Сладкая кровь

Альбедо

Альбедо нравилась такая твоя беззащитность. Ты часто, едва ли не каждый день, приходила в его лабораторию и наблюдала, как он работает. Разумеется, во всех этих скляночках, мензурках и баночках со странной пузырящейся жидкостью ничего не смыслила, но тебе нравилось. Искоса, надеясь, что он не замечает (он замечал), подсматривать, как тонкие длинные пальцы порхают над колбами. Это завораживало. В такие моменты ты казалась главному алхимику особенно беззащитной. И его взгляд против воли часто съезжал на твою обнаженную шею, где бешено пульсировала жилка. В каждое из таких посещений ты надевала белый халат, соблюдая правила работы в лаборатории, и, по мнению Альбедо, выглядела особенно сексуально. Не отвлекаясь от экспериментов, он исподтишка рассматривал тебя в стандартной одежде и накидке, и мысли утекали в другом направлении. Но Альбедо не был бы собой, позволяй он себе отвлекаться на эмоции. Они лишь раззадоривали и подогревали его аппетит, полностью ему подконтрольные. Когда, завороженная его работой, ты наклонялась вперед и волосы падали на шею, закрывая прекрасный обзор, принц мела почти жалел, что они у тебя такие длинные. С другой стороны, ему нравилось наматывать их на кулак, почти силой склоняя твою голову в сторону и открывая прямой доступ к нежной шее. А она действительно была нежная и чувствительная, он знал. Ведь каждый раз, как закончит работу, он наконец позволял себе утолить вечный голод, особенно усиливавшийся в твоем присутствии. Чаще всего это происходило либо на рабочем столе, что подразумевало последующий абсолютный бардак, либо у алхимического шкафа, к которому он любил тебя прижимать. И каждый раз алхимик использовал стандартную схему, работоспособность которой проверил на многократных опытах. Просил тебя принести тот или иной предмет из шкафа. Или пустую колбу, или щипцы, или маленькое переносное зеркало. Ты тут же подрывалась с места, обрадованная, что хоть чем-то можешь быть полезна, и спешила к алхимическому шкафу, раз за разом попадая в тщательно расставленную ловушку. Крупногабаритный предмет мебели находился в самом углу просторной лаборатории и своими «боками» подпирал стены с двух сторон. Подходя к нему, ты оказывалась в такой же западне, внезапно со спины прижатая крепким телом к стеклянным дверцам. Для равновесия тебе приходилось опираться о поверхность ладонями, буквально распластываясь вертикально. Альбедо убирал твои волосы в сторону, параллельно наслаждаясь их мягкостью и густотой, и склонялся, вдыхая непередаваемый аромат и проводя носом по чувствительной коже. Он знал, что это вызовет неизменную дрожь по телу. А ты знала, что, улавливая твой запах, его ноздри начинали трепетать, ведь не раз уже наблюдала, как это происходит. И потом, после этого своеобразного ритуала, Альбедо наконец позволял себе погрузиться клыками в твою шею, пробуя восхитительную кровь и никогда не имея возможности насытиться ею. Вероятно, даже выпей он тебя досуха, ему все равно окажется мало. Поэтому удовольствие он предпочитал растягивать, смакуя каждый глоток. В процессе «питания» он стаскивал твой халат ниже, открывая полный доступ к шее и плечам, и даже потом, когда посчитает, что на сегодня хватит, не отпускал тебя, предпочитая показному равнодушию легкие поцелуи по всей линии глубокого ворота. И, когда его клыки намеренно задевали кожу, ты вздрагивала и едва сдерживала тихие стоны. А за столом все происходило еще интереснее, но по той же отработанной схеме. Альбедо не был противником каких-либо изменений, но и не стремился что-то менять, если все работало именно так, как он планировал. А ему определенно нравилось, когда его эксперименты оказывались успешными. Он просил тебя принять непосредственное участие в его работе. Подержать что-то, перелить из колбы в колбу, подогреть уже готовый сплав или помыть мензурки. Иными словами – почувствовать себя в роли настоящей ассистентки алхимика. Ты кивала головой, как заведенный болванчик, и спешила исполнять поручения, не обращая внимания, что в такие моменты Альбедо даже забывал о своей работе, пристально наблюдая за каждым твоим движением, за каждым изгибом хрупкого тела. Хотя и стараясь делать вид, что жутко занят. На самом деле все так и обстояло, в его голове были сплошные цифры, расчеты и вычисления, но глаза наслаждались прекрасными видами податливого тела. И в момент, когда ты заканчивала поручение и, довольная, возвращалась к принцу мела, он неожиданно хватал тебя за руку, усаживая к себе на колени, а потом, после пары невесомых поцелуев в районе декольте, заваливал на рабочий стол, подальше от колб, чтобы ничего не разбить, но неизменно поднимая ворох бумаг. И в хороводе кружащихся документов, придавленная его телом, ты выглядела бесподобно. Альбедо захватывал твои губы требовательным поцелуем, коленом раздвигая сжатые бедра и уверенно устраиваясь между ними, заставлял обнимать ногами свой торс и все вернее съезжал с катушек, выплескивая всю ту страстность, что безвыходно копилась в нем во время работы. Он вовсе не был сдержанным, нет. Рядом с тобой алхимик являл собой скорее образец несдержанности и властности. А ты позволяла ему это, извиваясь в сильных руках и прося о большем. Как истинный джентльмен, он всегда прислушивался к твоим словам. Поведение Альбедо никогда не менялось. Он позволял себе иногда даже слишком многое в присутствии тебя, до чего никогда не доходил с Сахарозой. Она была его неофиткой, не так давно обращенной и лишь недавно научившейся контролировать свою жажду крови, но ты – другое дело. Алхимик мог бы подпитаться от протеже, однако сверх этого никогда не распускал руки, воспринимая Сахарозу исключительно как коллегу и ученицу. А ты… кем ты была для него? Сложный вопрос, который Альбедо хотелось расследовать. И каждый раз, когда ты тихо стонала под мягким напором его клыков, лишь убеждался в правильности сделанного выбора. Ты – его долгосрочный проект. И сегодняшний день не стал исключением в размеренном расписании принца мела. Сахароза – совершенно случайно, честно! – разлила на тебя реактивы, благо неопасные для жизни, но одежда была безнадежно испорчена. Пришлось снимать кофту, понимая, что эта красивая вещица сегодня отправится на половые тряпки. С другой стороны, халат защитил юбку (однако и на нем бурые разводы не добавляли оптимизма) и хотя бы ее ты смогла сохранить. Девушка, опасаясь праведного гнева наставника, поспешила скрыться в соседнем помещении, служившем больше подсобным, и вы остались вдвоем. Ты чувствовала себя достаточно неловко в одних поддерживающих грудь лентах, особенно под прожигающим взглядом Альбедо, но старалась держаться расслабленно. Чтобы не думать о том, куда смотрит алхимик, в разрез твоего халата или на творящийся на столе эксперимент, ты ушла к раковине мыть мензурки, не забыв надеть перчатки. Многие реагенты, используемые Альбедо, могли весьма неблагоприятно сказаться на коже, а ему нравились твои нежные руки. Особенно нравилось силой удерживать их, подавляя и доминируя… Закончив с работой, ты сняла перчатки, но не успела развернуться, как принц схватил тебя за запястье, больно заламывая руку и заставляя выгнуться, прижимая бедрами к раковине. Вторая его ладонь, минуя нескромный вырез халата, сжала твою грудь, и ты тихо застонала. Клыки коснулись твоей шеи. От предвкушения, охватившего все тело, ты предательски задрожала. - Ходячее искушение… – прошептал он, вопреки ожидаемому начав покрывать твою шею требовательными поцелуями, оставляя царапинки и остро ощущаемые засосы. - Альбедо… – выдохнула ты, ерзая. Руке было больно, но вкупе с терпким удовольствием, разливающимся по шее, создавался непередаваемый коктейль эмоций. Он настолько поглотил тебя, что ты, не слыша себя, пробормотала: – Пожалуйста… - Скажи это, – потребовал алхимик, не прерывая своей ласки. Его ладонь продолжала ритмично сжимать твою грудь, а пальцы скользили по напряженно торчащему соску, слабо надавливая, и тебя окончательно замкнуло. Прикрыв глаза, ты отдалась во власть страсти, понимая, что голова становится подозрительно пустой и легкой, а все мысли прочно выветриваются из сознания. – Чего ты хочешь? - Тебя… внутри… Не меняя положения (рука у тебя уже начала неметь, но тебе было плевать), Альбедо глубоко укусил прямо в свежий засос, наверняка оставляя синяк, и ты вскрикнула, смутно осознавая, что мужская рука продолжила путь вниз, расстегивая пуговицы одну за одной. Ты еще сильнее выгнулась, упираясь ягодицами в напряженный пах принца, и он зарычал, лишь глубже вонзая в трепетную шею клыки. В голове поплыло. Уровень удовольствия в организме зашкаливал, и ты заерзала, желая большего. Пожалуй, тебе, как и Альбедо, тоже всегда будет мало.