Ресурс

Оставив Малкольм сидеть на берегу, Мэтт решил поискать О Дэнила — и нашёл его там, где гомонящие и лоснящиеся от пота загонщики рассаживались по каноэ. Миссионер стоял по щиколотку в чайного цвета тёплой воде и наблюдал за своими прихожанами из-под полуопущенных век. Мэтт позвал его по имени, и О Дэнил вздрогнул. — Мне нужна ваша помощь, падре, — сказал Мэтт. — Сейчас как никогда важно донести до них, что они не в безопасности. С провалом этой охоты дело только осложнилось. Если раньше зверь жил здесь, то теперь ушёл и может объявиться где и когда угодно. Он либо бежал глубоко в лес — и тогда, возможно, мы больше о нем не услышим. Либо же двинулся вниз по реке — ближе к поселениям. Вы, кажется, говорили, на реке их восемь? — У вас хорошая память, — невесело улыбнулся О Дэнил. — Да, восемь. — Необходимо ввести режим чрезвычайной ситуации во всех восьми. Никто не должен приближаться к реке даже в черте населённых пунктов. — И как вы это представляете? Мы ведь живём на реке… — Хижины стоят на возвышенности, — заметил Мэтт. — Запретите спускаться ниже уровня зелёной травы. Ваши люди обойдутся без рыбалки и стирки белья какое-то время. Зато никто больше не погибнет. — А питьевая вода? — За ней отправлять отряды не менее десяти вооружённых человек и только в светлое время суток. Комендантский час тоже введите, никто не должен находиться снаружи и в одиночестве после заката. — И долго это продлится? — обречённо спросил миссионер. — Пока мы не поймаем зверя или не убедимся, что он покинул этот район. — А что лично вы собираетесь делать? Ждать, пока зверь сам к вам выйдет? — Будем патрулировать реку. Подтвердите, что вы меня услышали и поговорите с местными, — повторил свою просьбу Мэтт. — Я полагаюсь на ваш авторитет. О Дэнил тяжко, с досадой вздохнул и пошлепал по мелководью к вождю. Вокруг его ног расцветали пятна поднятого со дна жирного ила. Вместе с последними охотниками подтянулся растрепанный взмокший Кэди со свернутой ягуаровой шкурой в руках. По торчащим на краях рулона остаткам мездры и слипшемуся сосульками меху ползало полчище мелких мух, чёрных и блестящих, как крошки каменного угля. Кое-где уже виделись их продолговатые кремово-белые яйца. Кэди сдувал лезущих в лицо насекомых и отфыркивался. — Понятия не имею, что мне теперь с этим делать, — поделился он, демонстрируя шкуру Мэтту. Тот ощутил хорошо знакомый запах крови хищного зверя. — Подари вождю, — посоветовал он. — Это будет хороший дипломатический ход. Кэди совету явно обрадовался: одно дело — памятный клык, а другое — тяжёлая, стоящая колом необработанная шкура, в тропическом климате уже начавшая подтлевать. Дождавшись, когда О Дэнил закончит разговор с вождем, Кэди решительно перехватил шкуру покрепче и отправился навстречу последнему. Языковой барьер не помешал ему — Мэтту показалось, что после совместного танца парень ощутил себя почти членом племени. С поклоном он протянул шкуру вождю. Тот ответно поклонился, взял шкуру и отдал Кэди свое копье. Белый воин повторил церемонию благодарности и — здесь Мэтт подсказал ему жестом, но не был уверен, заметил ли он или догадался сам — той же уверенной поступью отошёл. Вождь, указывая в его сторону, сказал О Дэнилу что-то короткое на своём гортанном наречии; миссионер кивнул. — В лучшем виде! — одобрил Мэтт в ответ на вопросительный взгляд Кэди. Тот разогнал оставшихся мух, обтер руки о траву. — Ты, кажется, много знаешь об их традициях. Откуда? — спросил он. Мэтт пожал плечами. — Доводилось иметь дело с похожими народами. Тапиаре, кабокло — все речные люди потомки тупи. Одна культура. — Ясно, — сказал Кэди, и Мэтт понял, что ничего для него особо не прояснил, перечислив названия народов. — Тупи были самым многочисленным народом Амазонии до прихода конкистадоров. Они полностью соответствовали представлению белых о дикарях — каннибалы и свирепые воины, — рассказал он. — Конкистадоры истребили большую их часть, остальные ассимилировались. Но в традициях почти всех народов на реке — особенно в том, что касается войны и охоты — сохранились отголоски их языка и культуры. Мне приходилось видеть, как сражаются метисы, в венах которых течёт кровь тупи — и я верю всему, что про этот народ рассказывают. На этот раз Кэди задумался, ковыряя песок подаренным копьем. — Кажется, у тебя интересная жизнь, — заметил он наконец.

***

Возвращались — хотя Мэтт неоднократно напомнил о том, что охоту стоит считать безрезультатной и даже провальной — в приподнятом настроении. Даже О Дэнил слегка оттаял, хотя, конечно, от него не укрывались восхищенные взгляды, которые Мэрайя бросала на белого воина в перепачканной кровью рубашке. Выбивалась из общей картины только Малкольм — свесив голову, она безучастно рассматривала воду. — Хорхе, — позвал Мэтт. — Как доберёмся до деревни и отдохнём, возьми пару попутчиков и отправляйся предупредить Альберто. — Альберто улетел ещё вчера, — ответил Хорхе. — Вы не слышали вертолет? Вернётся через пару дней. — Но кто-то там остался из его людей? Их тоже надо предупредить. — Сделаю, — ответил Хорхе. — Жаль, мы уже проплыли просеку, — заметила Мэрайя. — Можно было дойти через лес. — Как это? — удивился Тони, которому знание испанского позволяло участвовать в диалоге. — Альберто же базируется километрах в пятидесяти от деревни О Дэнила. — Это по реке. Она ведь не прямая, — пояснил миссионер.- Много раз изгибается, петляет через лес. По старой просеке километров десять ходу — но это десять километров через настоящую сельву. Альберто давно не пользуется этой дорогой — провальная оказалась идея. Слишком топкая, нестабильная местность, и на месте вырубленных деревьев слишком быстро растут новые. Это можно назвать просекой только по меркам местных — даже я легко там заблужусь. Хотя Хорхе, быть может, и дошёл бы. — В этом нет необходимости, — поспешил заметить Мэтт. — Больше того, ходить сейчас через непролазные джунгли — плохая идея. — Хорошо, — послушно сказала Мэрайя. Похоже, восприняла как упрёк на свой счёт — ведь это она упомянула просеку.

***

— Свободное время до четырёх. Потом отправимся в первый патрульный рейд, — распорядился Мэтт, когда отряд высаживался на берег. — Мэрайя, раз уж ты теперь полноправный участник, твоя задача к четырём приготовить поесть. Что-нибудь сытное, но подходящее, чтобы съесть на ходу и не засиживаться за столом, хорошо? — Да, конечно, — подтвердила девушка. — А пока всем советую поспать, — заключил Мэтт. — Вы можете не ощущать усталости из-за притока адреналина, — он посмотрел на Кэди, дав понять, кого в первую очередь касается сказанное. — Но на самом деле все предельно устали. А мы должны быть полными сил. Мэтт последовал своему совету в первую очередь. Конечно, он предпочёл бы сперва помыться, но душевую снова оккупировала профессор. Пришлось просто выбить штаны от песка о дверной косяк, обтереться полотенцем и наконец рухнуть в гамак — и в глубокий сон. Разбудил его одиночный выстрел, донессшийся с опушки леса. Мэтт спрыгнул на пол, оборвав москитную сетку, выхватил из вороха одежды на полу карабин и побежал на окраину деревни. Доппельмайер выбежал следом, помчался, высоко вскидывая колени, обогнал и затормозил — не успел понять направление. — Туда! — толкнул его Мэтт, сворачивая к стоящей на отшибе, нежилой уже хижине с ввалившейся крышей, похожей на прошлогодний стог сена. Природа уже почти отвоевала это место у человека: подходы к хижине скрывал обильный колючий кустарник, сквозь который пробивался местами подрост крупных деревьев — будущий дождевой лес. Из оконного проёма тянулись обманчиво-тонкие плети фикуса, переплетались и взбирались на конёк крыши. По ту сторону кто-то с треском ломился через кусты. — Кэди! — крикнул Доппельмайер. Его напарник отозвался, но Мэтт не успел разобрать смысл слов. Сам же голос только подогнал — он одним прыжком миновал угол хижины и увидел стоящих на свободном от кустарника тенистом пятачке Мэрайю и Кэди. Аборигенка держала в руках пистолет, но при виде Мэтта отбросила на землю оружие и юркнула Кэди за спину. — Не швыряй так! — рявкнул Мэтт. — Может выстрелить от удара, понимаешь?! И что вообще происходит? — Тренируемся, — нервно ответил Кэди. — Извини, она случайно. Мэтт только сейчас понял, как сильно перепугал этих двоих выпрыгнувший на них полуголый вояка с карабином наперевес. А ещё увидел кривую мишень, нарисованную чем-то белым на стволе дерева напротив хижины. Помеченное дерево было большое и разлапистое, старое — оно пережило и постройку, и разрушение человеческого жилья под своей короной. Пока Мэтт вникал в ситуацию, из зарослей наконец выбрался О Дэнил — сейчас он стоял, согнувшись и упираясь руками в колени, кашлял и отплевывался; профессор, похоже, добралась тем же маршрутом, потому что счищала с волос и одежды листву и какие-то колючие семена. — Кэди, у тебя на радостях совсем мозги отшибло? — поинтересовался Мэтт. — О чем вообще ты думал? — Ну, Мэрайя предложила сходить погулять, и я спросил её, что она будет делать, если зверь нападёт на меня первого, — путано начал излагать Кэди. Мэрайя, неслышно появившись из-за его спины, в подтверждение периодически кивала, тревожно вглядываясь в лица собравшихся — наверное, пыталась определить, насколько серьёзно Кэди могут наказать за проступок. — Она сказала, что будет сражаться, только не знает, как, вот я решил… — Меня не интересует подробный ход твоей мысли, — с раздражением прервал его Мэтт. — Ты отдаёшь себе отчёт в том, что злостно нарушаешь дисциплину? — Даже для тебя это крайний идиотизм, — подхватил Доппельмайер. — У меня чуть инфаркт не случился, когда я услышал выстрел. Думал, на тебя Ресурс напал. Мэтт знаком приказал ему замолчать — успеет ещё высказать другу свои претензии. Сейчас же Мэтт намеревался высказать свои. — Мы все, Кэди, потратили назначенное для отдыха время на беготню по кустам из-за того, что вам двоим захотелось подурачиться. Теперь у нас снижена концентрация внимания и работоспособность. На вечернем рейде мы можем чего-то не заметить, а значит, шансы завершить операцию сегодня снизились. Эта задержка может стоить кому-то жизни, как ты понимаешь. Не говоря уж о том, что в следующий раз, когда тебе понадобится помощь, никто может и не прийти. Ещё одна такая выходка, и я решу, что переоценил тебя. — Не сгущай краски, а? — набычился Кэди. — Да, я сглупил, но это не повод вешать на меня всех собак. — Знаешь стишок, Кэди? — вздохнул Мэтт. — «Враг заходит в город, пленных не щадя, потому что в кузнице не было гвоздя»… — Понял, — ответил Кэди раздражённо. — Попала хоть? — чтобы не завершать разговор на враждебной ноте, спросил Мэтт. — Даже в дерево не попала, — опуская глаза, призналась Мэрайя. — В первый раз ни у кого не выходит, — поспешил ободрить её Кэди. — Когда поймаем зверя, еще потренеруешься. — Может, с инъектором дело пойдёт лучше? — неожиданно предложила профессор, отвлекшись от выщипывания колючек. — По крайней мере, никого пугать своими учениями не будете. Мэтт, можно? — Валяйте, — охотник пожал плечами. — Смотри только, чтоб весь транквилизатор не ушёл в местные деревья к моменту, как он нам понадобится. — Можно пользоваться пустой ампулой, — развеяла Малкольм его опасения. — Только мишень из чего помягче сделайте, чтоб не разбить. Она подозвала Мэрайю. Девушка живо подошла и взялась изучать предложенное оружие, косясь на хранящего гробовое молчание миссионера. Мэтта, признаться, удивляло, что О Дэнил не попытался внести свою лепту в порицание Кэди. Хотя, учитывая, что лёгкие явно были слабым местом миссионера, после недавней пробежки он мог быть просто физически не способен. Зато Малкольм, похоже, чувствовала себя значительно лучше, чем по возвращении в лагерь. — Он, правда, не дальнобойный, но тебе дальнобойность и ни к чему пока, — объясняла она, демонстрируя процесс перезарядки. — Опять же, если случайно попадёшь в кого-то, ничего страшного не случится — человек, у которого нет проблем с сердечно-сосудистой, придёт в себя без посторонней помощи через пару часов. — Там такая небольшая доза? — удивился Мэтт. — Да. У Ресурса стандартная восприимчивость, как у человека, и масса тела небольшая. Это при условии, что препарат вообще работает. — Ну, сама-то ты, похоже, вполне на него полагаешься, — заметил охотник. — Ты ведь сюда бежала с этой штукой явно не затем, чтоб вручить её Мэрайе. — У меня и детонатор с собой, — профессор продемонстрировала указанный предмет и снова спрятала в карман брюк. Мэтт одобрительно кивнул, пошёл было к О Дэнилу, но ощутил, как взгляд Малкольм буквально прилип к его коже, и невольно поморщился от вновь накатившего раздражения. — Осколочное ранение, — пояснил, не оборачиваясь. Сомнений в том, что именно привлекло внимание профессора, у него не было. — Хорошая работа, — похвалила та своего неизвестного коллегу. — Насколько я могу судить, тебе ведь едва ногу не оторвало, а сейчас абсолютно нормальная подвижность конечности. — Полевая хирургия творит чудеса, — Мэтт пожал плечами и повернул в деревню, решив отложить все разговоры до того момента, как натянет штаны. Демонстрировать шрамы он не любил — особенно этот, полученный по глупости и едва не сделавший его инвалидом.