Ресурс

О Дэнил встретил их на пристани. Мэрайя бросилась к нему, едва лодка стукнула о понтон, и принялась быстро и путано говорить. — Мне уже сообщили, — мрачно остановил ее священник, — можешь ничего не говорить, дитя моё. Девушка уткнулась лицом в его грудь и наконец расплакалась. Обнимая её дрожащие плечи и утешающе гладя по чёрным густым волосам, священник устремил тяжёлый взгляд на Мэтта и Кэди. — Зачем вы позволили взять её с собой? — Простите, — с сожалением сказал Мэтт. — Это правда было ошибкой. — А моей ошибкой было отправить Мэрайю помогать вам, — продолжая сверлить взглядом Кэди, ответил О Дэнил. — Завтра мы устроим облаву, — сообщил Мэтт. — Если жители вашей деревни присоединятся — наши шансы возрастут. Что скажете? — Я объявлю им завтра утром. Сейчас ночь, и люди спят. — А что вы думаете об этом? — Малкольм сунула миссионеру под нос мутный от разводов экран телефона. — Раны у первого трупа были такими же? О Дэнил, не моргая, уставился на фото. — Обратите внимание на следы когтей, — продолжила профессор, перелистывая файлы. — Вам доводилось видеть подобное? — Нет! — вдруг рявкнул священник, так что Мэрайя испуганно отпрянула, а профессор живо отдернула телефон (опасаясь, видимо, за его сохранность). И да, Мэтт готов был поставить очередные сто баксов на то, что священнику хотелось разбить или швырнуть в реку испачканный илом и кровью гаджет. — Я не видел подобного! Никогда до того, пока вы не решили поиграть в создателей и не выпустили свое творение в эту реку! — О Дэнил выплевывал каждое слово в лицо Малкольм. — Но я боюсь, увижу ещё не раз, ведь вы не спешите ничего предпринять. Я полагал, теперь, когда вы своими глазами увидели последствия, вы раскаетесь во вмешательства в планы Творца. Но я не вижу в вас ни капли сожаления! О Дэнил захлопнул рот — ему не хватало воздуха, мясистые щеки покрылись пятнами. — Теперь я понял, — закончил он, отдышавшись. — Вы приехали вовсе не затем, чтобы остановить свое создание. Вы проверяете его способности убийцы, а мои люди — всего лишь подопытные крысы для вас, верно? — Да как вы смеете?! — не выдержал Тони, выскакивая из лодки. — Тони, помолчи, — оборвала Малкольм, не оборачиваясь в его сторону. — Этот человек фанатик. Он сейчас слышит только себя. — Ни один хри… — О Денил подавился словом под презрительным взглядом профессора. — Вообще ни один нормальный человек не может спокойно смотреть на такое. А вы делаете фотографии и обсуждаете, как ни в чем не бывало. Вы привыкли к растерзанным трупам. Это то, на что вы приехали здесь смотреть. Малкольм стояла, выпрямившись, и выслушивала обвинения с сардонической улыбкой, обеими руками держа телефон. — Я полагала, вы врач. Видела в вас коллегу, — сделав упор на прошедшее время, сказала она наконец и, развернувшись к миссионеру спиной, пошла к хижине. — Вы не похожи на гуманистку, которой себя выставляете! — крикнул О Дэнил ей вслед. — Я не верю, что вы посвятили свою жизнь спасению людей! — Остыньте, падре, — вмешался Мэтт. — Нам всем нужно поспать. Не больше трех часов осталось, а завтрашний день обещает быть тяжёлым. О Дэнил не ответил. Последним уходя с берега, Мэтт видел его стоящим на понтоне. Фигура миссионера известняковым утесом выступала из сумрака. Мэрайя все ещё жалась к нему.

***

Мэтт лёг в гамак, прислушиваясь к тому, как в тростниковой душевой за кустами журчит водой и плещется профессор Малкольм. Сон не шёл, несмотря на сильную усталость. Мэтт вышел — хотя сквозь щели в стенах хижины воздух поступал свободно, снаружи будто бы дышалось легче. Он не удивился, увидев, что ещё двое последовали за ним. — Мы хотели спросить твоё мнение, — вполголоса сказал Доппельмайер. Кэди молча энергично покивал. — Вдруг священник прав? Мы не хотели бы в таком участвовать. — Естественно, не хотели бы, — вздохнул Мэтт. — Не только из-за Мэрайи, — на всякий случай уточнил Кэди. — Я знаю. Вопрос сложный, ситуация неясная. Но в одном можете быть спокойны — даже если это испытание биологического оружия, вы в этом не участвуете. — То есть? — Для чего вас нанял КМТТ? — Обеспечение безопасности участников экспедиции, огневая поддержка при поимке объекта поиска, — отрапортовал Доппельмайер. — Вот этим и занимайтесь. Ещё защищайте местных по возможности. А вопросами начать задаваться стоит, когда — или если — поступит противоречащий этому приказ. Они постояли, молчаливо соглашаясь со сказанным. — А вдруг мы — следующий уровень сложности в обучении этого их Ресурса? — вдруг выдал Доппельмайер беспокоившую его мысль. — Сейчас его учат убивать беззащитных, а потом — вооружённых и подготовленных. — Блин, — шёпотом произнёс Кэди. Похоже, своими подозрениями Доппельмайер с ним раньше не делился. Мэтт поморщился. — Вот что я скажу: это не исключено. Но вы должны понимать: все, на чем основаны ваши подозрения, это слова О Дэнила. Он не доверяет людям и боится их; и это не удивительно, учитывая, что он предпочёл сбежать из цивилизованного мира в эту глушь. Что-то страшное произошло в его жизни, я уверен. Падре явный параноик. Когда он услышал, что ты ушёл вместе с Мэрайей в первый вечер, отреагировал так, словно подумал, что ты уже насилуешь её в ближайших кустах. — Чё?! — взвился Кэди, сжимая увесистые кулаки. — Что он сказал?! — Было такое, — подтвердил Доппельмайер. — Подорвался, чуть стол не опрокинул. — Почувствуй себя на месте Малкольм, — подытожил Мэтт. — Нравится? Кэди молчал, сверкая глазами. — Идите спать, ребята, — устало сказал Мэтт. — Не накручивайте себя.

***

Когда рассвет окрасил туман в нежно-розовый, превратив его в безвкусную холодящую сахарную вату, они уже шли по реке. Четыре каноэ вышло из деревни О Дэнила, ещё шесть заполняли соплеменники погибших. У зловещей отмели — сейчас она была пуста, только взрытый будто колёсами внедорожника ил да клочья брезента напоминали о трагедии — Мэтт остановился и озвучил план действий. — Две лодки останутся на воде. Одна у берега центрального русла, другая — внутри, посредине протоки. В этих лодках будут сидеть стрелки и наблюдатели. Часть загонщиков высадится не доходя до протоки и пойдёт по направлению к устью. Другая часть пройдет на лодках так далеко вниз по течению, как сможет, высадится на берег и двинется навстречу первой группе. Ваша задача — тихо зайти в лес метров на пятьсот вглубь, а потом идти по направлению к берегу, шуметь и держаться одной линией. Ни в коем случае не упускайте из вида обоих соседей. И проверяйте любые норы, заросли, овраги — зверь может залечь. — А это не опасно, лезть в его укрытие? — встрял Доппельмайер. — Опасно, — ответил Мэтт. — Но я думаю, он предпочтет бежать, а не нападать. Людей слишком много. И тогда он выбежит к воде — судя по всему, он перемещается в основном по реке, а в лесу только прячется. И здесь его встретим мы. Охотники, идущие в протоку, по пути должны держаться противоположного берега — того, где глубокая вода, и осматривать его. Возможно, зверь сделал нору в корнях деревьев. Высадив первую партию загонщиков, Мэтт перегруппировал состав — На большой воде останутся Кэди и Доппельмайер, с ними — Малкольм и Мэрайя как наблюдатели и О Дэнил за лодочника. В протоку идём я как стрелок, Тони и вождь за наблюдателей, везёт нас Хорхе. — Почему такой состав? — уточнил Тони. — Мне в протоке нужна тишина, а вы, ребята, самые неразговорчивые, — отшутился Мэтт и зевнул. Лодка почти бесшумно скользнула в протоку — Хорхе действительно умел грести неслышно. — Здесь, — приказал Мэтт, когда отмель, предварявшая устье, казалось на предельном расстоянии выстрела. Набитые загонщиками лодки, почти черпая бортами воду, обогнали их. Индейцы в них стояли, вытянувшись, и держась за деревянные копья, как часовые на посту. Молчаливые и сосредоточенные лица некоторых были запятнаны узором из белой краски. Мэтт в бинокль осмотрел противоположный берег — размываемый течением и потому обрывистый. Корни и ветви деревьев, покрытые высохшей тиной, нависали над ним, мешая обзору. Приходилось надеяться на острый глаз местных охотников. Скоро лес вдалеке загудел от голосов загонщиков и глухих ударов палками о стволы деревьев. Над кронами вились облаком дыма растревоженные птицы — казалось, лес охватил пожар. Потянулось ожидание; солнце уже вовсю жгло, и глаза начинали слезиться, стоило опустить взгляд на бликующую, как осколки зеркала, воду. Мэтт вглядывался в кромку зелени, и та шла волнами, рябила, как поверхность закипающего супа. Вдруг он уловил резкое, направленное движение тёмного пятна в зарослях, прицелился на опережение и тут же опустил карабин. На берег вылетела мохнатая лесная свинья-пекари, пометалась в стороны и наконец поплыла прочь. Её короткая шея не позвола поднять голову так, как сделала бы собака, и пятак захлестывало водой. Мэтт выпустил свинью из виду раньше, чем она добралась до противоположного берега, но слышал звук осыпающихся комьев земли, когда она взбиралась вверх по склону где-то за его спиной. Мэтт сосредоточился: свинья была первой ласточкой среди бегущих от загонщиков обитателей леса. Не считая скрежещуще орущих попугаев да какой-то неразличимой глазом мелочи с зайца размером, шлепавшейся из прибрежной травы в воду, никто не появлялся. Скоро в зелёном мареве мелькнуло бронзовое пятно — показался первый загонщик, затем ещё. Шли они хорошо — под углом к реке, сгоняя зверя вниз по течению и из хлипкой топи в конце протоки, и из леса вышее её. И все же никого не подняли. Вот на берегу напротив лодки остановился первый охотник, отряхиваясь от листвы и насекомых, рядом присел зачерпнуть пригоршню из реки второй. Люди посыпались к воде — загонная охота в сомкнутых джунглях была тяжёлым и изнуряющим делом, и сейчас их мучала жажда. В повороте показались люди из второго отряда. Вдруг Мэтт увидел — вскользь, ведь он уже разуверился в успехе кампании и позволил себе наконец проморгаться — движение на берегу. Словно по песку скользила тень от листьев невидимого дерева. — Онса! — воскликнул вождь, но Мэтт уже и сам понял, что видит. Ягуар, до последнего прятавшийся в прибрежной траве, сейчас решился бежать. От крика вождя охотники засуетились, ощетинились копьями, бросились в направлении зверя, спугнув его теперь уже на идущую со стороны большой реки группу. В воцарившемся хаосе Мэтт уже не мог стрелять. Люди отрезали зверя теперь уже и от потоки, закрыв своими спинами, оттесняя на загонщиков с большой реки, а те зверя не видели. — Греби! — крикнул Мэтт Хорхе, проклиная момент, когда решил сменить моторку на каноэ из-за бесшумности последнего. Лодка резко развернулось. — Разойдитесь! На берегу, разрывайте цепь! Донесшийся с реки звук подстегнул ягуара — сейчас, когда все пути к отступлению были перекрыты, зверь решил прорываться боем. Мэтт видел, как он прыгнул — а потом над рекой раздались, сливаясь в единый грохот, несколько выстрелов, и ягуар упал в полуметре от выставившего копье в попытке защититься индейца. Хорхе быстро подгреб к отмели, едва не столкнувшись носом с лодкой О Дэнила. Сидящая на дне дезориентированная Малкольм зажимала ладонью левое ухо, Кэди с пистолетом в руках стоял над ней. Похоже, стрелять ему пришлось прямо через плечо профессора, и ту оглушило. Ягуар лежал, вытянувшись на рыжем речном песке, залитом кровью. Одна пуля размозжила ему основание черепа, другая пробила бок чуть за последним ребром, и, судя по цвету и количеству крови, разорвала печень. — Сколько раз ты стрелял? — Два, — чуть ошарашенно ответил Кэди. — Оба раза попал, оба — смертельные, — хмыкнул Мэтт. — Если бы я не видел своими глазами, не поверил бы. Где ты научился так стрелять? Охотишься?  — Нет, — Кэди покачал головой. На его лице неуверенно начала поступать довольная улыбка. — Просто люблю стрелять. Соревнования выигрывал. — Он чемпион штата, — пояснил Доппельмайер. Мэтт носком ботинка надавил на переднюю лапу зверя — показались массивные когти — и прочертил ими короткую линию. Впечатал верхнюю челюсть зверя в песок, замерил пальцами, затем проделал то же самое с нижней. Профессор, уже отошедшая от шока, внимательно наблюдала за его действиями. — Совсем другие, — подытожил он. Женщина согласно кивнула и поморщилась. «Возможно, барабанная перепонка лопнула, надо будет посмотреть в лагере» — отметил Мэтт. Он опустился на колени, ножом выколупал из десны ягуара жёлтый тупой клык толщиной в палец, обтер его об штаны и перевязал посередине шнурком, с которого снял наконец собственный жетон. — Держи, парень, — протянул клык Кэди. Тот рассматривал трофей, не решаясь взять, и Мэтт похлопал его по плечу. — Заслужил. Местные, давно уже столпившись вокруг, зачарованно наблюдали, угадав в действиях Мэтта некий ритуал белых людей. Когда Кэди надел клык на шею, безмолвная толпа вдруг разразилась восторженными криками и улюлюканьем. Кэди вдруг оказался в центре ровного круга стоящих боком к нему туземцев. Вождь деревни ухнул, всадил в песок копье и звонко хлопнул ладонью по лопатке впереди стоящего. Тот подпрыгнул и тоже хлопнул впереди стоящего. По кольцу людей покатилась волна нарастающая волна прыжков и хлопков. Когда круг замкнулся, вновь дойдя до вождя, тот боком подпрыгнул к Кэди, задев его плечом. Танец превратился в подобие слэма на рок-концерте. Пошатываясь, Малкольм отошла к лодке и наклонилась, опираясь руками на нос. — Ты в порядке? — спросил её Мэтт, коснувшись плеча. Малкольм не обернулась - словно специально прятала лицо - но Мэтт различил слезящиеся глаза. — Это редкое животное, — ответила профессор, вложив в короткую фразу и все разочарование, и отвращение к дикарскому поведению. К дикарскому поведению Мэтта особенно, как ему показалось. — Бывает, — сказал он. — Побочный ущерб, как говорят военные. Радуйтесь, что никто из людей не пострадал. — Надо не тратить время на беспричинную радость, а продолжать поиски, пока нет новых жертв, — профессор утерлась рукавом очередной белоснежной рубашки («И сколько она их с собой взяла?» — подивился охотник). Выпрямилась. — Уже не сегодня, — Мэтт сел на песок и выбил из пачки сигарету, протянул Малкольм. — Зверь, если был здесь, уже ушёл, и невозможно предположить, куда именно. Зря потратим время. И люди уже не настроены на охоту. — Что вообще они празднуют? Ты ведь сказал им, что это не наш зверь. Сказал же? — Им не важно. Как тебе объяснить? — Мэтт затянулся, выдохнул дым и посмотрел сквозь сизое облачко на танцующих. Понял, что самому себе-то чётко объяснить не может. — Охота в их понимании успешная. Они не воспринимают это как войну против конкретного врага, так скажем. — Глупо, — фыркнула профессор и снова прижал ладонь к уху. — И странно. — Другой менталитет, — шаблонно ответил Мэтт, просто чтобы не спорить.