Однажды в Сербии. Часть 1. Слёзы

Трансгрессировав домой, Лиза ужаснулась представшему её взору зрелищу. Улица, на которой она жила среди магглов, даже не подозревавших, что их соседка — волшебница, теперь напоминала кромешный ад. Половина домов превратилась в пылающие развалины, в остальных были выбиты окна, а стены повреждены осколками. Мимо неё с криками бегали люди, пытавшиеся спасти своё имущество. И только её домик, защищённый чарами, стоял целый и невредимый, как некое чудо среди смерти и хаоса. Ни один маггловский снаряд, мина или ракета не могли нанести ему существенный урон, все они пролетали мимо или рикошетили от защитного поля благодаря магии. Какая-то женщина, упав на колени, голосила над убитым мужчиной, а рядом с ней стояла и плакала маленькая девочка с золотистыми волосами. Повинуясь своему долгу медика и клятве Гиппократа, девушка пошла оказывать помощь тем, кому она была нужна. Благо при ней, уменьшенная до крохотных размеров, всегда находилась аптечка с обычными лекарствами, перевязочными материалами и волшебными снадобьями, мазями и настойками, которые девушка сама умела готовить у себя на кухне, частично превращенной в лабораторию зельеварения. Лишь поздно вечером, сильно уставшая, Лиза вошла в свой дом. Антонин сидел в кресле, держа в руке банку с пивом и уставившись в телевизор с плоским экраном, на котором диктор в нелепом пиджаке с галстуком и в огромных роговых очках заикающимся голосом зачитывал с бумажки сводку новостей, включая недавний обстрел. Когда девушка оказалась рядом с Долоховым, мужчина, даже не повернувшись к ней, недовольно проворчал: — Где ты шлялась столько времени? На часы хотя бы смотрела? Лиза сжала губки, а потом тихо произнесла: — Ты ведь сам слышал, что тут произошло. Я помогала раненым… Антонин со злостью швырнул в мусорное ведро смятую жестяную банку, после чего лишь соизволил обернуться к девушке. Его небритое перекошенное лицо, и без того страшное, исказила свирепая гримаса. — А тебе что до этого? Твой дом не пострадал. Магглы… — Это слово мужчина произнес с нескрываемым отвращением, — сами во всём виноваты! Какое дело нам, волшебникам, до их проблем? — У нас, — Лиза пыталась говорить как можно спокойнее, — обычные люди и маги уже много веков живут вместе как добрые соседи, помогают друг другу, чем могут. Наше Министерство магии отменило статут секретности почти сто лет назад… — Девушка поняла, что сболтнула лишнее, но сказав «А», надо было говорить и «Б»: — …когда в Европе началась большая война. Долохов злорадно ухмыльнулся: — Вот видишь, — его голос стал мягче, — магглы постоянно воюют друг с другом. Такова их природа. Они не могут между собой договориться, чтобы жить в мире и согласии. Поэтому мы, маги, должны ими править, а они нам подчиняться… — Но ведь в твоей стране, Великобритании, тоже идет война — между магами! — не выдержала высокомерного тона Долохова Лиза. — Чем вы лучше простых людей, когда убиваете себе подобных? Ты ведь тоже солдат своего Темного Лорда, тоже убивал и пытал по его приказу! Не зря ведь тебя прозвали Карателем… Ну скажи, что это не так! Антонин пристально посмотрел на девушку, которая осмелилась бросить ему такие обвинения. Глаза его вспыхнули синими огоньками, что не предвещало для Лизы ничего хорошего. Но девушке, уставшей физически и вымотанной морально, стало как-то всё равно. Она обессиленно рухнула в другое кресло, напротив Долохова, и облокотилась на его мягкую спинку. Антонин, выждав паузу и умерив закипавший в нём гнев, ответил: — Ты ничего не понимаешь. Наша война — за чистоту волшебной крови! Чтобы никакие выскочки, грязнокровки не смели равняться и смешиваться с нами, чистокровными магами. Ты ведь чистокровная? — обратился он к Лизе. — Не ври, что не знаешь. Я видел у тебя на стене, в рамке, старинное генеалогическое древо, где есть и твоё имя. — Моя мама — волшебница, — глядя на мужчину, сказала Лиза, — а папа — обычный человек, который бросил нас, когда я была совсем маленькая. Долохов недовольно нахмурился. «Полукровка, значит», — подумал он, а потом сам себя и успокоил: «Это всё же лучше, чем магглорожденная! Вот Северус Снейп, его друг, зельевар и Пожиратель Смерти, такого же происхождения, как и эта девчонка. Но Хозяин ценит его. И даже сам…» — тут Антонин мысленно осекся: о Темном Лорде, чей отец тоже был магглом, а мать — наследницей самого Салазара Слизерина, Каратель даже думать непочтительно не смел! Лиза заметила, что Долохов как-то странно умолк, словно борясь с собственными мыслями. Чтобы разрядить обстановку, девушка спросила его: — Ужинать будешь? Антонин криво улыбнулся: — У тебя в холодильнике — мышь повесилась! — и расхохотался, словно это было так смешно. Лиза обиженно посмотрела на него. — Я схожу в магазин, что-то куплю… Долохов перестал смеяться. — Если бы я ждал тебя и ничего не ел, то остался бы голодным! Пошли на кухню. Он встал с места и поднял девушку за руку, довольно фамильярно и резко, так что она едва не вскрикнула от боли, но стерпела и пошла вслед за ним. На кухонном столе были разложены всевозможные продукты: мясные консервы, банки с маринованными овощами, крупы в пластиковых упаковках, разодранная палета с пивом в жестяных банках — точно такое Антонин пил, сидя перед телевизором, — ещё одна палета со сладкой водой в пластмассовых бутылках, большая картонная коробка с шоколадными конфетами, а в довершение ко всему — курица-гриль в фольге и торт с белым кремом в прозрачном пластике. У Лизы округлились глаза от удивления. — Откуда всё это? Долохов криво ухмыльнулся. — Из вашего… супермаркета, — он смешно выговорил это слово. — Ты украл их? — Девушка недовольно покосилась на продуктовые сокровища. Антонин пожал плечами: — А что было делать? Когда ваши магглы стали метать друг в друга свои смертоносные подарки, — в его голосе звучал едкий сарказм, — я вышел во двор, чтобы посмотреть. Тот магазин уже полыхал, как стог сена, продавцы и клиенты из него разбежались кто куда. Я немного применил магию, проник внутрь и вынес то, что удалось спасти из огня. Эти съестные припасы всё равно бы пропали под горящими обломками, а так у нас есть что кушать. Твоё дело — приготовить из них что-нибудь вкусное. Лиза вынуждена была признать, что Пожиратель Смерти проявил в данной ситуации смекалку. Пусть это, по сути, и была кража. — Тебя хоть никто не заметил? — на всякий случай спросила девушка. Долохов опять рассмеялся и ответил с нескрываемым презрением к обычным людям: — Нет, этим глупым магглам было не до меня, они разбегались во все стороны, как крысы. К тому же я замаскировался с помощью чар невидимости. Их хватило, чтобы я сумел переправить то, что ты видишь, сюда, в дом. А потом крыша и стены супермаркета обвалились, я еле унёс ноги из этого пекла.