Кровавый мир

      Сквозь толпу продолжающих наступать суновцев, шёл неприметной внешности шиноби, обладающий поистине пугающей силой. И хотя он не потратил ни капли чакры — его мощь ощущалась даже теми, кто не обладает сенсорикой.       Казалось, что бой в округе прекратился и взгляд каждого сражающегося был прикован к джинчурики.       Он, осмотревшись и прикинув что-то для себя, взмахнул рукой и без каких-либо слов или печатей запустил в нашу сторону ужасающую по размерам технику Ветра.       Наконец, избавившись от оцепенения, я, как и многие другие, возобновили битву. Однако теперь многие наши шиноби пытались сдержать меняющие ландшафт атаки джинчурики.       Мои способности были в основном бесполезны против противника такого типа, поэтому я старалась к нему не приближаться, поддерживая наших на расстоянии, подлечивая тех, кто пострадал от его рук.       То, с какой лёгкостью он оперировал песком, который после множества убийств был окрашен в красный цвет, не оставляло равнодушными даже самых матёрых ниндзя.       Однако те, кто выжил в прошлом сражении против джинчурики Однохвостого сейчас уже были более собраны чем раньше. Они в целом имели представление о его силе, так что примерно знали что можно от него ожидать.       И хоть знание слабых и сильных сторон противника является ключом к победе, в том случае, когда соотношение сил слишком неравное, не поможет даже это.       Вот и сейчас, зная об огромных запасах чакры джинчурики, не представляется возможным противостоять такому монстру.       Ведь на то, чтобы остановить одну его масштабную атаку песком, необходим целый отряд из шиноби, обладающих защитными техниками.       С другой стороны, стоит заметить, что и сами суновцы побаивались своего джинчурики. И это было видно даже нам — коноховцам. Так, они часто оборачивались во время его каких-либо действий, которые могли бы гипотетически нанести урон своим.       Да и это ещё исходит из того, что во всех деревнях нет доверия к джинчурики. И если их биджу вырвется на свободу, то ущерб, нанесённый им будет катастрофическим.       Вот и они боятся, что биджу во время схватки возьмёт под контроль своего носителя и будет убивать без разбора.       С присутствием такого могущественного подспорья в рядах одной стороны, заставило другую (то есть нас) уйти в глухую оборону, дабы не потерять ещё большее количество шиноби.       Лишь несколько ниндзя Листа могли в какой-то мере успешно противостоять джинчурики. По большому счёту это способствовало их умениям в ниндзюцу и фуиндзюцу. Таким образом они могли сдерживать зверя от массового убийства людей.       Шизуки был одним из них, ведь он обладал достаточным количество чакры, выносливостью и стойкостью, чтобы выдерживать атаки носителя биджу. Зачастую он даже не обращал внимание на раны, наносимые ему, ведь он хотел защитить своих товарищей.       Джинчурики, видя в нём достойного соперника, решил атаковать исключительно его. И хоть они оба имели в своём арсенале множество защитных техник, суновец, в свою очередь, мог и вполне также успешно атаковать. Поэтому он, левой рукой послав в Шизуки технику Ветра, правую в это время начал напитывать чакрой спрессованного песка, дабы увеличить силу удара.       Шизуки же, уходя под землю от ветряной техники, был готов составить ему конкуренцию в силе удара, когда вылез наружу и, предварительно укрепив свой кулак чакрой Земли, ударил в кулак джинчурики.       Ударная волна, образовавшаяся от удара, оглушила нескольких шиноби, находящихся к ним ближе всех. Носитель биджу от столкновения остался стоять на месте, лишь немного пошатнувшись. Но всё же его правая рука безвольно висела вдоль туловища, что означало, что урон всё-таки был ей нанесён и что какое-то время, он не сможет ею пользоваться. Вероятнее всего до тех пор, пока она не восстановиться с помощью чакры биджу.       Шизуки же отлетел на доброе количество метров, но на ногах устоял и теперь, шипев от боли, упирался одной рукой об колено, внимательно следя за врагом.       Я, видя состояние его повреждённой руки, рванула к нему, дабы её вылечить.       — Спокойно, это я — Цунаде, — сначала отшатнувшись от меня, он решил что на него напал враг, но затем, поняв, что это я, лишь кивнул. — Давай помогу.       Пока другие шиноби занялись джинчурики, у меня было время чтобы вылечить Шизуки.       Его рука была просто в ужасном состоянии: переломанные кости вылазили наружу, это уж если не говорить о том, что некоторые из них обратились в труху. Чудом было то, что рука вообще осталась на месте.       — Ещё один такой удар она не выдержит, — кое-как восстановив её целостную структуру, предупредила я. — Да и от попадания в неё чакры биджу, твои каналы теперь сильно повреждены, так что ты пока не сможешь использовать техники с помощью неё.       — Ксо… С одной рукой я не смогу полноценно сражаться, — выпрямившись, он покрутил повреждённой конечностью. — Адская боль, но терпеть смогу.       — Отдохни немного, иначе скоро свалишься от усталости и перенапряжения, — я пожурила его, но не стала сдерживать насильно, когда он, обойдя меня, пошёл в сторону во всю кипящего сражения.       — Дома отдохну, а сейчас нужно защитить то, что мне дорого, — он усмехнулся через плечо, под своими словами подразумевая не только своих друзей, но и деревню.       — Эх… Мне тебя не остановить… — я также слабо улыбнулась, поравнявшись с ним. — А значит я с тобой, — ударив кулаки друг об друга, решительно сказала я.       — Про меня не забудьте, — справа от Шизуки, с искрящейся от переполняющей энергией молнии катаной, материализовалась Кадзуми.       — Эй, молодёжь! — нас окликнул сзади чуть насмехающийся мужской голос. — Помощь не нужна?       Рядом с нами встал мужчина лет тридцати с ярко-красными волосами, завязанными сзади в пучок и с протектором, на котором был изображён водоворот.       Он имел загорелое лицо, его глаза сверкали задорным светом, а широкая улыбка, едва граничащая с оскалом, имела такой вид, будто у него всё всегда под контролем.       Сзади от него остановились другие красноволосые шиноби из деревни, которая была единственным союзником Листа на данный момент — Узушиогакуре.       Видимо их сюда отправили заранее для того, чтобы помочь сдерживать джинчурики. Как жаль, что они не пришли раньше. В таком случае можно было бы отразить атаку Суны ещё в прошлый раз и не терять как территорию, так и людей.       — Вы как раз вовремя. Как вы можете заметить, демон, заключённый в этом шиноби начинает высвобождаться, — опасаясь возможных последствий от этого явления, нервно проговорил Шизуки. — Ваше мастерство в фуиндзюцу нам очень поможет в данный момент.       — Ты прав, малец. Есть у нас кое-что для него, — выйдя чуть вперёд, он, недолго думая, скомандовал своим товарищам:       — Парни, работаем по плану!       После этих слов, четверо красноволосых шиноби побежали в сторону носителя биджу, но не для того, чтобы атаковать, а чтобы встать вокруг него в своеобразный прямоугольник.       Джинчурики в свою очередь сейчас мало походил на человека: половина его тела была видоизменена с помощью песка. Другими словами, если брать в расчёт его безумный, не показывающий признаки осознанной деятельности, взгляд, то можно сказать, что Ичиби почти захватил контроль над телом своего тюремщика.       Сложив несколько печатей, Узумаки приложили руки к земле и, не дожидаясь окончания техники, вернулись к командиру.       Вскоре демон был окружён голубоватым барьером, действующим, по-видимому, как дополнительный сдерживающий элемент, ведь абсолютно любые атаки озверевшего шиноби Песка были остановлены незыблемым барьером.       — Пора утихомирить твою зверушку, — жутко скалясь, заявил главный из красноволосых, выпуская из спины и ладоней рук светящиеся золотым цветом металлические цепи.       Знаменитая техника Узумаки — Конго Фуса («Адамантовые запечатывающие цепи»), является редкой способностью в их клане. Как известно из малочисленных источников, это чрезвычайно прочные цепи, позволяющие шиноби Узушио использовать их для различных целей: как наступательных, так и для физического сдерживания своих оппонентов, даже таких могущественных существ, как Биджу.       Эти цепи могут также использоваться для блокирования чакры цели, полностью нейтрализуя её.       Доподлинно известно чрезвычайно малое количество пользователей этой техники среди Узумаки, поэтому мне очень даже повезло, что я вживую встретила такого человека и то, что он её смог применить.       Вскоре, обвязанный с ног до головы сопротивляющийся джинчурики, с каждой секундой ослабевал и всё меньше попыток вырваться поступало с его стороны.       Вернувшись в прежнюю, человеческую форму, он, всё ещё находящийся в цепях, обессиленно рухнул на землю.       Тот факт, что Однохвостый не вырвался из тела тюремщика в то время, когда он был в отключке означает лишь то, что Узумаки смог не только поглотить чакру шиноби Песка, но и энергию самого биджу.       Мы в это время стояли с широко раскрытыми глазами, а наши челюсти были где-то на земле.       Подумать только! Столько людей с трудом с ним не то, чтобы сражались, а просто сдерживали, в то время как небольшой отряд из пяти людей за пару минут скрутили его в бараний рог…       Сегодня я убедилась, что не зря многие боятся Узумаки и я действительно рада, что они являются нашими союзниками.       — Вот и всё, теперь можно его спокойно упаковывать, — проговорил Узумаки тряхнув руками и втянул цепи обратно в тело. — Узушио Ичиби бы пригодился. Томоши, давай сюда стазис-печать!       Однако его планам забрать к себе в деревню джинчурики не суждено было сбыться:       Подкрепление суновцев подоспело вовремя и теперь, выйдя вперёд, прикрывало тех, кто, взяв на руки потерявшего сознание носителя демона, отступала в сторону своих.       — Вот же… Дрянь, — все мы знали, что Узумаки хотел сказать нечто более нецензурное. — Что ж, хоть мы и выполнили свою задачу — нейтрализовали биджу, но я думаю, стоит помочь нашим друзьям из Конохи, верно парни? — он обратился к своей команде.       Каждый из них молчаливо кивнул, обнажив оружие.       — Я знал, что вы согласитесь, — он похрустел пальцами также готовясь к бою. — Ведь кто откажется от хорошей драки? Хе-хе-хе!       Жутко рассмеявшись, он только хотел запустить во врагов что-нибудь да посильнее, как остановился, увидев и услышав несколько взрывов в тылу врага.       Мы могли наблюдать нарастающую панику в глазах суновцев, которые тоже не могли понять, что за чертовщина там происходит.       — Что там творится? — я поспешила уточнить у стоящего рядом со мной Хьюга, который, активировав бьякуган, смотрел в нужную сторону:       — Там идёт битва между нашими и шиноби Песка! — он начал быстро описывать то, что увидел. — И судя по всему, они гонят суновцев в нашу сторону!       — Но откуда там наши шиноби взялись? — я поддерживала недоумение, озвученное Шизуки.       — Это не важно, главное, что мы, по сути, сделали то, что хотели сделать с нами суновцы — зажали их в клешни! — воодушевлённо сказала Кадзуми, поддерживаемая одобрительным гулом со стороны коноховцев.       — Верно мыслишь, девочка! — усмехнулся Узумаки. — Нам осталось лишь захлопнуть этот капкан, дабы не дать им шанс сбежать.       — Вперёд, ребята! Отомстим им за наше прошлое поражение! — крикнула я, рванув вперёд, подавая тем самым пример остальным.       — Да!!! — сразу же поддержали меня все те, кто был на нашей стороне, также вступая в бой…