В конце тоннеля

— Линдси, — зовёт ее Тим. От звука его голоса она возвращается если не в реальность, то хотя бы ближе к ней. А реальность — это ремни на щиколотках и запястьях, которые она снова дёргает, убеждаясь, что они не стали менее крепкими. — Линдси, ты меня слышишь? — она слышит и видит, поэтому кивает, чтобы он перестал тревожиться. — Я настоял на том, чтобы они осмотрели дом и участок, — говорит Тим. — Это действительно был он. У него там в подвале… Настоящая камера пыток. Звукоизоляция, тройная дверь. Даже жена, похоже, не подозревала, не говоря о соседях. — Я знаю, — отвечает Линдси и прикрывает глаза. — Зачем ты его убила? Мы могли бы найти любую причину, чтоб задержать его, пока не получим улики… Линдси молчит и на всякий случай снова проверяет ремни. Они всё так же туго затянуты. Тим гладит ее по руке, пытаясь успокоить. — Почему ты мне ничего не сказала? — спрашивает он. — Они нашли наркотики у тебя в квартире. Ты ведь использовала какой-то незаконный способ, чтобы заставить Полин вспомнить, да? Но почему ты ничего не сказала хотя бы мне? — Что с Полин? — спрашивает Линдси. — Она в шоке. Не разговаривает. Но в остальном в порядке. Линдси кивает. По крайней мере, Полин не застряла в тоннеле или не ушла сквозь паутину. — Лин, я постараюсь тебе помочь, — говорит Тим. — Скоро мы вытащим тебя отсюда. Можно сделать так, чтобы с тебя сняли обвинения в похищении. Только убийство подозреваемого при задержании, вот и всё. В полицию ты уже не сможешь вернуться, конечно, но тебя хотя бы не посадят… Линдси закрывает уши — мысленно, но почти так же легко, как она закрывает глаза. Но сбегать ей некуда — повсюду только алое поле. — Тим? — зовёт Линдси и понимает, что прервала его на полуслове. Должно быть, он все ещё пытался ее утешить. — Да? — Тим, придуши меня. — Господи, Линдси! — он отшатывается. — Тим, послушай! — Линдси говорит быстрым шепотом, боясь, что не хватит сил закончить. Шуршание, с которым шевелятся ее пересохшие губы, почти заглушает речь, — Я тебе говорила про свой сон. Тоннель. Я туда возвращалась, и там я забрала себе память Полин. Тим, придуши меня, не до смерти, просто выруби. Мне нужно туда, чтобы освободиться, понимаешь? Тим смотрит на нее с тоской и сомнением. — Пожалуйста, Тим, помоги мне, — просит Линдси, парящая в оковах между алым полем и белым потолком. Тим как будто собирает всю решимость в кулак, прежде чем открыть рот. — Доктор! — зовёт он хрипло и громко. Линдси слышит его предательство, прежде чем вновь закрыть уши.