки, а рука хлопнула по столу.       Матерь Божья.       Пятна поплыли у него перед глазами, когда весь приток крови в его голове устремился на юг. Гермиона кружила вокруг его члена языком, надавливая и мягко посасывая. Он не смог подавить стон от ритмичных манипуляций и сжатия её рта вокруг него. Каждый удар сердца отдавался пульсацией в его члене, плоть каменела в жаре женского рта, растягиваясь длиной до горла. Она соотносила интенсивность своего сосания его изменяющемуся состоянию, с каждой секундой натягивающемуся всё сильнее.       — Грёбаное дерьмо, — лихорадочно пробормотал он, когда из-за верхушки лестницы показалась голова их официанта. Драко в оцепенении наблюдал, как тот подошёл к столу, пока сам тщетно пытался придать лицу больше хладнокровия.       — Желаете что-нибудь ещё? Кофе, может быть?       Гермиона отстранилась при звуке чужого голоса, и Драко чуть не ахнул от облегчения. Пока она не обхватила рукой основание члена, едва дыша от напряжения. Он мог ощущать её тёплое дыхание, обжигающее головку. А затем её язык прошёлся вокруг основания, спустившись вниз и проделав путь до нижней стороны кончика члена, и…       — Нет, нет, нет, б-больше ничего. Только счёт — ах! — через несколько минут… э-э… десять минут. Не спешите!       Драко постарался выдавить из себя улыбку, но, судя по выражению лица официанта, он был уверен, что это больше походило на гримасу. Гермиона выбрала именно этот момент, чтобы обхватить губами головку.       Его веки закрылись, когда официант ушёл прочь, и распахнулись заново, когда под столом произошло что-то ещё. Взгляд пробежался по поверхности мебели, он мог только представить, что творилось там, внизу.       Пока он был отвлечён официантом, Гермиона придвинулась, усевшись на его ногу. Она, должно быть, задрала подол платья, потому как он чувствовал её бёдра, плотно сжимающиеся вокруг его лодыжки. Ещё один стон вырвался из мужчины, пока она, втягивая член так сильно, до самой задней стенки, тёрлась о верх мужской обуви. Стон завибрировал вокруг его члена, и костяшки пальцев побелели о край стола, когда он почувствовал её влажную промежность на обнажённой коже между штаниной и ботинком.       Никаких трусиков.       Его глаза буравили поверхность стола. Боже, как бы он хотел увидеть её сейчас. Мужчина сжал челюсть, ощущая, как её губы скользят вдоль всей его длины, так невероятно плотно. С другой стороны, было хорошо, что он не смог видеть происходящее. Прошло… чёрт возьми… так много времени с тех пор, как он испытывал подобное.       Столовые приборы звякнули о фарфор, когда он сжал в кулаке скатерть. Она трогала себя. Драко чувствовал, как тыльная сторона её ладони трётся о его голень в такт движениям её рта. Хриплые стоны доносились снизу, когда женское возбуждение пропитало его лодыжку, и мысль о том, что отсасывание может заставить её кончить, подвела его прямо к краю. Язык, кружа, скользнул к нижней части головки, завязывая тугой узел удовольствия в основании члена. Не выдержав, Драко нырнул под стол и постучал пальцами по челюсти девушки, надеясь, что она поймёт его предупреждение. Но вместо всех его ожиданий она схватила его ладонь, крепко прижав к кудрявой макушке, надавливая так, чтобы заглотить его полностью. Темп тонких пальцев на клиторе увеличился, мужская ладонь сжала копну волос, толкаясь вперёд как можно глубже.       Влажный жар её рта был почти так же совершенен, как и её влагалище, когда её язык дрогнул от освобождения, накрывшего её. Гермиона пронзительно всхлипнула, и Драко выругался, когда белая вспышка удовольствия застелила глаза, и опустошил себя, излившись в её горло. Головка дёрнулась в первом импульсе, мужская рука ослабила хватку на волосах, прислонившись к нежной коже щеки девушки, пока она проглатывала всё, что выплеснулось вместе с его наслаждением.       Отстранившись, Гермиона лёгким касанием лизнула кончик члена и оставила на нём мягкий поцелуй. Драко томно улыбнулся, когда её маленькая рука показалась из-под стола и утянула салфетку, оставшуюся на его колене. Это движение напомнило ему кошачью повадку.       Он почувствовал, как она аккуратно вытирала беспорядок, устроенный на его ноге, и, приподняв край скатерти, наткнулся на взгляд округлённых янтарных глаз, когда она с притворной скромностью вытирала уголок рта.       Котёнок получил свои сливки.       Ножки стула царапнули по поверхности пола, когда мужчина отодвинулся, взяв её руки и помогая ей подняться. Он притянул её к себе на колени, не заботясь о том, что кто-то может увидеть. Скользнув пальцами вдоль её спины и зарывшись в копну волос, он поцеловал девушку.       Единственная случайная мысль пронеслась сквозь блаженный туман в его голове. Существовало ещё более лучшее решение вопроса о том, будет ли пособие покрывать время, когда он путешествовал.       — Тебе стоит поехать со мной, — прошептал Драко ей в губы.       — Я так и сделала, — ответила она, нежно прикусив его губу.       Он фыркнул от смеха.       — Нет, я имею в виду… — он отстранился, взглянув на неё. — Ты когда-нибудь была в Нью-Йорке?       Драко ждал, наблюдая, как Гермиона в замысловатом рисунке лёгким прикосновением пробежалась по челюсти кончиком пальца.       — Нет, — ответила она с лёгкой улыбкой, как будто знала, что он следит за ложью.       — Хорошо, потому что я отправлюсь туда через неделю, и ты могла бы поехать со мной. Если хочешь.       Её улыбка стала шире, когда она кивнула, и он провел рукой по её шее, груди и новому платью. Ткань мягко сжалась между его большим и указательным пальцами, когда он продолжил: — Думаю, я бы хотел увидеть, как ты потратишь немного американских денег.

***

      — Ох, подержи это секунду, пожалуйста? Мне кто-то звонит.       Джинни приняла кофе, и Гермиона нырнула рукой в сумочку в поисках телефона. Она улыбнулась, принимая вызов по FaceTime, и забрала чашку у Джинни обратно.       — Привет, — проговорила она, когда связь установилась, приподнимая телефон для лучшего ракурса.       — Доброе утро, — ответил Драко. — Как ты?       — Всё очень хорошо, спасибо. Мы только что взяли кофе, — Джинни втиснулась в обзор фронтальной камеры и пошевелила пальцами под подбородком девушки в волнообразном движении.       — Доброе утро, Рыжик, — усмехнулся Драко.       Джинни ответила ему той же ухмылкой.       — Вообще-то, мы подошли к маникюрному салону, — продолжила Гермиона. — Могу я позвонить тебе чуть позже?       — Конечно, — ответил он, видео приостановилась, когда он на мгновение исчез из поля зрения. — Я просто немного отдыхал между встречами и хотел убедиться, что у тебя есть всё, что нужно для завтрашней поездки.       — Думаю, что да, — ответила Гермиона. — Но я дам тебе знать, если надумаю что-то.       — Хорошо, — сказал Драко, когда связь возобновилась. — Повеселитесь, девочки. Скоро созвонимся.       — Спасибо!       Гермиона почти спрятала телефон в сумочке, но снова вытащила его, когда раздался сигнал о новом уведомлении.       — Что там? — спросила Джинни, заметив широкую улыбку Гермионы.       Она развернула экран к Джинни, чтобы та смогла увидеть зачисление оплаты на её Venmo аккаунте. Драко Малфой перевёл вам + 500.00 фунтов Г & Д на ногти       — Ты действительно считаешь, что он думает, что маникюр может быть столь дорогим? — качая головой и улыбаясь, спросила Джинни.       — Честно говоря, — выдавив смешок, ответила Гермиона. — Понятия не имею.       Колокольчик над входом в салон зазвенел, когда девушки вошли, заставив Кэти и Анджелину выглянуть из своих рабочих зон.       — Привет, милые! — проговорила Кэти, когда каждая из них уселась.       — Как дела? — спросила Анджелина Гермиону, пока та передавала ей телефон, чтобы показать исходное фото того, что она хочет.       — У Гермионы появился шугар дэдди! — воскликнула Джинни. Мастера быстро сдружились с их лучшими клиентками, кто обеспечивал их оплатой и различными сплетнями.       — О, и каков же он? — спросила Кэти, снимая покрытие с ногтей Джинни.       — Он очень милый, — проговорила Гермиона.       Джинни усмехнулась.       — Вероятно, он — самый сексуальный мужчина из всех, кто живёт на этой планете. Между тем, мой папочка был 44-летним невысоким лысеющим мужчиной. Это нечестно!       — Самый сексуальный мужчина из всех? — Анджелина повторила слова подруги, приподняв брови.       Гермиона пожала плечами. Самый сексуальный мужчина из всех, кого она когда-либо встречала.       — Но он также довольно милый.       — Скажи им, что он сказал, — подтолкнула её Джинни. — Про воздух.       Гермиона покраснела, возвращаясь к воспоминанию того момента.       — Он сказал, что хотел заплатить мне за то, что я позволила ему… дышать со мной одним воздухом.       Кэти затрепетала, хотя Анджелина выглядела так, словно хотела закатить глаза.       — Я бы посмотрела на твоё мнение после того, как ты увидишь, сколько он перевёл мне за сегодняшний маникюр, — выгнув бровь, продолжила Гермиона. Анджелина улыбнулась, жестом застегнув молнию на губах.       — Я гарантирую, что если бы ты его увидела, ты бы тоже захотела кончить на его туфли от Гуччи, — добавила Джинни.       — Они действительно из очень мягкой кожи, — кивнула в согласии Гермиона.       — Он берёт её с собой в Нью-Йорк завтра.       — О Боже мой, — проговорила Анджелина. — Должно быть, ты взбудоражена этим.       — Так и есть, — честно ответила Гермиона. — Я не могу дождаться, когда увижу город, но более того, мне не терпится провести с ним несколько ночей.       Кэти кинула на неё острый взгляд.       — Ты ещё не спала с ним?       — Один раз на прошлой неделе с тех пор, как мы сделали вещи между нами официальными, — хмуро ответила Гермиона. — Он так занят, и кажется, что он не попросит о встрече со мной, если у него не будет времени пригласить меня на ужин и устроить из этого целое свидание. Словно он опасается, что я буду думать, что ему нужен быстрый перепихон каждый раз, если он захочет просто провести со мной время.       — Я хочу сказать, разве это не идеальная сделка для тебя? — спросила Анджелина. — Тебе всё ещё платят и ничего не требуют при этом.       — Он заставил её кончить четыре раза в их первую ночь, — хмыкнула Джинни.       Анджелина пролила ацетон.       Гермиона ценила внимание Драко. Она сама не горела желанием торопить события. Но у неё сложилось чёткое ощущение, что этот мужчина провёл ночей в одиночестве куда больше, чем она. И, если он ненавидел это хотя бы вполовину сильно, как и она, девушка надеялась, что предстоящая поездка поможет преодолеть ему все сомнения, поселившиеся в его голове.       Гермиона окинула взглядом готовый маникюр, пока Кэти и Анджелина очищали рабочую поверхность столов.       — Как думаешь, ему понравится? — спросила она, пошевелив пальцами для оценки Джинни.       — Почему бы тебе не отправить ему фотографию с ногтями и не выяснить, — ответила Джинни, подавая подруге телефон.       Гермиона вытянула руки перед собой. Джинни чуть не воскликнула от возмущения.       — 500 фунтов, и ты хочешь отправить простую фотку своих рук?       Девушка уставилась на неё.       — Немедленно снимай рубашку, пока я собственноручно не придушила тебя ей, — огрызнулась Джинни.       Гермиона кинула взгляд на дверь салона.       — На ближайший час нет ни одной записи, — усмехнулась Кэти, откинувшись на спинку стула в ожидании шоу.       Гермиона закатила глаза, но всё же сняла рубашку вместе с лифом. Сложив пальцы поверх сосков, она слегка приподняла ладонями грудь, подчёркивая декольте.       — Так гораздо лучше, — Джинни сделала снимок. — Конечно, всё ещё не тянет на фото за 500 фунтов, но, эй, что ты собираешься сделать?       Девушка показала подруге накрашенный средний палец, забирая телефон. Напечатав короткое сообщение с благодарностью, она отправила фото следом.       — Погодите, мы тоже хотим посмотреть на его реакцию, — возмутилась Анджелина, когда Гермиона и Джинни уже собирались уходить.       — Я уверена, что он сейчас на очередной встрече, — попыталась отделаться она. — Вероятно, он не…       Телефон зазвенел в её руке. Драко: Прекрасно. Не могу дождаться, чтобы увидеть их лично.       — Уверена, он имел в виду ногти, — проговорила Гермиона после того, как прочитала сообщение вслух.       — О да, конечно, — на лице Джинни расползлась ухмылка.

***

      Гермиона согревала ладони исходящим от кружки теплом, позволяя пару от напитка растворяться в представшем перед ней виде на Центральный парк. Не имело значения, сколько она уже наблюдала за живописными картинами города, казалось, она не смогла когда-нибудь привыкнуть к красоте пейзажей перед ней.       Даже с кофе под подбородком, она почувствовала запах Драко прежде, чем он приблизился. Девушка прикрыла глаза от ощущения его руки на её боку. Аромат показался ей незнакомым, отличным от того, к которому она привыкла. Был шанс, что она уже сталкивалась с его одеколоном на ком-то другом раньше. Или, возможно, один из её прошлых клиентов пользовался той же фирмой химчистки, что и мужчина, находящийся сейчас рядом. Но не было никакого рационального объяснения, почему композиция ароматов, делающая его запах уникальным, внушала ей такое сильное чувство ностальгии.       Гермиона опустила свою руку на ту, которую он осторожно положил ей на бедро, и откинулась на его грудь. Драко переместил свою руку, оборачивая её вокруг тонкой талии, тесно прижимая к себе. Иногда он всё ещё спрашивал у неё устного согласия — всегда лишь для того, чтобы продолжить то, что прежде они ещё не делали. Но девушка училась считывать эти мелочи, которые он также спрашивал прикосновением пальцев или взглядами.       — Я рад, что ты здесь, со мной, — проговорил Драко в копну волос.       — Как я могла устоять? — игриво спросила она, поднимая подбородок для поцелуя.       На мгновение чужие губы мягко прижались к её, после чего мужчина спросил:       — Чем бы ты хотела заняться сегодня?       — Тебе не нужно работать? — спросила Гермиона, поворачиваясь лицом к нему.       — Не сегодня.       Гермиона улыбнулась. Она смогла подумать только об одном, зная, что это понравилось бы и ему тоже.

***

      — Все комплекты я оставила для вас здесь, и, если вам понадобится другой размер, я могу принести его вам.       Гермиона последовала за стилистом, оказавшись в примерочной и наблюдая, как та повесила на крючок две вешалки с последними платьями, которые они выбрали.       — Спасибо, — ответила девушка, когда консультант направился к двери. Драко уже было направился вслед за женщиной, когда Гермиона поймала его за руку. — Возможно, мне потребуется твоя помощь с застёжками.       Она посмотрела на стилиста.       — Мы дадим вам знать, если нам что-нибудь понадобится.       — Конечно, — ответила женщина, закрыв за собой дверь. Гермиона не знала, сколько Драко дал ей чаевых, но, судя по выражению её лица, этого было достаточно, чтобы их не беспокоили, если бы только речь не шла об атомной бомбе.       Повернувшись к разнообразию одежды перед собой, она поймала кривую улыбку Драко в отражении зеркала.       — Неожиданно забеспокоилась о своей способности застегнуть молнию? — он выгнул бровь.       — Кто знает, — легко ответила девушка. — А теперь, что из этого ты хотел бы увидеть первым.       Она пробежалась по вешалкам, делая небольшие замечания и ожидая, когда Драко заговорит.       — Вот это, — спустя какое-то время ответил он, наблюдая за маленьким чёрным платьем в её руках.       — Хм, — прозвучал её поражённый голос. — Оно довольно дорогое… — она зажала бирку между пальцами. — Не думаю, что мы можем себе его позволить.       Драко расстегнул пуговицы пиджака и уселся на одно из кресел, поставленных напротив зеркал. Развернувшись, девушка наблюдала в отражении, как тот полез рукой в карман. Он вытащил пачку купюр и кинул её на кресло рядом с собой с глухим звуком. Она не могла прочитать этикетку со своего места, но ясно видела серое лицо Бена Франклина на синем фоне.       Улыбнувшись мужчине, Гермиона начала раздеваться. Он не сводил с неё глаз, пока она снимала блузку и юбку. Каблуки так и остались на ногах. У чёрного платья, что она собиралась надеть, была лёгкая молния, не требующая никакой помощи от Драко.       Гермиона вышла в центр комнаты и покрутилась на месте, оценивая своё трёхстороннее отражение в зеркале. Она оглянулась через плечо, молча спрашивая мнение у Драко, на что тот покачал головой.       — Ты куда прекраснее, чем это платье.       Вскоре выяснилось, что она прекраснее многих платьев, которые ей пришлось примерить.       Гермиона скользнула кончиками пальцев по ключицам, спускаясь в область декольте, пока руки Драко бродили вдоль ряда пуговиц на её спине. В зеркальном отражении она наблюдала, как темнели его глаза, когда ещё один ансамбль пуговиц распался, обнажая её перед ним. Девушка прижала ткань платья к груди, медленно спуская её. Взгляд мужчины переместился ниже, когда верхушка её груди появилась в отражении. Тихий звук вырвался из её горла, когда ткань скользнула по соскам, и это заставило мужчину переместиться за её спиной.       — Мне нравится, когда ты наблюдаешь за мной, — низким голосом проговорила Гермиона, спуская платье на бёдра и поднимая пальцы обратно к груди. Его глаза проследили за движением, и она провела большими пальцами по затвердевшим вершинам. — После той ночи, когда мы встретились… Я всё время думала о том, как ты смотришь на меня.       Драко молча наблюдал, как девушка стянула юбку и сбросила на пол. Следующее платье было серебряным, с открытой спинкой и невероятно высоким разрезом. Она надела его, скользнув ладонью вверх по обнажённому бедру. Его губы приоткрылись, когда её рука приподняла подол платья, чтобы скользнуть в трусики.       — Я думала о тебе, наблюдающем, как я раздеваюсь, — женский голос надломился, когда она скользнула средним пальцем между складок.       — Ты думал обо мне? — спросила Гермиона, загнув палец внутри.       Отражение в зеркале кивнуло, глаза не могли оторваться от её руки между ног.       — Скажи мне, — задыхаясь, проговорила она, пальцами свободной руки дразня соски через тонкую ткань платья.       — Я думал о том, чтобы понаблюдать за тобой, — сказал он, и глубокий тембр его голоса покрыл её пальцы возбуждением. — Наблюдать, как ты раздеваешься для меня.       Она издала тихий стон, когда мужская рука накрыла выпуклость на брюках.       — Думал о том, как снова одеваю тебя, — продолжил Драко, пока она скользнула пальцами к клитору, размазывая по всей промежности влагу.       — Я касалась себя так, — проговорила Гермиона. — Думая о тебе, — она снова толкнулась внутрь теперь уже двумя пальцами, скользя ладонью по клитору. В голове всплыло воспоминание ощущений, когда она лежала в постели и представляла его руки на своём теле, его серые глаза, наблюдающие за ней.       — Ты прикасался к себе, думая обо мне? — спросила она, ускорив ритм пальцев. Кажется, она уже знала ответ на этот вопрос.       — Да, — произнёс он, и это слово оказалось схожим с наркотиком, просочившимся в её вены.       — Покажи мне, — прошептала девушка. — Покажи, что я сделала с тобой.       Драко двигался медленно, словно в трансе, и она почувствовала тепло, устремившееся вниз в нетерпении. Расстегнув ремень и молнию брюк, он вытащил член, отчего она сильнее сжала соски.       — Я думал о том, что целую тебя, — начал он, плавно скользя вдоль всей длины. Наблюдая, как сжимался его кулак по мере того, как ему нравилось, она усилила давление пальцев в одном ритме с ним. — Думал о том, как касаюсь тебя, — он обхватил пальцами кончик члена, собирая выступившие капли предсеменной жидкости. — Как ублажаю тебя.       — Я знаю, — застонала Гермиона, чувствуя, как стенки влагалища плотно сжимаются вокруг её пальцев. — Я чувствовала это.       Его глаза нашли её в отражении.       — Я знаю, как это звучит, — надрывно продолжила она натянутым голосом, когда скольжение руки толкнуло её к краю. — Но я словно точно знала, когда ты думал обо мне. Я могла ощущать это, прямо как я чувствую тебя сейчас.       — Я мог ощутить тебя на своём члене, — замычал он, двигая рукой быстрее. — Такую тесную и… горячую и… такую влажную.       — Я так хотела тебя внутри меня, — задыхалась она, жёстко потирая точку G.       — Словно ты была создана для меня, — Драко застонал, беспорядочно толкаясь в кулак.       — Раздень меня, — выдохнула Гермиона, крепко прижимаясь ладонью к клитору. — Сейчас… я… я сейчас кончу.       Сделав два молниеносных шага вперёд, он стянул бретельки платья с её изящных плеч. Ткань спала вниз, обвисая на её руке между ног, и Гермиона вскрикнула, когда спазмы удовольствия пронзили всё её тело, заставив согнуться в талии.       Драко поддерживал её одной рукой за бедро, и она испытала явное удовольствие, впервые наблюдая, как мужчина кончает ей на задницу. Его свободная ладонь в последнем движении прошлась по члену, и низкий стон вырвался из его горла, когда его освобождение вырвалось ей на спину. Она медленно двигала пальцами во влагалище, наслаждаясь остатками сокращающихся мышц, и наблюдала, как его сперма стекала по напряжённым костяшкам.       Драко поднял взгляд, встречаясь с её в отражении зеркала, и Гермиона не сдержала смешок, осознавая, что они только что натворили. Она не могла оторвать от него глаз, когда мужчина отклонился назад и подцепил бирку серебряного платья, оторвав её и кинув к ногам девушки.       — Мы возьмём это. [1] NASDAQ (сокр. от англ. National Association of Securities Dealers Automated Quotation — Служба автоматизированных котировок Национальной ассоциации дилеров по ценным бумагам, читается как «насдак») — американская биржа, специализирующаяся на акциях высокотехнологичных компаний (производство электроники, программного обеспечения и т. п.) [2] Экономический пузырь — существенное отклонение в процессе торгов цены некоторого актива (недвижимости, ценной бумаги и т.п.) от её справедливого значения. [3] Дотком — термин, применяющийся по отношению к компаниям, чья бизнес-модель целиком основывается на работе в рамках сети Интернет. [4] Хедж-фонд — инвестиционный фонд, ориентированный на максимизацию доходности при заданном риске или минимизацию рисков для заданной доходности. [5] В оригинале используется слово «come», что, как наверняка многие знают, в лексике переводится как «кончить» [6] Venmo — это сервис мобильных платежей, принадлежащий PayPal.