Кукушата

Слёзы высохли, и вместе с этим подернулась тонкой пленкой пробоина в Славкиной броне. Матвей решил, что оно и к лучшему: Славке быть уязвимой ни к чему, заветрится, огрубеет изнутри. Лучше так. Уходить Славка не спешила. Свернулась клубком на диване, замотавшись в плед, и уткнулась в телефон. Матвей прилег рядом, понимая, что на всю ночь в такой тесноте не уснет, но не выгонять же теперь Славку. Сама уйдет, когда подзарядится. И хорошо, что сюда пришла, пусть хоть до утра сидит. Тишину всё же хотелось нарушить, и Матвей попросил: — Слав, убери челку с глаз, а то окосеешь. Глаза разучатся фокусироваться. — Фил всегда так ходит, — проворчала Славка. — Гошка Филин? — переспросил Матвей. — Который слепой на один глаз? Славка сконфуженно умолкла. Матвей протянул руку и сам осторожно убрал ее челку. Славка резко вынырнула из телефона, подняла на Матвея глаза и спросила: — Где мы теперь будем жить? — Не знаю, — честно ответил Матвей. — Посмотрим что-нибудь подальше или подороже. — У нас денег нет. — Значит, возьму кредит и подработку. — Будешь сам себе писать курсовые? Матвей устало улыбнулся и пожал плечами: — Ну а что. Слав, раз уж у нас вечер откровений, можно вопрос? Славка глянула настороженно, но всё же буркнула: — Угу. — Что у вас там случилось вчера? — спросил Матвей и тут же пообещал: — Ругать не буду. Славка пренебрежительно фыркнула, заставив Матвея пожалеть об этом уточнении. Будто в трусости ее обвинил. — Ну, они пристали, а этот… — Славка мотнула головой в сторону кладовки. — Влез защищать, будто его просили. — Это я уже понял. Почему они пристали? И что за они? Славка надулась и промолчала. — Слав, я могу как-то помочь? — Нет. — Они из твоей школы? Славка помолчала, потом нехотя ответила: — Не все. Матвей задумчиво кивнул: — Ладно. Может, станет лучше, когда переедем. — Я школу менять не буду! — вскинулась Славка. — Посмотрим, как получится. Матвей устало потеребил бороду. Надо найти недорогое жилье, в которое пустят одинокого отца с шестью детьми, четырьмя крысами и одним хомяком. И желательно в этом районе, чтобы можно было без проблем добираться до художки, бассейна, волейбольной секции, школы, садика и университета. И до сорок восьмой школы еще, если уж исполнять все пожелания. Матвей представил, как по утрам развозит детей по садику и двум разным школам, а потом мчится на пару, и скривился. Если позволить Илье выбирать, есть риск, что и остальные тоже захотят. И как тогда быть? Не говоря уже о том, что жить им наверняка придется в трущобах. Телефон резко завибрировал и поехал к краю журнального столика. Матвей едва успел его поймать. — Алло? — Матюш, вот что, — деловито сказала Бэлла Александровна. — Будете жить у меня на даче. Условия там есть, автобус близко. — Подождите, — попросил Матвей. — В смысле? — Ну, не на улицу же вам идти, — продолжала Бэлла Александровна. — Я оформлю дарственную на Славу и Федю. Матвей поморщился и чуть было не сказал, что внуков у Бэллы Александровны пятеро, а не двое, но вовремя прикусил язык и кивнул: — Спасибо. Бэлла Александровна, только у нас же крысы… И хомяк еще. Ничего?