Последний шанс

Весьма странная улыбка озарила лицо Мэсэйоши, и если бы Майки не знал Такемичи, то подумал бы, что она пропитана доброжелательностью. Но то, что сейчас показал ему его друг, было совсем другим. Вкупе с прикрытыми в неведомом блаженстве глазами улыбка больше напоминала дьявольскую. Майки не знал, как прощупать почву вокруг парня рядом. Яркие образы прошлого заполонили все мысли, мешая сосредоточиться и заставляя задуматься о том, как было бы хорошо вернуться в те времена. Из весьма приятных воспоминаний его вытягивал только тёмный образ некогда светлого Такемичи. Человек перед ним — не тот, которого он знает, и он заставляет Майки принять этот факт. Но Сано упрямо продолжает всматриваться в мутные голубые глаза, старательно выискивая в них крупицы света, дабы ухватиться за них, словно за спасительную веточку, и найти ещё больше сил для того, чтобы вытащить погрязшего во тьме Ханагаки. Наклонив голову вбок, Мэсэйоши всё же убрал пистолет со лба Майки. Сейчас не время для того, чтобы убивать тех, ради кого так старательно выстраивалось будущее. Это время никогда не должно наступить, не так ли? Но, смотря в бездонные чёрные глаза, хотелось больше кричать, хотелось ударить парня столько раз, чтобы привести его в чувства, вышвырнуть из этого места и забыть о нём, как об умирающей дворняжке, встреченной вчера в закоулках Токио. В груди неприятно жгло, Импульс старательно пожирал остатки трезвого ума, заставляя вновь направить на Майки пистолет, выстрелить и навсегда забыть о нём. "Был бы он поглощён Импульсом, поступил бы точно так же. Не убьёшь ты — убьёт он. И тебя, и будущее, которое ты так долго выстраивал. К тому же, ничего ведь не случится, если один из элементов мозаики пропадёт. Можно же просто притвориться, будто его вовсе никогда и не существовало. Просто сними предохранитель и выстрели, как уже делал когда-то. Это ведь не так сложно." — шёпот заглушал все остальные звуки. Мэс прекрасно знал, как утихомирить его, однако сейчас рядом не было никого из подчинённых, поэтому в этот раз можно прибегнуть к крайним мерам. Рассказать Майки всё, о чём он думает. Рассказать обо всём, что пережил, чтобы тот унял свой интерес и пропал на какое-то время из реальности, задумавшись над словами. Это был небольшой способ остановить разгорячившийся импульс. Хоть управлять им сложно, но возможно. Проводя время в одиночестве, Мэс иногда задумывался о том, почему Майки всё время отдавался этой личности, почему не пытался хоть немного совладать с ней. Быть может, Майки и не был таким непобедимым, раз так легко проиграл тому, что было внутри него, полагаясь на опеку и помощь других. Манджиро Сано, из-за которого всё вечно шло по одному месту, был чёртовым слабаком, вечно искавшим свою гавань, к которой можно было пристать и оставаться с нею, пока она не изживёт себя. Он искал для себя спасение, не заботясь о других. Один раз, когда был его брат. Второй раз, когда был его друг детства. Третий раз, когда был его лучший друг, заменивший ему второго. И, наконец, четвёртый раз, когда был парень, который мог оказать поддержку в трудную минуту и который не сдавался, несмотря ни на что. Для Майки Такемичи стал заменой первого. Как бы то ни было, а Майки и не пытался. -"Знаешь, Майки. Я изменился, — Мэс присел на корточки, опускаясь на уровень лица светловолосого, — А ты, Майки? Ты изменился? Дружок в голове не достаёт? Кто на этот раз твоя гавань?" Зрачки сузились, передавая непонимание их обладателя. Сано не до конца понимал слова Ханагаки. Но видя, что тот говорит в серьёзном тоне, он осознал, что тут, должно быть, есть какой-то скрытый подтекст. Слова "дружок в голове" и "твоя гавань" были весьма странными и выделялись среди других. Возможно ли, что под словом "дружок" Такемичи имел ввиду Чёрный Импульс, который исчез уже довольно давно вместе с псевдо-смертью последнего? Ну да, Такемичи точно знает о нём, знает о том, как жил Манджиро после смерти брата. Всё-таки Наото рассказал о его путешествиях во времени, поэтому было бы неудивительно, если Майки сам рассказал Ханагаки об этой грязи внутри него. -"Изменился ли я? Очень. Моя жизнь провернулась на все триста шестьдесят градусов после того, как ты так ловко обставил свою смерть. Я и не помню уже, как это, — он наклонил голову к плечу, словно указывая на висок или голову, — Исчезло. Такемичи, не знаю, я не знаю, как можно извиниться перед тобой за все те разы, когда я портил очередное будущее. Знаешь, Наото и Чифую то и дело косились на меня, когда речь зашла о твоих манипуляциях со временем. Я… Спасибо, спасибо, Такемичи, что продолжал и продолжаешь бороться за наше счастье, но… Ты уже справился, поэтому давай пойдём домой? В наш дом, где будут все, кто хотел бы увидеть и поблагодарить тебя." Нежная улыбка вновь тронула губы Майки, словно он пытается ею заманить. Но Мэс отчётливо читал людей, и поэтому видел, что эти эмоции были искренними. Его потерянная душа звала остановиться, прислушаться и сказать заветное "да", полностью отдаваясь прошлому, освободить Майки и, взяв его тёплую руку в свою холодную, пойти за ним туда, где его ждут. Но трезвость ума всё ещё оставалась с ним, поэтому Ханагаки не поддался этим искушениям души. Он уже давно нашёл себя. Его долгое путешествие привело к тому, что теперь он считает собой. Хочется стать настоящим эгоистом, бросив ребят. Каждый день его сердце завывало о том, что ему нужно хотя бы на секунду увидеть друзей, ещё раз убедиться в их сохранности. Но теперь перед ним было два пути: либо уйти, забыв всех, с кем его связывала сила путешествия во времени, либо дать себе немного больше времени на размышление, чтобы подумать над своими действиями ещё лучше до того, как кануть в пропасть из-за своего спонтанного решения и пойти по тёмной дорожке с липкой грязью, держа за руку тех, кого принял в этом будущем. Выбрать верный путь было сложно. Он хочет подумать, но тут же возникает желание плюнуть на всё это и просто уйти. Но стоило Майки появиться здесь, как второй вариант стал казаться более привлекательным, чем до этого, ведь прошлое, за которое он в последнее время отчаянно цеплялся, само пришло к нему. Что же делать? Что предпринять? Сам он не знал ответа, но чтобы успокоить темноту, решил пересказать всё то, что чувствовал Такемичи, когда понял, что есть только один путь: спасти всех. А там уже никого не волновало, как и какой ценой, главное — спасти. -"Думаешь, всё это было ради вас? Если бы тогда, в изначальном будущем, я не подумал о Хинате и о том, что хочу вернуться в прошлое, то никогда бы не встретил вас. Я бы просто умер тогда под поездом и всё. Я не думал о тебе, потому что мы не были знакомы, а потом перестал думать о Хине, хотя изначально хотел спасти только её. Погрузился во всё это, напрочь забыв о себе. Знаю, никто из вас не просил меня вмешиваться в вашу жизнь и спасать. Я сам решил это сделать, но потом вы стали рассчитывать на меня, каждый раз прося, чтобы я спас вас, разве не так?" Мэсэйоши запрокинул голову вверх, рассматривая причудливые узоры на потолке: -"Знаешь, в последнем таймлайне я покончил с собой, перед этим убив всех вас. А когда очнулся в своей старой кровати, то чуть окончательно не свихнулся. Пять дней. Ровно пять дней я пытался умереть. Что я для этого только не делал: вешался, прыгал с крыш многоэтажек, топился, перерезал себе вены. А в последний день просто лежал в кровати, наглотавшись снотворного, но видимо переборщил, хах. И каждый раз я просыпался в тот же день. Ну не иронично ли, а? Сама судьба раз за разом запихивала меня обратно, даже если я не хотел этого. Это как день сурка, верно?" Отвлёкшись от разглядывания узоров, Мэс протяжно вздохнул, перемещая взгляд на ошеломлённое лицо Майки. В том будто что-то рухнуло. Ну и куда же теперь делась вся его надежда? Наверняка была растоптана словами о прошлом. -"Такемичи… Если честно, я бы хотел остаться с тобой, всегда быть рядом." — он потянулся чуть вперёд, коснувшись своим лбом лба человека, которым невероятно сильно дорожит и, закрыв глаза, нежно потёрся носом о его бледную щёку. Он не знал, как Такемичи смог выдержать всё это. Сейчас Майки просто хотел раствориться в нём, даря ему своё исцелённое тело и мысли. Как жаль, что это было невозможно. … Собираясь в комнате, все усаживаются на свободные места, стараясь сесть поближе, чтобы не упустить ни единого слова из уст Наото. -"Спасибо, что пришли." — проговаривает Тачибана и тоже занимает своё место. -"Хреновый видок, Наото." — подмечает Дракен. Остальные тихо согласились с ним, ожидая начала долгого разговора. -"Начнём с того, что вчера я нашёл одну интересную личность. А именно — одного из предателей Чёрного Дракона. И вполне вероятно, что эта организация связана с Такемичи очень близко. Если мы сможем выйти на них, то многое узнаем." Обстановка в комнате заметно изменилась. На лицах многих из присутствующих можно было прочитать неверие и смятение. Ещё бы, Наото ведь буквально нашёл того, кого не должен был. Что если бы пришёл кто-то из Чёрного Дракона и устранил не только предателя, но и самого Тачибану за попытку разузнать секретную информацию об организации? -"Наото, какого хрена ты влез в это? Временами я начинаю сомневаться в том, что тебе уже 20 лет. Иногда ты кажешься всё тем же подростком, каким был раньше. Ты ведь уже большой мальчик и должен знать, что в тот момент мог запросто напороться на какого-нибудь ублюдка из Чёрных Драконов." — Дракен был очень зол, ведь знал, что помимо Майки должен следить ещё и за Тачибаной, который уже медленно начал сходить с ума с этим преступным миром, постоянно собирая всех у себя с целью поделиться новой информацией. Все прекрасно понимали, что игры уже давно остались позади. Теперь, если перейти дорогу этой группировке, можно и пулю с лихвой в лоб поймать. Но видимо некоторые всё ещё думали не тем местом. Один будто маленький ребёнок ввязывается в конфликты, стоит ему только услышать начало имени давно умершего человека, а второй безумно тянется за новой информацией о преступных группировках, лишь бы найти окончательное подтверждение того, что Ханагаки не умер. Нет, в глубине души Дракен тоже не до конца верил в то, что Такемичи мог вот так вот умереть, но в реальности старался не показывать своих сомнений, пытаясь выглядеть взрослым и не показывать внутреннюю борьбу и потухшие глаза. Прошло уже столько времени, но никто до сих пор не может смириться. -"Знаю, но то, что я нашёл, действительно многое проясняет. Хотя стоит начать рассказ с путешествий во времени, чтобы вы знали немного больше." Майки нахмурил брови, стараясь держать серьёзное лицо, но у него выходило не особо хорошо, слишком уж бредовыми показались ему слова Тачибаны. -"Давно уже пора, Наото. Баджи-сан и Казутора знают лишь половину того, что известно мне, а остальные абсолютно в неведении." — откидываясь на спинку стула, произнёс Чифую. Его немного позабавило, как вытягивается от удивления лицо Дракена. -"Успел-таки уже рассказать им? Хорошо, сейчас просто слушайте. Всё началось с падения Такемичи на пути, а также его фактической смерти…" … Закончив с рассказом основной информации о начале путешествий, Тачибана плавно перешёл на более интересующую всех часть — начало последнего прыжка во времени и то, при каких обстоятельствах он произошёл. -"Последнее будущее было одним из самых ужасных… В результате Такемичи не справился… Сдался, — тихо сжимая руки в кулаки, Наото старался привести мысли в порядок, — Последнее, что мы с Чифую помним — то, как Такемичи прыгнул с крыши, стремительно падая вниз. Мы… Мы ничего не успели сделать." В комнате повисла неловкая тишина, после прерванная голосом Мицуи: -"Такемичи… Он действительно… Наото, Чифую, не могли бы вы рассказать нам, как так получилось, что вы тоже попали в прошлое, если изначально перемещался только Наото и только в будущее…?" Баджи, который до этого сидел молча, в знак согласия со словами Мицуи тихо произнёс: -"Расскажи, как это могло случиться." Тачибана легонько кивнул и, отпив немного воды, продолжил: -"Сила Такемичи может распространяться и на людей, которым он доверяет. Именно поэтому я мог перемещаться в изменённое будущее. Таким образом, когда он спрыгнул с крыши, я и Чифую были рядом, и нас потянуло вслед за ним. Единственные условия для перемещения вместе с Такемичи: желание и близость с ним. Полагаю, что для Чифую это было желание предотвратить его смерть, и для этого нужно было вернуться ровно на 12 лет назад и помочь ему не сломаться либо предотвратить встречу с Майки. Моим же желанием было спасти самого Такемичи и Хину. Но когда я переместился в прошлое, то не помнил половину своих воспоминаний, потому что желал спасти Такемичи именно из будущего, когда он падал. Ну, а сам Такемичи в силу того, что ситуация была внештатной, переместился в то время, когда он впервые не смог кого-то спасти, и это стало основой того, что он начал ломаться. А момент этот связан с Баджи. По моим проверкам и словам Чифую, нужно было либо не дать ему повод покинуть Тосву, либо предотвратить переход на сторону Вальхаллы. Однако у меня на примете есть ещё одна мысль. Возможно ли то, что в тот момент Такемичи думал о том, чтобы пожертвовать собой ради спасения Баджи?" Все присутствующие долго переваривал полученную информацию, и Кейске бы соврал, если бы сказал, что у него не закружилась голова от такого потока слов. Ему хотелось просто закрыть уши и не дослушивать столько ранее неизвестного. Но он не стал это делать ради того, чтобы узнать побольше о Ханагаки. Что ж, кажется, у него началась мигрень. -"Именно в тот день, когда по моим предположениям Такемичи должен был переместиться в прошлое, произошёл один странный момент. Я пять раз пытался добраться до его дома, но каждый раз, пройдя минут двадцать—тридцать пути, просыпался у себя дома в тот же день. Я так до конца и не понял, что это было. Напоминает мне повторяющийся день, словно…. День сурка?" — Чифую многозначительно потёр подбородок, стараясь ещё раз проанализировать события того дня, но возглас Дракена помешал его планам. -"А где Майки?.." Все сразу посмотрели на то место, где недавно сидел светловолосый, но не обнаружили его и всполошились. Майки сбежал, пока все были сосредоточены на разговоре о перемещениях. Скорее всего он направился к Чёрным Драконам. Да, это могло прозвучать очень глупо, ведь далеко не каждый сунется к ним сам, разве что это не кто-то, кто настойчиво желает своей смерти. Но если учитывать, что пропал Сано, это предположение было вполне реалистичным. -"Майки… Скорее всего, он всполошился из-за фразы о том, что Чёрный Дракон связан с Такемичи. И если сейчас мы не поспешим, то вернут нам его уже не целиком." — быстро проговорил Тачибана, натягивая своё пальто. -"Не целиком? Ты имеешь ввиду… По частям?" — нахмурившись, уточнил Баджи, надевая берцы. В попытке быстро перешнуровать их он немного запутался, из-за чего и так расшатанные нервы дали о себе знать, когда один из шнурков не выдержал его силы и порвался. -"Баджи-сан, я полагаю, нам придется собирать пазлы из нашего лидера. Возможно, что из тысячи деталей…" — нервно посмеиваясь, Чифую с сожалением взглянул на порванный шнурок, а после заметил, что на его некогда белых кроссовках ярко выделялся след от ботинок, уж очень похожих на берцы. -"Было бы смешно, если бы не было так страшно, потому что это вполне вероятно… Да и вы так легко об этом говорите, будто для вас это и вправду обычная головоломка просто из тысячи деталей, а не из человека." — Мицуя тихо вздохнул, увидев, как Мацуно оплакивает свои белые кроссовки. -"Если вы сейчас не поспешите, то я самолично проделаю то же с вами." — угрюмо произнёс Дракен, стараясь вытолкнуть за порог парней, которые вот-вот подерутся из-за шнурка с кроссовками. -"Порой я очень боюсь тебя, Дракен, ахах. Думаю, Майки будет цел. Я больше верю в то, что ты его сам на пазлы поделишь прежде, чем кто-то из Чёрного Дракона успеет его хотя бы коснуться." — произнёс Казутора, уже идя к лифту вместе с притихшими Чифую и Баджи. Кажется, позже эти двое всё же поспорят на тему того, кто виноват в порванном шнурке и испорченных кроссовках. … Майки приоткрыл глаза, увидев напротив закрытые. Такемичи словно заснул за то время, пока они сидели, соприкоснувшись лбами. Но очередной протяжный вздох вывел эти мысли из головы. Ханагаки наконец открыл глаза сталкиваясь с тёмным настойчивым взглядом. То, с какими эмоциями смотрел на него Майки, неимоверно завораживало. Когда-то и сам Такемичи смотрел так на Сано. Мэсэйоши осторожно отодвинулся от теплого лба и, встав с пола, направился к письменному столу, беря оттуда небольшой телефон, который тут же завибрировал, оповещая о входящем смс. В сообщении не было ничего лишнего, а его отправителем был Санзу: "Только что к главному входу прибыло несколько человек. Мой Король, что пожелаете сделать со злостными нарушителями?" Мэс устало прикрыл глаза, после набирая сообщение в ответ: "Пусть войдут, они сейчас достаточно желанные гости. Они приехали за своим подарком немного раньше, так что постарайтесь не мешать им на входе. Убери по центру наших людей, а также открой все двери." Отправив сообщение, он аккуратно вернул телефон на место и повернулся лицом к Майки, который всё так же сидел на коленях, скованный наручниками. -"Вот и друзья уже подоспели, Майки. За тобой пришли. Пора собираться, не так ли?" Тёмные волосы колыхнулись, когда Мэсэйоши небрежно сел на стул. Откидываясь на спинку, он блаженно прикрыл глаза, думая о чём-то далёком, забываясь в мыслях и пытаясь не думать о предстоящей встрече. Просидев так несколько минут, он вновь вернулся в реальность, не желая сейчас засыпать. Но и вставать с места желания не было, поэтому он лишь наклонил голову вперёд, смотря прямо на Майки, который за это время успел подняться на ноги. Когда их взгляды встретились, сердце вновь пропустило тревожный удар. За пять лет Манджиро достаточно сильно изменился. И хоть Мэс частенько видел его на фотографиях в окружении бывших участников Тосвы, но если сравнивать то, что ты видишь на фото и наяву, то можно заметить много того, что не видно на снимках. За это время Сано заметно подрос и сейчас был даже чуть выше Мэса. Волосы были всё такими же светлыми, но теперь коротко подстрижены. Взгляд значительно поменялся. Раньше он был детским и немного пугающим, сейчас же в нём можно было разглядеть лишь толику того, что было. Вместо того, чтобы пугать бездонностью, глаза завораживали своей решимостью. Неужели Майки действительно больше не ощущает в себе Импульс? Должно быть, это хорошо. Он позволил Сано подойти к себе вплотную. Позволил ему долго смотреть на себя, позволил положить тяжёлую голову на своё плечо. А после, сам того не ожидая, он дал свободу тому, что так старательно сдерживал. Та светлая часть внутри него отыскала наконец покой в объятиях, что подарил ему Майки. Мэс уткнулся ему в плечо, параллельно доставая из кармана хаори ключ от наручников. Сейчас важно было лишь одно: освободить Майки и отправить его вместе с пришедшими друзьями подальше от этого места. Он осторожно достал ключ и, пытаясь дотянуться до наручников, ещё ближе приблизился к плечу блондина. Послышался глухой стук от падения чего-то тяжёлого на пол. Наручники были сняты. Майки свободен. -"Вот и всё, Майки. Должно быть, это последний раз, когда я вижу тебя, как и ты меня." "Положим конец тому, что изначально не должно было быть." — добавил в мыслях Мэс. Хотя вернее будет сказать, уже Такемичи. Яркая улыбка озарила лицо Ханагаки, заставляя сердце Майки биться в ускоренном темпе. Он вернулся. Такемичи вернулся. И только спустя несколько секунд оба услышали, как скрипят двери, как в кабинет входят несколько людей и как все ошеломлённо смотрят за плечо Майки. И каждый думал о том, что тот, по кому они долгое время скорбели, всё же жив. Никто даже не догадывался, что это не конец. -"Такемичи… Это ты, Такемичи?" — с подступающим комом в горле проговорил Чифую. И каждый, не озвучивая вслух, в сердце три тысячи раз повторил его слова. Ответом им был лишь тихий вздох и кривая улыбка со словами: -"Да, вы нашли меня, ребята. Я скучал." — он обнял Майки в ответ, словно тот был для него сейчас всем. Все, кто состоял в Тосве, знали о том, какие люди стоят в её верхушке. Ходили слухи, что всем капитанам были чужды чувства, не связанные с битвой. Но осмелился бы кто-нибудь сейчас произнести эти слова вновь, смотря на ошеломлённого Дракена, который был по-детски рад, сдерживая скопившуюся в глазах влагу? Осмелился бы сказать, смотря на бывшего капитана первого отряда, который на пару со своим заместителем смотрел на Ханагаки так, словно не существовало больше ничего, кроме него? Их глаза заполнили искорки, словно они были в какой-то манге с фантастическим сюжетом. А осмелился бы сказать, видя, как Казутора, считавшийся чуть ли не самым жестоким человеком в Тосве, сейчас придерживал своё дрожащее от волнения и захлестнувших эмоций тело, опираясь рукой на стену? Мицуя лишь горько улыбался этой встрече, понимая, через что пришлось пройти Такемичи ради их счастья. -"Такемичи, я знал, знал, что ты с нами. Знал, что ты жив, я знал…" — повторял Наото снова и снова, словно читая какую-то мантру. И лишь тихие шаги за дверью предупреждали об их новой скорой разлуке. Дверь вновь неприятно скрипнула, и на пороге показались люди в полицейской форме. Они пришли за ним. Он сам так решил, сам решил сдаться. Это был длинный и долгий путь, который скоро закончится. -"Ханагаки Такемичи, Вы задержаны по подозрению в совершении массовых убийств, а также прямом участии в запрещённой в Японии преступной организации…" Дальше Ханагаки не слушал. Закрыв глаза, он напевал в уме какую-то песенку, пока Наото и остальные пытались что-то настойчиво доказать правоохранительным органам, но те их не слушали. Они небрежно оттолкнули ошеломлённого Майки и, заковав Такемичи в наручники, повели его по коридорам, в которых отчётливо слышались чьи-то шевеления. Такемичи заранее вызвал копов, пока его старые друзья только заходили в здание. Он приказал Санзу открыть все двери и распустить охрану, а затем самолично отправил своих личных охранников к Харучиё, отдав им приказ ни при каких обстоятельствах не отпускать его до окончания задержания. Ханагаки сам всё решил для себя ещё тогда, когда понял, что у него есть только два пути. И третий, который ведёт к смерти. Пусть многие члены Чёрного Дракона будут пытаться решить эту ситуацию, пусть они будут ненавидеть его за такой поступок. Но разве это не лучший исход? … -"Таким образом, по всем вышеперечисленным статьям Такемичи Ханагаки приговаривается к высшей степени наказания — смертной казни." Вот и всё. Вот и наступило окончание долгого пути Такемичи. Смотря на холодные стены, он не думал более ни о чём. Ему хотелось просто увидеть яркое солнце и немного ослепнуть от такого света. В камере было очень холодно. Из-за того, что Ханагаки всё ещё вызывал у других страх, никто не осмелился сбрить его чёрные волосы или снять с него дорогое хаори. Он до сих пор оставался в той же одежде, в которой и пришёл в это место. Сегодня из другой страны должны были прилететь братья Хайтани, а с ними Изана и Какучё. Как жаль, что они не увидятся в последний раз. Санзу несколько раз приходил на свидания к Такемичи, будучи переодетым. Он кричал ему о том, что убьёт здесь каждого, много раз умолял Ханагаки воспользоваться силой Чёрного Дракона и покинуть тюрьму. Но сам Такемичи лишь прикладывал руку к небольшому ограждению, будто хотел провести ей по щеке Санзу и успокоить. В их последнюю встречу Харучиё заплакал: -"Прошу… Я не смогу без тебя. Что мне делать, если ты уйдешь? Мой Король, не оставляй меня, умоляю…" Такемичи тогда лишь сильно закусил губу. Он эгоист, он не думал о том, что подумают и почувствуют другие. Он тысячу раз мысленно извинился перед Санзу и остальными, но не более того. Было больно видеть своих друзей из Тосвы. Было больно видеть Санзу. Было больно представлять, что сейчас чувствуют остальные, вернувшиеся после поездки. Перед казнью ему было дано право в последний раз встретиться с любым человеком, которого он сам выберет. Ханагаки думал очень долго, тщательно продумывая, что он скажет этому человеку перед смертью.