Реинкарнация. Тени прошлого

«Человек носит ад в самом себе.»

© Мартин Лютер

      Дождь. Стена дождя и стремительная смена пейзажа за окнами авто. Снаружи наверняка холодно и слякоть. Много грязи. И запах мокрой земли. Шелест веток и ритмичный бешенный стук капель о лужи в дорожных ямах. Старая дорога. По ней уже давно не ездили. Чтож, рано или поздно кто-то должен был. Ни одна дорога в этом мире не может остаться заброшенной навечно. Спустя много-много времени на неё вновь ступит нога человека и история, обманчиво казалось забытая, вновь запустит свой ход, как нечто замкнет старые, иссохшие себя батарейки и повернет замученное время вспять. Многовековая пыль придёт в движение небрежным взмахом руки, зашелестят страницы, запляшут в агонии строки. И некогда забытая история предстанет перед путником, открыв себя с новой, неожиданной стороны.       В салоне тепло. Играет какая-то попсовая музыка, Сайрен ведёт философские беседы с водителем на тему сплетен и «отсутствии вкуса у некоторых особ». Зачем-то копошится в телефоне Айтен, то и дело строя недовольную мину на собеседника по ту сторону экрана. Мм, классика.       Секундная невесомость вышвырнула все мысли из головы. Последующее приземление на пятую точку, хоть и мягкое, но весомое, взбодрило знатно. В последнюю секунду побег рюкзака удалось предотвратить. Не без помощи соседки.       — Фух, поймала! С пробуждением, Рив.       Я выдавила из себя улыбку.       — Спасибо, Соф.       Всё такая же жизнерадостная и милая Соф сидела рядом, сжимая в изящных ладонях в перчатках, сейчас обращенных в стальные кулаки, мой старый добрый рюкзак. Ох, сколько пережил этот чел. Я по своей специальности археолог. Правда, ещё учусь. Но уже успела повидать многое. Ну, как многое, скорее самую каплю в море, да и ту лишь на четверть. Только то, что позволяла практика в универе. Но и её хватало. Столько воспоминаний…       — Сколько ещё до места?       Водитель что-то пробурчал.       — Часа два. Не меньше.       Соф вздохнула, падая обратно на сиденье.       — Не так долго, но долго.       Внезапно щебетание Сайрен затихло. Но тишина продлилась недолго…       — Рив, что мы вообще забыли в этой жопе мира? Ты хоть видела местный вай-фай? Я вот нет!       Айтен профессионально закатил глаза, но промолчал. Умный малый. Всегда мне нравилось его чувство самосохранения. Вот что значит выдрессированный жизнью. Хотя, ещё более помрачневшее лицо Айтена говорило о разделении полёта придирок Сай — испить собственной крови желания не возгарало.       И вот что я должна им сказать? Что вся эта поездка затевалась только ради того, чтобы вживую увидеть город-призрак из моих снов? Вряд ли они проникнутся истинными мотивами. Скорее, скажут разворачивать автомобиль и возвращаться обратно в край родной. Или сочтут за сумасшедшую. Оба варианта провальные, Карл.       — Сай, мы ведь это уже обсуждали, — вмешалась Соф, хмуря пушистые, дыбом стоящие брови, — Это научная поездка. Наше задание. Или ты хочешь оспорить выбор куратора?       Сайрен скривила губы в подобии усмешки и, закатив глаза от неба к земле, отвернулась. Нечленораздельное «бубубу» себе под нос выдавало досаду и нервозность девушки. И её можно было понять.       — Странный у вас куратор. Давать задание в это богами забытое место…       Мы синхронно перевели взгляды на водителя.       — Ох, ребятки, не повезло же вам.       — Да что такое? — подсела поближе Сай, готовая внемать. Остальные тоже навострили уши.       — Бэтхэллуд — городок с тёмным прошлым. Говорят, в начале XIX века в нем творилось невесть что. Там и ритуалы, и некромантия… В общем, весь набор чернокнижника. Но это ещё, можно сказать, пустяки. В ночь с 20 на 21 июня 1825 кто-то вырезал всех жителей. Ни одной живой души не осталось. Детали этого массового убийства засекречены. Дело постарались замять, да и город небольшой, достаточно отдалённый от остальной цивилизации. Вот и прикрыли лавочку, от греха подальше.       За окном на небесной кухне прогремел утварью гром, обличающе сверкнула первая молния. Стук дождя по лужам и крыше авто усилился.       Айтен присвистнул, в кои-то веки оторвавшись от телефона.       — Ну, что могу сказать — мы в дерьме! — убрал за голову руки юноша, устраиваясь поудобнее в оприходованном месте. Ни грамм доблестных мышц его лица ни дрогнул.       Соф легонько стукнула парня плечом. Даже так в лице этого «мистера Кирпича» ничего не изменилось. А я всё смотрела на водителя и переваривала алмазный графит информации.       «Да, повезло, так повезло. И кто просил меня ехать в эту глушь? Правильно — мой радар по приключениям на причинное место! Теперь ясно, почему так плохо со связью — город заброшен. Да и понятно, почему заброшен. Жуткая история…»       — Я согласна с Айтеном, — сложила руки на груди Сай, — Мы в дерьме. И я бы предпочла высказать мистеру Рикстону всё, что об этом думаю.       — Позвони, — с издевкой бросил Айтен.       — Ребят, ну хватит. Ведете себя, как дети.       На слова Соф никто внимания не обратил. Повисла бетонная тишина, прерываемая лишь тихим пением из радио.       — А вы знаете что-нибудь ещё об этом городе?       Водитель едва взглянул на меня. Тяжелый вздох заполнил авто, сгущая и без того мрачную атмосферу.       — Ничего такого. Вы и сами понимаете, информация ограниченная. Только слухи.       Грянул новый раскат грома. С переднего сиденья со стороны Сай послышались жалобный скрип и шуршание кожанной ткани.       — Так что же?       — Вы не первые, кто интересуется историей этого места. И из тех, кто были до вас, мало кто остался в более-менее здравом рассудке. По крайней мере, те, кто возвращались и о ком мне известно. В основном люди несли какую-то чушь про оккультизм, демонов, что это место проклято, и все те байки, которыми пугают в фильмах ужасов. Мне доводилось говорить с одним из таких… смельчаков.       — И?       Мужчина молчал. Будто вспоминал детали или раздумывал, стоит ли вообще рассказывать про бредни сумасшедшего.       — Расскажите.       Моя просьба возымела трезвый эффект. Водитель заметно сжался, но голос его был тверд.       — Его глаза… Я никогда не видел чего-то более жуткого. Это были глаза чистого безумия. Он нес какой-то бред про духов, про кровь, про дьявола в человеческом обличии. Большей части я не разобрал, но понял одно — ничего хорошего в этом городе нет. И вам бы я советовал держаться от него как можно дальше.       Его взгляд вновь скользнул на меня. От омута бездны, отразившегося в зеркале салона, меня передернуло. Я спешно отвела глаза. Сай тихо выругалась.       — Старые байки, — прокомментировал ситуацию Айтен.       — Даже если так, я всё равно против. Надолго мы там задерживаться не будем.       По дрогнувшему голосу Сайрен было ясно, что её чертята-нервы шалят, а настрой стремится к минус бесконечности. Как и у всей компании.       — А по мне будет интересно.       Или не у всей. Соф — такая Соф.       Дождь по-прежнему нещадно барабанил по крыше. Как она не лопнула и не разлетелись феерверком искр?.. Очередной раскат грома в цвет вывел мои мысли.       «Влипли».       Спинка сиденья скрипнула, подтверждая мою позицию. Пейзаж за окном стал будто ещё мрачнее. Необъемлемое поле, то и дело озаряемое молнией, в своих синевато-алых тонах выглядело трепетно-величественно и в то же время было в нем что-то роковое. Безумие, что прослеживалось в этом буйстве природы, вызывало во мне смесь эстетического наслаждения и вместе с тем внутри меня клокотал страх. Казалось, беспочвенный, но он основательно поселился в моей грудной клетке, сдавливая дыхание, вызывая мелкую дрожь. Приступ зевоты вывел из состояния беспокойного лицезрения.       — Можешь поспать, Рив. Всё равно дорога долгая.       Я благодарно улыбнулась Соф. Вот оно — воплощение заботы и теплоты, сидит рядом со мной и солнечно улыбается в ответ, даже в такую непогоду. Моя лучшая подруга, человек, которому известно почти всё о моих тараканах, начиная с повседневного графика работы и вплоть до особенностей каждого, будь то расцветка, форма или даже особый узор усиков.       Хрупкое на первый взгляд, но надёжное плечо манило в объятия Морфея. И я не стала сопротивляться. Доверилась той, кто будет охранять даже мой чуткий сон. Или не совсем чуткий. Случались моменты моей жизни, когда меня нельзя было пробудить даже духовым оркестром и карманной обезьянкой в придачу. Это были ооочень напряжённые эпизоды моей жизни. И, как на зло, они пришлись именно на недавний период. Может, виной тому был плотный ритм жизни, что я вела последние месяцы, старательно пытаясь совместить учёбу и подработку, а может пошедшие коту под усы и хвост отношения с родителями. А может и всё сразу. Но мой режим был коварно нарушен. Вместо радужных снов с единорогами и сахарной ватой меня всё чаще и чаще стали посещать кошмары. С одним и тем же сюжетом, практически неизменным, отличающимся лишь перестановкой локаций. Но мотив из кошмара в кошмар был один и тот же. Самым гадким в этой «петле» был режим реальности, что лишь отчетливей ощущался с каждым сном. Пробуждение было отдельной темой.       Наступила очередная пауза. Радио по-прежнему играло на фоне, но всё это было так монотонно, что я с чистой до скрипа в ушах совестью отключила мысли. Пустота наполнила меня, и будто мир остановился. Тьма окружила, и даже звук за пределами среды автомобиля в конце концов стих. Спокойствие, плавное и лёгкое, как кремовая текстура, заполнил все уголки моего Я.       Сначала не было ничего. Будто само мироздание исчезло в одно мгновение. Пустыня, без воды и признаков жизни. Ничего и что-то одновременно. Никогда не доверяй пустыне. Чем дольше ты находишься в ней, тем больше погружаешься в лживые фантомы этой злодейки. Тебя затягивает, и ты перестаёшь осознавать, что вымысел, а что явь. Холод. Могильный холод под маской обволакивающего света, чистого и согревающего, как стакан горячего какао в меланхоличный осенний вечер. И тут толчок в бездну, коварный, подкравшийся со спины. Резкий звук тормозов, визжащих от потуги и трения шин. Я распахнула глаза в попытке понять, что произошло.       Пустой салон встретил гробовой тишиной, рассыпавшейся в немом поздравлении. Я судорожно огляделась. Водительское сиденье тоже было пусто. Из-за дымовой завесы за окном, мутной, как прокисшее молоко, силуэты деревьев были размытыми пятнами вдали. Всё внутри меня сжалось, тошнота подступила к горлу. Конечности налились свинцом.       — Что за чертовщина?..       Выходить бесполезно, в такую погоду это сродни самоубийству. А учитывая сложившиеся обстоятельства — двойному самоубийству. Я зажмурилась, пытаясь взять себя в руки и надеясь, что всё вернется в норму само собой. Если бы этот метод работал, жизнь бы уволилась, а земля сменила бы небо. Кому охото решать чужие проблемы, если только ты не спасатель или не герой комиксов, да и те ели держатся. Но надежда всегда умирает последней, что нам её судить, хотя приятного мало, столько смертей… Но как и ожидалось, я по прежнему была одна в неизвестности и без связи.       — Ребят, это не смешно. Вы куда делись? Если вы хотели меня напугать, то у вас получилось. А теперь давайте просто продолжим путь, хорошо?       А в ответ тишина.       — Соф? Айтен? Сай? Ребят?..       «Спокойно, Рив. Только спокойно. Я брежу. Наверняка всё это лишь очередной кошмар, и я скоро проснусь. И пускай не помогают щипки и я, как бы ни смыкала веки до искр в глазах, не могу очнуться, главное — спокойствие.»       Что-то мелькнуло за окном. Захотелось спрятаться, что я и сделала, спустившись вниз за передние сиденья. Сердце колотилось, не щадя ребра, кровь прилила к вискам.       «Мне нужно что-то для самообороны. Черт… Где мой рюкзак?»       На заднем ряду моя надежда на спасение не нашлась. Даже под сиденьями было пусто.       «Да где же он?..»       Я застыла. Мне почудилось, что волос коснулось нечто мокрое, вязкое. Разве дождь всё ещё идет? И если да — верхнее окно было закрыто, разве нет? Внезапно ухо обдало чем-то горячим, пикантным. Я резко подняла голову. Хорошая новость — рюкзак нашелся. Плохая — он был с сюрпризом. Не спеша, я вынула бумажный конверт, что был вложен в передний карман, всё ещё ощущая приятные мурашки на кончике уха. Руки мои дрожали, когда я прочитала моё имя, выведенное аккуратным почерком на самом конверте.       «Ривресс Салвейт».       На ощупь внутри не было ничего опасного, но дурное предчувствие меня не покидало. Сзади конверт был запечатан сургучом. Герб летучей мыши с каким-то готическим ореолом вызвал во мне когнитивный диссонанс и новую волну неясного трепета внутри. Распечатывала я это конфиденциальное послание всё равно настороженно. Как и ожидалось, внутри лежал сложенный вдвое лист пергамента. С замиранием сердца я развернула его. Всего четыре слова, выведенных всё тем же аккуратным почерком, но изнутри меня пробрало ядреным глубинным холодом Атлантического океана.       «Добро пожаловать в Ад!»       То, что я уже сидела, не дало мне упасть, но салон автомобиля пошел рябью. Мне резко стало не хватать воздуха. Сквозь эту пелену и попытки привстать, чтобы хоть немного отворить барьер к живительному источнику прохлады и отрезвления, взгляд зацепился за переднее окно. Треск стекла, от которого заложило уши, фейерверк осколков и рваный силуэт тени, черной тушью окрасившей каждый из них. Мелькнувший алый свет и демонический оскал. И всё это за долю секунды. Я не успела даже закричать.       «Я скучал, Рив.»       — Рив? Рив!       От того, что я вскочила, обладательница настойчивого голоса отшатнулась. Я болезненно огляделась. Сайрен снова шушукалась с водителем, активно жестикулируя. Айтен, уткнувшись в дальний угол тараканом, тыкал что-то в телефоне, по прежнему периодически кривясь. Я облегченно выдохнула. Кажется, пронесло стороной.       — С пробуждением, Рив.       Я измотано кивнула, даже не поворачиваясь. Соф тут же приложила открытый участок ладони к моему лбу.       — Кошмар?       За вздохом последовал очередной вздох. Больше можно было не продолжать допрос, Соф и так знала даже более, чем нужно.       — Сколько… нам ещё ехать?       — Не так долго. Осталось немного.       Я выглянула в окно. Кругом всё тот же высокий лес, столь же темен и замшел. Только в черную краску добавили ложку дёгтя, стакан свежевыжатых чернил и капельку черничного джема. Ночь налетела внезапно, филином затаившись средь комка теней, разрастающегося всё более и более. Вскоре я расслабилась, сознание постепенно пришло в более менее стабильное состояние. Моё дыхание наконец-то восстановилось, а тишина перестала вызывать мандраж.       В какой-то момент вид за окном превратился в статичный. Мы с ребятами обернулись на водителя.       — Здесь недалеко, ещё где-то метров сто… Простите, но дальше вы сами. А я пас.       — Мы понимаем. Спасибо, что довезли, — на ходу поблагодарил Айтен, открывая дверцу машины.       — Вы же приедете за нами утром?       На обеспокоенный голос Сай мужчина сухо усмехнулся.       — Конечно… Куда же вас одних оставить, молодежь. Подожду вас на окраине леса. А как начнет светать, так подъеду сюда же.       Мы с девчонками тоже поблагодарили водителя, дружно выйдя вслед за другом. Когда фигура автомобиля скрылась из виду, Сай недовольно цокнула каблуком.       — И что, теперь всю ночь бродить по старым развалинам и собирать никому не нужное барахло?       — Ты это «барахло» уже года три собираешь. Не ной, — оборвал поток жалоб Айтен.       — Пойдемте. И так мало времени.       Вместо реакции на мой голос Сайрен походкой от бедра направилась прямо по дороге, шлейфом за ней понесся звонкий стук шпилек. Неровным клином мы поплелись за этой истеричкой к цели нашей поездки, попутно расчехляя и включая фонарики. Хотя, не такая уж она и истеричка. Была до третьего курса. Насколько мне не изменяет память, именно в тот год она познакомилась с каким-то старшекурсником, и именно этот козел сделал из милой, терпеливой и всепонимающей девушки отъявленного невротика, ипохондрика и жутко комплексующий комок нервов. Хотя сказать это по маске надменной и статной девушки нельзя было, уж мы с Соф и Айтеном знали, сколько разбитых надежд и мечт похоронено на дне души Сай. И нам было её искренне жаль, особенно в такие моменты, когда вместо простой просьбы о помощи она становилась фурией и махала мечом направо и налево.       Дождь утих, но редкие капли просачивались сквозь густые ветви елей. Лес не внушал доверия. Можно ли считать благодатью то, что это место окутано мглою? Или в нем таится засада? Так хорошо, когда знаешь и видишь лишь то, что позволяют тебе лицезреть. Чем меньше сокрытой истины тебе доступно, тем проще тебе жить. Ведь не зря же говорят, что дураки — самые счастливые люди на этой планете.       — Давайте повторим задачу, — прервал затянувшуюся тишину Айтен, — Нам нужно выяснить причины того, почему Бэтхэллуд был заброшен, изучить этот город, найти артефакты и прочее «барахло» и в конце концов вернуться с добычей под лаврами победителя. Я правильно изложил алгоритм наших действий?       — Айтен, я уже говорила о том, что ты до тошноты педантен?       Айтен самоуверенно обернулся на меня.       — Не вижу ничего такого, что могло бы вызвать у тебя тошноту.       — Не в том направлении ищешь, — вмешалась в диалог Сай, — Не забыла бы я зеркальце, одолжила бы тебе.       Лимон бы позавидовал кислоте лица Айтена, так скукожило физиономию последнего.       — Ребят, мы пришли.       Соф вмешалась вовремя, разгорающуюся ссору удалось замять. Вывеска «Бэтхэллуд» не оставила сомнений:       — Мы на месте.