Кукушата

После долгого, изнуряющего разговора с Русланом и зареванными мелкими Матвей поймал на себе полный тихой ярости взгляд проснувшегося велосипедиста и вздохнул: — Пошли, Федь… Энтузиазма Федька не проявил, поэтому Матвей повел его не к фонтанам, а к Савельевым. Всё равно пункты списка надо выполнять, так почему бы и не разделаться с этим поскорее. Савельевы, что удивительно, к визиту отнеслись философски. Похожий на скумбрию мужик с реденькими усами открыл дверь оперативно, будто только и ждал звонка. Посмотрел на посетителей без удивления и интереса, почесал коленку сквозь обвислые треники и крикнул вглубь квартиры: — Тонь, за котом пришли! После этого он пропустил Матвея и Федьку в прихожую, а сам удалился, шаркая клетчатыми тапками. В квартире отчетливо пахло тараканами и котами, а еще почему-то детским садиком. Обои на стенах кое-где отставали, а кое-где свисали клочьями. Матвей хотел было предположить, что это постаралось младшее поколение Савельевых, но тут в прихожую деловой походкой вышел полосатый кот. Он оглядел гостей брезгливым взглядом, встал на задние лапы, прогнул спину и принялся обдирать и без того печальные обои. — Матроскин? — позвал Матвей, вынимая телефон. — Беня, кыш! Матвей с Федькой синхронно вздрогнули и обернулись на обладательницу хорошо поставленного голоса, а та уже подхватила их под руки и увела в комнату, приговаривая: — Проходите, можно в обуви, у нас не прибрано. Чувствуете, как наполнитель хрустит? Под ногами действительно отчетливо похрустывало. Хорошо, что хоть не разувались! — Мы вообще-то… — начал было Матвей. Женщина, которую, вероятно, звали Тоней, уверенно подошла к стоявшей на кресле коробке, вытащила за шкирку дымчатого котенка и сунула его прямо под нос Федьке: — Вон какой бутуз! Это мальчик, вам мальчика? Девочки все черные уродились, а мальчики вон какие, а? — Погодите, — прервал ее Матвей, — мы вообще-то… — А, вам хомячка? Это у сына! — Тоня вернула котенка в коробку и потащила было гостей в смежную комнату, но Матвей решительно ее остановил: — Спасибо, хомяка не надо! — У нас уже есть несколько, — добавил Федька. — Нам бы Матроскина, — сказал Матвей. — Мы к нему в гости. — К коту? — переспросила Тоня. — Ну, вроде того, — сконфуженно кивнул Матвей. — Мы от Руслана. — Ой, так вы его папа? — просияла Тоня и крепко ухватила Матвея за локоть своими мощными ручищами. — Ну наконец-то! Пойдемте на кухню, чаю попьем с вафлями. Хороший мальчик ваш Руслан, добрая душа, я как-то раз зимой… — Так что Матроскин? Он дома? — нетерпеливо спросил Матвей, чувствуя, что вот-вот задохнется от избыточного и непонятного Тониного радушия. — Ой, Матроскин… — Тоня вздохнула, утерла красное лицо. — Понимаете, какое дело… Матвей помрачнел. Разумеется, треклятый кот либо от старости помер, либо выпал из окна, либо еще что. Интересно, у них нет другого похожего? — У меня дочка в июне замуж вышла, — бодро сообщила Тоня. — Они квартиру в ипотеку взяли, там новостройка, вот только-только переехали и котика с собой взяли. Матроскина. Матвей выдохнул: — А, ну, это ничего, мы тогда к ним сходим. Какой район? — Ленинский. Матвей сосредоточенно нахмурился, пытаясь понять, нужно ли ехать на автобусе или можно дойти и пешком, но тут Тоня его добила: — В Томске.