Кукушата

Федька сидел на скамейке, положив подбородок на выдвинутую ручку чемодана и разглядывая копошащихся в мусоре галок, и Матвей вздохнул. Вот вроде бы и легко с ним путешествовать, но и сложно в то же время: не нужно постоянно контролировать и следить, слишком много времени остается на мысли о том, как там дома. Тревога усилилась, отчаянно захотелось позвонить Руслану и спросить, всё ли в порядке, и Матвей достал из кармана список, чтобы отвлечься. Желания были не слишком невыполнимыми: набор пастели для Данилки, кафф с драконом для Славки, рюкзак с трансформерами для Ильи. Вот с хомячьим женихом и фоткой кота придется повозиться, это Матвей очень хорошо понимал. — Федь! — А? — Как думаешь, в качестве мужа для Иисуса Кен сойдет? — спросил Матвей и нервно кашлянул, поймав на себе взгляд какой-то тетки. Федька пожал плечами и снова углубился в созерцание вокзала. — Ты там определись со своим желанием, тебе же тоже что-нибудь купим, — сказал Матвей, почему-то чувствуя себя очень глупо. — Угу. Матвей побродил взглядом по информационным табло, попытался отвлечься на тех же галок, но мысли постоянно возвращались к дому. А вдруг Руслана никто не слушается? А вдруг снова случится какая-нибудь ерунда с краном или проводкой? А вдруг Славка удрала? — У нас еще пятнадцать минут, пошли купим что-нибудь в дорогу, — сказал Матвей и решительно поднялся. Ассортимента вокзального магазинчика хватило на то, чтобы убить десять минут из пятнадцати. Матвей накупил пирожков с вишней, ватрушек, бубликов и конфет, полистал убогие детективчики и сканворды, порылся в залежах дешевых кукол, плюшевых игрушек и машинок, неожиданно наткнулся на большой набор цветных мелков в ведерке. Федька посмотрел на мелки с недоумением, и Матвей пояснил: — Даниле. — Это разве пастель? — спросил Федька. — Это одно и то же, — ответил Матвей. На самом деле он не был в этом уверен, но догадывался, что всё дело в маркетинге. Если назвать мел художественной пастелью, его можно продать повыгоднее. Это как всякие капкейки и маффины, которые почему-то намного дороже простых и понятных кексов. — А вдруг нет? — нерешительно сказал Федька. — Да ладно, сто пятьдесят рублей, — отмахнулся Матвей, решив, что погуглит, как только они сядут в поезд. — Тебе что-нибудь взять? Федька после некоторых колебаний взял с полки противно хлюпающий антистрессовый банан, набитый разноцветными шариками, и Матвей благоразумно промолчал. Конечно, штука бесполезная, но разве йо-йо и лизуны, которыми он сам увлекался в детстве, лучше? Когда они наконец сели в поезд, Федька прилип носом к окну, тиская банан. Матвей вынул телефон, вбил запрос и торжествующе изрек: — Я был прав. — А? — без интереса спросил Федька. — Разницы между мелом и пастелью почти нет, вон тут пишут. А набор пастели знаешь сколько стоит? — Матвей выдержал торжественную паузу и объявил: — Сорок шесть с половиной тысяч рублей! Федька недоверчиво нахмурился, и Матвей предъявил ему доказательство: страницу из каталога. — Тут сто цветов, — неуверенно сказал Федька. — А тут, — сказал Матвей, кивая на ведерко, — по весу больше. А цвета хороший художник и сам смешает. — Угу, — откликнулся Федька и снова отвернулся к окну. Матвей вздохнул. Он, конечно, не рассчитывал, что растормошить Федьку будет легко, но не настолько же! Они путешествуют только вдвоем, Матвей купил этот несчастный банан… Что еще нужно сделать, чтобы всё стало по-прежнему? Матвей задумчиво побарабанил пальцами по сиденью и предложил: — Будешь пирожок?