Мы с тобой и вечность

Это был обычный поздний вечер в среднем городе. Почему в среднем? Большим этот город не назовёшь и маленьким тоже. Высокоэтажные дома там были, но они были не такими уж и высокоэтажными. Этажей десять или двенадцать максимум. Но выглядили они вполне привлекательно. Не новые и не совсем старинные. Где-то из восьмидесятых. Звёзды засияли на тёмном небе, а тучи медленно расплывались в стороны. Недавно прошёл дождь и в городе чувствовалась сырость. От того дороги были покрыты лужами и всевозможной грязью. Колёса машины проехались по большой луже, заставляя грязные капли разлететься. Машина была чёрной. Это был чёрный катафалк. Не самое позитивное средство передвижения, но водителю и пассажиру, было вовсе не до машины. — Спасибо, что забрал меня с вызова… — достаточно тихо произнёс черноволосый парень  — Да не за что — сказал сидящий на соседнем сидении водитель. Говоря о водителе, хочется отметить, что это был обычный на вид мужчина. Обычный на вид мужчина средних лет и среднего телосложения. Он не был сильно худым или сильно накаченным. Просто слегка подкаченый мужчина. Лишь слегка. Глаза у его были ярко-голубые. По этим глазам можно даже ориентироваться в темноте, ну, по крайней мере, так казалось парню, сидящему рядом. Его лицо украшала лёгкая щетина, не бородища, а именно лёгкая щетина, которая делала его мужественнее. Волосы его были тёмно-каштановыми и доходили ему чуть ниже плеч. Он всегда завязывал их в хвост. Ведь в противном случае они были растрёпанны и выглядели крайне вызывающе. А обладатель этих волос хотел что бы порядок, которого в его жизни крайне мало, был хотя бы в его волосах. Одет он был в плащ цвета керм-брюле, в какие обычно одеваются бомжи или педофилы. Под плащом была рубашка, которая была толи серая, толи белая, из-за освещения было не понятно. Она не была застёгнута на последнюю пуговицу. Пуговицу ему запрещал застёгивать как раз его собеседник. Он говорил, что это выглядит отвратительно, не стильно и слишком «удушающе». Под этим он имел ввиду, что когда он видел этот застёгнутый ворот, он сразу чувствовал его на себе и ему самому становилось крайне душно Вообще, раньше он носил галстук, но черноволосый опять вмешался. Он его ослаблял, и синий галстук словно петля болтался на его шее. И в конечном итоге он перестал его носить. Ведь выглядело это непрофессионально, хотя это его не сильно волновало. На самом деле галстук стал просто ему мешать. А черноволосый стал откровенно скучать по галстуку. Теперь он не мог дёргать мужчину за галстук и притягивать к себе. Он скучает по тем временам. Ну что поделать? Сам виноват. Теперь, когда мы перешли от одного мужчины к другому, его тоже нужно описать. Как уже говорилось ранее, волосы у него были тёмными, а точнее чёрными. Чернее смолы. Да что там смола, чернее самой тьмы. Длинными они не были, но и короткими их тоже не назовёшь. Они доходили ему примерно до середины шеи, а может и чуть ниже. Так же, стоит отметить, что у него была чёлка. Его чёлка была как у представителей культуры Эмо. Она была уложена на левую сторону. Только вот, розовых прядей не было. А ещё она не прикрывала его глаз. Так что от Эмо у него была только форма чёлки и её цвет. Такого же цвета у него были и глаза, время от времени. Почему время от времени? Сейчас узнаете. Вообще, они были карими, тёмно-карими, но его собеседнику они всегда казались именно чёрными, в которых очень часто можно было увидеть огненно-красный огонёк азарта. Кстати говоря, о красном. Его глаза изредка принимали такой цвет. Другим людям он говорил, что это цветные линзы и что таким образом он чувствовал себя настоящим собой. Но это, естественно, было ложью. Красный цвет глаз для него был естественным, а карие были лишь прикрытием, но знал об этом, только человек, сидящий рядом. Зачатую он пользовался подводкой и немного тенями, что бы подчеркнуть свои красивые глаза. А иногда даже пользовался чёрной или ярко-красной помадой, но случалось это крайне редко, только под настроение. Его кожа была бледной. Нет, он не был бледным как сама Смерть. Которая к слову была вполне привлекательной девушкой Скорее, он был аристократично бледным, каким и был на первый взгляд. Одет он был в чёрный пиджак. Только он не был таким же чёрным как его волосы. Может на пол тона светлее. Под пиджаком была ярко-красная рубашка, прямо как его глаза в данный момент. Брюки у него были обычные. Чёрные, в тон пиджака. Хочется отметить, что у него были очень красивые руки. Ухоженные, нежные, с тонкими пальцами и очень красивым маникюром. Догадайтесь какого цвета были его ногти. Правильно. Чёрные. Его собеседник считал его образ черезчур вызывающим, но до ужаса любимым. Да что мы всё «собеседник», «человек сидящий рядом». Брюнета звали Велизаром, а шатена Анаиэлем. Да, имена были не самые обычные, но им было всё равно. — А что ты там вообще делал? — начал диалог голубоглазый — Да так. Там ничего серьёзного не было. Опять малолетки развлекались — ответил он, рассматривая свои ногти. — Так, попугал их и всё. Один парень хотел сделку, но я отказался. — А почему? — продолжил спрашивать шатен. — Он ещё совсем зелёный. Ему от силы лет 16. Какая сделка? Он у родителей разрешения спросил? — на эти слова собеседник усмехнулся. — А чего он хотел? — Девушку. Девушку, в которую он безответно влюблён. — Понятно. — он повернул руль и посмотрел на дорогу. — Так почему ты отказался? Юные души, вроде, даже лучше. — Да, но… Зачем? Он бы трахнул её, прожил лет 10. При чём самые обычные человеческие 10 лет. А потом я бы пришёл за его душой. Ну что это такое? Это… Ну не моё. Другое дело когда человек готов продать душу ради большой цели. Например огромная компания или занять должность президента. — на это он снова получил беззлобную усмешку собеседника. — Неужели у тебя есть подобие жалости? Или как это назвать? Совесть? Ответственность? — Ага. Передаётся половым путём — он ухмыляется и смотрит на него с тем самым огоньком азарта в глазах. Чёрт! Опять он это делает! — Рад, что это хорошо влияет на тебя — Да… И плохо на тебя — он усмехается, одаривая Анаиэля томным взглядом. И всё-таки он обожает искушать этого ангелочка. — Всё может быть — отвечает он и снисходительно улыбается. Машина плавно останавливается. — Мы на месте — говорит водитель машины. — Спасибо ещё раз — Всё что угодно, лишь бы слышать твоё «спасибо» каждый день — он ему улыбается, а Велизар улыбается в ответ выходя из машины, целует его в щёку. — О, умоляю, избавься от этой щетины. Она ужасно колится. Плюс, с ней ты выглядишь как бомж. — Хм — он делает вид, что задумывается. — Я подумаю — он снова улыбается. И брюнет закатывает глаза. — Ладно. До завтра, Ананасик. Надеюсь в следующий раз, ты будешь с шампанским — Пока, Вазелин — шатен усмехается, а после Велизар закрывает дверь машины. Анаиэль уже было завёл машину и собирался выехать с парковки, как тут слышится стук по крыше машины и дверь открывается. — Какого хрена, — спрашивает Велизар и Анаиэль удивлённо и вопросительно на него смотрит. — Останься у меня — просит брюнет. — Только завтра же утром ты избавляешься от этой щетины. — По рукам — отвечает голубоглазый и выходит из машины. Обойдя машину он подошёл к своему Вазелинчику и мысленно в сотый раз отмечает какой же он тощий. Шатен берёт его за руку и слабо тянет на себя. На что тот улыбается и они вместе идут в многоквартирный жилой дом.

***