Кровавый мир

      Вырезая одного врага за другим, я потихоньку пробирался к морю, а точнее к концу берега, где, по моим расчётам, должен быть носитель биджу.       И знаете, только сейчас, я в полной мере почувствовал, каково это — быть, фактически, на верхушке пищевой цепи.       Враги, словно слепые котята, отчаянно пытались что-то предпринять, однако в тот момент, когда они столкнулись со мной и моей смертельной техникой — они были обречены.       А ведь среди них были даже джонины, имеющие хоть какое-то представление об опасности, исходящей от моего стиля боя. Лишь шиноби такого уровня могли что-то мне противопоставить, имея достаточно сил, дабы меня задержать.       Но тут ключевое слово — «задержать».       К несчастью для противников, таких было значительное меньшинство, поэтому особых проблем они мне не доставили.       Единственное, что меня напрягало, это то, что я потратил изрядное количество времени, пока с ними разбирался.       Теперь не знаю, стоит мне волноваться за сенсея либо же я просто себя накручиваю?       В любом случае, пока не добью оставшихся, ответ не узнаю, а значит, пора уже с этими заканчивать…       — …Верно? — я, как мне показалось, маниакально улыбнулся последним шиноби, которые были единственными, кто остался стоять на ногах.       К слову, действие тумана уже прекратилось, ибо в нём, банально, закончилась чакра. Именно поэтому, они имели честь лицезреть меня, покрытого с ног до головы кровью, и гору трупов за моей спиной.       — Т-ты не ч-чел-ловек, т-ты демон! — обречённо прошептала куноичи с повязкой Кири, при этом сильно дрожа, и, судя по мокрому пятну на штанах, позорно обмочившись.       Она, как и все остальные, со страхом в глазах ожидала своей участи, уже даже не пытаясь сделать видимость того, что они хотят сражаться.       — Нда… И это хвалёные шиноби Кровавого Тумана? — я несколько разочарованно покачал головой, впитывая в себя кровь убитых. — Те, кто прославились своей жестокостью и жаждой битвы? Как иронично, что большинство из вас полегло здесь из-за техники, имеющее схожее название с вашей деревней.       Молчание мне было ответом, когда они, нисколько не изменившись в лице, продолжали внимать моим словам.       — Или вы, те, кто из Кумо. — я обратил внимание на пару стоящих тут ниндзя в форме Облака. — Вы словно сороки, падкие на всё блестящее — любите таскать к себе в деревню всё чужое — будь то техники или люди. А сами, что? Сами-то что из себя представляете? — и снова никто не смог вымолвить и слова в ответ на мою речь. — Вот и мне кажется, что ничего. Ладно, в любом случае, вам конец.       Вытянув руку вперёд, я почувствовал себя Дартом Вейдером. А что? Красный меч — есть. Ужас навёл? Навёл. Ну, и его коронное удушение сделал.       Только если в Звёздных Войнах он использовал Силу, то я — чакру, а если конкретнее — Кеккей Генкай, с помощью которого, я и вызвал асфиксию.       Жертвы хватались за шею, отчаянно пытаясь сделать спасительный вдох. А затем, не получив дозу кислорода, посинели и вскоре умерли в муках, падая на мокрый песок.       — Ну а теперь, на помощь сенсею, — восстановив силы за счёт убитых людей, я помчался в сторону огромного скопления чакры.

***

      — Пацан, ты как раз вовремя! — обрадовался моему прибытию Узумаки, по-видимому, испытывая некоторые трудности в противостоянии с джинчурики.       Сам носитель Двухвостого был достаточно молодым парнем чуть старше меня, с тёмно-синими, с оттенками чёрного, волосами. Он был среднего роста, поджарого телосложения и с простым, незапоминающимся лицом, которое украшал глубокий шрам, проходящий через правый глаз. Сам глаз был покрыт белой пеленой, подтверждающей его частичную слепоту.       «Я уверен, это его слабое место. Это, по любому, можно будет использовать», — подумал я, присоединяясь к Хитоши.       Кумовец уже был покрыт плотной, прозрачно-красной оболочкой с пузырьками пенящейся чакры, напоминающую кипящую жидкость. Более того, из него прорастал один хвост, также созданный из чакры биджу, и служащий для взаимодействия с окружающей средой.       Как известно, подобная оболочка, как и в случае моей техники кровавого покрова, увеличивает скорость, силу и выносливость шиноби.       Также, в некоторой степени, он обеспечивает защиту от различных физических повреждений, но в определённой мере сам наносит вред телу пользователя.       Это, можно сказать, было главным недостатком этой техники, если, конечно, прибавлять к этому возможность потери рассудка при высвобождении большего количества хвостов.       Однако, если посмотреть на кумовца, то можно заметить, что он вполне в адекватном состоянии, и не показывает видимые признаки отсутствия мыслительной деятельности.       Первой проблемой в драке с джинчурики было то, что я не мог взять под контроль его кровь вне тела в связи с тем, что, во-первых, этому мешала его чудовищная регенерация, а во-вторых — всё тот же покров эту мою способность блокировал.       Именно поэтому сейчас я не мог надеяться на свой Геном в этом плане.       — Ксо… Больно бьёт, — пропустив нехилый такой удар, сенсей схватился за окровавленное плечо, которое явно было сломано.       — Сейчас подлечу, — я подскочил к нему, предварительно заручившись поддержкой клонов, дабы они его отвлекли, пока я лечил Узумаки. — Готово.       — Спасибо, — поблагодарив меня, он покрутил пару раз плечом, чтобы удостовериться, что оно нормально работает. — Я думаю, нам стоит поменяться местами. У тебя с ним будет больше шансов в ближнем бою. Ну а я тебя поддержу дальними атаками.       — Хорошо, понятно, — я согласился с ним, взяв инициативу на себя. — По моему сигналу — запустите в него чем-нибудь, действительно, мощным.       — Будет сделано, — он кивнул, уже прикинув про себя, что можно в этой ситуации использовать.       Я решил использовать свою новую разработку, основанную на смешении фуиндзюцу и Стихии Крови.       В теории, она сможет на какое-то время сдержать даже такого противника, как джинчурики. Однако, это только «в теории».       На практике же, то есть в реальном бою, я её ни разу не применял, а значит, не могу ручаться за стопроцентную реализацию.       В любом случае, попытка не пытка, поэтому в этот раз попробую рискнуть.       Для выполнения этой техники, мне необходима помощь четырёх клонов, которые будут выступать своеобразными «костылями».       Без них, я пока не в состоянии её активировать, ибо для этого мне пока не хватает моего нынешнего контроля.       Так, создав шестерых кровавых клонов (четверых при этом отправив на подготовление техники, а двоих на отвлечение внимания), я принялся скакать вокруг кумовца, пытаясь не попасть под его тяжёлый удар, постепенно рассеивая его внимание, дабы он не заметил ловушку, сделанную для него.       — Хн… Мелкая блоха! Ты заманал уворачиваться! — похоже, джинчурики начал постепенно выходить из себя, что может как помочь ему набрать силу, так и сыграть нам на руку.       — Ха, попробуй достать! — решил я его немного подразнить, наблюдая за тем, что, скорее всего, он всё сильнее подвергается влиянию демона, запечатанного в нём.       — Тебе конец! — он, казалось, рассвирепев ещё сильнее, понёсся на меня, совершенно забыв про окружающий мир, а в частности, про моих клонов, из-за чего, вскоре, и поплатился.       — Пора захлопнуть ловушку! — будучи полон энтузиазма, крикнул я, обращаясь к своим клонам. — Давайте, парни!       — Да! — закончив складывать длинную серию печатей, четвёрка клонов, находившаяся вокруг джинчурики одновременно активировала необходимую технику:       — Фуиндзюцу: Кровавая клетка!       Не успевшего добежать до меня кумовца, закрыла образовавшаяся со всех его сторон клетка, состоящая из кровавых прутьев.       Хоть она и была достаточно прочна, но демоническую чакру она сдерживать будет не долго. С этим цепи Узумаки справятся лучше. И поэтому, я, не мешкая, убрал стенку клетки с нашей стороны и прокричал:       — Сейчас, учитель!       — Понял тебя! — быстро сообразив, он кинул в джинчурики на вид обычный кунай.       — Эм… Серьёзно? — от удивления кумовец даже вернул себе ясность рассудка, словив кунай голой рукой перед своим телом и озабоченно его разглядывая.       Честно говоря, я тоже разделял его недоумение, вопросительно посмотрев на Хитоши-сенсея, ибо это была самая странная вещь, которую я видел за время нашего общения.       — Сейчас… — словно чего-то выжидая, Узумаки смотрел на нас насмешливым взглядом зелёных глаз, широко скалясь при этом.       И вот, спустя пару секунд, я понял о чём он говорил:       От этого самого куная, словно татуировки, начали появляться письмена, распространившись по всему телу носителя биджу.       — Что за чёрт?! — кумовец пытался их содрать ногтями, либо как-то ещё, но у него ничего не вышло, ведь они, похоже, намертво прижились к его коже.       — Не знаю где я слышал эту фразу, но она сейчас очень даже подходит… — сложив одну единственную печать, проговорил учитель. При этом, можно было заметить, как письмена постепенно становились ярче. -… Искусство — это взрыв!       Сила взрыва была такова, что ударная волна задела даже меня, стоящего за несколько десятков метров. Что уж говорить про его эпицентр…       Облако дыма, образовавшееся после этого, застилало обзор и было невозможно понять, конец ли это нашей битвы.       Однако нашим надеждам не суждено было сбыться.       — Рррр… — Когда дым рассеялся, нашему взору предстал кумовец, вставший на четвереньки и принявший гуманоидную форму.       Его тело, с ужасными ожогами, облезлой кожей и местам выпирающими костями, невероятно быстро регенерировалось, возвращаясь в предыдущую, здоровую форму.       Сам джинчурики был покрыт своего рода экзоскелетом, состоящим из тёмно-синей, практически чёрной оболочки чакры, с характерными признаками своего зверя, такие как два хвоста за спиной, отросшие кошачьи уши и удлинившиеся когти. Также, цвет его зрачков изменились на жёлтый (правый глаз) и зелёный (левый глаз) соответственно.       — Вот же живучая тварь… — гневно прошипел учитель, увидев безрезультативность предыдущей техники. — Значит будем по старинке. Цутому-кун, теперь я буду сдерживающей силой, а ты добей его! И что б наверняка!       Молча кивнув, я хотел было распечатать немного крови, дабы восстановиться, однако мне помешал огромный по размеру огненный шар синего цвета, летевший на высокой скорости в мою сторону.       И хоть особо труда для меня увернуться от этой техники не составило, но, только совершив замену, я получил прямой удар в живот.       Кажется, я определённо услышал треск своих рёбер…       Отлетев на значительное расстояние, я впечатался в одинокий камень, так удачно расположившийся на этом пляже.       Сплюнув кровь, я, слегка подлечившись, вылез из углубления, оставленного мной в камне, и настолько быстро насколько смог, вернулся в схватку.       — И не таких зверей укрощал! Ха! — увидев готового меня, Узумаки на выдохе выпустил из рук и спины адамантовые цепи, обвившие тело и хвосты бушующего джинчурики. — Сейчас, Цутому-кун! Я долго его не задержу!       — Покончим с этим! — я, активировав и по максимуму напитав свой клинок чакрой крови, немедля, буквально пролетел сквозь джинчурики, обезглавив его.       Чакра, ранее вовсю бушующая в теле кумовца, рассеялась синеватой дымкой, а тяжёлое ки, исходящее из демона, исчезло вместе с ним.       — Вот и всё… — проговорил я, подходя к трупу.       — Да… Давай вернёмся к нашим. — удостоверившись в смерти кумовца, сказал сенсей и направился вглубь острова, где всё ещё шли бои. — Узнаем, как у них дела.       

***

      Добравшись до основного поля боя, мы могли наблюдать, как остатки врагов массово отступали, возвращаясь к морю, где стояли небольшие корабли, на которых они ранее приплыли на остров.       Среди защитников, состоявших из Узумаки, наших шиноби, Анбу Листа, и, к моему удивлению, Анбу Не, можно было заметить вполне здорового Узукаге, рьяно убивающего врагов.       — Хэй! Брат, Цутому-кун, вы как, справились? — увидев нас, обрадовался Акихико-сан, лишая жизни очередного шиноби. — Я вот своего запечатал, — в доказательство, он показал запечатывающий свиток, в котором, по-видимому, теперь содержался Трёххвостый. — А вы? Судя по тому, как сверкают пятки у вражеских ниндзя, второго джинчурики они тоже лишились.       — Ага! Джинчурики Двухвостого больше нас не побеспокоит, — уверенно заверил его сенсей. — По крайней мере, в ближайшие пару лет так точно.       — Что? — Узукаге резко переменился в лице, и остановился, взглядом полного недоумения смотря на Хитоши-сенсея. — Вы его убили?       — Ну… Да. У нас, знаешь ли, особого выбора не было, ибо на кону стоял вопрос существования Узушио и клана Узумаки, в частности. Так в чём проблема? — спросил сенсей, до конца не понимая причину удивления брата.       — Вы что не могли его запечатать? — рассердившись, чуть ли не крикнул Узукаге. — Чёрт, ещё одного зверя упустили... — еле слышно прошептал он. — Вы понимаете, что наделали?! Хм… Ладно. Что было — то было. А теперь давайте наконец выгоним вторженцев с моей земли.       Сенсей, задумчиво глядя в спину ушедшего вперёд брата, наконец тихо сказал:       — Как же ты изменился, брат… Вопрос только из-за чего?       Честно говоря, ранее производив хорошее впечатление, сейчас, поведение Акихико-сана заставило меня переосмыслить своё отношение к нему.       Не скажу, что я перестал его уважать, либо как-то им пренебрегать, однако определённый неприятный осадочек остался.       Когда последний вражеский шиноби скрылся за горизонтом моря, мы, удостоверившись в победе, начали радоваться и кричать:       — Победа! — кто-то крикнул в толпе, и остальные его сразу же поддержали:       — Да!!! Выкусите, трусы! И не возвращайтесь никогда! Знайте своё место! Узумаки не сломить! — эти и подобные им слова были слышны со стороны защитников.       — Спасибо вам, Цутому-кун. Без помощи шиноби Конохи и, в большинстве своём, твоей, мы бы не справились… — положив руку мне на плечо, поблагодарил меня учитель, широко улыбаясь.       Сразу после этого, множество шиноби обратили на нас внимание:       — Эй, это же он меня спас! — прошептал один из красноволосых.       — Да-да, меня он тоже вылечил… — поддержал его другой.       — А мне он помог справиться с техникой огня! — также ещё один человек не остался в стороне.       — Я видела, как он пачками убивал врагов… А ещё он пошёл с Хитоши-саном сражаться против самого джинчурики! — обратила на себя внимание одна куноичи.       — Стойте, я вспомнил. Это же «Алый Дьявол Конохи»! — вперёд вышел мужчина средних лет.       — Спасибо вам, Цутому-сан! Вам, и другим коноховцам, которые оказали нам столь значимую помощь! — поклонился мужчина преклонного, даже по меркам Узумаки, возраста.       — Спасибо! — вскоре его поддержали остальные, не чураясь благодарно склонить головы.       — Не стоит, друзья! — я решил взять слово, видя, как многие смотрят на меня. — Мы помогли вам не потому, что связаны договором о союзничестве, а потому, что считаем вас нашими близкими товарищами! Наши дружественные отношения существуют уже несколько десятилетий и, видя, как вы безвозмездно помогли нам в решающей битве с Суной, мы не могли остаться в стороне и не оказать вам помощь в защите вашей родины! Это честь для нас — биться с вами плечом к плечу, и я надеюсь, что мы и дальше будем сражаться вместе!       — Да!!! — всецело поддержала меня толпа, охотно крича в ответ.       — Пошли, пацан,— по-дружески похлопав по моей спине, весело проговорил Хитоши-сенсей. — Сегодня выпьем за мой счёт.       — Ловлю на слове, сенсей, — я не мог не сказать эту фразу, зная о привычке учителя забывать кошелёк.       — Ха-ха-ха! В этот раз точно, — засмеявшись, заверил меня сенсей. — Но сначала поможем раненым.       — Поддерживаю, — согласился я, начиная искать тех, кому можно помочь.       К сожалению, хоть мы и победили, но изувеченных либо имеющих иные раны было ещё много. А это значило лишь одно:       Моя работа тут ещё не закончена…