Кукушата

Когда они вернулись, малые смотрели телевизор. — А Федя где? — спросил Матвей, и Элька услужливо ткнула пальцем в сторону кухни: — Они со Славой делают нормальный завтрак. Матвей вздохнул и признал: — Да уж, с икрой я немножко лопухнулся. — Не немножко, пап, — серьёзно сказала Элька. Нормальным завтраком оказались гречневая каша и поджаренные на сливочном масле и посыпанные сахаром остатки батона. Славка старательно орудовала лопаткой, сковородка шкворчала, и Матвею вдруг стало хорошо и спокойно. Он отчётливо ощутил, что не один в этом мире, что есть на кого переложить хоть часть непомерного груза забот. Ведь справились же Руслан со Славкой, пережили эти три дня, квартиру не сожгли, малых не угробили. Ну, избавились от крыс, ну, собак завели, но это ведь мелочи, так? — Я вас всех очень люблю, — сказал Матвей. — Федь, ты не сердись, ладно? Федька стоял рядом со Славкой и подставлял тарелку, чтобы было куда перекладывать готовые ломтики батона. — Федь, — позвал Матвей. Федька обернулся. Он был чисто умыт, из ноздрей торчали аккуратные ватные катышки. — Я просто не подумал насчёт икры, — виновато сказал Матвей. — Прости. — Да ладно, — откликнулся Федька. — Не ладно. Это важно. Федька смотрел непонимающе, и Матвей повторил: — Важно. Федь, ну начни ты уже жить громче, нельзя всю жизнь ходить безмолвной тенью. — А тех, кто живёт громко, ты просишь быть потише, — заметил из-за его спины Руслан. — Чё бы просто всем не быть собой? — Ну… — Матвей уже начал было подбирать аргументы, чтобы разобрать по кирпичикам Русланово обвинение, но спохватился. Незачем враждовать, они все — семья. — Ладно. Я буду слушать внимательнее. Федь… Федька подошёл, и Матвей его обнял. — Мы жрать-то будем или нет? — мрачно спросила Славка и выключила плиту. Жареный батон, конечно же, смели мелкие. Матвею и старшим пришлось довольствоваться гречкой. К счастью, она у Славки вышла вкусная, рассыпчатая, но не сухая. — Я, наверное, возьму подработку, — сказал Матвей, доедая кашу. — И начну собирать документы, чтобы нам дали какие-нибудь льготы. — Денег совсем нет? — спросил Руслан. — У нас есть три тысячи, — напомнил Федька. — У тебя, — поправил его Матвей. — У нас. Матвей задумался, потом кивнул: — Я тебе всё верну. В общем, дети, дело такое: до аванса ещё целая неделя. Может быть, придётся тратить наши заначки… — Мы уже потратили, — буркнула Славка. — Да как? — всплеснул руками Матвей. — А откуда у Феди три тысячи? — деловито спросила Элька. Матвей вкратце поведал историю про кота. Руслан слушал молча, и лицо у него сделалось странное. Остальные переспрашивали, удивлялись, восхищались. — Хорошо, что хоть кота не припёр, — подытожила Славка. — Так, ну, это была история про три тысячи, — сказал Матвей. — А куда делись заначки? — На еду нам и собакам, — отрезал Руслан. — Я же оставлял деньги! — возразил Матвей. — А их украл электрик, — сообщила Элька. На неё тут же шикнула Славка, а Руслан кивнул: — Реально украл. Сказал, пойдёт покупать материалы, и свалил. — Вы электрика вызывали? — недоверчиво переспросил Матвей. — Ну да, света же не было, — сказал Руслан. — А потом Слава привела Геру, он всё бесплатно починил и забрал крыс, — подхватила Элька. — Ну, хорошо то, что хорошо кончается, — заключил Матвей. — А пойдёмте смотреть подарки? Раздачу даров организовали в спальне. Матвей по очереди подзывал к себе детей и вручал им свёртки. Правда, подарков вышло всего четыре, и, отдав Славке кафф, Матвей смущённо обернулся к Руслану с Федькой: — А вы своё уже получили. Федька с Русланом одинаково стеснительно улыбнулись. Младшие восторженно показывали всем свои подарки и хвастались. Славка не хвасталась. Она молча надела кафф, и от этого на душе у Матвея стало тепло. Всем угодил! В дверь зазвонили. Младшие почему-то завизжали, а Руслан со Славкой переглянулись. — Пойду открою, — сказал Руслан. — Топорик возьми, — подсказала Славка, но он только фыркнул. — Почему топорик? — не понял Матвей. — Да ломился тут какой-то алкаш, — пожала плечами Славка. Матвей нахмурился, встал, чтобы в случае чего бежать на выручку, но Руслан крикнул из прихожей: — Пап, это к тебе! Сердце радостно подскочило. Матвей, наверное, и сам не осознавал, как долго ждал, чтобы Руслан снова начал звать его папой. А ведь хотел этого, тосковал по этому, надеялся! Матвей вышел в коридор, и дети последовали за ним. Руслан посторонился, и из прихожей вышла Аня — смущённая, радостная, очень беременная. Кто-то вскрикнул, кажется, Илья. — Я вернулась, я насовсем вернулась, — сказала Аня и шагнула к Матвею. — Скоро у нас будет шестеро детей. — Семеро, — машинально поправил её Матвей.